No one can know

      Когда Северус увидел мальчишку впервые с самого худшего дня в его жизни, он не мог отвести от него взгляд. Он все пытался найти в нем что-то… Сын Поттера был в точности, как его отец и Северус не сомневался, что дело было не только во внешности. Но его глаза…       В тот день, когда Шляпа прокричала над головой Поттера единственный возможный факультет, на который он, сын заносчивой свиньи, мог попасть, Северус смотрел на него. И мальчик посмотрел в ответ, почувствовав на себе его взгляд. Мальчишка посмотрел и сердце Северуса, которое не билось с того самого дня в Годриковой впадине, стряхнуло с себя пыль и позволило себе один удар. Зеленые глаза смотрели на него точно также, как и двадцать лет назад. Словно Лили вернулась к нему. Конечно же, он был ее сыном.       А затем, на прогулке под холодным ветром, Профессор Макгонагалл как будто случайно обронила:       — Больно смотреть на мальчика. Он такой худой и бледный.       Северус, оторвался от Прострела-раскрытого, мысленно делая пометку собрать несколько образцов позже (в такую прохладную погоду кто-то из его первокурсников непременно простудится), и степенно посмотрел на женщину, не слишком желая услышать подробности. Сначала он даже не понял о ком идет речь, но разумеется, в Хогварсте только и разговоров, что о знаменитом Поттере. Все профессора сплетничают с самого сентября.       — Я говорю о Мистере Поттере, разумеется, — сказала Минерва, как будто невзначай. Разумеется, она помнила о дружбе Лили и Северуса в школьные годы. — Я говорила Дамблдору десять лет назад, что оставлять мальчика с этими маглами ошибка. Они ведь совершенно не заботились о нем. Я помню его отца на первом курсе — он был значительно выше и не таким… тощим. — Профессор украдкой посмотрела на Северуса.       — В остальном, как я заметил, Поттер от него не отстает, — с неохотой проговорил Северус, степенно перебираясь от слова к слову.       — Мальчик будет прекрасным ловцом, это верно, — Минерва довольно улыбнулась, вспоминая, как Гарри поймал в воздухе шар, впервые в жизни забравшись на метлу. — И тем не менее, мне очень жаль Гарри. Он не был любим этими ужасными маглами ни дня с тех пор, как оказался у них на пороге. Хагрид рассказал мне, что произошло, когда он принес Мистеру Поттеру письмо. Немыслимая семья! Впрочем, теперь у мальчика есть дом.       Северус внимательно посмотрел на Минерву. Двадцать лет назад Хогвартс стал ему домом, но едва ли он нашел здесь любовь, которой не хватало ему в Паучьем тупике. Из слов Профессора Макгонагалл, выходило, что в чем-то их судьбы были схожи, но это было немыслимо. Тем не менее, мальчик не знал своих родителей и ведь он был сыном Лили. И Северус дал обещание.

***

      Как посмел этот мерзкий, презренный Сириус Блэк вернуться! Как только он допустил мысль, что имеет право возвращаться в Хогвартс, чтобы убить единственного сына его лучшего друга. Его мертвого друга, причиной смерти которого он стал. Северус сделает все возможное, чтобы лично убить его и отомстить! Он знал, что друзья Поттера, такие же, как и он сам, трусы и предатели и они все заслуживали такой конец, но Лили! Лили! Если бы только он был рядом, если бы только она позволила ему защитить их…       И мальчишка Поттер, разумеется, ничего не знал. Никто не сказал ему правды и как это было низко. Даже Люпин, этот пес, решил молчать. Поттер заслужил знать, кто виноват в смерти его родителей, но Дамблдор запретил говорить ему.       Северус вошел в комнату Люпина, бережно держа небольшую бутылочку из темного стекла.       — Здравствуй, Северус, — мягко проговорил он и улыбнулся. Из всех четверых, он никогда не принимал участие, но также и ни разу не вмешался. И память о той ночи была еще свежа. Северус не был из тех, кто забывает. — Пожалуйста, проходи.       Профессор зельеваренья прошел уверенными шагами вглубь комнаты, заставленной многочисленными сундуками и заваленной пергаментами, чтобы с громким стуком поставить склянку на стол. Он сверкнул черными глазами на оборотня в человечьем обличье и уже приготовился развернуться, чтобы уйти, как и всегда, но мягкий голос Люпина сказал:       — Мне жаль, Северус. Правда жаль.       Северус замер. Его руки дрогнули. Возможно, чтобы попытаться задушить пса голыми руками. Жаль?       — Гарри очень похож на Лили, знаешь? — продолжил он.       — Я не заметил этого, — нехотя проговорил Северус, не понимая почему до сих пор не ушел.       — Она умела видеть лучшее в людях, даже когда они сами в себе этого не видели, — Люпин посмотрел в черные глаза так, будто у них есть что-то общее. — Она бы хотела, чтобы мы забыли школьные распри.       — Ну уж нет, — Северус втянул носом воздух. — Ты должно быть спятил, раз искренне полагаешь, что пара слов исправят годы унижения.       — Мне действительно очень жаль, Северус, — сказал он, как заведенный.       — Мне не нужны извинения от волка, — выплюнул Северус.       — Я понимаю, — Люпин завозился на своем столе. — И тем не менее ты продолжаешь варить для меня лекарство.       — Только потому что директор хочет этого.       — Пусть так. Но я хочу отплатить тебе, — Люпин протянул совсем небольшую скляночку, в которой что-то светилось. — Пожалуйста, возьми его. Я считаю, что ты должен это увидеть. Ты ведь не видел Лили с тех пор, как…       Северус выхватил из рук Люпина воспоминания и, не говоря ни слова, ушел прочь.

***

      Лили металась по комнате с ребенком на руках. Помимо нее на диване спокойно сидел Поттер старший и вся его шайка. Комната была не знакома Северусу и он предположил, что события происходят до переезда в Годрикову впадину. И мальчик был слишком мал. Лили была прекрасна. Как будто еще прекрасней, чем он ее помнил. Рыжие волосы горели ярче, но глаза потемнели, что говорило о ее беспокойстве.       — Так нельзя! — воскликнула она. — Мы должны что-то сделать, поговорить с Дамблдором… Почему он не сказал нам раньше?       — Дорогая, это и так было очевидно, — Джеймс Поттер устало проговорил это со своего места. Ему явно был не по душе этот разговор. — Нюниусу туда и дорога!       Северус вздрогнул. Они говорили о нем?       — Я так не могу, — Лили почти плакала. — Он все еще мой друг, Джеймс.       — Он был твоим другом, Лили, — уверенно проговорил этот заносчивой идиот. Да что он мог знать об их дружбе?       — Как бы ты поступил на моем месте? Если бы это был Сириус или Римус или Питер! — Лили посмотрела на Люпина. — Северус не тот, кем он пытается казаться. Я знаю это.       — Он сделал свой выбор, Лили. А мы сделали свой. Он предал тебя, перейдя на сторону Пожирателей. Никто из нас бы никогда так не поступил, — сказал Римус. Он проследил, как Поттер подошел к Лили и забрал у нее ребенка, потому что та слишком нервничала и Гарри начинал плакать.       — Я должна увидеть его! Сириус, ведь твоя семья может…       — Ни в коем случае! — теперь терпение начал терять Джеймс.       Вдруг сцена сменилась и теперь Лили стояла в темном коридоре без света, а рядом с ней был лишь Люпин. Тишина была такой звонкой, что лишь дыхание двух людей разбавляло его, как разрезанная бумага.       — Ты уверена? — прошептал Римус. — Джеймс против этого.       — Я не могу просто сидеть здесь, пока он… — Лили вдруг прервалась, потому что ей послышался какой-то шум в доме. Но вскоре все снова стихло. Она говорила шепотом. — Я должна поговорить с ним. Только один разговор. Северус может одуматься, я уверена. Скажу Джеймсу, что уехала к сестре. Он ведь жил совсем рядом.       — Что если там будут его… — Римус осекся. — Что если остальные Пожиратели будут там?       — Поэтому мне нужна мантия.       — Это слишком опасно. Ты ведь…       — Пойдем со мной! — Лили схватилась за предплечье друга. И ее глаза как будто засветились в темноте от идеи, которая только что пришла ей в голову. — И Северус не причинит мне вреда, я знаю это.       — Что ж… Если-       Вдруг снова послышался шум и в этот раз он не утих. А через минуту голос Джеймса:       — Милая, Профессор Дамблдор здесь!       Северус знал, что произойдет дальше. Альбус расскажет им о пророчестве и Темном Лорде. Тогда он велит им спрятаться в Годриковой впадине. Воспоминание прекратилось и Снейп вынырнул из омута памяти. Лили верила ему до последней минуты… Как и всегда, она хотела его спасти. Сердце сжалось, вновь давая о себе знать, и Северус не смог этого вынести. Он схватился за грудь и горько простонал, не в силах молча вынести тоски. Лили, его прекрасная Лили.

***

      — Мой отец был великим человеком!       — Твой отец был свиньей!       Темный Лорд вернулся и вместе с ним вернулся личный ад для Северуса Снейпа. Он должен был защитить мальчишку от него, но все, что тот делал — как будто лишь быстрее приближал свою участь. Каждую неделю он был вынужден учить безмозглого Поттера окклюменции, но он как будто специально даже не старался. Его разум должен быть защищен от Темного Лорда, но мальчишка безнадежен.       После непростительного подглядывания Поттера — выходка в духе его бесцеремонного отца — Северус рассчитывал, что он больше не вернется. Какое-то время он был свободен от общества сына человека, которого он ненавидел всей душой, но счастье, если это можно так назвать, длилось не долго. Северус спускался после ужина в большом зале в свою спальню, когда обнаружил сидящего под дверью Поттера. Он посмотрел на профессора снизу вверх и его зеленые глаза горели решительностью.       — Профессор! — пылко начал он, но Северус не желал слушать.       — Пойдите прочь, Мистер Поттер, — выплюнул мужчина, пытаясь пройти к двери.       — Но вы должны выслушать меня! — мальчишка вскочил на ноги.       — Достаточно я терпел вас, Поттер. Пожалуйста, избавьте меня от своего общества.       — Нет! — Гарри выхватил палочку и направил ее прямо в лицо Снейпа. Это уже было верхом наглости! Северус моментально выхватил свою палочку и также направил ее на мальчишку.       — Как вы смеете наставлять палочку на учителя, Поттер? Десять очков с Гриффиндора.       — Да хоть сто! Мне нужно, чтобы вы выслушали меня!       — Ты несносный мальчишка, такой же заносчивый, как и твой отец!       — Мой отец… Я ведь даже не знал его, — Гарри стушевался, но палочку не убирал. — Я спрашивал у Профессора Люпина и у Сириуса, но они не стали отвечать мне.       — Избавьте меня от этого, — лицо Северуса скривилось в презрении. Неужели Поттер собирался изливать перед ним душу?       — Послушайте! — Гарри все же опустил палочку, но вместо этого схватился за руку мужчины и от неожиданности, он не успел ее убрать. — Я не знал своего отца и если бы мог… Наверное, я бы поругался с ним после того, что увидел. Сириус и Римус не станут рассказывать, но ведь вы… В конце концов вы знали и мою мать.       Северус вздрогнул. Хватка Поттера ослабла и он тоже опустил палочку.       — Какими были мои родители?       Гарри уверено смотрела в черные глаза Северуса и никакая сила на свете не заставила бы его сейчас прогнать мальчика.       — Уйдите с дороги, Поттер, — сказал он значительно спокойнее и прежде, чем парень стал возражать, Северус продолжил. — Вы мешаете мне открыть дверь.       Лицо мальчика просияло, а глаза загорелись также, как когда Лили получила «Превосходно» по зельеваренью. В комнате, куда не ступала ни одна живая душа, разве что Дамблдор, царил полумрак. Гарри, совсем тихонечко, стараясь быть очень незаметным, сел на ближайший стул. Повсюду лежали пергаменты, стояли пыльные склянки и башнями высились книги, не уместившиеся на полках, но в остальном комната была чистой.       — Шайка вашего отца пользовалась популярностью, нечего и скрывать.       Северус взмахнул палочкой и пару свечей на стене вспыхнули огнем, но едва ли это прибавило света в его комнате. Он бросил взгляд на мальчишку и тот, в противоположность их последней встрече, сидел очень тихо и жадно внимал каждому слову.       — Разумеется, ваш отец был чистокровным волшебником из состоятельной семьи, о чем он не упускал возможности напоминать. Отвратителен по всем предметам, но всегда изворачивался, как уж на сковородке.       — Я не понимаю, профессор.       — Разумеется, вы не понимаете.       — Почему моя мама… Почему вообще ей мог понравиться мой отец?       Мужчина замер. Он развернулся к мальчику, взмахнув полами мантии и подошел совсем близко. Действительно, почему? Северус задавался этим вопросом многие годы, но разве теперь это было важно?       — Поттер мог притворяться, кем угодно, если хотел, — презрительно бросил тот. — Он кружил головы многим девицам со своего факультета.       — Моя мать не могла полюбить лжеца! — не выдержал Гарри.       — Но именно таким он и был.       Мальчишка вскочил, сжимая кулаки. Уголки губ Северуса дрогнули в наслаждении или призрении. Лили действительно не могла полюбить лжеца. Зеленые глаза блестели.       — Мой отец сражался, он был в Ордене Феникса! Где же вы были, когда мои родители боролись с Волдемортом? Ах, да! Вы-       Северус схватил Поттера за ворот рубашки и сильно встряхнул.       — Не смейте, Поттер! Не смейте обвинять меня в трусости.       — Вы ведь обрадовались, когда узнали, что мои родители погибли? Когда ненавистный вами Джеймс и Лили Поттер погибли, защищая меня? — Гарри крепкой хваткой вцепился в запястье руки, схватившей его. Он бесстрашно смотрел прямо в черные глаза, ведь он видел глаза гораздо хуже. Северус нисколько не пугал его.       — Вы ничего не знаете! Ничего!       — Так расскажите мне!       — Достаточно! — Северус потащил мальчишку к двери. — Не смейте более возвращаться сюда, Поттер, иначе я доставлю вас Темному Лорду лично.       Гарри вывернулся и почти свалился на пол. Он уже почти вышел из комнаты, но вдруг обернулся, сверкая глазами и сказал:       — Вы спасли меня, когда Квиррелл заколдовал метлу. Почему? — Он тяжело дышал и его ноздри гневно раздувались. — Вы спасли мне жизнь. Я ведь должен вам.       — Вы были просто несносным ребенком, Поттер. Но все же ребенком.       Гарри удивленно посмотрел на профессора, но тот быстро закрыл дверь прямо перед его носом. Чертов Поттер! Как он смеет заявляться к нему и требовать объяснений, как с равного себе?

***

      Когда Сириус Блэк был убит, Гарри много кричал. И кричал на Альбуса, как ребенок. Как маленький глупый ребенок. Он обращал злость на себя против всего вокруг. Против всего мира. Северус спешил в кабинет Альбуса, как вдруг наткнулся на раскрасневшегося Поттера. Его глаза горели гневом в перемешку со слезами. Снейп и не собирался ничего говорить, но мальчишка накинулся на него. Он толкнул профессора и от неожиданности, тот не успел среагировать.       — Вы! Я кричал, я умолял! А вы ничего не сделали!       — Уберите руки, Поттер, — прошипел мужчина, но палочку доставать не стал. В памяти вспыхнули воспоминания, как Джеймс не гнушался физической силы, чтобы поиздеваться над ним, но зеленые глаза мальчика излучали лишь боль. И Северус мог это понять.       — Я сделал все возможное, чтобы спасти вашего критина крестного, но быстро выяснил, что этого и не требовалось. А вы, разумеется, как последний болван, бросились в пасть Темного Лорда, несмотря на все наши занятия.       — Вы хотели, чтобы Сириус погиб!       — Возьмите себя в руки, Поттер, — Северус вытерпел достаточно. Он уверено вцепился обеими руками в плечи мальчишки, который даже физически был значительно слабее. Через секунду уже Гарри припечатали к стене, а Северус крепко держал его.       — Терять близких — больно. Терять членов семьи — невыносимо, но вы знали на что шли, когда создавали ваш жалкий отряд. Вы хотели боя, хотели стать героем. Вы это и получили! Жизнь несправедлива и становтся еще более несправедливой, когда вступаешь на борьбу со злом. Добро имеет привычку побеждать лишь в сказках, Поттер. Вам пора повзрослеть, чтобы исполнить то, что вы задумали, иначе будут гибнуть другие по вашей вине.       Гарри взвыл и это обескуражило Снейпа. Он обмяк, теряя силы к сопротивлению. Северус тяжело вздохнул и закатил глаза. Он схватил мальчишку за шиворот и потащил в свою коморку с зельями, не встречая сопротивления. Пришлось извести на пацана пузырек успокоительного зелья и еще всучить ему зелье для сна. Когда Гарри перестал плакать, он бездумно сидел на полу коморки и смотрел в стену.       — Жизнь к вам добра, Поттер. — Северус стоял над ним. — У вас есть друзья. Люди будут сражаться и умирать ради вас, потому что они в вас верят. И вы не должны позволять себе не оправдывать их надежды. Не у всех есть то, что есть у вас.       Гарри посмотрел на профессора. Его глаза все еще были красными. Северус не жалел его, но жалость — последнее, что было ему нужно.       — Возвращайтесь в постель, Поттер.       — Спасибо, Профессор.

***

      Северус открыл глаза и по ним ударил свет. Он ничего не мог разобрать очень долгое время, а по телу распространялись волны боли, но первым, что он увидел были зеленые глаза.       Гарри сидел подле его постели и держал Снейпа за руку. Он был слишком слаб, чтобы отдернуть ее, но краем сознания отметил нахальность мальчишки. Поттер стал другим. Его глаза как будто постарели. Война забирает у человека десятки лет.       — Вы приняли противоядие, — тихо сказал Гарри.       — Разумеется, я принял, — очень хрипло и почти не слышно ответил Северус, собрав все силы. Он не мог не знать, что змеи нужно опасаться. Не мог не знать, что Темный Лорд убьет его рано или поздно.       — Вы любили ее.       — Разумеется любил…       — Она не знала, что вы были храбрее моего отца.       Гарри наклонился и поцеловал руку Северуса. Тот вздрогнул всем телом. Гарри смотрел на него и думал о словах Дамблдора. «Жалей живых. Особенно тех, что живут без любви». Северус не заслуживал всего, что произошло с ним. Но он любил и пронес любовь через всю жизнь. Какой человек может быть достоин этого? Гарри никогда так не любил, как его Профессор любил его мать.