Исключение из правил

Потихоньку народ стал расходиться и в зале осталось несколько человек: кто-то болтал, попутно выпивая, кто-то курил, кто-то просто дурачился. Дженни и Джису решили не уходить, здесь было тихо, да и они были подвыпившими, а идти в эту толпу, где к тебе начнут приставать, не особо хотелось, особенно пьяными. Но не одни они решили остаться. Розэ и Лиса сидели на своём прежнем месте. — Я пойду возьму чего-нибудь, тебе надо? — спрашивает Чеён. — Нет, спасибо, я достаточно выпила. — улыбается Лиса и остаётся одна на диване. Но до некоторых пор. Та девушка, что весь вечер прожигала её взглядом, подсела к ней. — Привет. — улыбнулась она. — Привет. — слегка улыбнулась Лалиса. — Не хочешь выйти отсюда? Там веселее. — Нет, спасибо, я лучше здесь посижу. — Не бойся, я буду рядом, тебя никто не тронет. Девушка была порядком пьяна и Лиса всячески старалась отодвинуться от неё, но та не давала блондинке покоя. Взгляд Манобан бегал по всей комнате, пока не столкнулся с Дженни. Она кипела от злости и вот-вот готова была взорваться. Бокал в её руке готов был треснуть или же прилететь в голову этой приставучей девчонке. Лиса наблюдала за Ким, а та будто не видела никого, кроме этой брюнетки, что сидела рядом с Лисой. Она прожигала её взглядом так сильно, что та могла в любой момент загореться. Джису что-то говорила подруге и та лишь изредка откликалась, не сводя глаз с пьяной девушки. — Ну же, Лиса, пойдём. — всё не отставала она. — Я не хочу, я останусь здесь. — Я хочу с тобой поговорить, познакомиться, узнать тебя получше. — Я… — А она не хочет. — наконец вмешалась Дженни. — Скажи-ка мне, на каком языке с тобой должны разговаривать, когда ты пьяная? Тебя вежливо попросили уйти, или ты не понимаешь по-хорошему? Так вот я могу объяснить доходчиво и по-плохому. Съебись отсюда, пока можешь стоять на ногах. — А ты не вмешивайся, стерва. С тобой я вообще не разговаривала. Ты будешь мне указывать? — Уууу… Зря ты это сказала. — закрыла лицо ладонью Джису. — Пойдём-ка выйдем. — встала Дженни. — Я никуда с тобой не пойду. Но Ким не собиралась её упрашивать, она просто подошла и схватила её, утащив в неизвестном направлении. Лиса обернулась, увидев их, пока Дженни зажимала ту в углу и что-то яростно ей объясняла. — Что тут произошло? Они меня чуть с ног не сбили, — села рядом Розэ, — от Дженни яростью пышет, как у паровоза из трубы. А Манобан не обращала внимания, она лишь продолжала наблюдать за девушками вдали. Последняя сцена была похожа, будто Дженни сказала: «Уяснила?», а та лишь судорожно кивала головой. Русоволосая уже не видела в ней столько уверенности и настырности, она видела лишь страх. Что такого сказала Ким, что заставило брюнетку буквально испытать страх? В комнату Дженни вернулась одна, Лалиса краем глаза заметила, как та девушка быстрым шагом удалялась из дома. — Не хочешь потанцевать? — предложила Розэ. Лиса отрицательно покачала головой. — Ладно, а я пойду. И вот Манобан снова одна и снова смотрит на Дженни. Та это чувствует и видит боковым зрением. Она специально откидывает волосы и закидывает ногу на ногу. Лиса смущённо отводит взгляд, позже наблюдая ухмылку на лице Ким. — Джи, Дженни, пойдёмте с нами. — заходит Кибом. — Не, не, я в ваших оргиях не участвую. — отказала Джису. — Да тьфу на тебя, ты за кого нас принимаешь? Мы просто болтаем, выпиваем, собираемся на желания сыграть, обещаю ничего такого. — Ладно, Дженни, идёшь? Ким тут же отказывается. После тщетных попыток уговорить, Джису всё же уходит одна, оставляя Дженни и Лису один на один. В комнате уже действительно никого не осталось, потому что пьяным интереснее там, выпивать под музыку. Но это к лучшему. Обе смотрят друг на друга. Одна — с опаской, другая — похотливо. — Спасибо. — тихо выдаёт Лиса. — За то, что избавила меня от её компании. — Мне не приятно видеть, когда пристают к тем, кто этого не желает. — Что ты ей сказала? Там, когда увела. — Дала дружеский совет. — А если честно? — Тебя это волнует? Тишина. — Могу ли я задать один вопрос? Манобан кивает. — Ты и вправду ни с кем не встречалась? — Правда. — честно отвечает Лиса. — Ты выпила тогда, когда говорил Джексон. Так кто тебе понравился? Лиса молчит. — Я никому не расскажу, это останется в тайне. — будто дразнит Ким, ведь прекрасно знает ответ. — Никто. — Зачем же ты выпила? — Я… Я… — Скажи мне правду. Ведь это была я, не так ли? Лиса сглотнула и опустила взгляд. — Только вот я тебя не просто зацепила, а разбудила в тебе жадный интерес. И Дженни каждый раз попадала в жёлтую середину, потому что именно жадный интерес был у Лисы, именно Ким её зацепила и именно с ней она хочет узнать что значит секс с девушкой. — Позволь, я уточню. Ты сказала, что ни с кем не спала на вечеринке, хотя я подозреваю, что ты в принципе ни с кем не спала. Так вот могу ли я это исправить? Манобан в ступоре и смотрит на девушку с каким-то страхом. — Я не сделаю тебе больно, это не в моих интересах. Но я не та девушка, я не буду домогаться до тебя, если ты этого не захочешь, поэтому… — Я хочу. — не даёт договорить Лиса. А Ким будто этого ответа и ждала. — Тогда позволь мне отвести тебя в более уединённое место. Дойдя до пустой спальни, Дженни закрывает дверь на замок, что немного пугает Лису. Ким подходит и осторожно проводит рукой по пшеничным волосам, рассматривая лицо девушки. — Такая красивая… — тихо произносит брюнетка, а Лиса снова краснеет и отводит взгляд. — Не отводи глаз, я хочу видеть их, они очень красивые. Дженни медленно приближается к губам Лалисы, останавливаясь в паре миллиметров, осторожно спрашивая: — Можно? Манобан кивает и в следующий момент чувствует нежные губы. Поцелуй такой мягкий и осторожный, что Лиса готова хоть сейчас растаять. Дженни медленно подводит её к кровати, не разрывая поцелуй и осторожно кладёт на постель. Она снимает с неё топ, отбрасывая в сторону и покрывает тело поцелуями, на секунду замечая, что всё это время Манобан была без лифчика. Брюнетка лишь усмехается, продолжая целовать плоский живот, от чего блондинка уже изгибается. Сняв с себя блузку и брюки, Ким приближается к джинсам девушки, медленно расстёгивая ширинку и впоследствии снимая их. Она снова касается губ Лисы, целуя уже более грубо, а затем касается резинки трусов, от чего Манобан вздрагивает. — Тише, я же сказала, что не сделаю больно, ты можешь довериться мне. А Лиса ей ещё с первых секунд доверилась, как только зашла в тот зал. Ким спускается ниже, осторожно вводя один палец. Блондинка изгибается в пояснице, поворачивая голову набок и утыкаясь в подушку. Она прекрасно помнит слова Джексона, что Ким соблазняет девушек, проводит с ними ночь и бросает их. Она прекрасно осознаёт, что на утро проснётся одна и скорее всего будет плакать в ту же подушку, в которую сейчас нещадно стонет, она прекрасно осознаёт, что уже полностью отдалась брюнетке и отойти будет сложно, но сейчас ей плевать, об этом она будет думать утром, а этой ночью думать она точно не собирается. Дженни наблюдает за Лисой, не упуская ни единой эмоции, ни единого стона и писка. Поняв, что та уже привыкла, она медленно вводит второй палец, наращивая темп. Уже никакая подушка не заглушает стоны Манобан, хотя та так старательно пытается их заглушить. — Убери её. — указывает на подушку Дженни. — Я хочу слышать твой голос. И Лиса повинуется. Она всё ещё пытается сдержать стоны, но Ким ускорила темп и сдерживаться уже не получается. Комната наполняется звонким голосом Лисы, который брюнетка готова слушать хоть до самой смерти. Но Дженни ещё не закончила. Она вводит третий палец, от чего Манобан выкрикивает протяжное «Дженни!». Ах, для Ким услада слышать своё имя из уст этой блондинки. Вскоре Манобан достигает разрядки, в последний раз выкрикнув имя старшей. Капли пота медленно стекают по шее в то время как Лиса пытается отдышаться. Она довольно быстро засыпает и Дженни накрывает её одеялом, ложась рядом. Просыпается блондинка одна. «Как я и думала». Стоило ли ей ожидать, что та останется, если никогда и никому не давала шанс? Лиса лишь очередная игрушка для неё и не больше. Она ушла и больше никогда не вернётся, и Манобан больше не увидит её красивых глаз. Больно? Да. Жалеет ли она о прошлой ночи? Нет. Пройдёт ли боль? Возможно. Сможет ли она забыть Дженни? Точно нет. Но ведь всё когда-то забывается? Время ведь всё лечит, так, кажется, говорят? Вот только чаще всего время не лечит, а лишь заглушает боль. Лиса сидела, поджав колени, размышляя о той ночи, пока не услышала как кто-то открывает дверь. — Уже проснулась? — полностью голая заходит Ким, открывая шкаф. — Дженни..? — Она самая. Тебя что-то удивляет? — Ты… Ты осталась? — Ты рассчитывала на другое? Ах да, Джексон. Ты всё ещё помнишь его слова, что я никогда не давала девушкам шанс на продолжение. Но ведь в правилах всегда есть исключения, не так ли? — подмигивает брюнетка. — Так значит я могу рассчитывать на продолжение? — А ты этого хочешь? — Больше, чем ты себе представляешь. Ким ухмыляется. — Значит можешь, малыш. И только сейчас Лиса одергивает себя, понимая, что Дженни полностью раздета. Она отводит взгляд, чем вызывает удивление Ким. — То есть вчера тебя ничего не смущало, а сегодня ты отводишь взгляд? Или за ночь я как-то поменялась? — Поменялась. Ким выгибает бровь. — При свете я могу лучше тебя рассмотреть. Дженни усмехается. — Малышке вчера было мало? — с ухмылкой залезает на кровать брюнетка, смотря на губы Манобан. — Возможно. — Значит она не откажется повторить вчерашнее ещё раз этой ночью. — А с логикой у тебя хорошо. — Хочешь покажу с чем ещё я хорошо справляюсь? — Поведуй же мне. — Это ты узнаешь ночью, моя милая. — Эй! — ударяет в плечо Лиса. — Терпение, лисёнок, терпение. Я ещё не всё тебе показала. — целует Дженни, наваливаясь на девушку. — Мы опоздаем. — напоминает Лиса. — Плевать. Они все подождут. — крепче обнимая блондинку, бурчит Ким, на что Манобан только улыбается.