Во всём виноват этот чёртов валет!

Из кухни раздался знакомый крик. На этот раз Куромаку. Пик невольно зарычал. Под языком уже болело, каждый раз, когда король язвительно, холодно, громко проговаривая каждую букву звал своего валета. - Вару! - глубокий обречённый вздох - Всё, я зову твоего короля, мне надоело разбираться с тобой. Пик! Подойди сюда! - Послышался фирменный ехидный смешок со стороны зеленоволосого, а через минуту его и след простыл. Опять разборки. И так каждый день. Недавно репейнеку удалось даже вывести из себя самого Данте. Спокойный красноволосый медитатор вдруг вскочил и наорал на обладателя спиральных очков, что тот аж отпрыгнул от неожиданности. Сам же пиковый король был железно уверен, что если не обращать внимания и игнорировать куста, тот рано или поздно отстанет, наскучит. К сожалению Пика, как оказалось, игнор в сторону Вару давал ему только большую мотивацию. Хотя дело даже не в этом - на него не возможно не обращать внимания. И король влюбился в собственного вальта. Пик не понимал, как так получилось - что в нём может привлекать, манить, за что его можно любить? Настырный, надоедающий, приставучий садист-приколист. Тем не менее, так оно и было. Иногда, когда Вару шутил над Зонтиком, Пик сам едва держался чтобы не прыснуть со смеху. К счастью, Куромаку и остальные клоны этого не замечали - не поняли бы. Иногда ему снились сны с участием зеленоволосого. Хорошие сны - они были вместе, гуляли по парку, ели мороженое, общались, обнимались и даже иногда целовались. Сладкие сны. Жаль, что потом Пик просыпался и всего этого уже не было - тогда сосед по комнате, Вару, прожигал рогатого непонимающим взглядом, пытаясь понять, почему тот из раза в раз печально вздыхает, просыпаясь. К слову, о самом валете - на самом деле он не был таким эгоистичным садистом, каким мог казаться. Да, он был холоден, но он не был такой уж мразью. И, кстати, тоже был влюблён. Со своей половинкой он мог бы быть мягким, заботливым и тёплым. Мог бы. Но предмет его взыханий даже в самой розовой и счастливой сказке не ответил бы ему взаимностью, как казалось Вару. Из-за этого куст просто сгорал и тлел от печали. Но точно не настолько, как его сосед по комнате. Да.. Пиковые ведь слишком горды, чтобы наступить на горло своему самомнению и признаться первыми, сделать вступительный шаг в отношениях. Тем более, если твой избранник - парень. Никому же не хочется признавать, что он гей? Вот и они не хотели. *** Пик почти залетел и заперся в ванной, склонился над раковиной. Сухой, сдавленный кашель рвал горло, оставляя на белоснежном кафеле капли крови и.. лепестки? Восьмой перегнулся в три погибели, выкашливая из себя лепестки незабудок и маков. «Странное сочетание» - промелькнула в затуманенном разуме мысль о цветах. Приступ медленно сходил на нет, всё же оставляя чувство сдавленности на груди. Хотя дышать уже было легче, горло будто изрезали и посыпали песком. Пиковый король не знал, что делать с этакой хворью уже неделю. У Куромаку, он, конечно, не решался спросить. Так как рогалик помнил, что завтра король треф ненадолго уезжает по делам и что в его комнате точно должны быть медицинские книги, он уже придумал план. Обдумывая всё до мельчайших деталей, Пик паралельно протирал пол с раковиной от крови и выкидывал все лепестки. Внезапно раздался стук в дверь, заставляя его вынырнуть из мыслей и прислушаться к знакомому голосу. - Хей, там кто-нибудь есть? - Ромео. Слащавый голос человека, что менял дам как перчатки. - Сейчас, дай мне пару минут. - Половину короткой фразы восьмой то-ли прохрипел, то-ли прорычал, но потом голос пришёл в норму. - Ох, конечно. - лсьтивый сладкий баритон, от которого Пика выворачивало на изнанку. Фу. Закончив с уборкой он отпёр дверь и пустил Ромео, а сам пошёл в комнату, не произнося ни слова. Но не тут-то было, сегодня спокойно отдохнуть ему не дадут. Послышался звон ведра и ехидный смех. Такой любимый, звонкий смех.. Аргх. Когда Вару успел? В любом случае, ссорится не было никакого желания. Да только, кажется, для зеленоволосого разозлить короля - жизненно важная миссия. - Чего мы такие хмурые? Мыла что-ли наелся, ха, рогалик?) - едкий риторический вопрос и столь разражающее прозвище. - Отстань, Вару. - Противное ощущение холодной липкой краски на волосах только портило настроение, которое и без этого сегодня было ниже фасада дома. После такой просьбы, хоть и с нотками притворства, названный смутился и спросил: - Что это на тебя нашло, Пек? Обычно наорал бы. Праздник какой? - Отстань, Вару. - Тихо рыча, повторил король. Далее он просто быстрым шагом направился в ванную, не желая продолжать бессмысленный разговор. А Вару остался стоять, вздыхая и глядя в след королю. Любимому королю.