Книга раздора

      Микаса сидела под деревом во время перемены, разглядывая очередную книгу про различные культы в истории. Её обложка ужасающе детализирована: в центре изображён крест, обрамлённый выступающими узорами, а по углам металлические клипсы. Сама же книга вся чёрная, только кое-где появилась ржавчина на железных элементах. — Черт возьми, где она её раздобыла? — Саша смотрела в бинокль, находясь в кустах. На голове красовались несколько веток в качестве маскировки. — Зачем мы этим занимаемся? — изнемогал Конни, облокотившись на камень. — Я уже могу снять дурацкие ветки с головы? — Нет! — шёпотом сказала Браус. — Ты можешь быть тише?       Тот в ответ лишь простонал. А чудачка всей школы продолжала рассматривать объект слежки: её пальцы аккуратно держали старую книгу, на каждом из которых надеты кольца разных размеров из чернёного серебра, а на длинных ногтях уже слезал тёмный лак. На белой шее чёрный чокер и несколько колье с крестами. В ушах такие же серьги. Длинные кожаные ботинки плотно прилегали к сетчатым колготкам, которые можно увидеть только когда Микаса сидит, ведь её юбка была ниже колен.              Бесформенная футболка не подчеркивала фигуру девушки, отдавая всё внимание деталям. Челка и прядки чёрных волос свисали над лицом, скрывая глаза, когда та читала. Видно чёрные губы, тихо произносившие слова читаемого. — Э-эй, скоро звонок, может уже пойдём? — жалобно проговорил Спрингер. — С каких пор тебя волнует начало урока? — Смотри, — не услышав вопроса Саши, сказал Конни, — а вот и Жан. Сейчас опять начнёт подкатывать.              Саша уставилась в бинокль: главный хулиган школы навис над девушкой, рукой оперевшись о дерево. Она знала, что обижать её он точно бы не стал, но видеть его сейчас не хотелось. Микаса не поднимала головы, но по губам видно, что она говорила с ним. — Ха, а раньше игнорировала его! — теперь Спрингер наблюдал вместе с Браус. Та ткнула его плечом так, что Конни потерял равновесие. Потирая ушибленное место, он сказал: — Кирштейн ублюдок! Согласился пойти с нами в кино, а сам каким-то образом оказался на вечеринке у Хистории. — В его стиле. Но он не такой уж и плохой, как поговаривают. Но почему он так зациклен на Микасе? — Я как-то спросил у него, а он не ответил. — Странный он. — Кто бы говорил? Ты бабочку вчера пыталась съесть. — А вдруг её можно есть? Древние люди тоже не знали, что мамонты съедобны.              Снова пропуская вопрос, Конни проговорил: — О, Жана снова отшили, вон, какой грустный идёт. — Так ему и надо. — А ты будто бы ревнуешь. — Это ему за то, что он с нами в кино не пошёл! — выпалила Саша. — Не кипятись. А погнали выкручивать дверные ручки?              Ещё раз взглянув в сторону загадочной Аккерман, Браус поплелась за другом.

***

      На длинной перемене Саша выбирала обед в столовой. Как обычно её глаза загоралась при виде еды, даже при небольшом выборе в школе. Браус положила в тарелку варёный картофель и мясную котлету. Порой у неё всё вываливалось из тарелки, уж слишком много она накладывала, а потом ещё и приходила за добавкой. Сегодня на десерт тирамису, уже застоявшийся на витрине, но Саша мысленно подбирала слюни. Конни нигде не было, а это означало, что за столом она будет сидеть одна. Можно было бы пристроиться к Жану, но он наверняка занят прилипанием к высшей касте школы или Аккерман. Да, она постоянно наблюдала за этой цепочкой: Микаса следит за Эреном, Кирштейн за Микасой, а Саша, в свою очередь, за всеми. Нет, всё-таки её интересовала только Микаса, а остальные — обычное стечение обстоятельств. Однажды тренер заставил Браус бегать вокруг школы двадцать раз, а Аккерман на протяжении всего марафона сидела под тем деревом и смешивала что-то в котелке. Тогда она была похожа на ведьму, варящую зелье.              Саша кружила с подносом между столов, пока не заметила темное пятно, сидящее отчужденно от всех. Это была та самая девушка-гот. Недолго думая, чудачка решила сесть напротив Микасы, впервые начав разговор: — У тебя свободно? — на вопрос Аккерман согласно кивнула. Рядом с ней лежала раскрытая книга, та, которую сегодня видела Саша.       Браус как обычно съела ложку десерта и сразу же взялась за основное блюдо. Микаса заметила это, но она ничего не сказала на это странное действие. — Интересная книга? — спросила Саша.              В ответ лишь кивок. Девушка почувствовала себя Жаном. Но такое нелюдимое поведение Аккерман можно было списать на то, что они даже не знакомы лично. Имя Микасы узнала из рассказов Конни. — Черт! — округлив глаза, выкрикнула Саша, подавившись куском. — Я забыла представиться! Саша Браус. Мы вместе ходим на историю и химию. — Я Микаса. — девушка неловко протянула руку в качестве приветствия, словно она никогда так не делала. — Я помню тебя. — Я думала, что ты никого не замечаешь, не говоря о том, чтобы запоминать. — Саша редко была тактична, но по-другому она не могла, а ей хотелось больше пообщаться с новой знакомой. — Тебя трудно не запомнить. Учитель химии ругался за то, что ты чуть не съела реактивы. А ещё ты бегала вокруг школы.              Браус почесала затылок, нервно посмеиваясь. Микаса улыбнулась. До этого Саша ни разу не видела, чтобы она улыбалась кому-то ещё, помимо Йегера.              Дальше они сидели в тишине.       Неожиданно Аккерман встала, не доев обед и быстро ушла, ничего не сказав Саше. По ней было видно, что она очень торопилась. — А ещё меня называют чудачкой… — пробубнила Браус. Она посмотрела вслед девушке, которая разговаривала с Эреном. Йегер выглядел раздражённым, что увеличивало его шанс сцепиться с Кирштейном.              Повернувшись к своей тарелке, она увидела книгу, оставленную на месте Микасы. Саша осмелилась взять её в руки. — Увесистая. Да ещё и дорогая. — Браус могла это сказать, так как её отец работал в крупном книжном издательстве и увлекался коллекционированием книг. Никак не сочетается с охотой, но тем не менее, так было. Сама же в руки брала максимум справочные материалы для подготовки к тестам.       Со спины кто-то подходил вкрадчивым шагом, явно пытаясь напугать. Саша резко обернулась, как раз в тот момент, когда кто-то крепко схватил её за плечи. — А что это такое у тебя? — над ухом слышится голос Кирштейна. — Жан! Зачем пугать? — Браус отдергивает плечи, освобождаясь из крепкой хватки. — Книга Микасы?! — Она оставила здесь. Отвлеклась на Эрена. — Засранец Йегер. Дай посмотреть. — Руки парня уже тянулись к книге, но Саша быстро отдёрнула: — Наверняка она сейчас придёт за ней, нужно подождать. — Я ей передам. — Не нужно. — Мы хорошо с ней ладим. — Неправда. Она тебя игнорирует.       Жан стиснул зубы. Один резкий рывок и он хватает книгу, но Саша сопротивляется. Она не хотела, чтобы он отдал Аккерман книгу, преподнося это как благородное дело. Ведь тогда есть шанс, что она не только начнёт разговаривать с ним, так и ещё начнет смотреть ему в лицо. — Сейчас порвётся по корешку, если ты не отпустишь. — Вдруг забеспокоился Жан. — Вот сам и отпускай! — Саша со всей силы тянула книгу на себя. А парень решил так и сделать, резко отпустив обложку. Браус полетела назад вместе с книгой. Когда она поднялась, Жана уже не было. — Вот же… — Браус грязно выругалась, смотря на состояние книги: обложка порвалась, а металлические элементы отлетели.       «Еще и переплёт пострадал. Надо сваливать отсюда, пока Микаса не вернулась». — С этими мыслями Саша закинула испорченную книгу в сумку и побежала на урок, чтобы не опоздать на волейбол. С тренером она была не в самых лучших отношениях.       Весь тот день Браус избегала даже вида Микасы.              «Стоило бы что-то предпринять, но не сегодня. Нужно всё обдумать».              Уже придя домой, Саша кинула сумку на кровать, а сама упала рядом с ней, полностью вытянувшись. Закрыв руками лицо, она начала бешено воспроизводить весь сегодняшний день. Потом вскочила, очерчивая круги шагами по всей комнате. — Ситуация сложная. — Она обхватила руками голову. — Так, соберись, Браус, ты же умеешь.       Она вытащила из сумки поломанную книгу, рассматривая со всех сторон. — Книга сама по себе старая. «Датирована в 1677 году». Что?! Откуда у неё настолько старая книга? — этим вопросом Саша задавалась не в первый раз. — Может быть, вернуть ей и сказать, что нашла книгу в таком виде? Или обвинить негодника Жана? Рассказать Конни? Ага, будто бы этот тупица чем-то поможет.       Девушка снова начала рассматривать лицевую сторону. Она прочитала надпись под крестом, выцарапанную готическим шрифтом: — Часть вторая? Так это ещё и не одна книга… — Мысли прервал звонок телефона. Зазвучал голос Конни: — Эй, Саша, где тебя сегодня носило? — Это я тебя должна об этом спрашивать. — В телефоне началось непонятное шуршание, а потом Спрингер начал что-то жевать. — В общем, если говорить коротко, то так вышло, что я как-то разговорился с Райнером. А он неплохой, просто гоняется за Рейсс. Ну, он пригласил меня на вечеринку в эту субботу. Я не поверил, естественно. А потом мимо проходили Йегер, а за ним Микаса, он позвал их тоже. У меня чуть челюсть от такого не отвалилась. Будет огромный коттедж с бассейном. Вся школа соберётся! — Вау! — Саша осеклась. — Но тебе не кажется это подозрительным?.. — Честно — да. Но если это правда, то опускать возможность я не собираюсь. — Я еду с папой на охоту в субботу. — Ты чего, Браус? Ты не можешь это пропустить. К вечеру приезжай. — Разберусь.

      ***

      На следующий день Браус шла по парку вдоль высоких деревьев. Ей нравилось ходить здесь по пути в школу. Здесь ей дышалось легче. Легкий дождь совсем не мешал наслаждаться атмосферой. Капельки касались кожи и быстро исчезали, а сквозь прозрачные тучные облака проглядывало яркое солнце. Казалось, что сейчас лето, а на самом деле шёл только май. Хотелось раствориться среди природы, лишь бы избежать насущных проблем: проверочные тесты, сдача долгов, грядущая вечеринка, книга Микасы… Микаса. Всю ночь Саша думала о ней. Об испорченной книге. — Черт… — шипя, девушка ударила кулаком по дереву, зажмурив глаза. — Как же так?..              Она медленно села под высокое дерево, закинув голову вверх. Ветки переплетались с другими, а на смену легким тучам пришли солнечные лучи. К светлым джинсам прилипла свежая трава, но Сашу это никак не беспокоило. Где-то неподалёку слышались голоса стрижей. Над головой пролетела утка, а Браус осенила мысль: — Посоветоваться с отцом?       На истории Саша откровенно скучала. Так, что даже не прикрывала рот, когда зевала. Конни рядом не было, и сейчас она жутко завидовала ему, что он не ходил на историю. А она по решению отца стала посещать этот урок. В классе не было и загадочной Аккерман. Историю она любила: это было видно по её активности на занятиях.       Впереди сидел Жан.              Браус выдернула небольшой листок бумаги из тетради и написала послание. Смяла в комок и кинула прямо в затылок Кирштейна. Тот повернулся и вопросительно посмотрел на неё: Саша взглядом указала вниз на скомканную бумагу. Жан пожал плечами и отвернулся. Процедуру пришлось повторить ещё раз, только теперь девушка прицелилась на стол. Уже успела получить замечание. Парень раскрыл сообщение и сказал, повернув только голову: — Откуда мне знать, где она? Наверняка Йегеру или тому гику Арлерту лучше известно. — Теперь замечание сделали и ему.              Минуты тянулись нескончаемо, но Саша смогла высидеть, немного вздремнув и съев пару леденцов. Со звонком девушка побежала в компьютерный класс за Армином Арлертом. Его там не оказалось. Решила найти Эрена, ведь с ним может быть и Микаса. На углу коридора Браус столкнулась с Конни: — Ты можешь смотреть, куда бежишь, одурь?! — крикнула Саша. — Я?! Это ты мчишься! И, кстати, куда? — Не видел Йегера? — Видел. На диване валяется. — Микаса там? — Не видел её. — Где её носит? — Пройдя мимо Спрингера, Саша пошла в сторону выхода на улицу.       Браус села на лестнице, подперев руками подбородок. Вдалеке за футбольным полем виднелось темное пятно, сидящее под деревом. Саша вскочила, широко улыбнувшись, и рывком спустилась по лестнице, побежав к цели.              Когда Микаса была в считанных шагах от Браус, та заметно погрустнела. Вид Аккерман терзал за живое: ноги придвинуты к телу, голова наклонена к коленям, а вокруг них длинные руки. Пальцев не видно из-за длиннющих рукавов кофты. Сама же девушка похожа на чёрный клубок: если сильно размотать, то уже трудно собрать обратно. — Микаса? — Голос Саши дрогнул, а в ответ ничего. Даже не шелохнулась. Чудачка решила подойти ближе. Оперевшись на одно колено, она коснулась спрятанной руки. Девушка-гот вздрогнула, подняв голову и посмотрев Саше в лицо. Глаза Микасы полны отчаяния, красноватые ближе к разрезу, с растекшейся подводкой. Хлюпнув носом, она снова спрятала голову и проговорила почти невнятно: — Я не хочу, чтобы меня видели такой. — Могу не смотреть. — Саша догадывалась, в чем причина её страданий. И это была её вина. А ещё она знала, что Микаса могла ответить грубостью, но по отношению к ней этого не применила.              Она села рядом и положила руку на плечо опечаленной девушки. Та всё-таки приподняла глаза. Браус пришлось врать: — Прости, я не знаю, что у тебя произошло… Ты можешь не рассказывать. Но если хочешь, то можешь и рассказать. Просто я не специалист по утешениям, но мне хотелось бы тебе помочь. — Я потеряла ту книгу. Которую читала вчера. — Помнишь, где видела её в последний раз? — уши Саши горели от лжи. — Кажется, в столовой… Но ты бы её увидела. — А я не видела. — Ей было очень стыдно перед Микасой. — Я всё обыскала. Никто не видел.       «Она не стала спрашивать Жана».              Аккерман рассказала, какой была потерянная книга и где её взяла. Оказалось, что это сохранившаяся книга её далёкой прабабушки, которую сожгли инквизиторы, по словам Микасы. Совесть мучила Браус, разъедало все мышцы внутри. Врать у неё никогда не получалось, но что-то перед этой девушкой стало не так. Словно она не хотела показаться ей странной. Она даже не хотела больше сначала кусать десерт, а уже потом основное блюдо, потому что это, возможно, противно для Аккерман. А ещё не хотела врать, но рассказав правду она могла сделать хуже. — Всё в порядке? — спросила Микаса, уже спокойно смотря на Сашу, которая заметно нервничала. — Да-а… — постаралась естественно ответить та. — Я хотела сказать… Приходи на вечеринку к Райнеру в субботу!       Аккерман поморгала, прежде чем что-то ответить: — Я не люблю вечеринки. — Пожалуйста. — Саша взяла руки Микасы в свои, не отводя взгляда. Её серые глаза уже были совершенно спокойны, как и прежде. А ещё от них веяло холодом. Будто бы она никогда и не плакала. Наверное, Браус первая, кто видел её слёзы.              В ответ наклон головы, выражающий сомнение. Саше было трудно держать себя в руках, поэтому она быстро попрощалась и ушла.

***

      В кабинете у отца душно, несмотря на то, что здесь хранились дорогие книги, требующие бережного ухода. Саша прошла вдоль стеллажных полок. Папа на работе, а вчера ей так и не удалось спросить совета. Он растил её со всеми важными человеческими качествами, но считал её диковатой. Наверное, поэтому и брал с собой на охоту, чтобы выветрить все недочеты юной Браус, по его мнению.       Она уверена, что уже видела что-то подобное книге Микасы, тем более когда узнала, что есть как минимум ещё одна часть. Отец часто выкупал аукционные издания, так что неудивительно, если такую же Саша видела дома. — Осталось перебрать все полки, пока папы нет дома… А вот полок… Много. — Браус вздохнула и продолжила тараторить дальше. — До субботы четыре дня… Нужно найти её, пока есть время! А ещё я буду утешать Микасу это время, а во время вечеринки всё расскажу. И подарю ей новую, которая хранится у папы в коллекции. Идеальный план. Саша, ты гений!

***

      На следующий день Браус была совершенно невыспавшаяся. День, проведённый в библиотеке, и ночь, проведённая за домашней работой, не пошли на пользу её здоровью.       Опаздывая на первый урок, она судорожно бежала к кабинету. Тяжело дыша, она с трудом смогла поздороваться с учителем химии и найти свободное место. Сев почти наугад и переведя дух, она услышала сквозь пелену усталости голос Микасы, доносящийся рядом с ухом: — Привет. — Саша не верила своим глазам: Микаса поздоровалась, сидя за одной партой, при этом ещё и очаровательно улыбаясь. — Это галлюцинации? — Браус протирала глаза пальцами. Загадочная Аккерман хихикнула и добавила, уже серьезно: — Сейчас лабораторная, советую собраться. — Легко сказать… — жалобно произнесла чудачка.              Это было сложно. Не работа, а общение с Микасой.       Как только Саша забыла про злополучную книгу, девушки заметно легко стали обсуждать разные темы. Перемены пролетали незаметно, а Браус не понимала: как они могли раньше не общаться? Конечно, чаще всего инициативу брала на себя Саша, но и Микаса охотно поддерживала разговор. Они обе такие странные. Загадочная Аккерман, отчуждённая от мира и вечно голодная чудачка Браус. Вот только это одна из их личностных сторон.