Трое из Хогвартса

В тот самый судьбоносный день на платформе 9 ¾ практически весь народ не отрывал глаз от собравшихся вместе великих героев: Гарри Поттера, Рональда Уизли и Гермионы Грейнджер-Уизли, и нельзя сказать, чтобы Аланна О`Браен, только лишь недавно получившая письмо, отставала от остальных. Причины у нее были даже более веские, нежели у остальных. Рональд Уизли был признан одним из самых лучших игроков в волшебные шахматы, а играть в оные крошку Лану научил от нечего делать пребывавший в отпуске отец еще пять лет тому назад, но шахматистка из доченьки получилась никакая, ее с легкостью обыгрывали даже сами шахматы. Аланн порой лила злые слезы по этому поводу, мечтая взять автограф великого человека. Еще сильнее, нежели самим мистером Уизли, девочка восхищалась его женой, потому что миссис Уизли, урожденная Грейнджер, была и красива, и умна, и считалось, что, несмотря на годы и ее замужество, знаменитейший болгарский ловец Виктор Крам до сих пор не может забыть о юной и прекрасной английской фее. Недавно, в интервью «Ежедневному пророку», он даже признался: «Я более не встречал таких девушек, как Герм-ивонна, а, значит, видимо, так неженатым и умру», отчего десятки разочарованных поклонниц попытались проклясть его или отправить в конверте гной бубонтюбера. - Лана! – окликнул замечтавшуюся девочку отец. Себастьян Ричард О`Браен, мракоборец по прозвищу Ведьмак, был мужчиной высоким, красивым и весьма крепким, свои черные волосы, в подражание одному великому волшебнику, отпускал до плеч, а характером отличался стальным, как его глаза – в профессии признавал лишь авторитет нынешнего министра магии, ни к кому не подлизывался, и считал, что жизнь – Родине, сердце – женщине, честь – никому. Несмотря на робость и застенчивость, Лана, сама того не подозревая, унаследовала от отца этот самый внутренний стержень. Мама у девочки была русской, маглой, медиумом и исследователем паранормальных явлений. В девичестве эту милую, но не особенно красивую даму звали Дарья Дмитриевна Горина, но здесь, в Британии, местные называли ее Дарой или миссис О`Браен. Мама дулась до сих пор за то, что командировка отца кончилась, и семье пришлось покинуть ее родную Москву, а потому говорила мало и многое цедила сквозь зубы, хотя от природы злобной не была. Умаслил ее папа обещанием поехать в португальскую провинцию Алентежу, в гости к своему старшему брату, дяде Джерри, магловскому бизнесмену. Хорошо, что вчера тетя Натали забрала младшего братика Ланы Натти в их бунгало, а то бы он сейчас дал реву на весь перрон, мал еще все-таки, а ненаглядная сестренка уезжает. У дяди ему будет весело с кузенами и кузинами. Отец внес чемодан в купе, кивнув сидящему там бледному светловолосому мальчику: - Добрый день, юный джентльмен, вы не позаботитесь о моей даме? - Почту за честь, сэр, - с охотой откликнулся мальчик. - Но пока что прошу нас извинить, - отец спрыгнул обратно и ссадил Лану, дабы попрощаться. Девочка обхватила мать за стройную талию – миссис О`Браен была в шоколадного цвета платье, только чуть темнее ее волос, и этот самый цвет выгодно подчеркивал красоту ее кожи цвета слоновой кости, а оттенок оживлял серые глаза, - мама погладила ее по голове, поскольку на людях презирала нежности, считая их показухой, но внутри семьи отношения были теплыми, хотя и без перегибов. Дарья давно уже вручила индульгенцию всем родственникам: шалят дети, так порите как следует, но только если иные методы не действуют. Семейный ангелочек Аланна не была порота не единого раза. - Пиши нам, если что, - спокойно сказала Дарья. - Пусть только попробуют напасть – пользуйся тем, чему научил, - напутствовал отец, специально научивший дочь пользоваться обезоруживающим заклинанием. - Я люблю вас, - всхлипнула Лана. Родители в четыре руки подсадили ее в вагон, следом прыгнул рыжий-бесстыжий мейн-кун по кличке Шинья, следовавший за хозяйкой не хуже собаки. Чтобы не разреветься самый постыдным образом, Лана шмыгнула в купе к тому мальчику, который уже что-то раскладывал на столике. - Не плачь, - он протянул ей шоколадную лягушку. – Меня зовут Скорпиус, в честь созвездия Скорпиона. Девочка улыбнулась. - А меня мама назвала Аланна, это означает «красивая». - Тебе подходит, - не солгал мальчик. Кожа у Ланы была такая же белая и ровная, как у ее матери, волосы, благодаря брюнету-отцу, несколько темнее, как конский каштан, но с золотым отливом как у матери, рост еще небольшой, фигура же обещала быть классической, потому что ножки стройные и длинные, ручки изящные как у девиц высшего света, и вообще она походила на тургеневскую барышню Джемму, только глаза зеленые, с оттенком в хризопраз. Скорпиусу можно было даже не называть фамилию, было сразу видно, что он – Малфой, очень уж похож на отца, а мистера Малфоя Лана видела пару раз в газете, поражаясь тому, какой он выразительный, такое лицо просто невозможно забыть. Дедушка же Скорпиуса в молодости вовсе был писаным красавцем, девочка его портрет видела. Дверь купе открылась, на пороге появился черноволосый мальчик, милый и улыбчивый, он походил на Гарри Поттера, наверное, его сын. Мальчик улыбнулся, Скорпиус улыбнулся в ответ, Лана заулыбалась им обоим, она вообще любила улыбаться, как и мама. - Привет, - сказал мальчик, - в этом купе только вы? - Свободно, - кивнул Скорпиус, - тут только я и Аланна. - Отлично, - обрадовался мальчик. – Тогда можно мы… зайдем и посидим тут… немножко, если вы не против? - Не против, - ответил Скорпиус. – Привет. - Альбус, Ал, - мальчик стушевался. – Я… меня зовут Альбус.., - немного бестолково пробормотал он. - Привет, Скорпиус. В смысле, я - Скорпиус, - поправился юный Малфой. – Ты Альбус. Я Скорпиус. А ты, видимо… Только тут Лана заметила рыжую кареглазую девочку с белоснежной кожей, усыпанной веселыми веснушками. Красивая. Похожа на Гермиону Грейнджер-Уизли, неужели их дочь? Хотя, чему тут удивляться, они родственники все-таки. Лицо девочки сделалось холодным, и она практически процедила сквозь зубы: - Роза. - Привет, Роза, - улыбнулся Скорпиус, - сладостей хочешь? - Я только что позавтракала, спасибо, - так и не изменила тона девочка. Ну да, худеет, видимо, или заранее отказывает потенциальному кавалеру. Мама всегда говорила, что в кафе принято платить каждому за себя, но ведь, когда угощают, тут иная статья этикета, она же сама приняла от Малфоя лягушку. Чем-то он, похоже, Розе не нравится, но странно, он же хороший парень. - Сладости крепко скрепляют друзей, - пропел Скорпиус и тут же стушевался. – Э-э. Наверное, глупости. Лана незаметно потрепала его по руке, хотя и сама от себя этого не ожидала. Скорпиус едва не вздрогнул. - Я возьму..., - решил Альбус. – Мама не разрешает мне есть сладкое. Ты бы с чего начал? Роза пихнула Альбуса в бок, но Лана решила ее не выдавать – последнее дело вмешиваться в родственные отношения, и вообще, молчание – золото. И без нее разберутся. Мальчики принялись обсуждать сладости, Роза опять пихнула кузена. - Роза, может, хватит меня бить? – возмутился парень. – Будь добра! - Я тебя не бью, - поджала губы его кузина. - Бьешь, причем больно. Скорпиус заметно огорчился, даже глаза опустил. - Она тебя бьет из-за меня, - промямлил он. - Чего? – остолбенел Альбус. - Слушай, я знаю, кто ты, так что, пожалуй, будет честно сказать, кто я, - решился он. - В каком смысле? – не догнал новый знакомый. – Я есть я. Скорпиус терпеливо объяснил: - Ты Альбус Поттер. Она Роза Грейнджер-Уизли. А я Скорпиус Малфой. Мои родители – Астория и Драко Малфой. Наши родители – они не ладили. - Это очень мягко сказано, - пробурчала Роза. – Твои мама с папой – Пожиратели смерти! - Папа был, - возмутился Малфой, - а мам нет. - А мой папа мракоборец, - попыталась перевести огонь на себя Аланна,но, похоже, не преуспела в этом. Воцарилась немая сцена, вполне достойная гоголевского «Ревизора» (Лана его читала, даже честно пыталась вникнуть в понятие «хлестаковщина», но уже успела забыть практически все, кроме «Маменька, вам палевое нейдет»). Скорпиус нервно стиснул мантию, когда Роза отвела глаза. - Я знаю, какие ходят слухи, - выдавил он из себя, - но это все вранье. Альбус посмотрел на кузину, явственно заметив, что ей неловко, затем взгляд его упал на /Скорпиуса, тот был в отчаянии, это словно крупными буквами по лицу написано. Лана застыла в растерянности, словно не занал, что делать. - А что за… слухи? – все-таки решился он. - Слухи такие, что мои родители не могли иметь детей, - голос Малфоя был мрачен. – А мой отец и мой дед страшно мечтали о наследнике-колдуне, чтобы род Малфоев не оборвался, и они… Скорпиус втянул воздух сквозь зубы – на него смотрели выжидающе. Сейчас что-то будет. -…они взяли маховик времени и отправили маму обратно… - Куда – обратно? – явно ничего не понял Альбус. Поттер был не одинок в недоумении, Лана тоже ничего не понимала. - По слухам, Альбус, - взрослым голосом сказала Роза, - он сын Волан-де-Морта. Аланна явно подавилась таким откровением, и это почувствовали оба мальчишки, но Роза несколько разрядила гнетущее молчание, за что все испытали благодарность: - Это, может, и чушь. В смысле… у тебя же есть нос. Малфой засмеялся, но смотрел при этом на Розу щенячьими глазами. - И он в точности как у моего отца! - зачем-то сказал он. – У меня его нос, его волосы и его фамилия. Альбус понял, что Скорпиус, кажется. очень хороший парень, и с ним будет очень весело и даже, наверное, интересно дружить, несмотря на недопонимание родителей, ведь все же они – несколько иное. Красивая девочка Аланна, что попыталась защитить беднягу Малфоя, тоже вызывала симпатию, но, кажется, она очень застенчивая, однако это не беда. Эх, попасть бы на один факультет с ними! - Ну, в общем.., - протянула Роза. – Мы, пожалуй, сядем где-нибудь еще. Пойдем, Альбус, - потянула она задумавшегося кузена. - Не, - очнулся он, мне и тут хорошо. Ты иди… - Альбус, - с нажимом, - Я ждать не буду. - А я и не рассчитывал, - признался парень. – Но я остаюсь. Лана затаила дыхание: ей показалось, что красавица Роза сейчас просто испепелит Альбуса взглядом на месте, но та только выкатилась из купе, взметнув вихрь распущенными огненными волосами. И чего девочки косы не плетут, как она сама? Так же гораздо удобнее. - Ну и отлично! – донеслось из коридора. Мальчишки неуверенно переглянулись. - Спасибо, - вдруг сказал Скорпиус. Лана обругала себя баламошкой и кикиморой: ну чего она не проявила к нему такого же участия? Правда, она барышня, а тут чисто мужское дело, надо вести себя прилично. - Нет. Нет, - тотчас все испортил Поттер, - я остался не ради… тебя… а ради твоих сладостей. Девочка зло рванула упаковку лягушки и моментально заткнула ею рот, а то еще ляпнет что неподходящее. - Она довольно свирепая, - заметил Скорпиус. - Да, - кивнул Альбус. – Извини. - Да нет, мне нравится, - убил всю логику блондин. – Тебя как лучше называть, Альбус или Ал? Скорпиус улыбнулся, забрасывая в рот сразу две конфеты. Лана предпочла пока что рассматривать вкладыш, с которого, чуть поджав губы, смотрела великая и прославленная Минерва Макгонагалл, героиня войны с Темным лордом. Бабушка Ланы по отцу, урожденная Кэролайн Рейчел Маклеод, училась в одно время с мудрой Минервой, но была на факультете Пуффендуй и постоянно продувала гриффиндорцам в квиддич. - Альбус, - донеслось до нее. Из ушей Малфоя повалил дым. - Спасибо, что остался ради моих сладостей, Альбус! - Ух ты, - захохотал Поттер. Тут мальчишки вспомнили. Что они не одни, а ведут себя не совсем по-джентльменски. - А тебя можно звать Лана? – спросил блондин. - А его как звать? – нашелся брюнет, рассматривая кота. Девочка кивнула. - Можно, - она говорила тихо, но очень отчетливо, чуть более твердо, чем нужно, произнося согласные. - А его зовут Шинья… Шин, не нюхай лягушек, они из шоколада, живых тут нет. Мейн-куны отлично плавают, а потому кот ловил во всех окрестных водоемах земноводную фауну и с аппетитом ею закусывал. Лана не сомневалась, что подобное безобразие продолжится и в Хогвартсе, потому что хищную натуру не переделаешь. Мальчики, похоже, были просто прекрасно воспитаны, поскольку старались развлекать юную леди и отпускали ей комплементы, а лана преимущественно молча улыбалась в начале, но потом разговорилась. Она рассказывала о Москве, слушая в ответ о Великобритании, о родственниках, о том, что папа очень хотел бы, чтобы она пошла по его стопам, а ей страшно, она даже привидений боится. Мальчики подбадривая, говоря, что не так уж и страшно, Альбус даже заметил, что там же его папа начальник, стало быть, все будет хорошо. Лана умолчала, правда, о том, что одного-единственного привидения она совершенно не боялась, но сей волшебник в черном плаще пусть пока что будет ее секретом. Поезд плавно подъезжал к станции.