План–Z

19 декабря.

Хогвартс.

      К середине декабря окрестности покрылись толстым слоем снега. На улице было довольно холодно, так что ученики Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс большую часть времени проводили в замке. Многие уже с нетерпением ждали зимних каникул, и ещё больше студенты ждали последнего в этом году похода в Хогсмид.       Гарри Поттера это абсолютно не волновало. В Хогсмид ему ходить нельзя, так как родственники не подписали разрешение на посещение. Во время каникул предыдущие два года Гарри оставался в замке, и сейчас он не планировал что-либо менять. Сначала парень очень сильно злился, что не сможет покинуть школу вместе с друзьями, но теперь успокоился. Хотя идея выбраться и прогуляться по новому месту казалась ему безумно привлекательной.       Поэтому, когда близнецы Уизли подловили Гарри в коридоре и показали ему карту Мародёров, план, как можно незаметно выбраться из школы, возник сам собой.       — Это тебе наш подарок на Рождество, — сказали братья, показывая Поттеру пергамент, на котором были видны не только все потайные ходы замка, но и месторасположение всех учеников и преподавателей в реальном времени.       — Ого! Это просто потрясающе!       «И безумно опасно», — эта мысль мелькнула в голове парня и тут же испарилась.       — Но почему вы отдаёте её мне? — поинтересовался Гарри.       — У нас эта карта с первого курса, мы уже выучили все тайные ходы, — ответил Фред.       — А ночью по замку мы уже давно не бродим, скучно это, — добавил Джордж.       Схватив мантию-невидимку, что досталась ему от отца, гриффиндорец направился в сторону тайного прохода, который мог бы привести его в деревню Хогсмид, прямо в Сладкое королевство. Мысль о том, как сильно удивятся его друзья, увидев Гарри в деревне, веселила парня. Добежав до статуи одноглазой ведьмы, гриффиндорец вновь развернул карту. На ней рядом с его именем появилась надпись: «Диссендиум».       — Диссендиум, — произнёс он, и горб старухи открылся.       Парень уже хотел нырнуть в проход, как заметил недалеко от того места, где он находился, знакомое имя: «Кейтлин Куин». То, что его знакомая осталась в замке и не пошла со всеми в Хогсмид, с одной стороны, было ожидаемо. Она не любила толпы, и любой бессмысленной прогулке в Хогсмид предпочла бы что-нибудь почитать. Но с другой стороны, даже Гермиона не упускала лишней возможности выбраться из замка.       Может, предложить ей прогуляться вместе в Хогсмид? Правда, для этого ему как минимум нужно будет рассказать ей о мантии отца, а как максимум — о карте тоже. Перед Гарри встал сложный вопрос. Остаться в замке и провести время со своей новой знакомой или же рвануть в деревню, нарушая правила школы. Подумав несколько минут, гриффиндорец принял шокирующее для себя решение. Да, не этого от него ожидали близнецы, когда подарили ему эту карту. Он закрыл проход и поспешил к тому месту, где сейчас была Кейтлин.       Девушка находилась в заброшенном коридоре северной части замка. Она сидела на окне и читала огромную старую книгу. На ней была мантия со знаком её факультета, белая рубашка, зелёный галстук, юбка в клеточку и зелёный ободок. Гарри не успел даже близко подойти, как слизеринка подняла голову и посмотрела на нарушителя своего спокойствия. Первые пару секунд она выглядела сердитой, но как только поняла, кто её побеспокоил, искренне улыбнулась.       — Привет! Как ты меня нашёл? — радостно спросила девочка.       — Если я скажу, что случайно, ты мне поверишь? — усмехнувшись, спросил Поттер.       — Хм… возможно.       — На самом деле я решил пройтись по замку, пока мои друзья гуляют в Хогсмиде. Ну, и как-то случайно нашёл тебя, — в какой-то степени это была случайность, но про карту он всё же не хотел рассказывать.       — Понятно, — змейке показалось, что парень что-то не договаривает, но это его право. — Почему ты не пошёл в Хогсмид с ними? Из-за Блэка?       — И да, и нет, — гриффиндорец грустно вздохнул и сел рядом с Кейтлин на подоконник. — Я вырос с маглами, родственниками моей мамы, и у нас с ними очень сложные отношения. Так что когда я попросил их подписать разрешение, они мне отказали. Тогда я попытался поговорить с МакГонагалл, но она сказала, что не имеет права поставить там свою подпись. Но если бы и могла, не стала, потому что Сириус Блэк охотится за мной.       — Хмм… — Кейтлин закрыла книгу и отложила в сторону. Она задумалась, и какое-то время они сидели молча. — Гарри, скажи, я могу тебе доверять? — парень повернулся в сторону девочки и нахмурился. — Я говорю серьёзно. Мы можем оставить то, о чём я тебе расскажу, только между нами?       — Я не знаю, что случилось, но обещаю, что никому ничего не скажу.       — Что ты знаешь о своих родителях? — такого вопроса парень точно не ожидал.       — Ну… Немного, на самом деле. Они оба учились в Хогвартсе, на моём факультете, и поженились почти сразу после школы. Они дружили с профессором Люпином, и учителя их очень любили. Они погибли, защищая меня в ночь на Хэллоуин, — дальше парень как-то замялся, пытаясь вспомнить что-то ещё. Но всё было такое незначительное, что парень не стал это озвучивать.       — Понятно, — змейка поёрзала на подоконнике, усаживаясь поудобнее. — Перед тем, как приехать в Хогвартс, я внимательно изучала историю Магической Англии за последние лет двадцать. С помощью газет и нескольких книг.       Гарри очень удивился и вскинул брови, уставившись на Кейтлин. Логичнее было бы изучить историю Хогвартса или просто учебники почитать. Но разыскивать газеты двадцатилетней давности, чтобы изучить их, это немного странно. Гриффиндорец медленно кивнул, показывая, что готов слушать дальше.       — Так как я приехала из Америки, я не была знакома с тем, что происходило в Англии всё это время. Я собиралась здесь жить, поэтому хотела понимать и знать историю целиком.       — Постой, хочешь сказать, что ты не знала о Волан-де-Морте и обо мне? — девочка немного удивилась, услышав имя, которое боятся произносить до сих пор.       — Я знала, что существует какой-то сумасшедший волшебник, который мутит воду в Магической Британии, но не вдавалась в подробности. О тебе я вообще не слышала, — волшебница усмехнулась, увидев изумление на лице Гриффиндорца.       — Это удивляет и радует одновременно.       — Так вот, пока я всё это изучала, у меня появилась целая куча вопросов. Не буду вдаваться в подробности, это сейчас не так важно. Скажи, ты когда-нибудь слышал о заклятии «Фиделиус»?       — Кажется, нет, — ответил парень.       — Это заклятие накладывается на дом с целью скрыть его ото всех, кто не посвящён в тайну его нахождения. Волшебники и маглы будут просто проходить мимо, они не увидят это место. Чтобы заклятие подействовало, его нужно закрепить на одном определённом человеке. Разумеется, хозяева должны безоговорочно ему доверять. Этот человек тоже будет знать, где находится дом, но рассказать о его положении сможет только добровольно. Угадай, чей дом спрятали под такими чарами?       — Дом моих родителей, — парень задумался, переваривая информацию.       Получается, что дом его родителей спрятали под чарами, чтобы их не могли найти. Но, несмотря на это, его родители мертвы, а сам он получил этот дурацкий шрам. Выходит, что тот, кто хранил тайну местоположения дома, рассказал об этом Волан-де-Морту. В голову Гарри ударила ужасающая мысль.       — Моих родителей предал тот, кому они доверяли. Этот человек рассказал, где они спрятались. Тот, кому они доверяли. Возможно, кто-то из их друзей!       — Так и есть. Это был их друг.       — Только не говори, что это Люпин! — парень так испугался, что это может оказаться правдой, что даже вскочил с подоконника.       — Гарри, сядь и постарайся взять себя в руки, иначе наш разговор на этом закончится. Всегда старайся полностью разобраться в ситуации, а уж потом предавайся эмоциям. Хотя этого тоже лучше не делать, эмоции редко когда могут помочь, — серьёзно сказала Кейтлин. Гарри часто и громко дышал, стараясь привести мысли в порядок.       — Ладно. Прости, продолжай, — сказал парень, садясь обратно рядом со змейкой.       — Так вот. Это был не профессор, но другой их друг. Официально, хранителем тайны был Сириус Блэк. Он был лучшим другом твоих родителей, — волшебница замолчала, осторожно поглядывая на парня, ожидая бурной реакции. Всё же, он гриффиндорец. Но Гарри сидел и не двигался, и только тяжёлое дыхание давало понять, что он в сознании. Спустя долгие три минуты Гарри заговорил:       — Ты сказала «официально». Ты в этом сомневаешься? — слегка грубо спросил парень.       — Это сложно. Я не могу подробно всё разъяснить, и доказательств у меня нет. Есть лишь мои предположения. Мне понадобилось много времени, но я узнала, что Блэк был лучшим другом твоего отца. С первого курса они всегда и везде были вместе. Буквально не разлей вода, и все, кто был хоть немного с ними знаком, прекрасно об этом знали. Поэтому и Волан-де-Морт, скорее всего, знал об этом, и искать хранителя стал бы с него. Это же очевидно. Твой отец был Аврором, как и Блэк. Причём, как я поняла, они были хороши в своём деле, и голова у них работала как надо. Так подставлять себя и вас с матерью Джеймс не стал бы.       Поттер очень внимательно слушал рассказ Кейтлин, стараясь ничего не упускать. Честно говоря, мысли слизеринки логичны. Если всё действительно так, то делать Блэка хранителем тайны было слишком очевидно и безумно глупо. Стал бы Поттер-старший так рисковать своей семьёй? Скорей всего, нет. К тому же, Гарри не мог представить себе, чтобы человек, с кем ты был безумно близок с самого первого курса, мог продать тебя врагу.       — И тогда я подумала, кто ещё мог быть хранителем? Люпин был их другом, но на хранителя, по определённым причинам, не тянет.       — Что это за причины? — вмиг спросил Гарри.       — Это не так важно. К тому же, это его личный секрет, если профессор захочет, он сам тебе расскажет.       — Ладно, — парень утвердительно кивнул.       — Так вот, я стала копать дальше и нашла фотографию. Сразу говорю, у меня её нет, я не могла забрать её оттуда, где она находится. На ней были твои родители, Блэк, Люпин, ещё пара человек, чьи имена нам не особо интересны, и Питер Петтигрю, — девочка замолчала, когда Гарри резко повернулся в её сторону.       — Кто это?       — Он был третьим другом твоего отца. Поттер, Блэк, Люпин и Петтигрю. Четыре друга, вечно нарушающие правила школы.       — Ты думаешь, что хранителем был он?       — Я так действительно считаю, но картинка не складывается, — девочка выглядела задумчиво.       — Что ты хочешь этим сказать? — если честно, парень уже мало что мог понять во всём этом потоке информации.       — Дело в том, что, судя по информации в газетах, когда ты победил Волан-де-Морта, Блэк обезумел от горя и решил пробраться в ваш дом, чтобы добить тебя. Но Питер попытался остановить его. В итоге погиб, при этом было убито больше дюжины маглов, а Блэк признал свою вину на суде.       — Если честно, всё выглядит так, что это Блэк предал моих родителей.       — Верно. Но представь, Блэк и Поттер дружат с самого детства. Семья первого поддерживает тёмную сторону, а он поступает на Гриффиндор, отказывается от наследия своей семьи, не общается с ними и сбегает из дома в шестнадцать лет. В дальнейшем ещё становится Аврором и активно сражается против Волан-де-Морта. Как-то не вяжется этот образ с предателем.       — Я уже ничего не понимаю.       — Питер Петтигрю был очень слабым и ведомым человеком. Он всегда был в тени твоего отца и Сириуса. Таскался за ними по пятам и на все авантюры соглашался просто ради того, чтобы не остаться в одиночестве.       — Откуда ты, чёрт возьми, всё это знаешь? — парень вскочил с подоконника и начал расхаживать из стороны в сторону.       Вся эта информация не укладывалась в его голове. Слишком много шокирующих фактов. Большая часть которых настолько личные, что нужно либо находиться рядом со всеми этими людьми, чтобы знать о них такое. Либо быть их близким другом, что совершенно невозможно. Кейтлин тринадцать, и она переехала из Америки только в этом году. Так как, Мерлина ради, она всё это узнала?! Может, она всё же британка и о своём переезде врёт? Её родители могли учиться с его и рассказать дочери о четырёх друзьях-гриффиндорцах. Может, они были на стороне Волан-де-Морта, и поэтому она так много знает?       — Гарри, я не могу тебе рассказать то, как узнала об этом. Потому что то, как я это сделала, совершенно незаконно, — Гарри остановился как вкопанный и резко развернувшись, уставился на слизеринку. — Может, когда-нибудь я и смогу тебе рассказать, но не сейчас.       — То есть ты считаешь, что Блэк невиновен. Зачем тогда он пытался попасть в замок?       — Без понятия. Может, ему тут что-то нужно, а может, действительно хочет добраться до тебя. Я лишь пытаюсь сказать, что из того, что я поняла, Блэк ни за что не встал бы на тёмную сторону. А если это так, то зачем ему убивать Питера и ещё кучу маглов? Я не знаю, что там на самом деле произошло, но даже то, как судили Сириуса, наводит на определённые мысли.       — О чём ты?       — Ты знаешь, что такое Веритасерум? — парень отрицательно покачал головой. — Это сыворотка правды. В то время всех приспешников Лорда допрашивали с её помощью.       — Всех, кроме Блэка, — догадался Гарри. Куин кивнула.       — Да. Представь, к тебе попадает яростный сторонник Волан-де-Морта, а судя по газетам, его именно таким и видят, а ты ничего у него не спрашиваешь. Не пытаешься узнать какую-либо информацию о сторонниках Лорда, его планах или хотя бы детали той роковой ночи. Разве это не глупо?       — Я… я… Мерлин, мне нужно время в этом разобраться. Зачем ты мне вообще всё это рассказываешь?       — Потому что я переживаю за тебя. Потому что во всей этой истории слишком много странностей, а ты в её эпицентре. Можешь считать меня больной, но я считаю, что Блэк невиновен, и не хочу, чтобы он вернулся в Азкабан. По крайней мере, пока история не прояснится, — парень устало потёр лоб.       — Судя по твоим словам, ты знаешь, каким человеком он был, — девочка кивнула. — Не буду спрашивать, каким образом, но если это так, то, возможно, он и не предавал родителей. Мне нужно время, чтобы всё это обдумать, — парень устало сел на подоконник и облокотился на окно.       — Прости, что вывалила все свои мысли на тебя. Ты можешь мне не верить, это только мои предположения. Не факт, что они верны, но моя интуиция просто вопит о том, что всё это неправильно. А я привыкла ей доверять.       — Права ты или нет, я всё равно благодарен за то, что ты мне всё это рассказала. Я за полчаса узнал о семье больше, чем за двенадцать лет своей жизни, — гриффиндорец встал и направился к выходу. — Спасибо, я, пожалуй, пойду. Мне нужно всё это обдумать.