Из Омута

- Приветствую вас, друзья. Надеюсь, ни у кого не вызвала затруднений спонтанность собрания... Это издалека и так негромко, что в пространстве Малфой-мэнора практически неразличимо. Гермиона свернула в восточное крыло, следуя своему обычному маршруту и уже миновала дверной проём. Это была третья по счёту вылазка, и, поскольку от проведения прилюдных экзекуций Тёмный Лорд временно отказался, собрания больше часа не длились, а соответственно, и времени на обследование дома у гриффиндорки было немного. Сегодня она сразу же направилась к спальным комнатам. Холодные коридоры, как и всегда, встречали её пылью и паутиной, а дорогой бархатный ковёр весь свернулся складками, как бы усложняя девушке путь. Пробравшись в хозяйскую спальню, гриффиндорка первым делом принялась за осмотр тумбочек и поиск потайных хранилищ. Никто не верил в то, что крестраж может находится в Малфой Мэноре. Гермиона тоже, однако её преследовало перманентное чувство, что там может быть подсказка, что ей нужно быть здесь в какой-то момент, и она прислушивалась к этому ощущению. Все тумбочки оказались пусты, и поисковое заклятие не дало новых данных, поэтому из спальни Гермиона вскоре двинулась в следующую комнату. Через полчаса девушка в мантии-невидимке уже обыскивала западное крыло дома. Она как раз проходила условленное место встречи с профессором Снейпом - уборную второго этажа - когда карман её джинсов отчётливо нагрелся, привлекая внимание хозяйки. Это безотказный зачарованный галеон сообщил, что Волдеморт покинул мэнор и что собрание окончено. После этого сигнала Снейп мог не подходить ещё десять-двадцать минут: это означало, что его "заболтал" кто-нибудь из Пожирателей. Гермиона догадывалась, что подождать придётся и сегодня, поэтому, коротко вздохнув, приспустила капюшон мантии, проходя в помещение уборной. Спустя пару минут она уже опустилась на пол и прислонилась спиной к стене, чтобы в таком положении дождаться прихода Снейпа, но, вопреки всем предсказаниям, пятнадцать минут морозить пятую точку Гермионе не пришлось, и уже минуты через четыре в коридоре послышались шаги. Торопливо поднявшись и одновременно окончательно скинув мантию-невидимку, девушка направилась к дверному проёму, однако, не успев ещё его преодолеть, застыла. Гриффиндорка чуть было не врезалась в вошедшего, однако обездвижило её не это. Двумя головами выше её макушки сверкал голодный звериный прищур, перепутать который с чьим-либо другим было невозможно. В дверном проёме стоял Фенрир Грейбэк. В ширину он был ровно с дверной проём, как, собственно, и длину, и, чтобы смотреть в его лицо, девушке приходилось откровенно задирать голову вверх. С минуту пощурившись на гриффиндорку, он вдруг окончательно оскалил зубы и сделал резкий выпад, чтобы схватить девушку. От выпада этого Гермиона смогла сбежать, присев, однако после, когда она начала судорожно отходить назад к стене, ноги её запутались в мантии-невидимке, и к стене она оказалась уже прижатой. Склонившись к самому её уху, он низко пропел слова: - А вот и сладкая Хирмана... - после чего хотел было дотянуться лапой до её стянутых на затылке кудрей, однако был остановлен и быстро поставлен на колени ударом в низ живота. Палочка её была сейчас где-то в специально пришитом ею же кармане брюк и схватить её при первом взгляде на Грейбека не было возможности, но теперь, когда она была практически у двери уборной, палочка снова вернулась в её руку. Волшебный галеон валялся сейчас у стены где-то перед оборотнем, и позвать Снейпа или скрыться не представлялось возможным. Гермиона решила, что ударит Грейбека Петрификус Тоталусом как только минует дверной проём, однако не успела она ступить на пурпур бархата коридора, как левая щиколотка ее оказалась сжата когтистой лапой. Вывалившись в коридор, гриффиндорка секунды три пролежала дезориентированная, осознавая, что палочка выскользнула из ее руки и откатилась вправо, испустив пару очередей белых искр. Грейбек же тем временем переступил через распластанное по полу тело Гермионы, подходя к волшебному древку. Подняв с ковра, оборотень, словно играючи, прокрутил его в пальцах (в его ручищах оно больше походило на палочку от леденца), после чего, обхватив второй рукой с другого конца, быстро перегнул, так, что посередине палочка сначала дала пару светящихся изнутри трещин, а после, с характерным треском показав рваные иголки древесины, разломилась на две части. Гермиона все это время боялась, что закричит и погубит этим криком и себя, и Снейпа. Она была уверена в том, что закричит, и когда Грейбек подошёл к палочке, и когда взял её в лапы, но сейчас, когда перед её лицом упали два обломка её жизни, два обломка её самой, она не могла даже дышать. Гермиона будто поперхнулась произошедшим, будто переломилась сама. Замерла, будто не нуждалась больше во вздохе. - А наш хороший знакомый Северус подцепил паразита... Не удивлюсь, если он ещё и использует паразита по... Нужде, - сипел оборотень где-то над телом девушки, - надеюсь, он на меня не обидится. Ведь у меня тоже есть нужда... Гриффиндорка вдруг вспомнила о родителях, о Крукшенксе, о друзьях, о профессорах, наконец. Ведь за смерть ученицы все причастные хоть косвенно к этой смерти будут отвечать сроком в Азкабане. И, подумав обо всем этом, девушка нашла в себе силы на рывок и сразу же бросилась бежать. Однако и этот порыв вскоре был прерван оборотнем, и на этот раз он не жалел её головы, припечатывая к стене. - Но-но-но-но... Я бы советовал не поднимать шум... Один крик - и сюда набегут остальные, вызовут Лорда. Потом пытка и два трупа. Не знаю, что там у тебя с нашим Северусом, но не лучше ли один труп? Гнилостное дыхание над её макушкой заставляло острее чувствовать отвращение и ярость, а заросшее шерстью тело в засаленном тряпье, грубо прижимавшее девушку к стене коридора, раздражало кожу и не давало дышать. И девушка снова попыталась ударить его коленом, однако, остановленная, секундой позже она снова лежала на полу, но на этот раз уже на спине и придавленная сверху Грейбеком. - Сама напросилась, - оскалился он в подобии улыбки, после чего зафиксировал левой лапой одно её плечо (второе закономерно приподнялось чуть выше), а ладонью правой резко надавил на её поднятое плечо. Казалось, ничего страшного не должно было произойти, однако Гермиона отчаянно, но насколько могла тихо взвыла от боли. Когда он убрал руки плечом, девушка пошевелить уже не могла. Оно было вывихнуто. - Х… х… - то ли задыхаясь, то ли пытаясь заговорить. - Хватит… - как будто бы неуверенно шепнула Гермиона, боясь, что их и так уже услышали, - он сейчас придёт. - Северус? О, не беспокойся, я дал им много тем для обсуждения. Хорошо, если он через сорок минут ото всех отобьётся. И после этих слов он отодвинулся от лица Гермионы, опускаясь ниже. Она же, чувствуя тяжесть чужого тела, но уже не в состоянии поднять голову, пыталась следить за действиями оборотня взглядом. Она видела, как он облокачивается предплечьем на её правую ногу где-то на полпути от колена к щиколотке, видела, как он укладывает руку устойчивее. А после она уже не видела, а скорее чувствовала, как он приподнимает туловище, и с небольшим, но значительным ускорением падает. И снова воздух покинул лёгкие, сразу после того, как девушка физически прочувствовала хруст кости, больше похожий на глухой стук открываемой ампулы. Она как будто ненадолго погрузилась головой в преисподнюю. Так показалось девушке. Ведь представления о преисподней всегда строятся на жизненном опыте каждого конкретного человека. Только в этом аду снова не было котлов и огня - там была тьма, и тьма эта как будто влилась в её черепную коробку из чугунного дьявольского кувшина. Когда же чёрная дымка рассеялась перед её глазами, преисподняя отошла на задний план, сменяясь обычной, хоть и непривычно чистой земной болью. Гермиона вдруг обнаружила, что Грейбек практически вернулся в исходное положение и уже полувстал, задев её сломанную ногу. Чтобы не оборвать ничью жизнь своим криком, она тут же согнула целую руку, поднося её к лицу, чтобы вонзиться зубами во внешнюю сторону предплечья. Свежая боль от укуса отвлекает от боли в плече и ноге, но в общем не спасает. Ещё одно неосторожное движение на ней Грейбека. Укус. Следующий уже оставил на её зубах железный привкус. Прокусила кожу. Взглянув на руку, девушка увидела, что капельки крови неторопливо начали двигаться к внутренней стороне предплечья, и одна из них уже добралась до буквы "о" слова "mudblood", подаренного ей Белатриссой Лестрейндж. "Снова Малфой-менор", - подумала она, и мысль эта почему-то вызвала непреодолимую тоску. "Вот оно. Место моей смерти". Грейбек же тем временем навис над ней, стоя на коленях и ими же сжимая бёдра. Схватив одной лапой воротничок её рубашки и тонкую правую шлейку нижней майки, он прошёлся по ткани когтем указательного пальца вниз и наискось, так, что оба слоя ткани разошлись на гриффиндорке по диагонали - от ключицы до подвздошной косточки, оттягивающей ремень брюк. С характерным треском разорвав рубашку с майкой, оборотень раскрыл получившиеся лоскутки, как раскрывают книги, и просипев: "Я предпочитаю начинать с ребрышек", разорвал и тонкий мостик лёгкого сетчатого бюстгальтера. И именно в тот момент, когда он склонился над её обнаженной грудью, из прилегающего коридора послышалась змеиная и протяжная "Сектумсемпра". Продолжительно засипев от боли открывшихся по телу ран, Грейбек обмяк на изломанном теле Гермионы, причиняя боль одновременно и плечу, и ноге, и предплечью. Тихонько и коротко взвыв, она шепнула: "Северус" и беззвучно заплакала, ощущая, как кровь оборотня заливает впадинку её живота и внутреннюю сторону бедра. Мгновенно подлетев к ней, Снейп упал на колени и приподнял голову, зачем-то прижавшись к её лбу своей чисто выбритой щекой. После он трансфигурировал из чего-то подушку и уложил на неё. Девушка тем временем чувствовала тонкой кожей груди замыленную и заросшую грудь оборотня и очень старалась не думать об этом. Поднявшись, он грубо дернул штанину Грейбека вверх, и, как только тот полуповернулся, повинуясь этому мановению, Снейп тут же "откатил" его с Гермионы ударом в живот. - Ин-карцера, - раздельно проговорил он, направляя палочку в область шеи оборотня. И в следующий миг шея эта оказалась обвита крупной стальной цепью. Когда он забился в судорогах, цепь сдвинулась с шеи на грудь, после чего, обвив туловище, сжалась уже на нём и продолжала сжиматься до тех пор, пока плотина рёбер не дала трещину. Продолжительно взвыв, чего Гермиона не могла слышать (где-то в начале своей экзекуции Снейп успел бросить на оборотня звукоизолирующее заклятие), Грейбек, обессилев от боли, уронил голову на пол, ощутимо приложившись виском. Снейп махнул палочкой, заставляя цепь исчезнуть с его груди, чтобы сразу же снова процедить заклинание. На этот раз Инкарцера переломила ему ногу (ту самую часть, которую оборотень сам повредил Гермионе). После того как мужчина повторно убедился, что девушка не слышала хруста костей (она притихла на своей подушке, опасливо косясь ему в затылок и поблескивая застывающими на щеках дорожками слез), он тихо проговорил: "Отвернитесь, мисс Грейнджер". Пронаблюдав, как она беззвучно отворачивает голову в сторону соседнего коридора, он быстро ступил одной ногой на левое плечо оборотня, а второй резко ударил по правому. Снейп понял, что сустав выскочил из седла по характерному неправильному виду, и, снова подняв палочку, проговорил: - Боль от Круциатуса всегда ослабляется сопутствующими судорогами. Я лишу их полномочия облегчить твои муки. Но ответить Грейбек уже не мог, поэтому, обездвиженный последующим Петрификус Тоталусом, он просто лежал готовый к обещанному исходу. - К-руцио, - растяжно процедил Снейп, не наблюдая никакой реакции, но видя, как каждая клеточка дрянного тела оборотня подсвечивается болью. - Круцио. Вскоре Гермиона потерялась в количестве произнесенных им заклятий и тишине пауз между ними. - И после этого руки мои чисты, - яростно выплюнул Снейп в самое ухо оборотня, после чего незаметно ткнул концом палочки в его висок и одним движением заставил тело исчезнуть. Не опуская палочки, зельевар шмыгнул в уборную, с помощью Акцио призвал мантию невидимости и подцепил с пола зачарованный галеон. - Гермиона. Я не смогу апарировать, если подниму тебя транспортирующим, - низко проговорил он, приседая на колено. - Я знаю, - хрипло ответила Гермиона, не смотря в его лицо, и Снейп, кивнув, снял с себя мантию. Укрыв девушку ею и пронаблюдав, как ткань, пропитавшись кровью оборотня, начинает лосниться, он наконец склонился над Гермионой. Сначала маг снова поднял голову девушки, и подушка сразу же исчезла из-под её затылка. Снейп выглядел озабоченным и разбитым, однако скрыть это пытался обычной серьёзностью. И только его зрачки, всегда чёрные, сейчас сверкали обычным человеческим янтарём. Как будто с них сняли защитную тонированную оболочку. Он помедлил, решаясь приподнять ее туловище, и она это почувствовала. - Не... бойтесь, сер. Я не буду плакать, - сказала Гермиона, чувствуя ладонь Снейпа на своём затылке, и горячая слеза будто в насмешку сбежала по её виску и скрылась в волосах. Зельевар же, словно стыдясь своей робости, повторно кивнул и быстро протянул руку под спиной гриффиндорки. Тихо зашипев от боли в руке, девушка зажмурила глаза, а Снейп тем временем обхватил её бёдра правой рукой. Но как только он, с гриффиндоркой на руках, встал на ноги, глаза её скосились, и голова обессилено упала на плечо мужчины. Боль совсем лишила её сил, и обморок настиг Гермиону раньше, чем толчок апарации. Уткнувшись носом в шею Снейпа, она дышала коротко и прерывисто. Северус, поняв, что есть более безопасный способ поднять девушку, сменил позу. Теперь он держал её не как обычно держат на руках: скорее могло показаться, что изначально она стояла перед ним, а он, обнимая одной рукой, другой опустился примерно на середину бедра и, прижав к себе ноги, поднял. Так, девушка оказалась прижата к нему почти всей поверхностью тела, напоминая вытянутаю струну или королевского гвардейца на равнении, разве что с упавшей головой. И, непонятно зачем простояв так с минуту, Северус Снейп напоследок убедился, что никаких следов крови Грейбека на ковре не осталось, и тут же апарировал в Хогвартс.