Ворона

Женщина протягивает ему приплюснутую флягу с потертыми круглыми боками. Оттуда не пахнет спиртным, только чём-то терпким, смутно знакомым. И лицо у неё сочувственное и уставшее, будто не молодое, и Стиву почти кажется, что он смотрит в зеркало. Её старит серо-белая коса - потихоньку размышляет он, с недоверием поглядывая на протянутую руку. И небрежный спортивный стиль одежды вкупе с несочитающимся набором колец на тонких пальцах и армейскими берцами. - Извините, мэм? Она в ответ пожимает плечами и пьёт сама. Не морщится, смотрит нечитаемым сонным взглядом на дверь палаты. Роджерс запоздало понимает, что уместнее здесь была бы пластиковая бутылка и не такой небрежный стиль одежды. Эта женщина не местная, не работник ЩИТа, но она сидит в пустом коридоре наедине со Стивом. Нет сомнений, она тут тоже из-за Рамлоу. Может, родственница, сестра на крайний случай, больше никого и не пустили бы в это крыло. Хотя нет ни малейшего сходства с лейтенантом, ни южной смуглости кожи, ни нахальной харизмы, разрез глаз другой... Полная противоположность. Стив почти забыл, что пару часов назад, сам к себе такому непривыкший, никак не мог выкинуть из головы худшие опасения, мысли о том, что командир СТРАЙКа может и не выйти больше в полевые. Давно он ни за кого так не волновался. А тут пришёл и даже не сразу заметил, что не один. Пялился в стену, забыв, что надо писать отчёты Фьюри, который слово "терпение" и в глаза, наверное, не видел. Маска незыблемого Капитана Америки запрыгивает на лицо сама по себе. Стив почти подрывается начать расспрос, кто такая и зачем здесь, но женщина начинает говорить первой. - Пожалел бы себя. А то душу кочергой ворочаешь, так и не протянешь долго. Ты же человек военный, я вижу. Личное и официальное с двух сторон прижмет. Куда дышать тогда будешь? - и смотрит, вцепившись взглядом, будто за грудки встряхивает. И ждёт реакции, ждёт, что ей ответят, не с насмешкой, а с нереалистичным на этом лице материнским снисхождением. Роджер чувствует только, как раздражение царапает изнутри и клокочет. Он на эмоциях, но маску держит - не впервой. Только сидеть на месте сложно. Он не знает, что сейчас звучит глупее - фраза о военном, он ведь в ЩИТе сейчас, или о личном, которого у него нет. А если было - отобрала война. Неожиданно хочется высказать этой незнакомке свое недовольство, свою злость из-за глупо подставившегося вместо него Рамлоу. Все, все, что клокочет внутри рядом с картинкой залитого тёмной кровью бока Рамлоу и самого Рамлоу, лежащего на полу джета. И картинка эта с ним, в голове с посадки и до сих пор. - Мэм, тут все военные... - он осекается, забыв все слова. Картинка стоит перед глазами, хотя сейчас лейтенант в порядке, через пару часов, быть может, очнется. Женщина в ответ кивает. Так, будто поняла больше, чем он сказал. - Я о второй говорю. Даже спрашивать не буду, как тебя с неё сюда занесло. Сама там два раза была. - О второй мировой? - Ага. Сначала тоже служба, а потом по работе отправили. Стив делает вид, что говорит с нормальным человеком. Самому верится мало. Все знают, что он там воевал, только это и успел за жизнь. А последний год, в ЩИТе, даже не старается запомнить названия мест, куда их отправляют. - Тебя кстати как зовут? - Стив Роджес, мэм. Он на секунду прикрывает глаза и пытается убедить себя, что все в порядке. Что это не дурацкий сон. Что Рамлоу сейчас не где-то в пустыне истекает кровью, а в медблоке, спит под наркозом. И старательно напоминает самому себе, что с нездоровыми психикой людьми лучше общаться вежливо. Или сразу тихо звать медперсонал. - Ворона, - и протягивает многократно окольцованную руку. Пальцы тонкие, почти веточки, Стив пожимает прохладную ладонь, стараясь ничего не сломать. Потом они сидят в тишине и оба в раздумьях смотрят в разные стороны. Эта женщина, Ворона, больше не пьёт, только прислушивается к чему-то с тем же уставшим видом. Стив прокручивает в голове миссию, чтобы найти ошибки, неточности в тактике... - Через два часа очнется, не дальше, - через какое-то время в громогласной тишине говорит Ворона, все так же рассматривая безликую стену перед собой, почти не движется, только слышно, дышит. Стив прислушивается к тому, что происходит за дверью, в палате. Через назойливый писк приборов пробивается еле слышное ровное дыхание. Хочется верить этой женщине и её уверенности. Но Роджерс уверен, что так долго начальство ждать не будет, он и так уже сильно задержался, а его отчёта ждут сразу после миссии. Никаких поблажек. Но отчаянно хотелось остаться тут и самому проверить, что с Рамлоу все в порядке. Будет в порядке. - С ним все будет в порядке, - как будто озвучивает его мысли и снова внимательно смотрит, - Я все равно подожду, мне надо. Передать что-нибудь? Как будто мысли читает. Но Стив не говорит ничего. А что бы он Рамлоу сказал? Жду отчёт сразу по выздоровлении? Поправляйтесь? Спасибо, что прикрыли спину, лейтенант? Снова. Это он скажет потом, сам. Уходя он кивает, не зная как ещё распрощаться со странной женщиной. Та небрежно кидает что-то вроде "И вам не хворать" и вслед не смотрит, Стив точно уверен. На выходе он просит медперсонал повнимательней следить за приходящими посетителями.