Inforgiven

Она не помнила когда именно в последний раз нормально спала, обивая пороги магистра Варки с просьбой поведать мужа. Лиза Альберих сидела перед зеркалом в первый раз за неделю, что прошла как ураган по ее тихой семейной жизни. узнав об аресте мужа она в эту же ночь потребовал встречи с магистром. Варка уважал Лизу и совсем не мог понять что она нашла в Кейа и он одним из тех гостей что делали ставки, на то что брак Лизы и Альбериха не продержится больше трех четырех лет. «Он бабник» — говорил он всем — «и таким останется». Лизе было больно слышать подобное из уст самого уважаемого человека в городе. Однако вскоре поползли слухи и Лиза поверила в них безукоризненно из Снежной прибыл посол со срочной бумагой от самой Царицы. Все знали о натянутых отношения Мондштада со Снежной. Даже с Ли Юэ отношении были куда лучше. И что посол прибыл не только поручению царицы но и с небольшим подарком для Магистра лично. — Продажная свинья- проговорила девушка в слух обозревая в своем отражении синяки под глазами и красные от слез распухшие глаза. В них больше не было молний и огня жизни. Она не боялась что ее услышат, пусть слышать, пусть знают, кто такой на самом деле их любимый магистр… Лиза была уверена что подарком были деньги и большие и что Варка сдаст город как только войска Снежной ступят на земли Мондштада. однако она не могла понять почему ей не позволяли повидаться с Кейя и Джинн? Неужели Варка намерен убить их? Казнить при людно на площади свободы… Нет, в это верить молодая госпожа Альберих отказывалась, но ее внутреннее «Я» упрямо твердило обратное. Вскоре тело ее мужа будет либо похоронено за стенами кладбища, либо висеть на площади на виселице на обозрение другим. в назидание другим, выставленное на потеху, как предателя своей малой родины. За окном медленно розовело небо. Воспользовавшись румянами и тенями дабы скрыть результаты бессонных ночей, Лиза вновь двинулась в резиденцию магистра как только время пробило десять часов. за время ожидания она ни разу не двинулась с места. Ноги слегка затекли, но она непрерывно вела диалог со своим отражением, явно репетируя сцену что должна разыграться в приемной. На это раз охрана пустила ее со вздохом. Они уже знали госпожу в лицо. Она прошла в приемную, ожидая что секретарь выставить ее вон по приказу Варки. Он еще в прошлый ее визит грозился это сделать дабы больше дама ему не докучала. — Пойми Лиза вам нельзя видеться. Он предатель и изменщик ты только подпортишь свою репутацию еще больше, бегая на свидание к нему. Я говорю тебе это как друг. На что Лиза лишь хмурилась и попивая чай и ругал себя что нельзя в этом цивилизованном месте нельзя применить парочку заклинаний молний. уж тогда бы это напыщенный идиот заговорил бы по другому. — Прости дорогая ничем не могу тебе помочь- пожимая плечами Варка встал из-за стола и отвернувшись от своей гостьи подошел к окну, отведя обе руки за спину и сцепив в замок стал наблюдать за пейзажем за окном. Этот знак как обычно означал что прием окончен и Лиза вновь уходила ни с чем. Оставался один способ, но Лиза придерживала его как крайнюю меру. *** Допросы проходили всегда в присутствии лейтенанта и еще нескольких солдат на допросы их водили по очереди и вопросы были почти одни и те же. «Однотипные» — как называл их Кейя. — Назовите причину по которой вы прибыли в Снежную? — он повторяет свой ответ, но конечно с уст Альбериха слетает ложь. Но правду говорить в тех обстоятельствах что они оказались Джинн говорить было крайне опасно. конечно поступок Царицы был объясним легко и с точки зрения шпионажа и просто гениален, но, Кейя предпочел что бы ни кто не мог обыграть его в его же игре. — Дипломатическая миссия с целью предлоени заключение договоров о поставке вина при дворе снежной с винокурни «Рассвет» — Это ложь! — удар по столу кулаком и тогда лейтенант подходит дабы продемонстрировать свою силу. Он бьет Кейю наотмашь рукой. Нижняя губа ссадит. Металлический привкус крови уже дано стал привычным. — Какую цель вы преследовали проникая в темницу Снежной? У вас был сообщник? Назовите его имя, имена всех своих сообщников и тогда возможно верховный суд Мондштада будет к вам снисходителен «Ну да, конечно» — подумал про себя Кейя и дерзкая ухмылка возникла на его губах, … уже давно разбитый и ссадящих губах. очередной удар, темнеет в глазах, но забитые приходит не надолго, из сна вырывают объятия ледяной воды. Его снова окунают головой в бочку, приводя в чувства и допрос продолжается. Поначалу их допрашивали отдельно и лишь ночью они могли шепотом переговариваться с Джинн. Уставшие, избитые и голодные. И оба держались. Но потом. Их противник сменил тактику. Теперь Кейя приводили на допрос Джинн и… При людно издевались над ней. На его глазах ее били палками. Расчерчивали спину кнутами и даже дело дошло один раз до раскаленного железа, но этого выдержать капитан не смог. Он сдался. сдался и сознался. Во всем, что ему говорили, он говорил «Да». хоть Джин и просила не делать этого. — Это не правда! Это была я! Я! Он мой подчиненный… Он выполнял мой приказ. — Госпожа Гунхильдр вы пытаетесь его спасти, но против капитана Альбериха, слишком много доказательств, мы понимаем, что он был вашим боевым товарищем и верным подчиненны. по словам Кейа он вас использовал, сделал из вас щит на случай провала, мы приносим свои глубочайшие извинения, он так же признался что шпионил для Каэнри’ах. — Это не правда, это ложь. Он не виноват, мы хотели спасти Дилюка! Господина Рангвиндра, что был по словам моих агентов в плену у Царицы и подвергался жестоким пыткам…- вот она правда, полилась рекой из уст сломленной девчонки. Вот Джинн и сломалась. Словно подневольная кукла она стала марионеткой в руках магистра Варки. Теперь все что остается это дожать добавив каплю драматизма… — Как нам известно господин Дилюк покинул Мондштад более полугода назад и о его местонахождении ничего не известно… Мы не можем полагаться на сведения агента чье имя вы не хотите называть… К сожалению данные сведения пусть и будут приняты во внимание но в связи с вашим ранее упорством и ложью мы не можем принимать сказанное вами за чистую монету, а не попытку спасти товарища в очередной раз солгав нам. — Я не лгу, я не лгу — повторяла она когда Кейя уводили в камеру, когда на его губах играла печальная улыбка благодарности. И снова эти слова срывались с ее уст когда она брела уже со стороны темницы в сторону своего жилища смертельно уставшая, сломленная и никому не нужная. ей вернули глаз бога пиро. И смотря в отражения своего лица на поверхности глаза, она видела не себя, а его, мертвого, а рядом теперь и всплывал образ замученного Кейя.