Часть 1
6 августа 2021 г., 20:55
Чу Ваньнин провел пальцами по ледяным полным губам. Он впервые видел на своем столе такое совершенство. Метр восемьдесят девять, волосы до плеч, ни единого шрама, ну, кроме строгого разреза через всю грудину — он старался быть аккуратным — и причины смерти. Чу Ваньнин сдвинул простыню, поглаживая окоченевшее тело.
Каким он был? Его тело хранило призрак загара даже в мертвенной бледности. Могли бы они встретиться на улице, улыбнуться друг другу, выпить кофе, поцеловаться? Чу Ваньнин не заговорил бы первым, это точно. Он мог разговаривать только вот так, с молчаливыми слушателями в морге.
— Мне жаль, что ты умер.
Он оголил живот трупа, провел пальцем по зашитой ране. Проникающее, печень. Почти мгновенная смерть — нож вошел в воротную вену.
— У тебя была хорошая печень. Ты ведь не пил? Вот так, не пьешь, вступаешься за девушек, а потом ложишься ко мне на стол.
Чу Ваньнин вздохнул.
— И зачем тогда потащился в бар? Идиот.
Он погладил разбитые костяшки.
— А в крови ноль семь промилле, пропустил пару стаканчиков? Праздновал или заливал горе?
Простыня вернулась на место, словно Чу Ваньнину стало неловко вот так разглядывать мужское тело.
— С ней все в порядке, кстати, она приходила в больницу, узнать, как ты. Полиция приехала и скрутила тех скотов. Жаль, скорая ехала так долго, — с тоской сказал он, а потом помотал головой. — Хотя нет, не спасла бы тебя скорая.
Раздался стук, а следом по ступенькам спустилась лейтенант Е Ваньси.
— Доктор Чу? Могу забрать результаты вскрытия?
Чу Ваньнин резко повернулся, опуская глаза, и протянул бумаги.
— Спасибо! Вы быстро, как всегда, — с теплотой в голосе сказала Е Ваньси, забирая отчет. — Очень жаль, что такие люди умирают, — тон ее голоса изменился, и она посмотрела на укрытое тело. — Я сама часто с Наньгун Сы хожу в этот бар. Приличное место. Жаль, что вчера нас там не было, — вздохнула она.
Хорошо, что Е Ваньси уже давно не ждала от Чу Ваньнина ответов. Он отвернулся к столу, давая понять, что аудиенция окончена, и Е Ваньси молча покинула морг.
* * *
Мысли о погибшем мужчине продолжали преследовать Чу Ваньнина весь день, а потом и ночь. Ночью тот был жив, улыбался так, что на щеках появлялись ямочки, хотя по трупу такого и не скажешь. Он что, и правда так улыбался живым? Во сне он был теплым, с золотистой кожей и блестящими смоляными волосами, забранными в высокий хвост. Он прикасался, говорил что-то, а Чу Ваньнин отвечал. Совершенно фантастический сон. И Чу Ваньнин впервые проспал! Он торопливо запихивал в себя паровую булочку, завязывая галстук. На улице поймал такси, сел на заднее сиденье и тут же отвернулся, уставившись в окно. — Доктор Чу! — воскликнул дежурный у входа. — Забыли что-то у себя? Чу Ваньнин вопросительно поднял бровь и невольно посмотрел в лицо охраннику. — До понедельника не ждет? Я дам вам ключи. Какого понедельника, с ума сошел? Сегодня же вторник, хотел сказать Чу Ваньнин, но вместо этого достал телефон и открыл календарь. Тот издевательски показал ему воскресенье. Он растерянно помотал головой, развернулся и быстрым шагом пошел прочь, не слушая, что кричит ему охранник. Как он мог перепутать дни недели? Чу Ваньнин купил в киоске местную газету, но в ней ни слова не было о драке с поножовщиной. Зато стояла дата — позавчерашняя. То есть, конечно же, сегодняшняя. Но почему-то позавчерашняя. Наверное, его проблемы становились год от года только серьезнее, и пора уже сходить к психотерапевту. Но с ними надо разговаривать, а Чу Ваньнин, стоило ему открыть рот, всегда говорил что-то не то. Люди его не понимали совершенно, обижались, называли грубым, холодным, странным. В итоге он вовсе перестал говорить. Могло ли так случиться, что это был затяжной сон? Чу Ваньнин не заметил, как ноги сами принесли его в парк при университете. Людей вокруг почти не было, хоть лавочки никогда не пустовали. Студенты приходили и на выходных, правда, побездельничать — вот бы столько рвения в учебе показывали. Чу Ваньнин сел и принялся бездумно пролистывать газету, когда к его лавочке приблизились двое парней. Высокие, молодые, они даже в этот ранний час были полны энергии, и Чу Ваньнин позавидовал им. Сам он себя ощущал куклой, у которой вот-вот закончится завод. Ему исполнилось тридцать, но груз лет давил на все пятьдесят. Он думал, что надо бы это закончить. Но не хотелось лежать потом под лампой, пока его коллега будет изучать положение странгуляционной борозды на шее. И тело у него не такое привлекательное, как у того, из сна. Даже поглядеть не на что. — Ши Мэй, давно хотел с тобой поговорить, — сказал тот, что повыше, и неловко взъерошил волосы. Чу Ваньнин уставился на него, как никогда еще ни на кого не смотрел. Парень был тот самый. И ямочки были на месте. — А-Жань, — смущенно начал второй, оглядываясь. Он подхватил спутника под локоть, и Чу Ваньнину оставалось только смотреть им в спины. Он не верил в магию, вещие сны и интуицию. Но сейчас он повстречался с трупом, точнее — с живым человеком, конечно, который сегодня станет трупом. Чу Ваньнин поднялся, сминая в руках газету. Он не знал, бежать за этим А-Жанем? Или ехать сдаваться психиатру? Если он сошел с ума, то изменить хоть что-то не в силах. Да, острый психоз снимут таблетками, но о работе придется забыть. А без работы у него не останется даже того жалкого подобия жизни, что есть сейчас. Нет, в психушку он всегда успеет. В конце концов, его жизнь давно напоминает существование шизофреника. Чу Ваньнин достал телефон и нашел номер Е Ваньси. Набрал сообщение: “Ты говорила о баре, в который ходишь с НаньгунСы. Как он называется?” Ответа не было долго, видно, Е Ваньси отсыпалась после дежурства. Но через час прилетело сообщение: “Говорила? Не помню, но мы ходим в “Кружку” на Гуйцзе”. Чу Ваньнин принял решение. А пока он оглядывался, словно пытался подловить реальность на том, что она вот-вот поплывет, а он сам окажется в смирительной рубашке. Но мир вокруг оставался неподдельным и весьма убедительным. Он не знал, когда в бар придет та самая девушка, но ясно, что надо увести ее оттуда до начала конфликта. Так что он бродил по улицам Пекина, час за часом, пока не начали зажигаться фонари, а бары не распахнули гостеприимно свои двери. Нужный он нашел быстро. И правда, солидное заведение с темными столиками и приветливым барменом. Улыбку он ему не вернул, только ткнул пальцем в пункт меню. А потом уселся за ближний ко входу столик. Он успел выпить три бокала вина, когда в бар наконец зашла та самая девушка из больницы. Хоть видел он ее мельком, но что-что, а память у Чу Ваньнина была феноменальная. Пока он собирался с силами, чтобы произнести хотя бы несколько слов, появился и А-Жань. И вид у него был совсем не такой цветущий, как утром. Он сел за стойку с хмурым видом и сразу же опрокинул в себя что-то высокоградусное. Ладно, Чу Ваньнин сюда пришел не на него смотреть. Поднявшись со своего места, он подошел к столику девушки и сел, не спрашивая разрешения. — Настолько отчаялись, что ищете приключений в барах? — спросил он холодно. Девушка уставилась на него и нерешительно приоткрыла рот. — Нечего сказать? Смешно смотреть на таких. Думаете, вас тут же склеит красавчик вроде него? Он кивнул на будущий труп за стойкой. — Да что с вами? — пробормотала девушка наконец. — Вернитесь к себе, я тут не ради знакомств. — На пальце след от кольца. Что, настолько надоели мужу, что он выставил вас за дверь? Похоже, с мужем он угадал. Глаза девушки наполнились слезами, и она вскочила со своего места. На них начали оборачиваться редкие пока еще посетители. Тот самый тоже повернулся на своем стуле. — Придурок! — бросила ему девушка и выскочила из-за стола. Чу Ваньнин проводил ее равнодушным взглядом. Ну вот, если это и его бред, он сделал все, что мог. Теперь можно допить и звонить психотерапевту. Интересно, он сможет рассказать ему эту историю? На место спасенной вдруг кто-то плюхнулся, и Чу Ваньнин застыл, не в силах поднять взгляд. — Нельзя грубить девушкам, — с мягким укором сказал этот кто-то. Хотя, кто тут еще может быть таким человеколюбивым? — Хреновый день? У меня вот хреновый. Давайте пить вместе?
