Я вспоминаю тебя.

Такемичи лежал в бессознательном состоянии недельки две. Майки заботился о нем всё это время и винил себя за то, что так случилось. По ночам, бывший свастон истошно кричал от угнетающей боли в груди, а голоса усиливались и только провоцировали Манджиро сильнее. На его руках повсюду были следы от ногтей, под глазами образовались синяки, он почти не спал всё то время, что парень в был отключке. Мысли, голоса и Такемичи не давали ему уснуть. Майки постоянно, каждую секунду был с черноволосым. Ему было стыдно и противно от себя, что так он поступил. Находясь в штабе, Майки постоянно думал о Такемичи. Приходили мысли, «а что если бы.» или «можно было и.» Он долго думал и переживал по этому поводу. Часто это заканчивалось срывами на Санзу или криками на Коко. Майки не контролирует что внутри него творится. Ведь это уже не он, это всё другой человек. Чёрный импульс. Уткнувшись лицом в колени, он потихоньку начинал понимать, что он вытворял за всё это время и какую боль он приносил окружающим. Это сильно нервировало и уничтожало изнутри. — Майки, ты тут? — услышав голос Такемичи, Майки подошёл к парню и взял на руки, усаживая на диван. — Такемичи, почему ты проснулся? Не хочешь ещё поспать? — он даже не стал коверкать имя возлюбленного, давая понять что он серьёзен относится. — Не, я уже выспался. Да и. как ты? После всего, что случилось, как Манджиро издевался над ним, черноволосое чудо спрашивает «как он?». В глазах у Манджиро что-то потеплело и он с натянутой улыбкой сказал: — Боже, тебе не стоит за меня переживать. Я. прекрасно себя чувствую. — Очередная ложь, но чтобы не втягивать в это Такемичи, Майки соврал. Но по взгляду Ханагаки, видно было что тот не поверил. Тёплые руки Такемичи дотронулись до щёк Майки, нежно поглаживая пальцами. — Расскажи. что с тобой стало, Манджиро? — сердце парня застучало быстрее и он не выдержал, опуская глаза вниз, укладывая голову ему на плечо. — Такемичи… я сам не пойму что со мной. После смерти Шиничиро, Баджи, я будто стал другим. Ярость и ненависть внутри меня охватывают. А смерть Эммы, меня убила окончательно. Я больше не могу сдержать чёрный импульс. Я не хотел тебе вредить, Такемичи. — из глаз Майки потекли холодные слёзы, они всё продолжали капать на чужую и свою одежду, казалось будто какой-то неподъемный груз сейчас сваливался с плеч, ведь только ему можно доверить то, что происходит внутри. Такемичи обнял Майки сильнее и поцеловал его в лоб. — Манджиро, я спасу тебя. Я не знаю как, так как я больше не могу вернуться в прошлое, но спасу тебя. Ты дорогой и любимый мне человек, и не важно сделал ты мне боль или нет. Я не. — договорить Ханагаки не дал скользкий и хитрый язык Майки, который уже блуждал во рту парня и обследовал. Майки вцепился своими ладонями в плечи Такемичи и жадно целовал его, вкладывая всю свою страсть и любовь в этот поцелуй. Нехотя оторвавшись от желанных губ парня, Манджиро прошептал: — Чтобы меня спасти, мне нужен ты, твоё присутствие, ты должен быть со мной. Такемучи, я люблю тебя. — последние слова Майки произнёс в ухо парня, крепче обнимая его. — Я тоже тебя люблю, Майки. « Майки — Майки, разве от нас есть лекарство?» «Глупо, что ты веришь Ханагаки.» «Любите? Пф.» «Мы вернёмся и снова и снова и никто не вылечит тебя.» Голоса усиливались в голове у Майки, но тот пытался игнорировать их и полностью прижаться к Ханагаки, довериться, не отпуская его из своих объятий. Становилось тепло, приятно, когда Майки рядом с ним, голоса больше не беспокоят.