Видеосвязь

Увидев лицо Макса, Денис понимает, что тот не брился уже как минимум несколько недель, цокает вслух и ворчит про себя по этому поводу. Потом наступает недолгая тишина, во время которой собеседники неловко рассматривают друг друга на экранах и пытаются разместиться. Макс поднимает голову с подушки и садится поудобнее с телефоном в руке, а Денис ставит телефон на стол и подпирает его кружкой с кофе. После этого Титов спрашивает: -И что теперь делать? Макс думает, а потом говорит: -Предлагаю по старинке: каждый будет говорить другому, что бы он сделал, если бы был рядом, типа «я кладу руки тебе на плечи». Денис молчит: все это кажется ему абсолютно неправильным. Говорить об этом - одно, но совершенно другое - приступать к делу, и тот факт, что он сейчас видел живое лицо Макса добавлял к его отвращению еще и стыд. Он раздумывает, не совершил ли он ошибку, дав согласие, пока Макс не прерывает его размышления вопросом: -Ну, согласен? Денис подавляет в себе желание сейчас же отказаться, выключить телефон и не связываться к Кольцовым до следующих выходных, и отвечает: -Да-да, согласен. Только ты начни. - предлагает Денис, надеясь, если не отменить, то оттянуть свой позор. -Опусти камеру пониже… - просит Макс. Денис подвигает кружку, опускает камеру так, что теперь видно только его шею, корпус и пах. -Сейчас я целую тебя в шею. - начинает Макс. Денис закатывает глаза, и раздраженно спрашивает: -И как мне это проделать с собой? -Просто погладь себя рукой по шее. - быстро отвечает Макс. Денис недоверчиво и как-то осторожно выполняет просьбу Макса. -Теперь ты. Глаза Титова бегают по комнате в поисках того, что ответить Максу, пока он наконец не выдаёт то, что Кольцов приводил в пример в самом начале: -Я кладу руки тебе на плечи? По незаинтересованному тону Титова Макс понимает, что, возможно, это и правда была плохая идея. Денис не сможет пересилить себя. К тому же, теперь от Титовского холода у Макса упал. Он понимает, что его желания останутся неудовлетворенными ещё как минимум неделю, от чего его выражение лица меняется на какое-то болезненное. Он мог бы найти себе сотни мальчиков и девочек в Питере, отдалённо напоминающих ему Дениса, мог бы даже называть их именем Дениса, даже если бы их имена звучали иначе, и мог бы трахаться с ними хоть до потери пульса. Однако, все это звучало неправильно даже на уровне мысли. Максу не нужны были другие, ему нужен был один Денис, и тот, как назло, сейчас находился за несколько тысяч километров, да и к тому же был самым вспыльчивым, недовольным и грубым жителем Москвы. Кольцов массирует пальцами усталые глаза и разочарованно выдыхает: -Блять, Титов… -Что? Мне надо разыграться! - возмущается Денис. Обидеть Макса он тоже не может, он для него не просто очередной мальчик. После этой фразы у Макса появляется надежда на то, что, возможно, не все еще потеряно, и он продолжает говорить, надеясь втянуть Дениса в эту игру: -Хорошо. Ладно. Я целую тебя в шею, потом я запускаю руки под футболку. А ты? -Я… - начал было Денис, но тут же прервался, тяжело выдохнул, и сказал, - слушай, можешь продолжить, я понятия не имею, что мне делать. -Ладно. Я встаю перед тобой на колени. Губами совсем чуть прикасаюсь к ткани штанов… Денис понимает правила игры, и, перебивая Макса, быстро выдаёт: -Я сбрасываю один ботинок и начинаю носком массировать твой член через штаны? -Отлично, Денис! -Я…я расстёгиваю твой ремень, затем пуговицу на штанах, и медленно стягиваю их. Денису польстила похвала Кольцова. Титов понял правила игры, был готов играть. Он делает все в той последовательности, в которой наказал Максим, и уверенно говорит: -В это время я тянусь к тебе за поцелуем, и проделываю то же самое. -То же самое не получится. Денис хмуриться: эта фраза подорвала его только-только зародившуюся уверенность, и убила весь настрой. Он раздраженно спрашивает: -С какой стати? Макс смотрит куда-то вниз, и бубнит: -Я в спортивках. Выражение лица Дениса в секунду меняется: он вскидывает брови и поджимает губы, чтобы не засмеяться. Максимовская наивность всегда казалась ему забавной и милой, но иногда он не угадывал интонацию, и смеялся над тем, в чем Кольцов был совершено серьёзен. Сейчас такой ошибки он допустить не мог, поэтому сдержал смешок, откашлялся, и продолжил: -Понял. Тогда я все-так тянусь за поцелуем, но стягиваю с тебя спортивные штаны, вместе с трусами, они то хоть на тебе есть? - смеется Денис. Макс положительно кивает, но непонятно, то он ли соглашается с действием, которое Денис ему назначил, то ли отвечает на вопрос Дениса о трусах. В любом случае, они продолжают. -Я снова опускаюсь на колени, целую твой член через ткань трусов, обдаю его тёплым дыханием, провожу по нему рукой. «А Макс неплох», - подумал Денис. Он даже удивился, насколько его могут завести легкие прикосновения и простые слова. Денис не хочет отставать от Максима, говорит: -Я сбрасываю второй ботинок, а потом медленно начинаю массировать твой член ступнями. Макс тихо усмехается, вспоминая, что Денис в этой игре забыл снять носки, и в шутку интересуется: -Типа, как в варежках? Денис понимает, что облажался, но ему было предельно трудно сейчас сосредоточится на своей речи, казалось, вся кровь отлила от мозга, и перетекла в другой орган, поэтому он просто стискивает зубы и затыкает Кольцова, в надежде, что тот просто продолжит: -Да, завали, я в этом новичок. Сделаем вид, что носков я не ношу. Ну, Макс, пожалуйста… Максим делается серьёзным: этот умоляющий тон Титова его очень заводит. Денис был очень властным и редко передавал ему контроль, что Кольцова немного раздражало, но стоило это терпеть только ради таких моментов, как этот: когда Денис был абсолютно беззащитен, Максим чувствовал себя особенно мужественным. Он говорит: -Я стягиваю с тебя трусы, медленно опускаюсь губами на головку, - Денис обвивает рукой головку, - а потом быстро подаюсь вперёд и заглатываю полностью, - и Денис резко опускает руку по всей длине члена, упираясь в лобок, и от мгновенно накатившегося удовольствия громко вскрикивает. Крик раздается эхом по всему этажу. От неожиданности Макс даже отстраняется, а Денис закрывает себе рот свободной рукой. -Нихуя себе! Ты там и без меня отлично справляешься, я погляжу. - Макс смеется. -Макс, я тебя умоляю, не останавливайся, говори. - протяжно умоляет Денис, а про себя думает: когда не надо, Кольцова не заткнуть, а когда надо, его, наоборот, не разговорить. -Я продолжаю сосать твой член, сначала медленно, а потом быстрее. - медленно говорит Максим. Ему уже тяжело не то что строить предложения, а просто выговаривать слова. Он замечает, как у Дениса подрагивают колени, пока тот говорит: -Я двигаю ступнями вверх и вниз вдоль всей длины твоего члена, все быстрее и быстрее. После наступает минутная тишина, оба тяжело дышат и пытаются составить из перемешавшихся в голове слов какое-нибудь цельное предложение. Денис соображает быстрее и говорит: -Я чувствую, что вот-вот кончу, и запускаю руку тебе в волосы, хватаюсь за них и толкаюсь тазом вперед. Макс, было, собирался что-то ответить, кажется, даже издал какой-то похожий на слово звук, но не успел ничего сказать. Денис откидывается в кресло, Макс держит телефон в руке и тяжело дышит в динамик. Вдруг он усмехается, хочет что-то сказать, но Денис догадывается, что это очередная шутка, и останавливает его: -Кольцов, можешь хотя бы сейчас не острить. Лицо Макса меняется и тогда он заботливо спрашивает: -Тебе лучше? -Да. А тебе? -Ещё как. Минуту молчат. -Я пойду умоюсь. - говорит Денис. -Давай. - довольно мурчит Максим, - А я пойду отсыпаться. «Странно», - думает Денис, - «голос у него вполне бодрый», но Максу он говорит только: -Договорились. Денис смотрит на Макса: тот будто начал светиться изнутри, и с улыбкой ответил Титову: -Договорились.