бессмертные грехи

если ангел пал — так или иначе, виноват будет демон.

сеул манит красотой, своим сиянием ночью и своей чистотой днём, когда солнце освещает серые улицы мапо и персиковые пестрые переливы на хондэ. люди так и рвутся сюда попасть, не до конца осознавая, как много они оставляют дома. своих школьных друзей, воспоминания о самих себе — ещё чистых, юных. рози ненавидит сеул, она терпеть не может людей на улицах, она ненавидит микропыль в воздухе, одинаковые идеальные лица в идеальных, почти утопичных, красках — обилие всего, убивающее стремление к совершенствованию. она переживает те времена, когда всё уже написано, создано, сделано. ничего нового не придумаешь, остаётся только переосмысливать старое, но уже тошнит от одного и того же. что автор имел в виду, когда написал… что хотел сказать… бог, когда создал землю? рози видела, как планета зарастала людьми, словно паразитами, как на костях строились города, а на крови всплывали корабли на новые земли. она родилась в эдеме, но была изгнана. потому что встретила её. — роузи-коузи, что за взгляд? снова романтизируешь свою жизнь? лиса была необыкновенной, наверное, это одна из причин, почему розе ненавидит её. она не вписывалась ни в одну эпоху, всегда сама по себе, одна такая, больше не будет других. когда розе встретила лису впервые, она сразу поняла, что перед ней демон похоти. — предпочитаю, страстная демонесса, — девушка протянула ей руку. демонам нельзя входить в сад, поэтому та шастала вдоль ограды и веселила себя тем, что пугала робких ангелов, но роуз не была одной из таких. лиса, чёрный волосы до плеч, такие же чёрные глаза, острые когти, острые плечи, но мягкая кожа, пьянящий аромат пряностей. рози сделала ей шаг навстречу, не зная — что дороги назад не будет. — слушай, ну с кем не бывает? разве лучший секс в твоей жизни не стоит того, чтобы уйти из рая? — в её голове лиса смеялась скрипучим ведьминским смехом, в реальности этот звук напоминал перелив колокольчиков. в любом случае, во она здесь, вернулась в сеул спустя столько лет, проведенных в домике на берегу, во франции, где роуз восстанавливала нервные клетки с помощью вина и поэтичных прогулок под луной. жители той местности стали слагать легенды о девушке — призраке пьяной графини, которая умерла от горячки после десяти бутылок… спиртного, теперь она бродит и пугает молодых людей. рози была оскорблена. хотя бы потому, что не так уж она много и пила, видели бы они ким джису в начале двадцатых… она бы предпочла не видеть лалису ещё сотни лет, но, к сожалению, невидимая сила тянула их в одни и те же места, как сейчас — в ретро-кафе на хондэ, с самыми вкусными молочными коктейлями в мире и официантками на роликах в стиле семидесятых. — у них ещё блины вкусные, взбитые сливки, немного масла… — лиса усмехнулась, — напоминает тысяча восемьсот двенадцатый, да? они не говорят о тех годах. было много масла, оргии, буквально сюжет фильма парфюмер. — спустя столько лет ты всё ещё строишь из себя святую невинность, розанна. ты бегаешь не от меня, а от самой себя, — лиса взяла еду с собой и пошла прочь на выход, — передумаешь — позвони. — я удалила твой номер, — розе намеренно взмахнула волосами перед лицом своей девушки (бывшей девушки) — ещё в те годы, когда мы хранили их в записных книжках. — тогда отправь мне голубя, или орла, старушка, — лиса с громких смехом, но всё же ушла, наконец оставив роуз одну, наедине с её молочным коктейлем и комплексами.

***

этот город любит ким дженни. эта страна любит ким дженни. каждая собака знает, насколько дженни популярна. так было не всегда. рождённая низшим демоном, девушка пробила себе путь наверх не сразу, только поборов саму себя и двенадцать апостолов божьих. дженни стала демонессой высокого ранга и, когда ей наскучило жить в адском пламени, отправилась на землю. она никогда не гналась за славой, жила жизнью светской дамы, в конце концов она — не ким джису, которая очевидно любит хардкор и садомазохизм, потому что жить, претворяясь крестьянской сотни лет подряд, когда на самом деле ты старейший вампир на свете — это особый вид извращения. дженни любила роскошь, балы, красивых мужчин, красивых женщин, обилие и изобилие. её гордости и тщеславию не было предела, но тем не менее она была самой милой булочкой. дженни стала моделью, лицом многих брендов и значимой фигурой двадцать первого века, самой богатой женщиной по версии форбс… но была проблема. дженни не старела, к сожалению, её силы не позволяли изменять облик, поэтому девушка была вечно молодой и красивой (она не жаловалась, но всё же). люди стали подозревать неладное, ведь по документам ким дженни уже тридцать девять, но выглядит она всё ещё на восемнадцать. кто-то говорит, что она ест младенцев, чтобы оставаться молодой. люди не слишком изменились во взглядах с двенадцатого века. дженни впала в депрессию. их у неё было много, но все они подразумевали беспробудный сон на протяжении недель, а в самых жёстких случаях она отыскивала джису и одалживала гроб из её коллекции. её разбудило сообщение от лалисы, как ни странно это было нечто, похожее на голубя, разбившего голову о её окно из пуленепробиваемого стекла в полдень. и в сообщении было сказано, что чеён вернулась в город.

***

джису нельзя было описать словами. тысячи лет художники изображали её на своих картинах, мало кто знает, но с неё писали мона лизу, однако все поголовно признавались, что передать красоту этой девушки нереально. сияющая белая кожа, алые губы и золотистых глаза, если не брать во внимание ненасытную жажду крови и людских смертей — джису можно было принять за какую нибудь графиню, аристократку, принцессу… джису была той, кто разрушила римскую империю, устроила крестовый поход на византию, убила николая второго и сделала ещё многое другое, но о ней никогда не писали в учебниках по истории. было однако одно её изображение в летописях, но там джису скорее напоминала трехголового змея с ногами козла и двумя мечами. ей это льстило. джису была печально известна своей влюбчивостью. розе и лиса любили друг друга, дженни любила себя, а джису любила всех. просто её сердце было таким огромным. и вот сейчас она переживала очередное расставание, в клубе на итэвоне, в мерцающих огнях, она отжигала древние египетские танцы под техно-хаус нулевых, который здешние называли олдскулом. для джису олдскул — игра на лире, со струнами из оленьих сухожилий. её нынешние подруги были похожи на её старых знакомых с амазонки, такие же высокие, сильные и очень пугающие мужчин. времена менялись, но одно не менялось никогда, мужчины всё так же боятся женщин. джису сидела на пороге клуба в районе четырёх часов утра, когда солнце только встало, она курила свой мундштук, ей хотелось крови и она с грустью вспоминала оргии, типичное её состояние по пятницам. — говорят, рози вернулась в сеул. джису подняла голову и перед ней стояла ким дженни, её первая любовь. второй была лиса, третьей рози. дженни была похожа на бродягу, но в двадцать первом веке это называли уличным стилем. девушка была рада видеть дженни, даже если от неё пахло так, будто она курит электронные сигареты, джису надеется, что это не так. джису ненавидит электронные сигареты, они её оскорбляют. — тогда пришло время собраться снова.