Зачем?

      Прошёл ровно год после того, как Амелия покинула Томаса. Сначала парень не знал, что делать, он был рассеян и казалось, что он находится в полной прострации. Дамиано и Итан пытались выяснить причину такого состояния друга, но он предпочитал переводить эту тему. И лишь одна Виктория, с сочувствием смотря на друга, все прекрасно понимала, но не могла ничего сделать.        Группа подала заявку на участие в Х факторе, а это значит, что теперь им надо репетировать в десять раз больше. Благодаря этому, Томас совсем немного смог отвлечься и вернуться обратно в ритм жизни.       Амелия каждый вечер хотела написать Вик. Брату она не решалась звонить, слишком сильное чувство вины съедало девушку. Но каждый раз она откладывала телефон. Иногда ей хотелось оказаться в таких родных объятиях брата, почувствовать его запах или услышать его голос, но потом она одергивала себя, вспоминая, как бросила его. Прошло 4 года. — Миссис Раджи! — Да, Элизабет. Тебе нужна помощь? — отозвалась молодая учительница — Я не понимаю, как читается это слово — Рас-сказ — ответила Ами на русском языке.       Она добилась своей мечты и уже год работает учителем русского языка и литературы в международной онлайн-школе. Сейчас у нее был индивидуальный урок с девочкой, а потом совершенно свободный вечер, который она проведёт за проверкой очередной контрольной работы и бокалом красного вина.       За эти пять лет, что прошло после переезд девушки, произошло много всего. Например, Ами успела выйти замуж и развестись, потому что у её муженька оказалась любовница, которая ждала от него ребёнка. Переварить это все было сложно и трудно.        Единственное, о чем жалела девушка, так это о том, что бросила Томаса. За все время они ни разу не общались. Она знала из социальных сетей, что они заняли второе место на Х факторе, а потом первое на Сан-Ремо, тем самым пройдя отбор на Евовидение. Она была безумно горда за брата. Он смог осуществить свою мечту, он добился всего, чего хотел, но какой ценой…       Все эти пять лет у парня была депрессия. Он с огромным трудом находил в себе силы на выступления и написание песен, ведь только музыка могла хоть немного успокоить его больную душу. Ночами ребята слышали, как он кричал её имя. Дами и Итан не переставали расспрашивать Томаса, кто же такая Амелия, на что тот лишь грустно улыбался, вспоминая, какую же все-таки вкусную шарлотку она умела готовить, и отказывался что-то рассказывать.       Но однажды, Вик рассказала парням о той самой таинственной Амелии, и почему Томас так ненавидит февраль. У нее день рождения в феврале. Он вообще не любил праздники, потому что всегда вспоминал, как сестра ласково будила его утром, даря какой-то символический подарок, а потом вела на кухню — есть его любимую шарлотку.       Но организм не мог вывозить постоянный стресс, алкоголь и бесконечную депрессию, поэтому когда оставался какой-то месяц до евровидения, парень слег с жуткой ангиной. У него поднималась температура и он начинал нести всякий бред. — Господи, ну угораздило же тебя заболеть, Томас — сказал Дамиано, принося другу таблетки, которые прописал врач. — Я не знаю, что делать! Какая замена? Эли ты вообще понимаешь, что говоришь? Нет, мы успеем поставить его на ноги до отъезда. — Вик ругалась по телефону с менеджером. Она нервничала. Они вызывали парню скорую уже 4 раза, но эти уколы, которые ему кололи, не помогали. Вот из комнаты Томаса вышел Итан. Он держал в руках стакан с водой — Он опять зовёт её. — грустно сказал парень — Слушай, а ты же говорила, что она хорошо разбирается в медицине, может, позвоним ей? — Не знаю — пожала плечами девушка, она уже ничего не знала — Я попробую ей позвонить… Вик начала набирать её номер. Амелия откликнулась практически мгновенно — Алло, Ами, привет — начала Виктория, она не очень хотела пугать девушку раньше времени, но температура у Томаса только поднималась и никакое лекарство и холодный компресс не помогали — Вик? Что-то случилось? Что-то с Томасом? — Ами явно начала волноваться- Вик, прошу, не молчи! — Ами, у Томаса уже несколько дней очень высокая температура, таблетки не помогают, мы не знаем что делать, мы вызывали врачей, но они делали уколы и уезжали — Значит так, сейчас идете в аптеку, покупаете жаропонижающее для детей. Именно для детей, желательно в сиропе или в любой жидкой форме. Потом любой порошок от простуды и у вас есть грелка? — Ами говорила чётко и спокойно, хотя внутри у нее был настоящий ураган. — Да, есть- ответила дрожащая голосом Вик. — Отлично, наливайте в грелку кипяток, засовывать ему под одеяло и очень тепло кутайте. Ему должно быть прям очень жарко. Это поможет сбить температуру. Я сейчас посмотрю ближайшие рейсы в Рим и лечу к вам — сказала Ами и сбросила трубку. У нее сильно тряслись руки. Она безумно переживала за брата. На сайте с билетами был последний билет на ночной рейс Берлин — Рим. Вылет через 4 часа. Ами нужно доехать до Берлина, потому что она жила в деревушке, недалеко от города. Дорога займёт максимум 20 минут, значит нужно бронировать билет и в срочном порядке собираться.       Через 6 часов из здания аэропорта выбежала девушка. Она плюхнулась в первое попавшееся такси, назвала адрес ребят, по пути заехав в аптеку за необходимыми лекарствами. Амелия дрожала как осиновый лист. Она не знала, как отреагирует брат, когда увидит её, но голос Виктории, когда они разговаривали, давал понять, что парню срочно нужна помощь. Всю дорогу она нервно перебирала руками подол своего платья.       За окном были незнакомые пейзажи. Хотя Ами и родилась в Риме, за те пять лет её отсутствия город изменился. Не так сильно, как различные мегаполисы, но всё равно этот район был новым для девушки. Такси подъехало к симпатичному дому с высоким забором. Амелия расплатилась с водителем, вытащила чемодан и пошла в сторону этого дома. Она два раза нажала на звонок на калитке, и через мгновение оттуда вышла Виктория. Девушка была сильно взволнована, но когда увидела Амелию, на лице появилось облегчение. — Ами, привет. Мы не ждали тебя сегодня…- начала блондинка — Я села на первый рейс и сразу полетела сюда. Скажи мне, пожалуйста, как Томас? — Амелия говорила тихо, голос сильно дрожал — У него уже неделю температура за 40. Мы четыре раза вызывали скорую, но ему просто делали укол и все. Нам не говорили, какие таблетки ему давать, а лекарства действуют не дольше трёх часов. — Вы сделали все, что я сказала по телефону? — Да — ответила Вик, заводя девушку в дом Итан спускался по лестнице, когда увидел подругу в компании весьма красивой девушки, которая ему кого-то напоминала, и тут он вспомнил, что фотография именно этой девушки, только на несколько лет младше, стоит на обоях телефона Томаса. Барабанщик сразу же догадался, что это сестра парня — Ты Амелия, да? — спросил он — Да. а ты. — Итан. Я барабанщик. — Как там Томас? — Он только что уснул, давай я провожу тебя в его комнату — Спасибо — тихо сказала Ами и направилась в сторону лестницы. Итан провел её по небольшому коридору до самой последней двери. Девушка тихонько открыла её и ужаснулась. Комната была в темных тонах. Повсюду были развешаны фотографии ребят, вперемешку с разными пластинками. В самом углу стояла кровать, над которой висела тонкая гирлянда с фотографиями, где были изображены Томас и Амелия в разном возрасте. Но причина ужаса девушки была не комната, а парень, который лежал на кровати. Он был полностью закутан в теплое одеяло, но лицо было видно. Он сильно похудел, под глазами были огромные синяки… Ами не решилась тревожить его сон и вышла из комнаты, глотая слезы. — Он только недавно уснул. До этого ему снились кошмары и он постоянно просыпался — сказал Итан — пойдём, я покажу тебе, где ты будешь спать — Оу, не надо. У меня есть квартира, мы раньше с Томасом жили там, до того, как я... уехала. Мы её тогда снимали, а потом мне позвонила хозяйка и предложила выкупить за копейки. Я поеду туда. Только расскажу Вик, чем лечить Томаса — Прошу, останься. Томас заболел из-за депрессии. После твоей пропажи он очень сильно переживал, не спал ночами и часто болел, а сейчас его организм просто не выдержал. Ему станет легче, когда он увидит тебя — Я не знаю…я так ужасно поступила, когда бросила его совсем одного, ничего не сказав. Мне ужасно стыдно, я не знаю… — Хорошо, Давай сделаем так. Дело в том, что мы уже неделю не могли нормально репетировать хотя бы втроём, потому что нужно было сидеть с Томасом. Останься пока он не пришёл в себя, а потом поговорите — Думаю, ты прав…       Итан показал Амелии комнату, где она могла бы остаться. Так как в доме было всего 4 спальни, ей пришлось ночевать у Дамиано, но он уехал домой и даже не догадывался о том, что приехала сестра Томаса.       Девушка уселась на кровать и стала рассматривать помещение, в котором ей предстоит провести ещё как минимум два дня. Комната была чуть больше и светлее, чем комната брата. На стенах также висели общие фотографии. В углу стоял шкаф. У окна был небольшой стол, на котором стояли фотографии Дамиано и какой-то очень красивой девушки. Амелия хотела посмотреть на вид, который открывается из окна, поэтому подошла к этому столу. Ее взгляд упал на бумажки, разбросанные вокруг рабочего места, а посередине лежало письмо. Девушка не хотела лезть в чужую жизнь, но эта бумажка привлекла её внимание. Она выглядела так, будто кто-то плакал, пока писал или читал строчки, выведенные на листе. Девушка прошлась глазами по тексту       Дорогой Дамиано! Я безумно благодарна тебе за эти четыре года наших отношений. Мне кажется, у меня никогда не будет такого парня, как ты. Но мне кажется, что мы зашли в тупик. Нам надо двигаться дальше по отдельности. Люблю тебя. Джорджия Девушке стало искренне жаль парня, но сейчас она не могла думать ни о чем, кроме лежащего в соседней комнате Томаса, который изредка кряхтел и мычал что-то непонятное. Амелия решила проверить его и спуститься вниз к Итану и Вик, но дверь скрипнула и в проходе оказался Дамиано — Кто же ты, прекрасная незнакомка, что стоит у окна в моей комнате и плачет? — спросил он. Ами быстро вытерла слезы на щеках, повернулась к парню и слабо улыбнулась. — Меня зовут Амелия. Я… — Ты сестра Томаса? — Да — ответила она, опуская взгляд. Ей уже сейчас было почему-то стыдно, хотя она видела его первый раз в жизни. Девушке захотелось провалиться сквозь землю прямо сейчас — Прости, пожалуйста. Итан сказал, что ты не вернёшься в ближайшее два дня, поэтому предложил побыть пока у тебя, но раз ты тут, я, пожалуй всё-таки поеду — она стала проходить к выходу, вокалист как-то странно хмыкнул и отправился вслед за девушкой.       Они спустились вниз. На диване сидели Виктория и Итан и рубились в приставку, но, услышав шаги, отложили джойстики и повернулись в сторону ребят — О, вы уже познакомились? Отлично! — сказала Вик, подходя к Амелии — Боже, Ами, если бы ты знала, как я по тебе соскучилась! — басистка начала буквально душить старшую Раджи.       Вечер они провели за просмотром какой-то комедии и разговорами, попивая пиво. Амелия рассказывала о своей жизни в Берлине. О том, как она преподаёт русский язык в новой онлайн-школе.       Но про свое, не самое удачное замужество, девушка решила не говорить. Она вспоминала тот год жизни, как самый страшный сон. Муж постоянно избивал хрупкую девушку, а когда узнал, что Ами подала на развод, совсем разошёлся.       В тот вечер соседи услышали страшные крики их квартиры молодой пары, и вызвали полицию и скорую. Когда двери той самой квартиры открылись, на пороге стоял пьяный Карл — муж Амелии. Он держал в руке розочку от разбитой бутылки, а на полу в прихожей лежала Ами в луже собственной крови. Девушку забрали в больницу. Она получила серьёзную травму руки и ещё несколько месяцев не могла ею шевелить, а так же потеряла много крови. Для своего мужа она была просто куском мяса или игрушкой, которой тот, как маленький ребёнок, ни с кем не хотел делиться и будь его воля вообще бы одел на жену паранджу и не выпускал бы из дома. Амелия не выдерживала всего этого. Её ментальное здоровье помахало ей ручкой ещё в первые полгода её замужества. Но, как и говорилось раньше, Ами решила не говорить об этом ребятам.       Часы показывали 23:57. После долгого перелёта и сильного стресса девушка очень сильно хотела спать, но вопрос где она будет жить остался открытым. Ами стеснялась прерывать веселье ребят и просто пыталась не заснуть. Итан обратил первым внимание на клюющую носом Раджи. — Ами. — тихонько сказал он, чтобы разбудить девушку — А? — она резко открыла глаза и смешно сморщила носик — Если ты хочешь спать, то давай я останусь тут, в гостиной, а ты у меня в комнате? — сказал он — Нет, давайте сделаем не так. Мы с Амелией будем спать у меня в комнате. У меня достаточно большая кровать. Я не буду приставать, обещаю! — сказала Вик — Да, хорошо — Ами опять засыпала       Виктория отвела девушку в комнату, показала где находится душ, и куда можно сложить вещи, а сама ушла к Дамиано и Итану обсуждать что-то по поводу завтрашней репетиции.       Утром, когда Амелия проснулась, в доме никого, кроме спящего Томаса, не было. На кухне лежала записка: Амелия, я знаю, что ты проснёшься раньше Томаса, поэтому вся еда в холодильнике. Мы уехали на какое-то срочное интервью, вернёмся вечером. Все лекарства Томаса лежат в коробке на столе в его комнате. Вик       Ами решила проверить брата и поднялась на второй этаж. Пока она подходила к его комнате, сердце выскакивало из груди, было стойкое ощущение что ещё чуть чуть и будет обморок. Руки начали трястись с большей силой, воздуха стало катастрофически не хватать, но девушка продолжила идти к этой чёртовой комнате. Шаг, ещё шаг, и вот прямо перед ней светлая дверь, за которой лежит парень, с которым она не общалась 5 лет, но он продолжает быть самым важным человеком в её жизни. Амелия любила Томаса. Она точно знала, что она любит его больше всего на свете, он был для неё целым миром. Раньше подруги смеялись над девушкой, что с таким братом она вряд ли замуж выйдет, но… опять мысли Ами улетели куда то далеко. Она выдохнула, и вошла.       Томас лежит с закрытыми глазами, но явно не спал. Ему просто было плохо. Не так, конечно, как раньше, когда даже открыть глаза было пыткой. Он услышал, как в комнату кто-то зашёл. Шаги были тихими и аккуратными, Дамиано и Итан так не ходят, значит, пришла Виктория. Томас почувствовал, как девушка подходит к нему и кладёт руку на лоб. Стоп. Слишком мягкая рука. Руки Виктории были мягкими, но не до такой степени, а ещё у Вик ладони всегда были сухие, а эти ,безумно приятные ручки, были буквально мокрыми. Парень вспомнил, что такие, мокрые и мягкие ладошки были у его сестры. Он открыл глаза.       Сначала бедному Томасу показалось, что он снова бредит, ведь перед ним стояла девушка, очень сильно похожая на Амелию, но только эта была старше, худее, ее волосы едва прикрывали лопатки своей длиной, а у Ами были длинные, почти до колен, а ещё у девушки было скрытое окрашивание, но вместо цвета - обычное осветление, а Ами всегда кричала, что ни за что на свете не отрежет и не покрасит свою прелесть.       Парень очень долго смотрел на девушку, которая в этот момент копалась в коробке с лекарствами и пока не замечала, что за ней наблюдают. — Амелия? — тихо просипел Томас Девушка дернулась, как то странно съёжилась и замерла — Ами, это ты? Ты вернулась?! — парень вскочил с кровати, из его глаз потекли слезы, он подбежал к сестре и взял её за плечи — Томас, я… — она начала судорожно хватать ртом воздух. Парень тут же вспомнил про панические атаки, которые и раньше с ней случались — Чщщ, дыши, спокойно — он усадил девушку прямо на пол — Смотри на меня. Все хорошо, успокойся.       Вот, когда дыхание выровнялось, и Ами смогла нормально соображать, началась истерика. Всё таки пошатанные за пять лет нервы давали о себе знать. Томас начал обнимать и целовать сестру, а та могла лишь прижаться к нему, как котёнок и изредка всхлипывать. Спустя несколько минут она полностью успокоилась и, впервые за все это время, взглянула в глаза брата. Они были наполнены любовью и заботой. Девушка еще сильнее обняла брата. — Томас, пожалуйста, прости! Прости меня! Я так сильно тебя люблю. — Амелия, боже мой. Я так по тебе скучал! Я больше никогда, ни за что на свете, никуда тебя не отпущу! Почему ты уехала? Почему ты тогда мне ничего не сказала?! — голос парня срывался на крик. Ему было важно узнать, почему сестра оставила его, почему он пять грёбаных лет пытался вытащить себя из депрессии, а тут появляется она, проверяет ему температуру своими мягкими руками — Почему ты вернулась? — Томас, пожалуйста… я все тебе расскажу, только давай мы сначала сядем на кровать. — девушка встала и помогла брату подняться с пола — Выпей эти таблетки — она протянула две капсулы с чем-то непонятным и крепко обняла парня, который прижался всем телом к родной и любимой сестрёнке, по которой он так сильно тосковал. — Если у меня жар, и сейчас это просто галлюцинации, то прошу, пусть они не заканчиваются. — сказал он и опять начал тихо плакать — Тише, тише, родной мой! Я тут. Все хорошо. Это не галлюцинации — мягко сказала она. — Когда ты приехала? — закрывая глаза, спросил Томас — Вчера после обеда. Мне позвонила Виктория, сказала что ты серьёзно заболел. Я прилетела первым же рейсом сюда, ты уже спал. — А где ты была все это время? — в Германии. В Берлине. Помнишь, ты спрашивал у меня, куда я хочу поступать? Ты тогда еще сказал, что никуда меня не отпустишь, если я уеду. — парень кивнул — Так вот, я тогда уже поступила в один из лучших университетов, который был в Германии. Я не знала, как тебе это сказать, тянула до последнего, а потом струсила и просто сбежала. Мне было стыдно возвращаться, к тому же у меня была учёба — Ами перебирала волосы брата. Томас же от таких действий был готов замурчать. — Ты кушать хочешь? — спросила девушка, поднимаясь — Хочу. Но не хочу, чтобы ты уходила, вдруг ты опять улетишь? — Не бойся, я никуда не денусь от тебя. Хочешь, пойдём вместе на кухню, я буду готовить, а ты сидеть рядом?— Амелия засмеялась — Хочууу — протянул, как маленький, парень. Весь день брат и сестра провели вместе. Они слишком долго не видели друг друга. Они очень много разговаривали. Даже слишком.       Когда ребята вернулись, на часах было почти час ночи. И первым, что предстало их взору - спящий, прямо на диване в гостиной, Томас, на котором дрыхла Амелия. — Ну вот, видишь, они помирились! — шепнула Вик Дамиано. Всю дорогу они спорили, помирятся ли брат и сестра. Вик была уверена, что да. Однажды она зашла в комнату Томаса. Он сидел на кровати и плакал. Девушка тогда долго пыталась успокоить Томаса. Он сказал, что больше всего на свете он хочет, чтобы Амелия вернулась, что он не держит на неё обиды, ему просто очень плохо без его любимой сестры. — Да вижу я, вижу. У меня тут другой вопрос. Мы их будем будить? Или пусть спят? — ответил Дами — Слушай, они 5 лет не виделись, пусть спят. Не трогай их. — сказал помалкивающий до этого Итан — Пойдёмте тоже спать. Я так устал. Утро. 9:40 — ПОДЪЕМ! АЛЁ! — Вик начала тарахтеть кастрюлей и поварёшкой прямо над головами у спящих Раджи. — Вииик, иди в жопу! — крикнул Томас, пытаясь вылезти из-под сестры — И тебе доброе утро! Наконец-то ты начал реагировать на этот мир, а то за последнюю неделю ты реально стал похож на зомби- сказала блондинка — Не кричи ты так. Ами разбудишь! — шикнул на неё парень — Если бы я не знала, что это твоя сестра, я бы подумала, что ты без памяти в неё влюблён, и начала бы ревновать- хихикнула девушка — А я и правда в неё влюблён. Ну ты посмотри, какая она красивая! Только вот похудела сильно… — Согласен — в проходе появился сонный Дамиано. Он появился бесшумно, от этого все вздрогнули- Худая, как велосипед! — Вы меня обсуждаете что ли? — Амелия проснулась, и опять очень смешно сморщилась. Это была её, весьма милая, привычка ещё с самого детства. Томас это прекрасно помнил. Он вообще помнил и знал о своей сестре абсолютно всё, как будто и не было этих пяти лет. — Да. Мы говорим, что ты слишком худая, поэтому сейчас мы будем тебя кормить — сказала Вик и прыгнула на подругу сзади. Девушки рассмеялись. Сегодня самое лучшее утро за последние пять лет.       Амелия наклонилась к уху брата и шепнула, так, чтобы слышал только он — Прости меня, я больше никуда от тебя не денусь — и крепко-крепко его обняла