План–Z

1 сентября, 1995 Хогвартс-экспресс.

      — Что значит «Кейтлин не села в поезд»? — удивилась девушка с густыми волосами, одетая в школьную форму со знаком Гриффиндора. Гермиона только что вернулась из вагона старост, где недосчитались старосты со Слизерина.       — То и значит, — пожав плечами ответил Гарри. — Она прямо перед отъездом разругалась со Снейпом так, что стёкла из окон повылетали.       — Из-за чего?       — Снейп назначил её старостой, а она, оказывается против. — Гарри уже был готов выслушивать нотации о том, как почётно быть старостой, но подруга с этим не спешила.       — Ну, возможно, в ситуации Кейтлин это, действительно, не самое удачное решение.       — Ты серьёзно?       — Она не очень ладит с детьми, да и с людьми вообще, а конфликты решает очень странными методами. А теперь ей придётся постоянно общаться с младшими курсами и следить за… хотя это она и так постоянно делает.       — Я это как раз понимаю, а вот Снейп, похоже, нет. Короче, когда он ушёл она заперлась в своей комнате, а утром, когда мы с Сириусом уже готовы были выходить, мистеру Куину пришло письмо и они с Кейт срочно отправились в министерство.       — Думаешь, она опять что-то задумала?       — Определённо. Она вышла ровно в тот момент, когда отец послал за ней эльфа и пришла в шикарном платье и красивой дорожной мантии, без чемоданов. По взгляду мистера Куина тоже можно было понять, что он обо всём догадался, но говорить ничего не стал, а просто шагнул в камин.       — Если она не явится сегодня, это будет хороший ход. Так Куин покажет профессору, что не собирается выполнять обязанности старосты и всегда сможет от них ускользнуть. Вот сегодня например, ей нужно везде сопровождать младших и помогать им, а её нет.       — А вызов в министерство важнее начала учебного года, — Гарри понимающе усмехнулся.       — Но я не думаю, что профессор так быстро отступит. Если честно, они друг друга стоят. Два упёртых…       — Гермиона, — Гарри удивлённо распахнул глаза. — неужели ты только что чуть не оскорбила преподавателя?       — Ну… Нет, — замялась девушка. — Не то чтобы… Мы вообще сейчас не об этом говорим! — Гарри лишь усмехнулся.       — Я понял, не переживай. Что-то мне подсказывает, что за их противостоянием будет наблюдать вся школа.       — Спорим, что как только близнецы узнают об этом, сразу начнут принимать ставки?       — Пфф… Разумеется! Эти своего не упустят. Ты, кстати, заметила, что они, похоже, всерьёз занялись своими исследованиями. Я видел парочку конфет которые они разработали и это действительно круто!       — А ты заметил из чего сделаны некоторые из них? — чуть тише спросила гриффиндорка.       — Да, — тут же кивнул Гарри. — Некоторые ингредиенты очень дорогие.       — Как думаешь, где они смогли достать денег?       — Может, с продаж своих сладостей в прошлом году? А может, за лето нашли клиентов?       — Возможно… Главное, чтобы они в школе не занимались продажей всего этого! — девушка поймала на себе непонимающий взгляд. — Что? Это не законно, а их сладости, скорее всего, не зарегистрированы и не проходили различных проверок. Значит, их нельзя продавать. А я, как староста, не позволю им травить детей непроверенными конфетами.       — Удачи тебе, — хмыкнув, ответил Гарри, прекрасно понимая, что остановить близнецов не смог бы и сам Мерлин. — Видела Рона?       — Угу… — девушка потупила взгляд. — Ты не поверишь, но он тоже теперь староста.       — Что?! Ты серьёзно? Директор назначил старостой Рона?       — Я тоже думала, что это будешь ты, но…       — Вообще-то, я не хотел становиться старостой. В этом плане я солидарен с Кейтлин, помимо всех проблем, что на меня навалились, последнее, что мне нужно – это обязанности старосты. Ко всему прочему «Ежедневный пророк», выставляет меня сумасшедшим, не думаю, что к такому старосте станут прислушиваться.       — Ты, вообще-то, прав, — кивнула Гермиона с серьёзным лицом. — Но всё же кандидатура Рона – сомнительна. Может, директор таким образом хочет нас помирить?       — Да мы, вроде, уже не в ссоре. Просто общаться как раньше уже не выходит.       — Здравствуй, Гарри! — услышали гриффиндорцы знакомый голос, который звучал как-то потусторонне.       — Привет, Луна! — радостно поприветствовал когтевранку Поттер. — Проходи, садись!       — Спасибо! Знаешь, я сидела с Джинни и её братьями, но у них в головах столько мозгошмыгов, что они просто вытеснили меня.       — Понимаю, но не думаю, что у меня их меньше, — усмехнувшись ответил Гарри.       — С того времени как ты начал общаться с Кейтлин, твои мозгошмыги успокоились, — как само собой разумеющиеся ответила когтевранка. Гермиона перевела испуганный взгляд на Гарри, но тот лишь отрицательно покачал головой.       — А её мозгошмыги всё так же… активны? — не сразу подобрав нужное слово спросил он.       — Боюсь, что ей мы не в силах помочь. Со временем они успокоятся, но даже тебе сейчас не под силу их утихомирить. К тому же, мозгошмыги не так страшны… А вот её нарглы…       — А с ними что не так?       — Они очень опасны, — пожав плечами ответила девушка. — Они что-то задумали. И твои тоже! Я могу сделать вам бусы, они смогут отпугнуть часть из них. — волшебница нахмурилась. — Но нарглы Кейтлин очень далеко, не думаю, что они увидят эти бусы… — задумчиво произнесла Луна.       — Эм… Да, спасибо.       Гарри уже хотел задать очередной вопрос, как взгляд его зацепился за группу студентов, которые проходили мимо их купе. Среди них была уже знакомая ему девушка с Когтеврана с длинными чёрными волосами. Чжоу Чанг мило улыбнулась и помахала Гарри рукой, на что тот, скорее по инерции, нежели обдуманно, ответил тем же, чем вызвал у девушки неподдельный восторг. Девушка хотела было зайти к ним в купе, но подруга утащила её дальше.       — Нарглы… — задумчиво протянула Луна. — Я начну делать тебе бусы прямо сейчас! — воскликнула когтевранка и пулей вылетела из купе. Гермиона лишь хлопала глазами.       — Что это сейчас было? Какие мозгошмыги? Какие нарглы?       — Мозгошмыги – это мысли и переживания, а нарглы, скорей всего – люди с недобрыми намерениями.       — То есть, у Кейтлин много мыслей и переживаний, которые ей мешают и никто ничем ей не поможет? А твои после встречи с ней пришли в норму?       — Похоже на то… Я ведь действительно стал более собранным и спокойным, а она какой была на третьем курсе, такой и осталась. Может, даже более дёрганой стала. Ты же знаешь, она вечно чем-то занята.       — А нарглы? Получается, кто-то хочет вам навредить? — не унималась гриффиндорка.       — Думаю, у семьи Кейтлин полно врагов вне Британии, а у меня будет куча нарглов в школе и ещё один конкретный за её пределами.       — Ты про Того-кого-нельзя-называть? — изумлённо спросила девушка.       — Ну да. Чем тебе не наргл?       — Откуда она вообще знает, что вы с Кейтлин общаетесь?       — Ну… Она, вроде как, просто это увидела?       — Она вас где-то заметила? Я думала Кейтлин более аккуратна в данном вопросе…       — Нет, она нас не видела в физическом смысле. Она скорее увидела это в своей голове. Она вроде как Видящая.       — Только не говори, что она как Трелони, — Гермиона закатила глаза.       — Нет, Трелони собирает свои предсказания из кусочков пазла, что всплывают у неё в голове и она не всегда может об этом помнить или сложить их верно. Из-за этого, всё что она говорит неточно и может измениться. А то что видела Луна – это неизменная истина. Она видит то, что непременно произойдет, но не всегда способна озвучить это или же говорит об этом, но загадками. Короче говоря, Трелони по сравнению с Луной просто шарлатанка.       — Вот почему она так странно разговаривает! А ты заметил, что она про Чжоу сказала?       — Что?       — Когда она прошла мимо, Луна сказала, что начнёт тебе делать бусы от нарглов прямо сейчас.       — Думаешь, Чжоу что-то задумала?       — Да кто её знает, но тебе стоит быть с ней осторожнее. И ради Мерлина не маши ей в присутствии Кейтлин!       Оставшуюся часть дороги они проехали практически молча. Гарри раскрыл книгу по ментальной магии, а Гермиона увлечённо читала новый учебник по чарам. Как только они стали подъезжать к станции, Гермиона выскочила из купе и пошла помогать первокурсникам, по дороге выловив Рона. Гарри встретился с Луной, Джинни и близнецами, и вместе с ними покинул поезд.       К его большому удивлению, на станции не оказалось Хагрида, который обычно встречал их. Вместо него там была профессор Грабли-Дёрг – волшебница, которая в прошлом году некоторое время замещала Хагрида на уроках по уходу за магическими существами.       — А где Хагрид? — громко спросил он.       — Не знаю, — сказала Джинни. — Давай-ка отойдем, мы загораживаем проход.       — Да, конечно...       «Не мог же он уйти из школы, — говорил себе Гарри, медленно протискиваясь в толпе сквозь узкий дверной проём и выходя к дороге. — Ну, простудился, мало ли что…».       Он огляделся в поисках Гермионы, желая спросить, что она думает о появлении профессора Граббли-Дёрг, но её рядом не было, так что он просто дал потоку вынести себя на обочину тёмной, мокрой от дождя дороги, которая шла мимо станции Хогсмид.       В карете, которую, как он теперь знал, тащили фестралы, с ним сели Гермиона, Рон, Луна и Невилл. Гарри грустно посмотрел на лошадей, которых мог видеть только тот, кто видел смерть и невольно вспомнил окончание прошлого учебного года. Единственное, чего ему хотелось – чтобы этот год не закончился ещё хуже.       — Это будет зависеть только от тебя, — тихо, себе под нос шепнула Луна. — и от того, насколько вы доверяете друг другу.       — Что? — чуть громче чем хотел спросить Гарри, чем привлёк к ним внимание остальных.       — Я говорю, что эти лошади просто прекрасны, — тут же ответила девушка и повернулась в сторону Фестралов.       В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Сверху простирался беззвёздный чёрный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживлённо переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. И опять Гарри заметил, что, когда он идёт мимо, некоторые наклоняются друг к другу и перешёптываются. Он стиснул зубы и постарался вести себя так, словно ничего не замечает и ему ни до чего нет дела.       Полумна отделилась от них и отправилась за стол Когтеврана. Едва они дошли до стола Гриффиндора, как Джинни позвали друзья-четверокурсники, и она села с ними. Гарри, Рон, Гермиона и Невилл нашли себе четыре места подряд у середины стола. По одну сторону от них сидел Почти Безголовый Ник, факультетский призрак Гриффиндора, по другую — Парвати Патил и Лаванда Браун, которые поздоровались с Гарри как-то нарочито беззаботно и дружелюбно, не оставив у него сомнений в том, что перестали перемывать ему косточки лишь мгновение назад. Впрочем, у него на уме были более важные вещи: через головы учеников он смотрел на преподавательский стол, который располагался вдоль главной стены зала.       — Его тут нет. — Рон и Гермиона смотрели туда же, хотя особенно вглядываться не было нужды: рост Хагрида позволил бы сразу увидеть его в любой компании.       — Не мог же он совсем уйти из школы, — сказал Рон с лёгкой тревогой в голосе.       — Конечно, не мог, — твёрдо проговорил Гарри.       — Может быть, с ним... случилось что-нибудь? — беспокойно спросила Гермиона.       — Нет, — мгновенно ответил Гарри.       — Где же он тогда?       — А это кто? — резко спросила девушка, показывая на середину преподавательского стола.       Гарри посмотрел туда же, куда она. Первым он увидел профессора Дамблдора, сидевшего в центре длинного стола в своем золочёном кресле с высокой спинкой. На нем были темно-фиолетовая мантия с серебристыми звёздами и такая же шляпа. Дамблдор склонил голову к сидевшей рядом женщине, которая что-то говорила ему на ухо. Она выглядела, подумал Гарри, как чья-нибудь вечно незамужняя тётушка. Пухлая и приземистая, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами, она повязала голову ужасающе ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофточки, которую надела поверх мантии. Вот она чуть повернула голову, чтобы отпить из кубка, и Гарри, к своему ужасу, узнал это бледное жабье лицо и выпуклые, с кожистыми мешками, глаза.       — Это же Амбридж!       — Кто-кто? — спросила Гермиона.       — Она была на разбирательстве моего дела, она работает у Фаджа!       — Кофточка что надо! — ухмыльнулся Рон.       — Работает у Фаджа... — нахмурившись, повторила Гермиона. — И что, в таком случае, она делает здесь?       — Понятия не имею…       Что она здесь делает, ребята поняли после того, как директор представил им эту даму, как их нового преподавателя по ЗоТИ. Речь Амбридж дала понять многим, в том числе и Гарри с Гермионой, что заявление Гарри о возрождении Волан-де-Морта не прошло бесследно для школы. Помимо того, что его и директора регулярно поливали грязью, министерство теперь будет вмешиваться в учебный процесс и жизнь школы.       Гарри старался внимательно слушать всё, что говорит эта женщина, чтобы потом в точности пересказать или показать Кейтлин. Девушка в Большом зале так и не появилась, чем, похоже, сильно взбесила Снейпа. Тот сидел мрачнее тучи и то и дело бросал злой взгляд на пустое место рядом с Паркинсон. Но ему пришлось отвести взгляд, потому что Амбридж закончила самую монотонную и наискучнейшую речь в мире и вернулась на своё место. Гарри и Гермиона переглянулись, но говорить ничего не стали. Всё, что они услышали, им лучше обсудить где-нибудь в другом месте.       — Рон, мы же должны показать первокурсникам дорогу!       — Ах, да, — сказал Рон, который явно про это забыл. — Эй! Эй, вы! Мелкота!       — Рон!       — А кто они, по-твоему? Великаны, что ли?       — Может, они и маленькие, но не смей называть их мелкотой! Первокурсники! — властно крикнула Гермиона через стол. — Сюда, пожалуйста!       Гарри тем временем тоже встал из-за стола и, стараясь не обращать внимания на шёпот за спиной, покинул Большой зал. Кейтлин в замке не было и когда она вернётся парень не знал. Он вообще не понимал, что опять вытворяет эта слизеринка. Зато его крёстный мог что-то знать, ведь он вернулся в Куин-мэнор сразу после того, как проводил Гарри на поезд.       Он рванул в сторону факультетской башни. Сквозные зеркала, которые подарил ему Сириус, были в его чемодане и именно через них он собирался с ним связаться. Дойдя до конца коридора, который вёл к общей гостиной Гриффиндора, Гарри упёрся в портрет Полной Дамы и только тут сообразил, что не знает нового пароля.       — Э... — с тоской выдавил он из себя, глядя на Полную Даму, которая сурово смотрела на него, разглаживая складки на розовом атласном платье.       — Без пароля хода нет, — заявила она надменно.       — Гарри, я его знаю! — сзади послышалось чьё-то пыхтение, и, обернувшись, Гарри увидел бегущего к нему Невилла. — Ни за что не угадаешь! А мне ничего не стоило запомнить. — он помахал чахлым кактусом, — Мимбулус мимблетония!       — Верно, — сказала Полная Дама, и её портрет повернулся в их сторону, как створка двери. За ним в стене открылся круглый проем, куда Гарри с Невиллом тут же влезли.       Общая гостиная Гриффиндора была всё такой же приветливой — уютная круглая комната в башне с мягкими затёртыми креслами и шаткими старинными столами. У камина, где весело потрескивал огонь, несколько человек грели руки, прежде чем идти в спальню. На противоположной стороне комнаты Фред и Джордж Уизли прикалывали что-то к доске объявлений. Гарри помахал всем и направился прямиком к двери, которая вела к спальням мальчиков. Заводить разговор у него настроения не было. Невилл последовал за ним. Дин Томас и Симус Финниган, пришедшие в спальню первыми, были заняты оклеиванием стен подле своих кроватей плакатами и фотографиями. Перед тем как Гарри вошёл, они разговаривали, но, едва увидев его, тут же умолкли. Гарри вначале задался вопросом, не о нём ли они говорили, затем — не стал ли он параноиком как Кейтлин.       — Привет, — бросил он и, подойдя к своему чемодану, открыл.       — Здорово, Гарри, — сказал Дин, надевая пижаму цветов футбольного клуба «Вест Хэм». — Как каникулы, ничего?       — Нормально, — ответил Гарри. — А у вас?       — У меня более-менее, — ухмыльнулся Дин. — Уж точно лучше, чем у Симуса. Он сейчас как раз мне рассказывал.       — А что случилось, Симус? — спросил Невилл, заботливо ставя свой Мимбулус мимблетонию на прикроватную тумбочку.       Симус ответил не сразу. Он замешкался, проверяя, ровно ли приклеен плакат с изображением команды по квиддичу «Кенмарские коршуны». Потом, не поворачиваясь лицом к Гарри, сказал:       — Мать не хотела меня пускать.       — Что? — Гарри, снимавший мантию, замер, так и не натянув до конца пижамную футболку.       — Мать не хотела меня пускать в Хогвартс, — Симус отвернулся наконец от плаката и стал вынимать из чемодана пижаму, по-прежнему не глядя на Гарри.       — Но почему? — изумлённо спросил Гарри.       — Ну, — сказал он с некой взвешенностью в голосе, — похоже, что... из-за тебя. — в этот момент Гарри резко стало всё понятно.       — Твоя мать верит в то, что обо мне пишут в Ежедневном пророке? — слегка отстранённым голосом спросил он.       — Ну, что-то типа того…       — Ясно. Я бы посоветовал вам с ней меньше читать газеты, в которых нынче печатают откровенный бред и, вместо них, почаще открывать книги.       Больше Гарри ничего говорить не стал. Он залез с ногами на кровать, задёрнул полог так, чтобы не было видно чем он занят и достал из кармана зеркало. Гриффиндорец повесил заглушающие и сигнальные чары, если вдруг кто-то захочет к нему приблизиться.       — Сириус, — произнёс он глядя в зеркало. К его удивлению, ответил ему вовсе не крёстный. В зеркале вдруг возникла Кейтлин, скорей всего, она выхватила зеркало у крёстного, как только он ответил на вызов Гарри.       — Привет, Гарри! Как ты? — радостно, но немного устало спросила девушка.       — Могло быть и лучше, а ты?       — Так же, — Кейтлин усмехнулась. — Как первый день? Уже оценил нового преподавателя по ЗоТИ?       — Да, — кивнул Гарри, — она была на моём слушании. А ты откуда про неё знаешь?       — Мы же с отцом были в министерстве, — как что-то очевидное сообщила девушка. — Фадж нам все уши про неё прожужжал. Мол, теперь в Хогвартсе будет дисциплина и полный порядок. Но что-то мне подсказывает, что мы с ней не поладим.       — Да, мне тоже так показалось. А что вы, кстати, делали в министерстве? В смысле, я понял, что ты так хотела позлить Снейпа, но вы реально отправились в министерство?       — Сам догадался или Грейнджер помогла? — девушка негромко засмеялась.       — Мы просто обсуждали твоё отсутствие в вагоне старост.       — Мы действительно были в министерстве. К ним поступил один мудрёный артефакт от анонима и они не могли понять, что это такое, потому что не могли разрушить защитные чары. Вот Фадж и попросил помочь с этим, но отцу, конечно, нужна была помощь. — коварно усмехнувшись, произнесла слизеринка. — Поэтому он написал министру, что поможет только если и меня допустят к этому делу. Фадж, разумеется, согласился.       — Ты подкинула в министерство артефакт и перехватила письмо предназначенное твоему отцу? — удивлённо спросил Гарри.       — Это если вкратце, — кивнула девушка.       — И всё это для того, чтобы позлить Снейпа? Ты настолько против должности старосты?       — Я сказала ему нет, и даже несколько раз повторила. Он меня не понял, поэтому придётся объяснить немного иначе. И да, я действительно не хочу быть старостой, Паркинсон весь прошлый год мне об этом трещала. Пусть лучше она возьмёт на себя эти обязанности.       — А если он и после этого не поменяет решения?       — Он действительно его так просто не изменит. Поэтому у меня в запасе ещё много идей.       — Только не взорви школу, пожалуйста, — взмолился Гарри, а девушка резко изменилась в лице, будто ей на ум пришла просто гениальная идея.       — Взорвать, говоришь…       — Нет! Не смей взрывать школу! — буквально прокричал в зеркало гриффиндорец. Он почему-то был уверен, что ради своей цели, девушка смогла бы пойти на такое.       — Ну, всю школу уж точно не буду… — загадочно протянула Кейтлин.       — Кейт, это плохо кончится.       — А на что Снейп рассчитывал, когда решил бросить мне вызов в упёртости?!       — Когда ты вернёшься? — решил сменить тему Гарри.       — Через пару дней. Нам же нужно разобраться с той защитой, которую я наворотила на том артефакте.       — Ладно. Будь осторожна.       — Ты тоже и постарайся не реагировать на провокации.

***

      Утром Симус стремительно оделся и пулей вылетел из спальни – Гарри даже носки не успел натянуть.       — Думает, что сам тронется умом, если слишком долго пробудет со мной в одной комнате? — громко спросил Гарри, едва край мантии Симуса скрылся из глаз.       — Да не бери ты в голову, Гарри, — пробормотал Дин, перекидывая сумку через плечо. — Он просто...       Но он был не в состоянии сказать, что именно Симус «просто», и после неловкой паузы вышел из комнаты следом за ним. Невилл и Рон бросили на Гарри одинаковые взгляды, означавшие: «Это его проблемы, а не твои». Но Гарри не так-то легко было утешить. Сколько ещё такого придется вынести?       — Что случилось, Гарри? — спросила через пять минут Гермиона, нагнав в гостиной Гарри и Рона, которые шли завтракать. — У тебя такой вид... А это ещё что такое? Она уставилась на доску объявлений, где красовался большой новый лист:

ГРЕБИ ГАЛЕОНЫ ГРАБЛЯМИ! Приток карманных денег отстаёт от твоих расходов? Хочешь маленько разжиться золотишком? Свяжись через общую гостиную Гриффиндора с Фредом и Джорджем Уизли, готовыми предложить нетрудную и почти безболезненную работу с неполным рабочим днём (всю ответственность, однако, несёт нанимающийся).

      — Нет, это уже ни в какие ворота! — грозно заявила Гермиона, снимая лист, приколотый Фредом и Джорджем поверх объявления о дате первой вылазки в Хогсмид, которая должна была состояться в октябре. — Надо будет поговорить с ними, Рон.       — Почему?       — Потому что мы старосты! — сказала Гермиона, вылезая через портретный проём. — Кому, как не нам, останавливать это безобразие?       Рон ничего не ответил, но по его мрачному виду Гарри понял: перспектива останавливать Фреда и Джорджа, когда они чем-то загорелись, совершенно его не радует.       — Гарри, ты как? — взволнованно спросила Гермиона снова обратив внимание на то, что её друг уже с утра без настроения.       — Нормально, просто вчера выдался интересный разговор в спальне, — Гарри быстро пересказал ей всё, что было до того момента, как он воспользовался сквозным зеркалом.       — Лаванда тоже так думает, — мрачно сказала она. — Я посоветовала ей не разевать по твоему поводу свой большой трепливый рот.       — Спасибо, — Гарри искренне улыбнулся. — Идёмте скорее на завтрак. Но далеко уйти они так и не смогли, на пути у них вдруг возникла Анджелина.       — Привет, Анджелина.       — Привет, — бодро бросила она. — Слушай, я теперь капитан команды Гриффиндора по квиддичу.       — Отличная новость, — улыбнулся ей Гарри. Можно было надеяться, что отныне не придется выслушивать длинных наставлений, какими мучил игроков Оливер Вуд.       — Нам нужен другой вратарь вместо Оливера. Отборочные испытания в пятницу в пять часов, и я хочу, чтобы собралась вся команда, — надо посмотреть, как впишется новичок.       — Хорошо, — сказал Гарри. Анджелина улыбнулась ему и отошла.       — Я и забыла, что Вуд уже окончил школу, — рассеянно проговорила Гермиона, сев за стол рядом с Роном и потянув к себе тарелку с тостами. — Для команды, наверно, большая потеря.       — Это точно, — сказал Гарри, садясь напротив. — Он был хорошим вратарём…       — И тем не менее свежая кровь не помешает. Как по-вашему? — заметил Рон.       — Да, думаю, это может оказаться полезным, — согласился Гарри.

***

      — Ну и денёк сегодня! — простонал Рон когда они уже закончили завтракать. — История магии, сдвоенное зельеварение, прорицания и сдвоенная защита от Тёмных искусств... Бинс, Снейп, Трелони и эта Амбридж — все в один день! Хорошо бы Фред и Джордж поторопились со своими Забастовочными завтраками...       — Что я слышу? Не обманывают ли меня уши? — спросил Фред, который как раз появился вместе с Джорджем. — Староста Хогвартса хочет прогуливать уроки? — он втиснулся на скамейку рядом с Гарри.       — Вот, полюбуйся, что у нас сегодня, — хмуро сказал ему Рон, подвигая к Фреду своё расписание. — Худший понедельник в моей жизни.       — Я тебя понимаю, братишка, — кивнул Фред, просмотрев листок. — Ну что ж, могу по дешёвке уступить тебе Кровопролитную конфету.       — С какой стати вдруг по дешёвке? — с подозрением спросил Рон.       — С такой, что у тебя от нее как пойдет носом кровь, так и не остановится. Противоядия у нас ещё нет, — объяснил Джордж, беря себе копчёной рыбы.       — С чем вас и поздравляю, — угрюмо сказал Рон, засовывая расписание в карман. — Нет уж, лучше на уроках посижу.       — Кстати, о ваших Забастовочных завтраках, — сказала Гермиона, поочередно сверля глазами Фреда и Джорджа. — Вы не должны были помещать на доске Гриффиндора объявление о наборе испытуемых.       — Кто это берётся нам указывать? — с изумлением спросил Джордж.       — Я, — ответила Гермиона. — И Рон.       — Меня, пожалуйста, не приплетай, — поспешно сказал Рон. Гермиона сверкнула на него глазами. Фред и Джордж хихикнули.       — Скоро ты, Гермиона, другие песни запоёшь, — проговорил Фред, густо намазывая маслом сдобную лепешку. — У тебя пятый курс пошёл, скоро сама будешь выпрашивать у нас Забастовочные завтраки.       — Почему это на пятом курсе я вдруг начну их выпрашивать? — спросила Гермиона.       — На пятом курсе сдают СОВ, — объяснил Джордж.       — И что же?       — А то, что у вас впереди экзамены. Вас так нагрузят, что спины затрещат, — с удовлетворением сказал Фред.       — Так или иначе, пятый курс — это кошмар, — сказал Джордж. — По крайней мере для тех, кого волнуют результаты экзаменов. Мы-то с Фредом не унывали.       — Ага... Ну, и что у вас вышло? Всего по три балла каждому, — напомнил ему Рон.       — Подумаешь, — отмахнулся Фред. — Всё равно наша жизнь не будет иметь ничего общего с миром академических достижений.       — Мы всерьёз обсуждали вопрос, учиться ли на седьмом курсе, — бодро сообщил Джордж.       — Ведь теперь, когда у нас есть...       Он осёкся и Гарри тут же перевёл на него подозрительный взгляд. Уж слишком очевидно было, что Джордж пытается выпутаться и сочинить какую-то ложь прямо на ходу.       — ...когда у нас есть баллы за СОВ, — мигом выкрутился Джордж, — зачем нам ещё ЖАБА? Но в конце концов мы решили, что для мамы это было бы слишком — наш уход из школы как раз в тот момент, когда Перси оказался самым вонючим дерьмом на свете.       — Но мы не собираемся тратить этот последний год зря, — сказал Фред, с нежностью оглядывая большой зал. — Мы используем его для того, чтобы провести небольшое исследование рынка. Выясним в точности, чего хочет средний ученик Хогвартса от магазина волшебных фокусов и трюков, тщательно обработаем результаты исследования и постараемся предложить товар, соответствующий спросу.       — Но где вы возьмёте начальный капитал? — скептически спросила Гермиона. — Вам нужна будет масса всяких ингредиентов, материалов — ну, и помещение, конечно...       — Меньше будешь спрашивать — меньше вранья услышишь, Гермиона. Пошли, Джордж, если поторопимся, может, успеем перед травологией поторговать Удлинителями ушей.       — Откуда у них деньги на всё это? — не унималась Гермиона.       — Понятия не имею, — пожал плечами Гарри.       — Ладно, нам пора, а то на историю магии опоздаем.       — Будто это кто-то заметит, — буркнул себе под нос Гарри.