XXVIII. Последнее дело [Леон]
6 декабря 2022 г., 18:05
Примечания:
▶ таймлайн: постканон
▶ Земфира — Итоги
Division of Security Operations
Отдел внутренних расследований
Вашингтон, округ Колумбия
ДОКУМЕНТ № 067/33
Содержание: копия текста рукописной записки бывшего оперативного работника агентства Л.С. Кеннеди Дорогая Ингрид! Как ты знаешь, прошедший год выдался для меня тяжелым, и в первую очередь я хочу сказать тебе спасибо за всю твою помощь и поддержку. Ты верный друг и надежная коллега, не раз выручавшая меня в критических ситуациях. Благодаря тебе мне удалось закончить то важное дело. Поэтому пришло время поставить точку. В одну из встреч с Крисом Редфилдом я сказал ему: наша жизнь, как бесконечный марафон. Зацикленный. Можно победить, пробежав определенное количество кругов, но это не избавит от нужды бежать дальше. На пути теряешь родных и близких — остановиться, чтобы как следует оплакать утрату, тебе не дадут. Также с каждым заходом теряешь и частичку себя. Разорвать круг можно только одним способом. Помню, Крис тогда горько улыбнулся и согласно покачал головой, но ничего не сказал. Достаточно красноречиво, не так ли? Денвер — последнее мое задание. Судя по разведданным, там творится сущий ад. Много молодых ребят погибло впустую. Нужна помощь. Я либо уйду из отдела после, либо там, в Колорадо, все для меня и закончится. Как пойдет. В любом случае, мы с тобой больше не увидимся. Не будет ни рапорта, ни воздаяния похвалы за храбрость. Денвер, конечно, потом назовут «новым Раккун-сити». Как и Толл-Оукс в свое время. Все повторяется. Предвижу громкий пустословный репортаж о трагедии и штабную оду о том, что агентство держится особняком, мол, политика — не наше, у нас был такой-то приказ. Схема, разработанная искуснейшими лжецами нации и набившая уже оскомину, но исправная. Я согласен — лучше так, чем пугать Штаты, да и остальной мир уродливой правдой. Тридцать лет на госслужбе убедили меня, что правда не всегда бывает к месту. Отмеряться она должна строго малыми дозами и подразумевает ответственность и последствия. Не зря нам разрешается врать, умалчивать, слыть мясниками и цепными псами. Словом, идти на все ради работы. Одного нам не разрешается: недооценивать опасность. Однако меня волнует, что ложь и молчание в последнее время уж слишком разрослись. Раньше об ужасах рассказывали скупо, теперь — никак. Так не должно быть. Иначе умрет память. Долго веду к главному. Рукопись закончена. Копию я оставил в ящике стола, который закрывается на ключ. Оригинал в редакции «Washington Weekly», ждет публикации. Думаю, когда ты получишь это письмо, мой скромный очерк о Раккуне и прочих моих похождениях уже увидит свет. Как я писал выше, правда должна дозироваться, поэтому многое я смягчил, а некоторое и вовсе опустил. Но того, что осталось, хватит, чтобы заполнить белые пятна в истории биотерроризма и вызвать резонанс. Впрочем, ты сама все увидишь. Чуть не забыл: ключ в холле за портретом Бенфорда. Иронично, учитывая, что Адам хотел придать всё огласке аж десять лет назад. И логично, ведь моя служба началась с Раккун-сити. Им она и окончится. Люди должны знать. Так будет правильно. Так я точно уйду со спокойной душой. Мы с тобой, Ингрид, неплохо поработали, раз мир еще на месте. Но я устал. Выдохся. После ее смерти уже не могу как раньше. Работаю, подавляя страх. Опасаюсь, что из-за этой моей вымученности, пагубного оцепенения, пострадает кто-то другой. Моя уверенность перевелась. А вот в людей по-прежнему верю. Пока есть такие, как ты, Крис и Клэр Редфилд, Шерри Биркин — есть надежда. Перечитываю письмо и думаю: остались во мне какие-то крохи оптимизма. Не совсем я придушил того юнца с его сиюминутным бездумным благородством, простодушием и трогательной верой в справедливость. Это радует. Итак, пришло время уступить место другим. Я был чертовски рад знать тебя, Ингрид. Прости меня за некоторую непоследовательность, времени осталось мало. Надеюсь, ты хорошо проводишь отпуск. И с Рождеством.Леон
24 декабря 2033 года
КОНЕЦ ДОКУМЕНТА
