Разрушенный цикл

      Очередное утро понедельника. Йоэль, скорее всего, предпочёл бы не просыпаться, но назойливый звон будильника вырвал блондина из тёплых объятий подушки и одеяла. Когда, наконец, в комнате воцарилась тишина, Йоэль посмотрел на время: 7 утра. Руки певца потянулись к гитаре.       Несмотря на то, что последняя репетиция Blind Channel была полгода назад, после которой парни и решили сделать перерыв в их бурной музыкальной жизни, блондин каждый день думал о музыке. Музыка и 5 лучших друзей — вот то, чем он жил последние 8 лет, то ради чего он, в принципе, жил. За последние несколько лет Blind Channel стали ему ближе, чем друзьями, они стали ему семьёй. Последние же полгода прошли для блондина, как в тумане, каждый день одни и те же рутинные действия, не приносившие уже никакого удовольствия.       Йоэль, так и продолжил бы сидеть посередине комнаты с широко открытыми, застывшими как лёд, глазами, но из этого состояния его вывел оглушающий, как гром, звонок в дверь. За последние полгода это был первый звонок. Йоэль не то, чтобы ненавидел одиночество, даже наоборот, но за последние полгода ему начало катастрофически не хватать возможности высказаться кому-либо. Поэтому этот звонок в дверь, стал чем-то на подобии спасательного круга из цикла недопонимания, одиночества и ненависти к себе длиной в полгода. Йоэль открыл дверь, лёгкий порыв холодного ветра окончательно разбудил блондина. Из лёгкого шока и недопонимания происходящего его вывел весёлый и непринуждённый голос кудрявого приятеля, которого из-за причёски внутри группы прозвали взрывом на макаронной фабрике:       -Ну что? Может впустишь меня?       -А, да, конечно, входи — промямлил Йоэль пытаясь понять, чем он обязан такому визиту. Йоонас прошёл в квартиру. За последние полгода он успел и насладиться одиночеством, и сходить во все более-менее известные клубы Хельсинки, и даже написать несколько песен.       Это утро выдалось особенно пасмурным, и, погуляв с собакой, Йоонас принял решение. Подходя к квартире Йоэля, Порко успел несколько раз передумать, но, как только дверь перед ним распахнулась, все сомнения улетучились. Он увидел глаза Йоэля, те глаза, которых ему давно не хватало, глаза, в которых промелькнула искорка надежды. Порко давно научился «читать» Йоэля и понимать его состояние без слов. Вот и в этот раз, как бы Хокка не пытался скрыть все свои эмоции, бушующие внутри, кучерявый приятель всё равно всё понял.       — Ну и когда ты последний раз разговаривал с реальными людьми? — усмехнулся Порко.       Не дожидаясь ответа, Йоонас прошёл вглубь квартиры. В комнате Йоэля творился хаос. Было ли это последствием продолжительного одиночества либо просто творческий беспорядок? Вещи разбросанные по комнате, несколько кружек с недопитым кофе на столе — вообщем-то вся комната говорила о том, что её хозяин не то, что из дома, даже из комнаты выходил редко.       Спасение Йоэля стояло прямо перед ним и наполняло его жизнь новыми цветами. Порко медленно изучал всю комнату глазами, но его взгляд остановился на гитаре, лежащей посередине комнаты. Кучерявого словно пробило током: на парня нахлынули воспоминания, словно фильм, он вспомнил и увидел каждый концерт или запоминающийся момент. В этот миг он забыл обо всём. О разногласиях внутри группы, о 6 месяцах проведённых без общения с парнями (единственный с кем Йоонас поддерживал общение оказался Олли, но и с тем, они просто переписывались по вечерам).       Воцарившуюся тишину прервал не свойственно тихий и неуверенный голос Йоонаса словами:       — Я хочу всё вернуть… Это были именно те слова, которые хотел услышать Йоэль. За эти полгода он понял, что Blind Channel это не просто очередная группа или компашка друзей, это его смысл жизни. Может парень просто слишком сильно привязывался к людям, но жизнь без них для него теряла любые краски. Поэтому услышав слова Порко, он незамедлительно произнёс:       — Я тоже… — Эта фраза звучала не так убедительно, как хотел бы этого Хокка, однако Йоонасу хватило и этого.       Написав сообщение в общую группу о намерении провести репетицию и наконец нормально поговорить, парни решили выпить кофе и обсудить прошедшие полгода.       Для остальных участников группы это решение, так же как и для Йоэля, стало чем-то на подобии спасательного круга, ни один из них не был готов к обыденной жизни без концертов и поддержки друг друга. Все прекрасно понимали, что группа — единственное их спасение и возможность раскрасить жизнь в новые цвета…