План–Z

12 августа 1995,

Нора.

      Происходящее вокруг последние пару дней Гарри не устраивало. Семья Уизли осталась ровно такой, какой гриффиндорец её запомнил. Невероятно шумные и суматошные маги буквально не давали ему продохнуть. Миссис Уизли почему-то решила, что Гарри ужасно худой и его срочно нужно откормить, что было в корне неверно. По сравнению со всеми предыдущими годами Поттер находился в прекрасной форме. Это было не сильно заметно жителям Куин-мэнора, потому что они видели парня каждый день и привыкли к его внешности, а вот Гермиона сразу заметила изменения. В день, когда Гарри только прибыл в Нору, сразу после того, как закончилось собрание, отделавшись от Рона, она утащила друга в укромное место и, наложив пару скрывающих чар, ошарашила парня:       — Какого чёрта ты покинул Куин-мэнор?! — зло спросила девушка.       — Пришли письма из Министерства и Кейтлин сразу отправила меня к родственникам, так как предположила, что меня захотят как минимум проверить.       — Я не об этом, а о твоей стычке с дементорами, — прервала его рассказ гриффиндорка.       — Это был не я, меня не было на Тисовой в этот момент. Дементоров отпугнула Сили.       — Но тогда получается… — Гермиона нахмурилась и задумчиво продолжила, — это подстава. Тебя хотят выгнать из Хогвартса. Вся эта история с судом один сплошной фарс!       — Как и поездка к Уизли. Готов поспорить, что директор рассчитывает, что так мы сможем помириться и продолжить дружить как ни в чём не бывало. Кстати, ты тут давно?       — Дольше, чем хотелось бы. Почти неделю.       — Соболезную, — с усмешкой ответил Гарри.       — Да иди ты, — девушка в шутку толкнула его в плечо. — Что если тебя действительно выгонят из школы? Я имею в виду, что в этом, похоже, заинтересован сам Министр…       — Ты правда думаешь, что Кейтлин позволит этому случиться?       — Разумеется нет, но и она не всесильна.       — Зато её адвокат знает своё дело, — Гарри многозначительно взглянул на девушку. Та сразу всё поняла.       — Ну конечно она обратилась к адвокатам, как же иначе? Он правда хорош?       — Он объяснил, как собирается защищать меня и поверь у меня даже не осталось сомнений, что у него получится меня оправдать.       — Слава Мерлину! — девушка тяжело выдохнула и, кажется, только сейчас смогла расслабиться и успокоиться. — Я очень испугалась, когда обо всём узнала. — она снова взглянула на парня и поражённо застыла, разглядывая его. — Ты очень изменился за то время, что мы не виделись.       — Ммм? — Гарри не совсем понял, о чем говорила подруга.       — Ты сильно подрос и в плечах стал шире, да и черты лица как будто изменились. Ты стал… Не знаю. Взрослее что ли?       — У меня было насыщенное лето, — Гарри не стал упоминать, что на его внешность повлиял не только свежий воздух и тренировки с Кейтлин и крёстным, но и снятые блоки.       — Действительно, — Гермиона бросила взгляд на дом, — Думаю, стоит вернуться, пока нас не стали разыскивать.       Остальные дни тянулись невероятно долго. Миссис Уизли вечно причитала или плакала, отказываясь верить, что всё происходящее сейчас в мире реально. Мистер Уизли часто пропадал на каких-то дежурствах или на работе. Рон пытался наладить общение со своим бывшим другом и Гарри понял, что они могут хотя бы просто общаться. Как дружить и с рыжим, и с Кейтлин парень не представлял. Куин чётко дала понять, что категорически против общества Рона. Да и парень не принял бы дружбу Гарри со слизеринкой.       Рон часто перегибал палку, становясь чересчур навязчивым в своих попытках сблизиться с Гарри и Гермионой, но в такие моменты чаще всего на помощь приходили близнецы. Они вообще часто спасали Гарри в эти дни. Они возникали в те моменты, когда парень уже начинал закипать и своим присутствием разряжали обстановку. Иногда они уводили его в свою комнату, чтобы показать свои новые изобретения или наработки. Гарри только и оставалось, что удивляться их креативности и изобретательности. А ещё он заметил, что многие их изделия приготовлены не из дешёвых ингредиентов и он невольно задумался, откуда братья взяли на это деньги. Но те лишь отшучивались и продолжали избегать этой темы.       Ко всему прочему, в доме продолжали проводить собрания Ордена, на которые их всё-таки пустили, после того, как они начали возмущаться. Вообще-то Гарри думал, что на них позволят присутствовать только ему, ведь это он уже не раз сражался с Волан-де-Мортом и не раз выходил из сложных ситуаций победителем. Но Рон смог убедить взрослых, что Гарри всё им расскажет, поэтому им с Гермионой нет смысла уходить. Близнецы тоже смогли остаться, ссылаясь на то, что они уже совершеннолетние и родители не могут им этого запретить.       Так и получилось, что на некоторых собраниях теперь присутствовали и ребята. Правда орден собирался не часто и Дамблдора на них, кроме первого раза, не было. Так что Гарри не смог с ним поговорить, чему в тайне был несказанно рад, хоть и изображал при посторонних иное. А тем временем наступил день слушания и Гарри немного заволновался. У него не было сомнений, что его оправдают, но он всё же чувствовал волнение. К тому же, его очень интересовал вопрос, кто же подослал к нему дементоров? Гарри понятия не имел, для чего это мог бы сделать Дамблдор, но подобный вариант не исключал. К тому же Кейтлин была больше склонна верить, что в этом замешан именно он. Министр магии мог бы получить от этого инцидента намного больше нежели Дамблдор, и Гарри больше склонялся к этой версии. Министр всё лето с помощью Ежедневного пророка пытается выставить его сумасшедшим и случай на Тисовой, мог бы помочь ему укрепить это мнение или как минимум напечатать ещё несколько нелицеприятных статей. В версию о том, что стражей Азкабана подослал к нему Волан-де-Морт, Гарри совершенно не верил. Они с Кейтлин не раз обсуждали цели и мотивы змеелицего и сошлись во мнении, что он почему-то буквально помешан на Гарри. А это значит, что он скорей всего захочет убить его лично и желательно при большом количестве свидетелей, чтобы в очередной раз доказать какой он могущественный и непобедимый. Разумеется он стремится снять с парня титул Мальчика-который-выжил. Однако несмотря на всё это, Кейтлин не снимала с учёта ни одного из этих кандидатов, говоря о том, что всегда нужно ждать подвох.       Так что, сидя в кабинете мистера Уизли, ему не пришлось изображать волнение и растерянность. Он действительно чувствовал себя именно так, а ещё ему не терпелось вернуться в Куин-мэнор, потому что в Норе он больше и дня не протянет. Кейтлин и Сириус хоть иногда и орали друг на друга так, что стены тряслись, большую часть времени всё же проводили в тишине и спокойствии. А в Норе про тишину, похоже, даже не слышали и не знают, что это такое.       В открытую дверь влетела служебная записка. Взмахнув крыльями, она опустилась на икающий тостер. Мистер Уизли развернул ее и прочел вслух.       — «Обнаружен третий извергающий унитаз в общественной уборной — теперь в Бетнал-Грине. Займитесь незамедлительно». Это уже становится смешно...       — Извергающий унитаз?       — Антимагловские шуточки, — нахмурился мистер Уизли. — Каждый раз в разных районах Лондона. На прошлой неделе было два — в Уимблдоне и Элефант-энд-Касле. Магл пытается спустить воду, и вместо того чтобы все исчезло... Ну, ты можешь себе представить. Бедолаги зовут этих самых... сотейников, так, кажется?.. Ну, мастеров, которые чинят всякие трубы и прочее...       — Сантехников?       — Да, точно. Но они, разумеется, только разводят руками. Единственная надежда — что мы найдем тех, кто этим забавляется.       — Артур! — нервно воскликнул вошедший Перкинс, не глядя на Гарри. — Очень хорошо, а то я не знал, как быть, — то ли ждать тебя здесь, то ли идти искать. Я только что послал к тебе на дом сову, но ты, конечно, с ней разминулся... Десять минут назад пришло срочное сообщение...       — Я знаю про извергающий унитаз, — перебил его мистер Уизли.       — Нет, это не унитаз, это слушание по делу Поттера. Они изменили время и место — в восемь часов в старом зале суда номер десять...       — В старом... Но мне же сказали... Мерлинова борода! — мистер Уизли посмотрел на часы, охнул и вскочил со стула. — Быстрей, Гарри, нам следовало там быть пять минут назад!       Перкинс прижался к картотечному шкафу, чтобы дать мистеру Уизли выбежать из кабинета. Гарри не отставал.       — Почему они изменили время? — спросил, задыхаясь, Гарри, когда они мчались мимо отделов мракоборцев.       — Понятия не имею, но хорошо, что мы прибыли заранее! Если бы ты не явился, это была бы катастрофа! Эти помещения не использовались годы и годы, — сердито сказал он. — Не понимаю, почему они решили именно там... разве что... но нет...       Выйдя из лифта, они стремительно пошли по коридору, совершенно не похожему на те, что Гарри видел наверху. Голые стены, никаких окон и дверей, кроме одной совершенно чёрной в дальнем конце коридора. Гарри думал, что в неё-то они и войдут, но мистер Уизли схватил его за руку и заставил повернуть налево, где оказался проём, ведущий на лестницу.       — Вниз, вниз, — пыхтел мистер Уизли, перескакивая при каждом шаге через ступеньку. — Сюда даже лифт не ходит, такая глубина... Почему они здесь решили устроить, ума не приложу...       Добравшись до низа лестницы, они побежали по другому коридору, сильно смахивающему на тот, что в Хогвартсе вёл в подземное логово Снейпа. В держателях, закреплённых на грубых каменных стенах, горели факелы, освещая массивные деревянные двери с железными засовами и обитыми железом замочными скважинами.       — Зал суда... номер десять... кажется... мы почти... да.       Мистер Уизли резко остановился перед тёмной закопчённой дверью с огромным железным замком. Он тяжело привалился к стене, держась за грудь, в которой отчаянно кололо.       — Иди, — тяжело дыша, проговорил он и показал на дверь. — Туда, туда.       — А разве... разве вы не со мной?..       — Нет, нет, мне нельзя. Удачи тебе!       Сердце Гарри выбивало бешеную дробь прямо в горле. Он с трудом сглотнул, повернул тяжёлую железную дверную ручку и вступил в зал суда. Но, когда он открыл дверь, волнение резко отступило и на его место пришло удивление. Из глубины помещения доносились возмущённые крики. Гарри смутно узнал два голоса, что звучали громче остальных. Стены, сложенные из тёмного камня, были тускло подсвечены факелами. Справа и слева от Гарри вздымались ряды пустых скамей, но впереди, где скамьи стояли на возвышении, на них темнело много человеческих фигур. Несколько человек шумно переговаривались, но как только за Гарри закрылась массивная дверь, в зале воцарилась зловещая тишина.       — Вы заставили нас ждать, — проговорил холодный мужской голос.       — Прошу прощения, — нервно сказал Гарри. — Я... я не знал, что время изменили.       — В этом нам ещё предстоит разобраться, господин Министр, — Гарри услышал жёсткий и очень знакомый голос где-то справа. — Как так вышло, что ни я, ни мой клиент не были заблаговременно уведомлены о переносе слушания? — спросил Эддерли.       — Визенгамот в этом не виноват, — возразил Фадж.       Гарри поднял глаза на сидящих перед ним. Их было человек пятьдесят, и на всех, насколько он мог видеть, были мантии сливового цвета с искусно вышитой серебряной буквой «В» на левой стороне груди. Все смотрели на него сверху вниз — одни чрезвычайно сурово, другие с откровенным любопытством. Посреди переднего ряда сидел Корнелиус Фадж, министр магии. Этот упитанный мужчина сегодня расстался со светло-зелёным котелком, который частенько носил; не было и добродушной улыбки, с которой он, бывало, обращался к Гарри. Слева от Фаджа Гарри увидел дородную волшебницу с квадратным подбородком и очень короткими седыми волосами. В глазу у нее поблёскивал монокль, и выглядела она довольно-таки устрашающе. По правую руку от Фаджа сидела другая колдунья, но она так далеко откинулась на спинку скамьи, что лица не было видно.       — Да что вы говорите? — тут же вцепившись за слова Министра ответил адвокат. — Надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного разбирательства либо проведения отдельного процессуального действия — одна из правовых гарантий, обеспечивающих право на справедливое судебное разбирательство, одно из средств реализации процессуальных принципов состязательности и равноправия сторон. Данное процессуальное действие имеет исключительное значение для реализации принципа законности и влечет за собой важнейшие процессуальные последствия. В силу ч. 4 ст. 288 Международного Магического Правового Кодекса рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, является безусловным основанием для отмены судебного акта, как принятого с нарушением права на справедливое судебное разбирательство.       Присутствующие, в том числе сам Министр Магии, удивлённо хлопали глазами. Никто из них не ожидал подобного напора от этого человека. Похоже, в их умах давно затерялись воспоминания о том, что именно члены его семьи не раз добивались оправдательных приговоров даже в заведомо проигранных делах.       — В связи с чем, мы с моим клиентом, ссылаясь на вашу некомпетентность, можем прямо сейчас покинуть зал суда без каких либо последствий.       — Но позвольте… — начал было Фадж, явно сам не до конца понимая, что он может возразить. Адвокат был в полном праве поступить именно так.       — Но мой клиент не собирается затягивать судебные разбирательства, так что предлагаю начать заседание. Однако не думайте, что мы оставим это без внимания.       Фадж неуверенно перебирал какие-то бумаги на своём столе, понимая, что дело выйдет отнюдь не самым простым. Гарри же с плохо скрываемой ухмылкой, внимательно слушал их перепалку. Парень в очередной раз убедился, что мистер Эддерли действительно профессионал в своём деле.       — Очень хорошо, — сказал Фадж. — Вы готовы? — крикнул он кому-то из сидящих.       — Да, сэр, — откликнулся сбоку услужливый голос, который был Гарри знаком.       Перси, брат Рона, сидел на самом краю переднего ряда. Гарри взглянул на него, рассчитывая хоть на какой-то приветственный знак, но напрасно. Держа наготове перо, Перси сквозь стекла роговых очков смотрел на лежащий перед ним пергамент.       — Дисциплинарное слушание от двенадцатого августа объявляю открытым, — звучно провозгласил Фадж, и Перси тотчас начал вести протокол. — Разбирается дело о нарушении Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних и Международного статута о секретности Гарри Джеймсом Поттером, проживающим по адресу графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре. Допрос ведут Корнелиус Освальд Фадж, министр магии; Амелия Сьюзен Боунс, глава Отдела обеспечения магического правопорядка; Долорес Джейн Амбридж, первый заместитель министра. Секретарь суда — Перси Игнациус Уизли…       — Свидетель защиты — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, — произнес сзади негромкий голос.       Гарри обернулся так стремительно, что заболела шея. На Дамблдоре, который неспешно шел через зал, была длинная тёмно-синяя мантия, и лицо его выражало непоколебимое спокойствие. Седина волос и длинной бороды серебрилась в свете факелов. Поравнявшись с Гарри, он посмотрел на Фаджа сквозь полукружья очков, сидевших на середине крючковатого носа. Члены Визенгамота зашептались между собой. Все глаза были устремлены на вошедшего.       — На каком основании, позвольте узнать? — вновь подал голос мистер Эддерли, который теперь казался безумно возмущённым. Дамблдор обернулся и удивлённо взглянул на неизвестного мужчину.       — Мистер Поттер ученик Хогвартса, где я являюсь директором. К тому же, у мальчика должен быть кто-то, кто смог бы защищать его интересы на суде. — Дамблдор нахмурился, как только заметил, где именно находится человек, что задал ему вопрос. — Позвольте узнать, кто вы?       — Итен Эддерли. Адвокат мистера Гарри Поттера, — мужчина даже не собирался скрывать свою ухмылку.       — Что?! — не сдержавшись спросил директор. — Мой мальчик, каким образом ты нанял адвоката, а главное зачем? Я бы смог помочь тебе, — директор, казалось, искренне недоумевал, а Гарри стоило больших трудов не скривиться от подобного обращения.       — А я об этом знал? — спросил его Гарри. — Вы ни словом со мной не обмолвились с июня. Как я должен был понять, что вы мне поможете?       — Я думал, это очевидно! Как ты смог нанять себе адвоката?       — Я этого не делал, — тут парню даже лгать не пришлось.       — Неужели, господин директор, вы думали, что я оставлю своего крестника без должной защиты? — раздался в дверях зала знакомый и родной голос. Гарри тут же просиял, понимая, что Сириус тоже будет присутствовать на слушании.       — Сириус, — поражённо произнёс седобородый волшебник. — Как ты тут оказался?       — Я свободный человек, директор, — непринуждённо пожал плечами голубоглазый мужчина. — К тому же, как я мог бросить Гарри в сложившихся обстоятельствах? — Блэк устроился неподалёку от адвоката и приветственно кивнул ему. — Семья мистера Эддерли не раз сотрудничала с Блэками, поэтому я нанял его, что бы он защищал моего крестника на суде. — Дамблдор хотел сказать ещё что-то, но его перебила Амелия Боунс:       — Может, мы уже приступим к слушанию? Все остальные вопросы, вы можете решить вне этих стен. — суровым тоном произнесла она.       — Верно, — кивнул Фадж. — Давайте продолжим. Мистер Дамблдор, вы либо займите место в зале, либо покиньте его. — разумеется, старик нехотя, но всё же принял первый вариант.       Фадж извлёк из лежащей перед ним стопки нужный лист, набрал побольше воздуха и стал читать:       — Подсудимому вменяется в вину нижеследующее то, что он сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий, получив ранее по сходному поводу письменное предупреждение от Министерства магии, второго августа нынешнего года в девять часов двадцать три минуты вечера произнёс заклинание Патронуса в населённом маглами районе и в присутствии магла, что нарушает статью «С» Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних от тысяча восемьсот семьдесят пятого года и раздел тринадцатый Статута о секретности, принятого Международной конфедерацией магов». Вы — Гарри Джеймс Поттер, проживающий по адре­су графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре? — спросил Фадж, глядя на Гарри поверх пергамента.       — Да, — сказал Гарри.       — Вы получили три года назад предупреждение от Министерства по поводу незаконного применения волшебства?       — Да, но...       — И тем не менее вечером второго августа вы заклинанием вызвали Патронуса? — спросил Фадж.       — Нет, — Фадж хотел было продолжить, но осёкся.       — Что, простите? — изумлённо спросил он.       — Я не применял данное заклинание. Это сделал кто-то другой.       — Абсурд! По нашим данным в том районе проживает лишь один волшебник и это вы! — Фадж вмиг вскипел.       — Однако это не мешает им появляться в том районе, не так ли? — поинтересовался мистер Эддерли.       — Вы хотите сказать, что там был кто-то ещё? Это немыслимо!       — Как и то, что на территории маглов каким-то образом оказались двое дементоров, один из которых напал на магла, — совершенно спокойно заметил адвокат. — К тому же, как мне сообщил мой клиент, Патронус явился в виде облака, в то время как мистер Поттер способен вызывать полноценного телесного Патронуса.       — Ваш Патронус является в ясно оформленном виде? Не просто как облачко пара или дыма? — вмешалась Амелия Боунс.       — Не просто, — ответил Гарри. — Это олень, всегда олень.       — Всегда? — прогудела мадам Боунс. — Как давно вы владеете данным заклинанием?       — Да, — сказал Гарри. — Первый раз я использовал его больше года назад.       — Вам пятнадцать лет?       — Да, и...       — Вы научились этому в школе?       — Да, меня на третьем курсе научил профессор Люпин, потому что...       — Впечатляюще, — сказала, глядя на него, мадам Боунс. — Настоящий Патронус в его возрасте... Чрезвычайно впечатляюще.       Некоторые волшебники и волшебницы снова зашептались. Кое-кто одобрительно кивнул, но другие хмурились и качали головами.       — Дело не в том, насколько это впечатляюще, а что вся эта история выглядит крайне сомнительно! — снова вспылил Министр. — Дементоры не могли…       — Мы требуем провести проверку палочки мистера Поттера! — громко и чётко заявил адвокат. — Думаю после этого у вас не останется никаких вопросов по поводу его невиновности.       — Вы хотите проверить его палочку? — переспросил Фадж.       — Верно. Мой клиент не использовал её с самого отъезда из Хогвартса.       — Кхм… Что ж… Принесите палочку мистера Поттера, — скомандовал министр и какой-то пухлый, низкий мужчина вмиг оказался у стула на котором сидел Гарри.       Гриффиндорец покосился на адвоката и, получив утвердительный кивок, отдал свою палочку на проверку. Мужчина тут же удалился и возник рядом с Фаджем. Министр с интересом наблюдал, как ещё один волшебник стал водить своей палочкой над палочкой Гарри. Как только они закончили, на Фадже не было лица. Он с опаской покосился на адвоката, потом обвёл взглядом присутствующих и вернулся к своей трибуне.       — В ходе проверки палочки мистера Гарри Поттера было выявлено, что он не применял заклинание Патронуса. Последние заклинания, что он использовал были применены им в школе. Суд приносит свои извинения. Все обвинения сняты. Слушание закончено.       Гарри удивлённо хлопал глазами. Он почему-то думал, что Фадж попытается обвинить его ещё в чём-нибудь. Но, похоже, мужчина здраво рассудил, что с таким адвокатом ему это не удастся. Все уже поднялись со своих мест и собирались покинуть зал суда, как мистер Эддерли снова заговорил:       — Господин Министр, если уж все члены Визенгамота присутствуют тут в полном составе, я бы хотел рассмотреть ещё один вопрос.       — Все дела будут рассмотрены в порядке очереди, — ответил Фадж.       — Дело касается мистера Блэка и мистера Поттера и если они оба здесь, как и весь состав Визенгамота, думаю мы вполне можем сделать исключение.       — Это против правил!       — Как и не сообщать подсудимому о переносе слушания, — с явным намёком в голосе произнёс мистер Эддерли.       Министр, будучи не таким глупым, как о нём привыкли думать, прекрасно понял игру адвоката. Если он не согласится рассмотреть дело сейчас, то инцидент с письмом не пройдёт бесследно. Подобные проблемы ему сейчас были совершенно не нужны.       — Хорошо, — кивнул Фадж и жестом вернул всех на свои места. Гарри покинул своё место и сел рядом с Сириусом. — Что за дело вы хотите рассмотреть?       — Мы просим официально назначить Сириуса Ориона Блэка опекуном мистера Гарри Джеймса Поттера, — Дамблдор готов было уже возразить, но его перебил Министр.       — Но разве его опекунами не являются родственники с которыми он живёт?       — Нет. Не существует документов подтверждающих данный факт ни у магов, ни у маглов. На данный момент у мистера Поттера нет опекуна.       — Всем известно, что в магическом мире у Гарри есть опекун, — вмешался директор.       — А документы, подтверждающие это, у вас есть? — Эддерли с вызовом взглянул на старика, тот лишь поджал губы. — Так я и думал. Мистер Блэк собрал все необходимые справки, документы и подписи. Не хватает только вашего согласия и подписи, господин Министр. Кроме того, мистер Блэк приходится мистеру Поттеру магическим крёстным. Это я ещё молчу о том, что мистер Поттер изначально не должен был жить у своих магловских родственников, которые ничего не знают о магии. — Фадж в это время просматривал документы, что передал ему адвокат.       — Мальчик мой, ты же ещё совсем недавно сидел в Азкабане. Тебе бы лучше подумать о своём здоровье, а Гарри сможет ещё немного пожить на Тисовой улице, пока ты приходишь в форму, — попытался остановить всё это директор.       — В этом нет необходимости, — заверил всех Эддерли. — Главный целитель Святого Мунго осмотрел мистера Блэка и предоставил нам заключение о состоянии его здоровья. Всё это есть в папке с документами. Кроме того, там есть выписка из банка, где видно, что у мистера Блэка предостаточно средств, чтобы содержать не только мистера Поттера, но и несколько поколений его семьи. Также вашими сотрудниками был осмотрен Блэк-хаус и отмечен ими как «пригодный для жилья». Мой клиент сделал там ремонт, дом теперь полностью готов к тому, что там будет жить подросток. Как видите, мистер Блэк идеальный кандидат в опекуны для своего крестника.       — Сириус, — снова попытался вмешаться директор, — подумай над тем, что ты делаешь!       В это время Амелия Боунс приняла документы от Фаджа и принялась их изучать.       — Я собираюсь позаботиться о своём крестнике! — резко ответил ему Блэк.       — Подумай о том, что сейчас происходит в магическом мире! — настаивал директор. — Подумай о безопасности Гарри!       — Как раз об этом я и думаю. Моему крестнику будет куда безопаснее в хорошо защищённом родовом доме, нежели у маглов, которые ненавидят всё, связанное с магией.       — Господин Министр, документы в полном порядке, — сказала мадам Боунс и протянула документы обратно.       — В таком случае, не вижу причин отказать вам в опеке над мистером Поттером, — довольно безразлично заявил Фадж. Было видно, что он хочет как можно скорее покончить со всем этим.       Директору оставалось лишь зло сверкать глазами. Возразить он не мог, ведь было понятно, что Эддерли профессионал своего дела, а значит никаких ошибок в документах быть не может. Он не может помешать тому, что тут происходит, потому что хоть все и считали его опекуном Поттера, на деле все обстояло совершенно иначе. Никаких документов у него не было, и опеку он не оформлял. Старик привык, что все воспринимают его слова как должное и поэтому четырнадцать лет ни у кого и мысли не возникло усомниться в том, что он опекун Гарри Поттера. А теперь ему оставалось только прожигать Министра и Блэка уничижительным взглядом.       — Что ж… В таком случае, думаю, мы можем закончить, — он поставил свою размашистую подпись в документах и вернул их адвокату. — Поздравляю,— сухо добавил он и поспешил удалиться из зала.       — Получилось, — негромко, но радостно воскликнул Гарри и бросился к крёстному. Тот просиял и крепко сжал крестника.       — Теперь можем возвращаться, а то, думаю, Куин переживают, — ответил Блэк совсем тихо, чтобы его услышали только Гарри и Итен. Те лишь кивнули и поспешили удалиться.       На выходе из зала их поджидал мистер Уизли, который от волнения даже не заметил, что Гарри вышел не один.       — Ну что? — взволнованно спросил он.       — Оправдали по всем пунктам! — радостно сообщил Гарри.       — Гарри, это же просто чудесно! Ну, разумеется, они не могли признать тебя виновным, все факты в твою пользу, и всё-таки не могу сказать, что был совершенно… — мистер Уизли осёкся, потому что дверь зала снова открылась. Стали выходить судьи. — Разорви меня горгулья! — изумлённо воскликнул мистер Уизли, отодвигая Гарри в сторону, чтобы дать им пройти. — Тебя судили полным составом?       — Похоже, что так, — тихо ответил Гарри.       Двое-трое волшебников, проходя мимо, кивнули Гарри, несколько человек, в том числе мадам Боунс, пожелали доброго утра мистеру Уизли, но большей частью судьи отводили глаза. Корнелиус Фадж и какая-то волшебница, очень похожая на жабу, вышли в числе последних. Фадж скользнул взглядом по Гарри и мистеру Уизли, как будто они были частью стены, но ведунья опять посмотрела на Гарри — словно бы оценивающе. Последним зал покинул Перси. Подобно Фаджу, он напрочь проигнорировал и отца, и Гарри; он зашагал по коридору с большим свитком пергамента и пучком чистых перьев, держа спину очень прямо и высоко задрав голову. Складки вокруг рта мистера Уизли врезались чуть глубже, но в остальном он не подал виду, что мимо него сейчас прошел его третий сын.       — Я мигом доставлю тебя в штаб, обрадуешь всех, — сказал он, дождавшись, чтобы пятки Перси исчезли на лестнице, ведущей к девятому уровню. Он поманил Гарри вперед. — Мне надо в Бетнал-Грин, к этому унитазу, по пути тебя и заброшу. Пошли, пошли…       — В этом нет нужды, — раздался голос Сириуса.       Только сейчас мистер Уизли заметил, что двое мужчин за спиной Гарри и не собираются уходить. Он внимательно всматривался в лицо мужчины, который сейчас разговаривал и его вдруг осенило:       — Сириус? — не веря своим глазам спросил он.       — Здравствуй, Артур, — весело усмехнулся Блэк. — Давно не виделись.       — Не ожидал тебя увидеть, — пытаясь справиться с шоком ответил Уизли. — Ты хорошо выглядишь. Как ты тут оказался?       — Разве я мог оставить своего крестника в беде?       — Да-да, разумеется, — тут же закивал Артур.       Дверь в очередной раз скрипнула — и в коридор шагнул Альбус Дамблдор. Он зло сверкнул глазами в сторону Итена и, игнорируя Гарри, приблизился к Сириусу.       — Я очень в тебе разочарован, мой мальчик, — с фальшивыми нотками в голосе проговорил директор. — Ты же знаешь, что сейчас настало смутное время. Гарри должен быть в безопасности.       — Как раз об этом я и думаю! Ему будет намного безопаснее жить в Блэк-хаусе.       — Я не могу этого допустить.       — Простите, но это не вам решать. С этого момента я официальный представитель Гарри — его опекун.       — Это может быть небезопасно! — настаивал директор.       — Мой дом прекрасно защищён.       — Я не могу позволить Гарри жить в Блэк-хаусе без присмотра.       — Там всегда буду я! — ещё больше возмутился Сириус.       — Этого может быть недостаточно, — возразил Дамблдор. — Я настаиваю на том, чтобы с вам жил кто-то из Ордена. Это всё делается с целью обезопасить Гарри. Теперь, когда Волан-де-Морт вернулся, это наша главная задача.       — Вы думаете, что я пущу в свой дом кого-то постороннего?       — Не постороннего, а члена Ордена Феникса и тебе не мешало бы в него вступить, чтобы помогать нам и Гарри. Они смогут вас защитить, если на то будет необходимость.       — Сомневаюсь, что нам это понадобится.       — Мальчик мой, я настаиваю! — Гарри почувствовал, как Альбус выпустил свою магию, давя ею на Сириуса.       — Я обдумаю вашу просьбу, — сквозь зубы прошипел Блэк.       — Вот и славно, — Дамблдор натянул улыбку. — А сейчас, я думаю, Гарри мог бы отправиться обратно в штаб.       — Нет, мы отправимся прямиком домой. За вещами отправим эльфа. — резко вставил Сириус. — Всего доброго, господин директор. Артур, был рад встрече! — схватив крестника за руку он двинулся в сторону министерских каминов. Адвокат поспешил следом.       Трое волшебников буквально неслись по министерским коридорам. Многие волшебники удивлённо оборачивались им вслед. Не обращая внимания на посторонние взгляды, они в считанные минуты оказались у каминов и исчезли в зелёном пламени. Однако когда Гарри вышел из камина, то был мягко сказать удивлён. Они оказались в гостиной Блэк-хауса. Гриффиндорец вопросительно посмотрел на крёстного.       — Камины в министерстве можно отследить, поэтому мы сначала переместились ко мне, а теперь отправимся в Куин-мэнор. — там их, разумеется, уже ждали.

***

      — Как всё прошло? — спросил Джей, когда волшебники появились в гостиной.       — Весьма удачно! — немного гордо заявил адвокат. — Гарри оправдали по всем пунктам, а Сириус теперь его официальный опекун. Правда, мы нарвались на директора и тот был не очень рад всему тому, что происходило в зале суда.       Хозяева дома предложили прибывшим магам перекусить, а заодно обсудить всё, что происходило в доме семьи Уизли и в зале суда. Джей и Мэри часто задавали какие-то вопросы. Мэри было интересно нормально ли Гарри себя чувствует, не тяжело ли ему было в обществе шумных магов и нормально ли он ел и спал. А вот Джея больше интересовали дела Ордена, а также поведение Фаджа и Дамблдора во время слушания. Кейтлин просто сидела и молча слушала, периодически уходя в свои мысли. Сириус, Итен и Гарри подробно рассказали обо всём, что произошло за эти дни, а после спокойно выдохнули. Потому что теперь они находились дома в абсолютной безопасности и никакой Дамблдор их тут не достанет.       Однако несмотря на то, что атмосфера в доме располагала к спокойствию, один человек всё же был напряжён. Гарри, будучи волшебником, который прекрасно чувствует подобные вещи внимательно вглядывался в лицо Кейтлин. Когда уже почти все разошлись по разным комнатам, слизеринка продолжала о чём-то размышлять. Она так сильно нахмурилась, что Гарри в конечном итого не выдержал и подошёл к ней, сказав:       — Пойдём поговорим? — Кейтлин слегка вздрогнула и подняла взгляд на Гарри.       — Ладно, — сказала девушка и встав с кресла покинула гостиную.       — Что тебя беспокоит? — спросил парень, когда они закрылись в лаборатории Кейтлин.       — Много чего на самом деле… — уклончиво ответила девушка.       — И всё же… Ты за время разговора не сказала ни слова. Что происходит?       — Если бы я знала… — слизеринка тяжело прикрыла глаза. — У меня просто плохое предчувствие.       — По поводу чего?       — Если бы я знала…       — Я понимаю, что у нас с тобой схожий дар… Я имею в виду, что мы схоже чувствуем этот мир, людей и магию, но почему твои ощущения так нестабильны? — если честно, этот вопрос мучал парня довольно давно.       — Я говорила, что испортила его ритуалом, — девушка безразлично пожала плечами.       — Да, но я не совсем понимаю как это?       — Был проведён сложный ритуал, в результате которого я кое-что получила, но при этом довольно сильно повредила свое магическое ядро. В результате чего дар Интуита стал сбоить, а моя магия стала такой, какой ты её знаешь. Если честно, ты столкнулся с более спокойной её версией. В первое время я вообще не могла колдовать, и это было просто ужасно.       — Хочешь сказать, что твоя магия была ещё более агрессивной? — Кейтлин кивнула. — Но почему она вообще так себя ведёт?       — Потому что… — девушка закусила губу, так и не закончив предложение.       — Не хочешь пока об этом говорить? — слизеринка качнула головой. — Ладно. А как вы провернули всё с Сириусом на суде?       — Ты про документы, что собрал адвокат?       — Да.       — Всё просто. Помнишь на твой день рождения директор прислал вам с крёстным письма? — Гарри кивнул. — Я поняла, что он будет пытаться давить на Сириуса, если не сможет добиться своего обычными разговорами и убеждениями. Поэтому Джей связался с главным целителем Святого Мунго и нанял его провести обследование Сириуса. Таким образом у нас появились документы о том, что он, так сказать, в добром здравии. Потом, когда началось всё это безумие со слушанием, мы поняли, что нужно воспользоваться шансом и оформить опеку над тобой, чтобы забрать от Дурслей. Так как это нужно было сделать максимально быстро, мы воспользовались связями и вне очереди протолкнули заявление через Амелию Боунс. Она, если честно, была рада помочь. Особенно когда Сириус объяснил ей, что ты не вызывал Патронус, а сам он совершенно здоров и адекватен.       — Они встретились в Блэк-хаусе?       — Да, — Кейтлин тут же кивнула. — Она заодно осмотрела дом и вынесла заключение, что он более чем пригоден для жилья.       — Не зря ты заставила крёстного заниматься восстановлением дома.       — Всегда нужно иметь запасной вариант, — безразлично пожала плечами слизеринка.       — И всё же тебя беспокоит что-то совершенно другое…       — Да, и я не понимаю, что это, — девушка нервно провела рукой по волосам. Но даже этого хватило Гарри, чтобы заметить всё ещё немного красные ожоги на её коже.       — Почему они всё ещё не прошли? Я думал, что ты использовала какую-то очень эффективную мазь… — Гарри перехватил руку подруги, чтобы та не смогла увильнуть от вопроса, как она часто делает.       — Я и использовала её, — слизеринка нервно переминалась с ноги на ногу. — Правда, она не очень хорошо мне помогла.       — Почему?       — Не имею ни малейшего понятия.       Кейтлин говорила убедительно, однако Гарри почувствовал ложь в её словах. Он нахмурился и внимательно всмотрелся в глаза напротив.       — Не ври мне, — спокойно произнёс парень. — Я же чувствую тебя и знаю, что ты мне соврала, — змейка тяжело выдохнула.       — Я думаю, рука плохо заживает, потому что твоя сила Некроманта слегка повредила одну из функций артефакта, что ты носишь.       — Каким образом?       — Понятия не имею, но, скорее всего, в тот момент, когда артефакт послал мне сигнал, что ты в опасности, что-то в нём повредилось.       — Но зачем моя магия повредила артефакт? Он же мне помогает и защищает.       — Некроманты мало подвержены ментальному влиянию. Ты даже Империус скинул меньше чем за минуту, и это в четырнадцать-то лет! Поэтому ты как Некромант, скорее всего, воспринял браслет, как объект, который пытается влезть тебе в голову. Разумеется, магия попыталась его разрушить, но удалось только немного повредить. Я всё починю, так что не переживай.       — Но это значит, что на данный момент любой сигнал от артефакта означающий, что мне грозит опасность, будет оставлять на твоей руке ожоги? — быстро проанализировав информацию, спросил Гарри.       — Да.       — Отключи его.       — Нет.       — Кейтлин, это глупо! Он же вредит тебе! — возмутился Гарри.       — Я не оставлю тебя без защиты.       — Я не собираюсь влипать в неприятности и, ко всему прочему, могу за себя постоять.       — А если что-то случится? — упрямо настаивала на своём девушка.       — Мы в одном из самых защищённых домов в мире! Вернёшь всё на свои места, когда починишь артефакты, а пока подобная функция нам не нужна. Не думаю, что в Куин-мэнор мне может угрожать что-то, кроме кошмаров.       Девушке идея не нравилась, но в некоторой степени Гарри был прав. Артефакт нуждается в починке и неизвестно, как он поведёт себя в следующий раз. Так что Кейтлин кивнула и, настроившись на сигнал браслета, перекрыла подачу сигнала, сообщающего об опасности или вреде, а также перекрыла ментальную связь. Гарри всё это время стоял, задумчиво разглядывая девушку.       — Теперь что-то беспокоит тебя? — вынесла вердикт Кейтлин.       — Откуда ты столько знаешь про Некромантов? В самый первый раз, когда мы об этом говорили, ты мало знала о них и уверяла, что литературы на эту тему нет.       — Просто нужно знать где искать, — волшебница неопределенно пожала плечами. — Я нашла несколько книг, где имелись некоторые факты о Некромантах.       — Я могу их почитать?       — Прости, но нет. Я не имею права забирать их из того места где они находятся, и привести постороннего туда не могу. Да и вообще доступ туда есть только у меня. Прости. — девушка выглядела виновато.       — Ничего страшного, — Гарри всё ещё держал слизеринку за руку и теперь нежно поглаживал её запястье. — Зато ты смогла найти полезную для нас информацию. Давно ты, кстати, её нашла?       — После первого испытания на турнире, — произнесла Куин и немного сжалась, ожидая бурной реакции от парня.       — Что?! Ты уже тогда знала кто я?       — Я догадывалась… Да и ты мог бы, ведь я рассказывала тебе про то, как Некроманты общаются с опасными существами… Просто после первого испытания, я поняла, что мне нужно изучить всё, что я могу про них найти.       — Почему не сказала мне?       — Я была не до конца уверена и к тому же не знала, что нам с этим делать. А ещё у тебя и без того было предостаточно проблем. Прости.       — А сейчас ты знаешь, что делать? Потому что ты права: с того дня, как я узнал, что являюсь Некромантом, я совершенно не знаю, что с этой информацией делать…       — Да, есть пара идей. На данный момент нам нужно больше медитировать и заново познакомить твою и мою магию.       — А тренировки?       — Пока стоит их отложить. Некроманты хороши в боевой магии, но всё же они по большей части выходят победителями за счёт своих природных щитов и защитного механизма своего организма, который в случае опасности или чрезвычайной ситуации может активироваться сам. Так что нам нужно очень много работать над тем, чтобы ты контролировал свою магию и не убил меня во время тренировок, — девушка весело усмехнулась, но Гарри как-то не разделял её хорошего настроения. Перспектива потерять контроль и снова навредить Кейтлин очень его пугала.       — Если это так опасно, может, нам вообще не стоит больше тренироваться?       — Вот уж нет! — Кейтлин вмиг стала более серьёзной и собранной. — Если ты не научишься этим управлять, будет только хуже. Тебе это нужно.       — Но… Если я снова… — он не решался закончить свою мысль.       — Я получала и более серьёзные травмы, к тому же, у меня большой опыт и хорошая реакция. А ещё я единственная знаю твой секрет, так что я идеальный для тебя тренер. По поводу того, что было… Я верю, что ты не допустишь ещё одного подобного всплеска.       — Ты уверена, что мы справимся?       — Я в тебя верю! Мы справимся. А сейчас предлагаю немного прогуляться, а то я уже и не помню, когда последний раз была на улице.