пережить цветение сакуры

Он ушёл. Каждый час в уже пустой квартире давался с неимоверным трудом. Тэхен не мог поверить в происходящее, поджигая уже шестую сигарету за час. Идти больше некуда. Вокруг образовалась пустота. Выжигающая, пугающая пустота в квартире, где раньше находился самый любимый человек во всей Вселенной. Пока в ней находился Чонгук. Он ушёл навсегда. Тэхен с трудом поднимается с кресла, докуривает сигарету, туша окурок в пепельнице, что стоит на подоконнике, в надежде, что с пеплом уйдут его мысли, что потоком льются в его голове, ни на секунду не прекращая своё течение. Только одна из них огромным комом застряла в груди: они расстались, Чонгук больше никогда не раскрасит серые и скучные дни в этом доме. Очередная ссора закончилась, забрав до конца угасшую веру в то, что они пройдут этот этап. Вместе. С этого момента Тэхен понял, насколько сильно он любил Гука, но не справился, не удержал его единственный лучик в жизни. Его личное солнце погасло. Схватив начатую бутылку коньяка со стола, Тэхен решил вместе с ней принять душ. Хотя бы ненадолго, но ему нужно утонуть в забвении, забыть даже своё собственное имя. Опустошив до дна бутылку, даже не поморщившись, он вскинул голову и закрыл глаза, отдавая свои бушующие мысли горячим каплям, которые стекали по тёмно-каштановым волосам, медленно падающим на пол, разбиваясь на тысячу маленьких капель. Простояв так неопределенное время, Тэхен выключил подачу воды и принялся неспеша вытирать сухим полотенцем медовую кожу, на которой всё ещё остались капли воды. От своего лица стало невыносимо противно, поэтому он обмотался полотенцем вокруг бёдер, минуя зеркало, и направился снова на балкон. Он может забыть своё имя, потерять память, что угодно забыть, но его имя, лицо, привычки не сможет. Даже сейчас, снова вытаскивая из пачки сигарету, его выжигают воспоминания и мысли о Чонгуке, который больше не придёт в шутку отругать Тэхена за то, что тот снова с мокрой головой направился прямиком на балкон, ведь он может заболеть таким темпом из-за холодной погоды на улице или раком лёгких из-за количества скуренных сигарет. Он больше не озарит мрачную квартиру своей до безумия милой и яркой улыбкой, не посмотрит своими большими детскими глазами, как у зайчика в очередной раз, когда Тэхен вернется домой. Смысл на существование потерян. Тэхен пришёл в себя только через время, когда почувствовал привкус железа и крови на губах. Терзания пришли не только в голову, но теперь начинает страдать и тело. Алкоголь слишком быстро начал отпускать, тело становится в несколько раз тяжелее, передвигаться стало невозможным. Существовать становится невозможным. Застрявший крик в горле всё же находит трещину. Губы начинают дрожать, из глаз начинают течь слёзы, что в тысячу раз горячее той воды, обдавая всё тело невыносимой болью, не сравнимой ни с одной болью, что была за недолгую жизнь Тэхена. Ему бы сейчас очень хотелось иметь пульт с возможностью отключить абсолютно все чувства. Жизненно необходимо. Ощущение, что ни один человек не выдержит и половины той боли, что пронзает тело бесчисленными иглами, врезаясь под кожу. Единственная фраза, что ударила молнией среди ясного звёздного неба и вырвалась с невообразимой тяжестью из груди Тэхена, разносясь по всему кварталу эхом: — Ради кого теперь возвращаться каждый день в эти пустые стены, Чонгук?