«Прикладная анимагия» Фергюссона

Весь следующий день Гермиона мучилась оттого, что так и не сказала ничего Рону. Не то чтобы между ней и Малфоем было что-то, о чем нельзя поведать, но она все же не решалась. То есть, в принципе, любой мог подойти к двери и прочитать их фамилии напротив тридцать второй темы, и это вовсе не тайна, но... Рон не читал и не собирался. А если бы прочёл?.. — Гарри, как считаешь, вот если ты общаешься с девушкой, ну, просто общаешься, но Джинни не посвящаешь в подробности... Это ужасно, по-твоему? — Гермиона сидела на диване в гостиной и задумчиво смотрела на пылающий камин. Поттер вдруг закашлялся, поперхнувшись какао. — А что, так заметно? — на выдохе спросил он, вытирая слезы. — Заметно что?! — задумчивость Гермионы как рукой сняло. — Ты что, общаешься с кем-то за спиной Джинни?! — Да нет, ну то есть... Не то чтобы за спиной... Гермиона! Что за дурацкие вопросы?! — лицо Гарри пылало. — Видимо, не такие уж дурацкие, — Грейнджер нахмурилась. — Это Джинни просила тебя устроить проверку? — Нет, это я сама решила тебя проверить, — Гермиона с ужасом подумала, что завралась, но было уже поздно. — Пока Джинни строит воздушные замки, ты, оказывается... — Гермиона, ну, ничего такого, правда! И я ничего такого не скрываю особо... — Кто она? — Неважно. — Гарри, — Грейнджер вздохнула. — Ты должен поговорить с Джинни начистоту. Иначе ты разобьешь ей сердце! — Это в любом случае будет так называться, — Гарри приуныл. — Я места себе не нахожу. Понимаю, что ничего плохого не сделал, но чувствую себя предателем. — Это потому, что ты пока не сделал ничего плохого, — Гермиона выделила слово "пока". — Ты меня презираешь? Грейнджер задумалась. В сущности, она мало чем отличалась от Поттера, разве только тем, что в её случае не было злополучного "пока"... — Ты знаешь, я пишу работу по анимагии, — вместо ответа сказала она. — Тридцать вторая тема. — Знаю, но это тут при чем? — удивился Гарри потерянно. — Если почитаешь список тем на двери класса Трансфигурации — поймёшь, — тихо ответила Гермиона. — Там будет и ответ на твой вопрос... На следующий день долго ждать не пришлось: Поттер подлетел к ней, как ураган, и утащил в сторонку. — Гермиона, я все понимаю, я вообще все понимаю... Но лучше, чтобы Рон узнал от тебя, — зашипел Гарри ей на ухо. — Но в этом же нет ничего особенного — обычный школьный проект! — Гермиона, ты вчера не про меня — ты про себя спрашивала. И ответ такой: в твоём случае ничего тут нет, но Рон имеет право знать. — Да я же не скрываю... — Именно скрываешь! Они помолчали немного. — Не скажешь, кто она? Гарри только отрицательно покачал головой. Гермиона твёрдо решила поговорить с Роном до того, как встретится с Драко в библиотеке для обсуждения первой главы. Она даже придумала, как все это провёрнет: сначала они пойдут на дежурство, спустятся к Большому залу и пойдут дальше — к Северной башне. Там будет уголок под лестницей, где они обычно целуются, и вот прямо перед этим местом она все и скажет. А потом... Ну, утянет Рона в уголок, может, он отвлечется... Но в последний день перед встречей МакГонагалл поставила на дежурство пару старост из Хаффлпаффа, и план Гермионы позорно провалился. Чувствуя себя отвратительно, она шла в библиотеку, как на Голгофу. — Опаздываешь, — Драко уже ждал её, разложив на столе книги и исписанные свитки. — Привет, — Гермиона села напротив и начала вынимать из сумки свои вещи. — Как твои сны? — По-прежнему, — Малфой внимательно посмотрел на неё. — Видимо, мой метод не сработал. Буду искать другой. Гермиона промолчала. — Что-то не так? — он посмотрел на неё испытующе. — Ты готова работать? — Да, — Гермиона протянула Малфою свои записи. — Вот, ознакомься. Драко кивнул и, в свою очередь, отдал ей два свитка, исписанные его каллиграфическим почерком. Они оба углубились в чтение. Малфой писал очень подробно, но, как и обещал, выбирал лишь самое интересное, и Гермиона подумала, что он был прав: в её работе больше банальностей. Приготовившись выслушивать критику, она продолжила чтение. — Гермиона, — позвал Драко внезапно. Она подняла голову: он назвал её по имени? — Что? — Ты через абзац ссылаешься на Фергюссона, — он потёр лоб. — Я знаю, что тебе рекомендовали эту книгу, но не уверен, что готов буду подписаться под этим всем. — Да что с ним не так?! — Гермиона скептически изогнула бровь. — Я прочла его: отличная книга! Все доступно и понятно. И знаешь, чтобы не быть голословной, скажу, что даже Питер Петтигрю смог выучиться по ней! А он не блистал талантами. — Ему явно помогали, — возразил Малфой. — А что ты скажешь, если узнаешь, что профессор Снейп, скорее всего, тоже использовал именно эту книгу?! — вытащила Гермиона свой краплёный козырь. — Скажу, что твоя информация не точна, — Драко был спокоен. — Снейп, конечно, занимался по этой книге, но так и не смог овладеть искусством анимагии. Более того, он навредил себе, следуя советам Фергюссона, правда, вроде как он сам был виноват. — Откуда ты знаешь?! — Гермиона удивилась настолько, что даже уронила перо, которое вертела в руках. — Снейп мне сказал. Мы обсуждали с ним возможности моего обучения анимагии, но из-за войны в прошлом году я не мог нормально заниматься. Гермиона смутилась. Она все ещё верила Сириусу, утверждавшему, что "Прикладная Анимагия" — лучшая книга по предмету, но Снейп... Возможно, все дело было в том, что Снейп перемудрил где-то что-то... У Гермионы даже голова разболелась от мыслей. — О чем задумалась? — голос Драко привёл её в чувство. — Это же я для себя решил, что этой книге доверять не буду. А ты можешь её использовать сколько угодно. Если хочешь, можем поспорить: ты будешь учиться по ней, а я выберу какого-нибудь другого автора. Вот и посмотрим, у кого получится перевоплощаться быстрее и безопаснее. Что скажешь? Он усмехнулся. — Где подвох? — зачем-то спросила Гермиона. Она уже не была настроена так решительно, как в начале их разговора. — Да нет подвоха, — пожал Малфой плечами. — Обычное любопытство. Так как, согласна? Или опасаешься? — Согласна! — Гермиона протянула руку для пожатия, но Драко вдруг смутился и опустил глаза. — Давай закрепим спор как-то вербально, — тихо произнёс он. — Я тебе верю. И ты поверь, что я не буду заниматься по Фергюссону. Тем более что он у тебя. — Да что с тобой не так?! — Гермона встала, обошла стол и крепко схватила его за руку. Малфой дернулся, но она не пустила. — Видишь, ничего страшного! — она присела на корточки, пытаясь заглянуть в его глаза. — Или тебе противно дотрагиваться до грязнокровки?! — Отпусти, — он поднял на неё глаза. — И дело не в том, что ты не чистокровная ведьма. И мне не противно. Выброси эту дурость из головы. Его лицо пылало, хотя он и старался сохранить спокойствие. — А в чем же тогда? — Гермиона выпустила его руку и села на место. — Я не могу сказать. Давай лучше вернёмся к работе, — он вздохнул и углубился в чтение её свитка. Гермиона посмотрела на Драко. Его лицо по-прежнему выглядело изможденным. Она покачала головой, размышляя, что с ним может быть не так, и тоже вернулась к чтению. Они работали долго. Ознакомившись с материалом, принялись обсуждать, как из двух кусков сделать одну главу максимально эффективно. Малфой внимательно слушал все аргументы и доводы Гермионы и либо соглашался, либо предлагал альтернативную точку зрения. Он всегда был спокоен и говорил размеренно, чуть растягивая фразы, но сейчас это не выглядело как проявление ребяческого пафоса. В какой-то момент Гермионе показалось, что он перехватил инициативу, хотя она была не менее начитана по предмету. Выяснилось, что при всей своей эрудированности, Грейнджер оказалась менее собранной. В одиночной работе это нисколько не мешало ей, но в совместной... — Ты когда-нибудь работал в паре? — спросила она, когда они закончили. — Никогда, — ответил Драко. — Кругом одни дебилы. Гермиона удивилась: — А как же Забини? Нотт? Малфой усмехнулся. — Они умеют производить впечатление, хотя я удивлён, что ты так легко купилась на их дешевое обаяние. — В смысле? — не поняла Гермиона. — За все годы обучения у одного было лишь три стоящих работы, у другого — четыре. — Это не так уж плохо, — возразила Гермиона, размышляя над тем, что у некоторых её знакомых и такого багажа не накопилось. — Мне кажется, ты слишком строг. — Может быть, — он покладисто пожал плечами. — Как бы там ни было, из всей параллели имело смысл связываться только с тобой. От остальных толку — ноль. Гермиона почувствовала, что краснеет. — Это комплимент? — улыбнулась она, но тут же спохватилась: прозвучало, как флирт. — Это констатация факта, — Драко деланно хмыкнул. — Давай договоримся, когда встречаемся в следующий раз. — Да, конечно, — Грейнджер ощутила какую-то смутную неловкость. — Сейчас начало февраля... Думаю, до середины марта мы вполне сможем как следует подготовиться. — Договорились, — кивнул Малфой и стал собираться. По дороге в башню Гриффиндора Гермиону занимали две вещи. Она снова и снова прокручивала в голове тот момент, когда взяла Малфоя за руку, и ей было странно вспоминать это чувство и то, что сказал Драко... Вторая вещь, не дававшая ей покоя, была связана со спором: Гермиона доверяла Сириусу, но и Снейпа очень уважала, поэтому в ней все сильнее росло чувство беспокойства за собственное благополучие в результате экспериментов с книгой Фергюссона... — Пришла наконец! — тон Рона не предвещал ничего хорошего. — Что-то не так? — Гермиона прошла в гостиную, стараясь не привлекать внимания других студентов. Но Рона мало волновали приличия. — Почему я узнаю о том, что ты работаешь с Малфоем, от Гарри?! Гермиону словно обухом по голове огрели. Она с ужасом посмотрела на Поттера, и взгляд её был такой, что тот замахал руками: — Рон сам увидел вас в библиотеке! — поспешил оправдаться он. — Что мне ещё оставалось? Врать?! — Хорошо хоть тебе хватило ума не устроить сцену прямо там... — вздохнула Гермиона, но Рон был в ярости. — Скажи спасибо, что в этот момент мадам Пинс провожала меня к стеллажу! Как тебе вообще пришло такое в голову?! — кипел он. — Ты должна была обсудить это со мной! А за спиной... — Рон! — Гермиона решила, что лучшее средство зашиты — нападение. — Я должна была спрашивать у тебя разрешение? Не много ли ты берёшь на себя?! — В самый раз! — кипятился Рон. — Я имею право знать, с кем общается моя девушка! — Ревнуешь?! — запальчиво выкрикнула Гермиона, хотя в глубине души чувствовала себя виноватой. — К кому?! К Малфою?! Да он просто жалок! — вопил раскрасневшийся Рон, а Гермионе вдруг стало обидно. — Ну, и что ты тогда так разорался? — с досадой спросила она. — Он — бывший Пожиратель! — выдал Рон. — Общаться с ним — себя не уважать! А значит, и нас с Гарри тоже! — При чем тут вообще я? — Поттер поспешил ретироваться в спальню, пока его не накрыло. — Вот именно, — поддержала Гарри Гермиона. — Не надо всех судить по себе. Если думаешь, что я работаю с ним ради того, чтобы задеть твоё самолюбие, ты ошибаешься. И знаешь, Рональд, я ничего не скрывала. О том, что мы работаем вместе, любой может прочитать на дверях класса Трансфигурации. Не моя вина, что тебе наплевать на все эти темы и на итоговую работу! — То есть ты хочешь сказать, что я — дебил, а Малфой весь такой из себя умный?! Гермиона не знала, что ответить. Она не считала Рона дебилом, но по сравнению с Малфоем... — Поговорим, когда ты будешь в состоянии мыслить аналитически, — она поджала губы и, воспользовавшись заминкой, убежала в спальню. Как же ей было стыдно! Всю ночь Гермиона ворочалась, думая о том, что, в сущности, она должна была рассказать Рону и про работу, и про патронуса... Да вообще про все! Но не сделала этого. Что с ней такое творится?! И, чтобы хоть как-то отвлечь свою совесть, она спустилась в гостиную с книгой Фергюссона в руках. Устроившись у догорающего камина, Гермиона подумала, что посреди ночи гостиная — действительно отличное место для уединения. Все спят, никто не тревожит... Она открыла книгу, размышляя над тем, почему Мародерам удалось научиться по ней анимагии, а Снейпу — нет. Эта загадка терзала её тем больше, чем сильнее она осознавала, что её методики обучения гораздо ближе к тем, что практиковал Снейп. А значит, воспользовавшись книгой, она тоже могла навредить себе. Как же проверить это?! Гермиона думала всю ночь, пока под утро не заснула, свернувшись клубочком прямо у потухшего камина.