Джульетта и маленькая безобидная ложь

Толкнув тяжёлую стеклянную дверь и нырнув из духоты улицы в прохладное офисное здание, Чонгук испытал облегчение. До блеска начищенная белая плитка, в которой отражался солнечный свет, проникающий через большие, в пол, окна, иногда поскрипывала от мчащихся по ней подошв. Чонгук не успел поправить упавшую на глаза светлую чёлку или взять в другую руку пиджак, когда толпа подхватила его и всунула к самой стенке лифта. Он выдохнул через рот, заодно дуя на свои руки и на невысокую девушку в чёрном платье, которая оказалась зажата так же, как и он. С каждым открытием дверей в лифте становилось меньше людей и больше воздуха, и к пункту назначения Чонгука совсем никого не осталось. Он всегда хвастался перед мамой и старшим братом, что его офис находится практически на самом верхнем этаже, а это что-то да значило. Выйдя из лифта, он наспех поправил пуговки на рубашке и дёрнул за регулируемый ремешок пропуска, открывая дверь в рай для некоторых мужчин — эскорт-агентство под названием «Ангелы Чарли». Здесь, как всегда, было многолюдно, за каждым компьютером кто-то сидел, строчил, разговаривал, но всё это терялось в шуме вечно играющей музыки. Начальство считало, что заезженный плейлист непременно поспособствует бодрой работе и никто точно не уснёт, даже работая сутки за компьютером. — Кукки! — Чонгук поднял голову, мигом реагируя на своё прозвище. СорА махала из-за своего компьютера, бодрая и выспавшаяся, со странно закрученной причёской и чудаковатой ярко-зелёной заколкой с искусственными пёрышками. — Уже пришла? — он бросил пиджак на стол, за которым всё ещё сидела его сменщица — Кукки-3, так сказать. — Кое-кто из операторов уволился, так что работаю за всех сразу, — она улыбнулась, мельком наблюдая за тем, как рабочее место Чонгука освобождается: постепенно исчезают со стола пачка сигарет и зажигалка, чашка кофе и пропуск. — За всех и сразу? Даже за?.. — Чонгук передразнил её тон, намекая на основную работу, которую они только координировали, в то же время присаживаясь на освободившийся стул и бросая взгляд на компьютер. Казалось, его никогда не выключали, работал без устали до того, как Чонгук устроился сюда, и наверняка будет работать после. — Что-то интересное было? Он никогда не позволял себе думать о работе в нерабочее время. Как только заканчивались его сутки, он будто мигом забывал о «своих девочках», выбрасывал их из головы до следующей смены, переживая два выходных дня в сладком неведении. Позже у него всё равно была возможность поболтать с СорА и почитать маленькие заметки в обычном вордовском документе от других админов. Это стало традицией — писать своему сменщику, что важного произошло: кто что сорвал, сколько не доплатил, у кого начались месячные. — Если считать интересным побои и пополнение чёрного списка, то да, несомненно, — СорА махнула Чонгуку рукой, давая понять, что сейчас будет занята, и надела наушники, моментально отвечая на звонок клиента. Чонгук откинулся на спинку стула и быстро проверил вкладки. Ничего особенного, просто графики на ближайший месяц, расписание на сегодня, внесённые коррективы и, разумеется, заметки от админа, который ушёл. Она во всех красках расписала, как Джульетту заказал псих из Каннама, наставил синяков и не заплатил. Оператор, отвечающий за «заход», пыталась как-нибудь договориться, но в итоге просто отправила ублюдка в чёрный список, а Джульетту на выходной. И хотя Чонгук отчётливо видел последнее предложение, вовсе не удивился всплывающему сообщению в мессенджере. 09:54 Джульетта: Кукки, сегодня могу весь день Похрустев пальцами, прежде чем коснуться клавиатуры, Чонгук пододвинулся со стулом ближе к компьютеру. Иконка с фотографией с фотосессии мелькнула всего раз, а затем её перебили сообщения в общем чате — кто-то просил фото Селины. 09:54 Кукки: весь день это до десяти? Девушки всегда отвечали быстро, а Чонгук старался никогда не отставать. 09:55 Джульетта: до двенадцати 09:55 Кукки: уверена? Не уснёшь? Иногда, бывало, когда срочно нужна была работа, некоторые просили целые сутки, а потом куда-то исчезали из сети, не отвечая после согласования с клиентом. В таких случаях их штрафовали, а в офисе все шумели, требуя как угодно и чем угодно, но достать нужную проститутку из-под земли — клиент ведь ждёт. 09:55 Джульетта: нет:) Чонгук схватился за простой карандаш, делая пометки в распечатанном графике. Сегодня на смене было девять девушек, большая часть с десяти и до вечера, но была парочка тех, кто начинал после обеда и был свободен до самого утра. В целом, в будние дни популярностью пользовались ночные смены, в то время как в выходные и праздничные от жаждущих секса не было отбоя. Именно поэтому Чонгук испытывал те же горечь и разочарование, что и девушки, когда в самые прибыльные дни у них начинались месячные. Это означало выпасть из графика на ближайшие четыре дня, исчезнуть со страниц с рекламой, над которой трудились технари, и потерять несколько тысяч, а то и миллионов вон. «Ангелы Чарли» предоставляли исключительно элитных проституток со стажем, час которых стоил не меньше четырёхсот тысяч вон, и которые при этом не выезжали никуда менее чем на два часа. Такие девушки могли приезжать в пентхаусы, многоэтажные частные дома, попадать на закрытые вечеринки и мотаться на пару деньков за границу, если за это хорошо заплатят. Если же клиенту требовалась девушка подешевле, операторы перенаправляли их в агентство этажом ниже, которое занималось встречами в мотелях. — Кукки, — его звали так, потому что так было подписано в контакте, — скинь фото ТэХи на второй компьютер. Полностью включаясь в работу, он быстро перевернул переписку с ТэХи, копируя её последние откровенные и не очень фотосессии, и скидывая их второму оператору. После он спросил у неё её график, заметив, что она тоже начинает в десять, а она ответила, что как раз собиралась писать. Вообще, до увольнений и прихода новых администраторов, аккаунт, который следил за девочками, назывался «Ди» и все девушки, вне зависимости от того, кто сидит за компьютером, обращались «Ди». После смены на «Кукки» все обращаются к администратору только так, не подозревая, — а может и очень даже подозревая — что за компьютером сидят разные люди. «Но кому какая разница?» — спросила как-то СорА. Она была убеждена, что девочки здесь только ради работы и плевать они хотели, кто именно передаёт им информацию о клиенте, скидывает адреса, оплачивает такси и отправляет номера карточек — каждый раз новых, китайских банков, счета которых закрывались за пятнадцать минут и открывались так же быстро после успешного выведения средств на счёт компании. — Кукки, кто ещё сейчас есть? — он дёрнулся в сторону, поднимая взгляд на оператора за вторым компьютером. — Быстрее, — шёпотом добавила девушка. Он протянул задумчивое «а», вникая в распечатанный список, но как-то потерялся на мгновение, запутавшись в цифрах, и вспомнил только об одной девушке, которая была готова прямо сейчас. — Джульетта есть, — сказал он, уже открывая переписку с ней. — Не взяла выходной? — СорА подъехала на своём стуле ближе, заглядывая в компьютер Чонгука. — Попроси сначала скинуть фото синяков. Важно, чтоб они были не на самых видных местах. Чонгук поднял правую ладонь к виску, отсалютовав подруге. — Есть, капитан, — он ухмыльнулся, улавливая цоканье языком, и настрочил быстрое и лаконичное сообщение. Джульетта ответила даже скорее, чем он ожидал, сбросив фото едва заметного синяка на бедре — чтобы его сделать, ей пришлось оттянуть пояс джинсов и красных кружевных трусиков; синяка на правой ягодице — Чонгук обратил внимание на крупное родимое пятно, очень напоминающее по своей форме Италию — кривоватый сапог; а ещё один на руке. На всякий случай она отправила ему и фото своего симпатичного лица, как бы доказывая, что с ним всё в полном порядке. Не зная, что можно ответить, он просто отправил смайлик с торчащим вверх большим пальцем, а когда поступил заказ, написал ей нормальное сообщение с адресом, часами работы и требованиями к внешнему виду. В целом, всё было как обычно, Джульетта не была новичком и отлично знала, как должна выглядеть. Перед выходом она ещё раз отправила Чонгуку своё фото, даже несколько: в одежде и нижнем белье. С выбранным ею ракурсом и теми самыми кружевными красными трусиками он снова заметил родимое пятно, но не мог себе позволить долго в него вглядываться, потому что вокруг его стола вечно бродили другие тим-лидеры и операторы, что шли на перекур. 10:39 Кукки: супер, напиши, как доедешь и зайдёшь. Его работа не была какой-то заоблачной или же очень тяжёлой, он просто должен был информировать текущих «Ангелов Чарли» о вызове, собирать их, провожать своими сообщениями в мессенджере до двери и встречать после секса. Конечно, это не всегда был секс, иногда клиенты звали девушек только на ужин или же просто поспать вместе, а платить всё равно вынуждены были полную сумму. 11:07 Джульетта: зашла, он скинул деньги Чонгук шумно выдохнул и запрокинул голову назад. Теперь ему предстояло ждать следующего заказа и успешного окончания этого. Да, эта работа не была лучшей в мире, не только потому что о ней стыдно было говорить и график был слегка неудобным, но Чонгук чувствовал себя абсолютно комфортно в переписках, а получая уведомления о зачислениях на карту дважды в месяц, не мог не ликовать мысленно. Он получал столько же, сколько среднестатистический руководитель отдела, при этом работая десять суток в месяц, иногда получая проценты от заказов постоянных клиентов и трудясь за соседними столами со своей лучшей подругой, которая не давала скучать. — Кукки, телефон, — СорА кивнула в сторону мобильного парня. Тот торчал из брошенного на стол пиджака и светился. — Неужели мама твоя? Чонгук скривился, отчего его пухлые щёки немного приподнялись. СорА хохотнула, различая в этом что-то от кролика, но злить Чонгука не стала. Он и так с неохотой глядел на экран мобильного. Конечно ему звонила мама. Она регулярно прозванивала его во время работы, зная, как он загружен, но не подозревая, чем именно. После тщетных попыток Чонгука устроиться на достойное место в крупной компании, после сотни провальных собеседований, когда СорА предложила ему место администратора проституток, он вынужден был согласиться. Маме он солгал о хорошем месте, а теперь расплачивался за свой длинный язык еженедельными звонками. — Алло, мам, ты же в курсе, что сегодня у меня рабочий день? — он прижал ладонь к микрофону после того, как договорил, чтобы мама ни за что не услышала, если кто-нибудь из операторов снова начнёт просить фото девушек с экзотическими именами. — Ты очень занят, верно? — в её голосе не было и капли раскаяния. — Мой трудяга… — Ты звонишь просто так или есть причина? — болтая, он медленно проглядывал чаты с прошлой ночи. Его сменщица капсом спрашивала в чатах с работниками офиса не хочет ли кто-то заказать в четыре часа утра бургеров. Мама вдохнула, замолкая на секунду. Судя по всему, она размышляла, как лучше предоставить Чонгуку информацию, желательно так, чтобы после он не закатил глаза и не бросил трубку. — А я вчера ужинала со своей бывшей одноклассницей, Ки СеЁн, — мамин голос звучал так, словно она хвастается, а Чонгук совсем не понимал, что в этом такого. — Представляешь, мы не виделись больше двадцати пяти лет. У неё, оказывается, есть дочь, твоя ровесница… Палец Чонгука замер на мышке. Он перестал просматривать чаты, оставив открытой страницу экселевского документа с новой таблицей, в которой ещё не было записано ни единого захода — Джульетта должна была стать первой. — Нет, мам, — только и успел буркнуть Чонгук, когда женщину прорвало. — Да, Чонгук, — теперь она лучилась озорством, — она замечательная, а ещё настоящая красотка и с удовольствием пойдёт с тобой на свидание. Чонгук стиснул зубы, а от усилий у него на правой щеке появилась ямочка. — Мам, мы же договорились, разве нет? — они обсуждали это уже много раз. — Я сам устрою свою личную жизнь… — Когда? — её вопрос застал его врасплох. — Когда? — тупо переспросил он. — Ну… когда придёт время. У меня сейчас есть работа, заботы всякие… Вторая часть была далека от правды. СорА это знала и потому покачала головой. Чонгук просто был ленивым почитателем зоны комфорта и Нетфликса, потому под «заботами» имел в виду сон, просмотр сериалов и возможность не вылезать на улицу все выходные — то есть двадцать дней в месяц. Он работал сутки через двое, так что день после работы полностью посвящал сну, а следующий валялся на диване. И в этом не было ничего плохого, по его мнению. — Ты уже должен был сколотить состояние, потому что никуда не выходишь, даже заработанные деньги тратить не на что, — Чонгук хотел возразить на заявление матери, поправив её, как минимум, с «не на что» на «некогда», но она не позволила ему и слова вставить. — Вот потому пойди на свидание и потраться немного. Ничего страшного не случится, если ты разочек выпьешь с кем-нибудь кофе и мило поболтаешь. Застонав в трубку, Чонгук привлёк к себе внимание нескольких не занятых работой операторов. — Я уже всё равно договорилась, — Чонгук так забавно корчился, что СорА не удержалась и рассмеялась в ладошку. Она даже потянулась за своим мобильным, чтобы сделать смешное фото и разослать его в общем чате, но Чонгук пригрозил ей кулаком и закрыл объектив её камеры пальцем, немного подпрыгивая на стуле. — Послезавтра утром ты ведь свободен? Она специально для тебя берёт выходной. Оденься, пожалуйста, поприличнее, но не в этот свой костюм. — Где мы должны встретиться? — он подумывал, как слинять с предстоящего свидания и при этом не обидеть девушку и не разозлить маму. — У выхода из станции Огым, — мама чмокнула в трубку, — спасибо, милый! Я отправлю тебе её номер сообщением. Когда эти страдания закончились, Чонгук вновь откинулся на спинку стула, а СорА пульнула в него скомканным листочком, на котором было написано «мальчик для свиданий». В ответ он прорычал что-то невразумительное, но не успел толком возмутиться, потому что с другого конца ряда с компьютерами потребовали фото Ванессы. В чатах начались гонки сообщениями, и на время Чонгуку пришлось забыть о своей неугомонной матушке.

***

Чонгук постукивал носком кроссовка по парапету, тянущемуся вдоль всего мостика через станции. Он приехал раньше назначенного времени, хотя десять раз всё высчитывал. Получалось, если он выйдет в двадцать минут, опоздает как минимум на десять, а если ровно в час, приедет раньше на двадцать пять. Эта математика поездок была самой настоящей магией, зачастую крайне неудобной, созданной специально для городских людей. Вынув телефон из кармана, он полистал пару фоток в своей галерее, не зная, чем ещё себя занять. Все вокруг смотрели в свои телефоны, и он быстро заразился стадным чувством, сделав то же самое. Иногда он поглядывал вниз, на платформу, где сновали люди и в каждой новой девушке пытался разглядеть Ки НамДжу — дочь маминой подруги. Он толком не знал, как она выглядит, потому что полагал, что она может быть абсолютно любой — тощей, полной, с длинными волосами, с короткими, с пирсингом или татуировкой на пол-лица. Хотя про татуировку мама наверняка бы упомянула. Он отвернулся от платформы, когда все люди из последнего прибывшего поезда разбежались кто куда и впервые за долгое время обратил внимание на тех, кто выходил через двери. Каждый третий, выходя из метро, оглядывался по сторонам, явно ища того, кто его ждал, и Чонгук почти заставлял себя улыбаться, когда на мгновение пересекался взглядами с незнакомками. Он также приложил усилия, на всякий случай, и тогда, когда двери снова стали активно открываться, выпуская толпы людей. Уголки его губ дрогнули в натянутой улыбке, но опустились в мгновение ока, когда среди мелькающих лиц он заметил знакомое. Это было плохо. Очень-очень плохо, просто чертовски плохо. И в то же время нереально волшебно. Словно Ад и Рай столкнулись в то мгновение, когда Чонгук увидел её. За все полгода работы в агентстве ему ни разу не приходилось видеть «Ангелов Чарли». Он никогда не слышал, чтобы с ними как-то сталкивались и другие работники, словно те девушки из чатов существовали исключительно в виртуальном мире. Чонгук знал их фальшивые имена наизусть, видел десятки, если не сотни их самых откровенных фото, и всё же никогда не столкнулся ни с одной из них ни на улице, ни в метро, ни в клубе, который разочек посещал вместе с СорА. Он заставил себя отвернуться, напуганный такой встречей. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она не может его узнать. Он её — да, а она нет. Только они пишут администраторам со своих настоящих аккаунтов, только они отправляют свои фото. Чонгук был готов руку на отсечение дать, что ни одна из его девочек не догадывалась, что переписывается с парнем. По крайней мере, две другие сменщицы были девушками. Слегка наклонив голову, Чонгук снова нашёл взглядом её. Она так и осталась у входа, даже когда все разошлись, и теперь оглядывалась по сторонам, очевидно, ища кого-то. Закусив пухлую нижнюю губу, она достала из кармана узких джинсов телефон, а внезапный порыв тёплого летнего ветра заставил рукава её полупрозрачной рубашки развиваться. Чонгук не мог оторвать от неё взгляда, и потому вздрогнул от испуга, когда телефон в его руках завибрировал, оповещая о входящем звонке. Ещё было только без десяти, так что он решил, что это звонит мама, желая убедиться, что Чонгук не сбежал. — Да? — из-за ослепляющего солнца у него не было возможности проверить, кто звонил. — Чон Чонгук? — она улыбнулась, произнеся его имя. — Ты уже на месте? Я у входа. Вряд ли он мог бы сказать, в какой именно момент его лицо вспыхнуло. Из-за жары могло показаться, что оно горело всё время, но чем дольше он искоса глядел на Джульетту, прижимающую к уху телефон, тем отчётливее чувствовал жар на лице. Он громко сглотнул и облизал губы, чувствуя лёгкое головокружение. — Чонгук? — она повторила, опуская взгляд на свои кеды на невысокой платформе. — Ага, — он прочистил горло, потому что уже не мог сдержаться, — я… Ему необходимо было срочно найти весомую причину сбежать, но он совершенно не привык справляться с подобным застигнутым врасплох, ещё и по телефону. С сообщением он справился бы лучше. — О, я тебя вижу, — Джульетта подняла глаза, а затем её левая рука взмыла в воздух, когда она быстро помахала Чонгуку. Ну, теперь ему нужно было либо прибегнуть к магии и раствориться в воздухе, либо спрыгнуть с моста и переломать себе ноги. Он так и видел заголовки газет «Мальчик для свиданий, убегавший от проститутки, переломал обе ноги». Ох, его мама была бы в восторге. Удлинённым рукавом футболки он быстро вытер пот со лба и опустил телефон, зная, что на самом деле бежать уже поздно. Сбросив вызов, он постарался себя подготовить за те несколько секунд, что Джульетта шла к нему. — Чонгук, — она коснулась его плеча, а он неосознанно им дёрнул, не то испугавшись её прикосновения, не то её самой. В улыбке, появившейся на её лице, он не распознал насмешки, хотя всё же больше походило на то, что она готова рассмеяться. — Я Ки НамДжу. Славно, что мы так просто нашлись. Твоя мама отправила моей твоё фото. Жаль, что её мама не отправила его маме её фото. Тогда Чонгук наверняка нашёл бы тысячу и одну причину избежать сегодняшнего свидания. Перекатываясь с пяток на носки и чувствуя себя максимально неловко, он кивнул в знак приветствия, избегая зрительного контакта с её яркими карими глазами, которые буквально светились. Но может дело было в блестящих тенях. — А я не видел тебя, — он рефлекторно потянулся к затылку, норовя почесать его или сделать хоть что-то, чтобы скрыть свою ложь. — Сегодня ужасно жарко, да? Выпьем чего-нибудь холодного? Он немного оттянул ворот чёрной футболки, которая притягивала к себе эти палящие солнечные лучи, и попытался подуть туда. Его давление подскочило, а желание вернуться в свою комнату и больше никогда из неё не выходить было практически невыносимым, в принципе, как и желание как следует рассмотреть Джульетту. Когда ещё у него будет шанс оказаться так близко с девушкой вроде неё? — Да, где-то здесь должны делать кофе со льдом или лимонад, — она немного поджала губы, оглядываясь и в считанные секунды находя взглядом будку с кофе. В этот раз, когда она коснулась Чонгука, он не подпрыгнул и не отдёрнул руку, но испытал крайне странную смесь эмоций — восторг, отвращение и дикое любопытство. Вместе походило на коктейль сумасшедшего. — Что ты будешь? — он решил срочно что-нибудь сказать, чтобы немного успокоить себя самого. Его приступ тревоги был каким-то ненормальным, почти на грани. — Кофе? Лимонад? Пунш? Тут готовят яблочный пунш… Джульетта запрокинула голову и негромко рассмеялась. У неё был очень приятный и мелодичный смех, наверняка очень заразительный, но Чонгук практически получил сердечный приступ вместе с солнечным ударом, потому никак не мог смеяться. — Ты так быстро говоришь, — она сочла это достойным комплиментом, — а что ты хочешь? Глаза Чонгука метнулись к напечатанному меню. Цены были слегка завышенными, в сравнении с ценами в кофейнях, но он решил даже не смотреть на них и ткнул пальцем в первый же лимонад — с лимоном и корицей. Если Джульетту и удивил его выбор, она ничего не сказала. Уделила буквально пару секунд на изучение меню, а потом попросила парня в будке приготовить для неё латте со льдом. Здесь не было очереди и после озвученного заказа вокруг стало сравнительно тихо. Люди по-прежнему бродили тут и там, выдавая обрывки слов и фраз, но этого было недостаточно для того, чтобы можно было придерживаться тишины. Чонгук кивнул самому себе. Да, он собирался притвориться, что не знает, выпить свой лимонад, подождать, пока Джульетта закончит с кофе, а потом сослаться на срочные дела. — Твоя мама сказала, что ты работаешь в какой-то известной компании, — глаза Чонгука округлились, стоило ему услышать такое изречение девушки. Если бы ему уже отдали лимонад, он бы наверняка поперхнулся. — Как она называется? — А? — Чонгук терпеть не мог то, как терялся из-за простых вопросов. Он прямо-таки ненавидел внезапные вопросы, которые требовали быстрого ответа. Наверное поэтому он провалил все собеседования и попал туда, где нужно было только писать, а не разговаривать. — Это «Че-…джучик». Он слышал, что такая компания существует, а может видел рекламу в метро. Что-то про клининг и убийства. — Ты тоже работаешь? — он быстро прикусил кончик языка, упрекая себя за необдуманный вопрос. Он спросил машинально, из вежливости, потому что обычно именно так все и делали — задавали подобные вопросы, узнавали друг о друге чуточку больше. Только для этого нужно было искренне отвечать на заданные вопросы. — Да, работаю, — почему-то кофе, который требовал больше времени на приготовление, Джульетта получила раньше, чем Чонгук свой лимонад. Обхватив прозрачную трубочку губами, он сделал огромный глоток ледяного кисло-сладкого напитка и потянулся в карман за карточкой, чтобы расплатиться. — Ты, наверное, привыкла, что мужчины за тебя платят, — он тихо высказал своё предположение, но Джульетта изменилась в лице, точно расслышав каждое слово. Она опередила руку Чонгука, протягивающую карту, и всучила парню в будке несколько идеально ровных, будто только отпечатанных купюр, буркнув, чтобы сдачу он оставил себе. От холодных напитков прозрачные стаканчики с логотипом в виде веточки какого-то дерева были мокрыми, отчего руки Чонгука тоже стали такими. Чтобы не отставать от Джульетты, которая задалась целью обогнать всех, кто шёл впереди, ему приходилось делать широкие и быстрые шаги. По пути он прикончил лимонад и приоткрыл крышку стаканчика, опрокидывая его и позволяя нескольким крупным кубикам льда упасть в его рот. Это позволяло охладиться и прийти в себя лучше напитка. Когда Джульетта услышала хруст позади себя, резко обернулась. Щёки Чонгука были как у тушканчика. — Тебе и правда жарко, — он понял, что уже слышал как-то её голос. Она записала два голосовых для его второй смены, когда жаловалась на одного из клиентов. Он заказал её на два часа, но справился за пять минут и оставшееся время требовал читать для него в голос какую-то книгу Маркеса. Но Чонгук понимал его, у Джульетты был на удивление приятный голос. — Прости, — он остановился посреди улицы, дожёвывая лёд и вытирая влажные от лимонада губы тыльной стороной ладони. Его извинения охватывали сразу несколько аспектов этой встречи. Во-первых, ему правда было жаль, что он так отреагировал на её появление, во-вторых, он желал бы напрочь стереть ту долю отвращения, которую испытал при её прикосновении, потому что на самом деле в этом не было ничего отвратительного, в-третьих, забрал бы свои слова о том, что она привыкла к мужчинам, которые платят. О, ну и конечно, он извинялся за набитый льдом рот. Она приняла извинения только за последнее. — Мы начали немного неправильно, — на всякий случай он вытер руку о джинсы, прежде чем протянуть её Джульетте. — Приятно с тобой познакомиться, Ки НамДжу. У тебя замечательное имя. Он был абсолютно искренен сейчас. Ему нравилось имя НамДжу, но про себя, мысленно, он не мог перестать её звать «Джульеттой». — Спасибо, — она смутилась, легко проскальзывая своей ладонью в его и удерживая их скрепленные рукопожатием руки в воздухе дольше пяти секунд, — у тебя тоже хорошее имя. Хочешь ещё стаканчик лимонада? Чонгук мотнул головой, считая, что после того, как избегал её прикосновений, не имеет права первым разорвать рукопожатие, а Джульетта будто не спешила убирать руку. Они простояли так некоторое время, глядя то друг другу в глаза, то на свои руки, и всё же Джульетта отстранилась. Её сияющий взгляд в последний раз пробежался по протянутой Чонгуком ладони, а потом она подтянула стаканчик с кофе ко рту и сжала зубами трубочку. — Нет, я уже охладился достаточно, — в подтверждение своих слов, Чонгук поёжился, будто по его телу пробежала холодная дрожь. — Итак, где хочешь прогуляться? Он всё ещё думал сбежать после того, как она допьёт, но ощущение, что вообще-то всё вполне нормально, заставило его желать, чтобы пила она свой кофе как можно дольше. Частично в нём проснулось любопытство. Ему было интересно узнать её. Побыть с той стороны экрана, так сказать, и при этом не платить миллионы за время, проведённое с ней. — Здесь недалеко есть парк, в котором сейчас проходит выставка Чо ДэДжуна, — она убрала трубочку изо рта, глотая кофе, — там маленькие динозавры. Чонгук сделал два больших шага, чтобы полностью поравняться с ней и убрал уже свободные от стакана руки за спину. Их плечи пару раз нечаянно соприкоснулись, и именно ему пришлось немного отойти в сторону, потому что Джульетту, очевидно, это ни капельки не смущало. — Нравятся динозавры? — Чонгук, опять же, спросил ради приличия. — Да, — в одном коротком слове было столько восторга, — обожаю фильмы про динозавров и энциклопедии. Я собирала журналы о юрском периоде, когда они ещё выходили. Чонгук беззвучно, одними губами сказал «ого», даже не подозревая, что когда-то такие журналы выходили. Он не страдал ничем подобным, ничего не коллекционировал, да и просто не был одержим чем-то определённым. Ему нравились фильмы в целом, энциклопедии он в руках держал разве что в университете, а журналы… кто-то ещё читает журналы? — Я как-то, что ли, не верю в динозавров, — он пожал плечами, поймав на себе поражённый взгляд Джульетты. — Как это «не веришь»? — её голос немного сорвался в конце, но она даже не взяла паузы, чтобы звучать увереннее. — Это же не Золотое руно или Атлантида, кости динозавров находят повсюду. Они стоят в музеях, их изучают. — Если раньше всю планету заселяли динозавры, не должны ли мы находить больше и чаще костей? — он не углублялся в эту тему прежде, но не мог припомнить каких-нибудь шумных и выдающихся находок, об этом толком и не говорили. Не потому ли, что находить было нечего? Джульетта обогнала его как минимум на шаг — он уже понял, как ей нравится идти впереди него — и повернулась к нему лицом. Пока она делала шаги назад на своих кроссовках с платформой, Чонгук боялся, что она споткнётся. Его мыслями овладел такой страх на целых полминуты, пока он не осадил его. Это ведь не его забота — споткнётся и будет знать, как нужно правильно ходить. — Ты совсем ничего не знаешь, — она вдохнула так много воздуха, словно собиралась сейчас выпалить огромную тираду о динозаврах, — некоторые скелеты динозавров уже безвозвратно разрушены, до некоторых нам никак не добраться, поскольку планета полностью изменилась и чуть ли не перевернулась с тех пор, как они жили здесь, а некоторые давно были расхищены, из-за чего археологам удаётся найти только парочку косточек какого-нибудь огромного дино. Она всплеснула руками, заканчивая говорить. Дорога под ногами сменилась с привычной асфальтированной дорожки на тропинку, выложенную кирпичами, и шансы Джульетты споткнуться увеличились. Чонгук на всякий случай вытянул вперёд правую руку, чтобы успеть её схватить. — Я всё равно не верю, — Чонгук дразнил её, глядя куда-то поверх её головы, но умудряясь следить за тем, чтобы она не упала. — Это же неопровержимо, — она выговорила по слогам, словно могла запутаться, — как можно не верить в то, что точно есть? Он хмыкнул, всё же хватая Джульетту за рубашку и пытаясь развернуть её. Ему не нравилось нервничать, а из-за того, как неосторожно она шла, он нервничал. После того, как она снова оказалась слева от него и смотрела себе под ноги, ему стало чуточку спокойнее. Но ровно до тех пор, пока он не взглянул на её рубашку. Она действительно была полупрозрачной, лёгкой, чёрной, с изображениями разных цветов, но красные розы преобладали. Под ней Чонгук смог бы разглядеть её чёрный бюстгальтер, если бы только захотел, но его взгляд был прикован к двум расстёгнутым пуговкам в районе живота, как раз там, где он до этого схватился. Первым делом он резко поднял голову и внимательно осмотрел тех, кто шёл напротив. По узкой парковой дорожке можно было идти вдвоём, но когда кто-то оказывался с другой стороны, приходилось идти друг за другом. Где-то в метрах десяти от них уже маячили двое детей с ярко-розовыми парами роликов, а ещё чуть дальше кто-то взрослый, кого Чонгук не мог разглядеть. Он думал, она сама заметит. Как-нибудь захочет поправить одежду и застегнёт пуговицы, открывающие вид на её пупок. Даже с закрытыми глазами или под ослепительным солнцем он мог представить этот кусочек её голого живота. Он видел его на фото, видел вживую, и всё это было как-то неправильно, против воли Джульетты. — О, подожди, — он встал перед ней, загородив ей путь как раз тогда, когда дети проскочили мимо. Его взгляд опустился вниз, но Джульетта даже не подумала проследить за ним. — У тебя тут… Он прокашлялся, сначала протягивая руки вперёд, а потом убирая их назад. Вдруг она не хотела, чтобы он её касался? И всё же, сама она как назло не смотрела, что там у неё. Только поэтому Чонгук рискнул и дотянулся до её рубашки. Он застегнул первую пуговку без проблем, чуть запутался со второй, потому что отверстие было слишком узким, а в конце он так глупо, практически рефлекторно, похлопал её по плоскому животу. — Пуговицы, — оправдался он, — у тебя расстегнулись две пуговицы. Джульетта прыснула. Звучало так, словно она поперхнулась, хотя на деле она просто смеялась над ним. — Прости, — она попыталась выглядеть извиняющейся, — ты просто так забавно смущаешься. Может, правда купить тебе ещё немного льда? А то ты так скоро сгоришь.

***

Чонгук упал на диван, закидывая ноги на спинку и свешивая голову с сидения. У него был сумасшедший день. Взять хотя бы эту выставку крошечных динозавров — Джульетта знала практически каждого из них, даже не глядя на таблички, и она попросила сделать Чонгука фото. Он решил, что она просит сфотографировать её, а она имела в виду селфи. Стоит ли говорить, что на нём он получился отвратительно? Его высветленные волосы будто и не были уложены вовсе, а из-за того, что он присел, казалось, словно Джульетта выше него. Но ей фото очень понравилось. Она пообещала скинуть его своей маме, как бы в доказательство того, что они таки встретились. Мысли о побеге «по делам» как-то сами развеялись, по мере того, как Джульетта рассказывала о себе. Она могла говорить ничуть не медленнее Чонгука, но утверждала, что тараторит он всё равно со скоростью света, а он никак не хотел признавать, что, когда нервничает, начинает говорить быстрее. Во время разговора с ней он нарочно замедлялся, пытаясь доказать ей, а главное себе, что никуда он не торопится. Может, потому они гуляли целых три с половиной часа, а он и не заметил, как пролетело время? «Ничего, если я отправлю фото в мессенджере?» — она спросила это задолго до окончания прогулки, думая о сделанном селфи. И хотя Чонгуку видеть то фото не хотелось, никогда в жизни, он кивнул. После, когда он провожал её на автобус, потому что к концу прогулки они оказались в другой стороне города, откуда она запросто могла добраться до дома наземным транспортом, нечаянно схватил её за руку. Вспомнил о синяке, испугался, что сделал больно, благо, не успел ничего ляпнуть об этом. Всю прогулку он подавлял в себе это желание сказать что-нибудь, похвастаться тем, что он знает. Но было бы очень странно, если бы он внезапно угадал её вес, рост, то, что она не практикует анальный секс, не любит групповушки и делает минет за дополнительную плату. Телефон, брошенный ранее на столик для ноутбука, завибрировал, заставляя Чонгука немного зашевелиться на диване. Ему было настолько лень вставать, что он дрыгался, как дождевой червь, до тех пор, пока не подцепил пальцами телефон. Поверх классической заставки с капельками висело уведомление. Джульетта прислала фото и что-то ещё. От неё было два сообщения. 17:03 Джульетта: Ты уже добрался до дома? Спасибо за замечательное свидание и дискуссию о динозаврах. Не забудь полюбоваться этим классным фото и не вздумай подписать меня как «любительница динозавров». Р-р-р (динозавры точно существовали).