Алкоголь и Сожаления.

      — Чертовы ублюдки, — Таван выругался, опустошив четвертую бутылку пива и со стуком поставив ее на стол. От опьянения на лице появился румянец, но он явно не собирался останавливаться.       Это был всего лишь третий по счету день недели, однако это никак не помешало ему сидеть в баре и напиваться. В глубине души он надеялся, что эта жидкость, в конце концов, сможет избавить его от боли, терзавшей сердце.       3 недели, 4 дня, 48 минут и неизвестное количество секунд продолжали незаметно течь с каждым глотком обжигающего горло напитка. Ровно столько времени прошло с тех пор, как Нью женился на своей девушке и не важно, как много банок выпивки придется осушить, Тэй не мог перестать думать об этом.       — Они не могли уделить даже несколько минут своего времени? Какие они после этого друзья?! — прокричал он, сидя у деревянной столешницы бара и маша бутылкой пива. Несколько человек, которые также находились в этом заведении, были ошеломлены внезапной вспышкой Тавана. Естественно, им известно что он знаменитый артист, чья слава только начала распространятся по всему Таиланду, поэтому это был довольно сенсационный момент, когда кто-то вроде него сходил с ума в общественном месте. И, конечно же, их первым инстинктивным действием было потянуться за своими телефонами и запечатлеть происходящее.       Все же Тэй понимал, что лжет себе, ведь злость обладала им не из-за отсутствия друзей, а из-за неспособности сдерживать свои настоящие чувства. С тех пор, как появились новости о свадьбе Нью, Арм и Офф старались постоянно находиться рядом. День за днем. Однако у них тоже есть своя жизнь, и это невозможно, что они всегда окажутся поблизости, когда Тэю захочется выпить.       — Сэр, если вы продолжите в том же духе, нам придется вызвать охрану и вывести вас из клуба, — произнес бармен, который стоял за стойкой.       Таван ничего не ответил. Он встряхнул со своей рубашки несуществующие пылинки и попытался нормально сесть на стул, а затем вернулся к выпивке.       Внезапно заиграла песня, которая была ему до жути знакома. На самом деле, он знал ее наизусть. Это была песня, которую он пел последние несколько недель, каждую ночь, перед сном. Она полностью описывала чувства, которые глубоко таились в его сердце.

Как я могу осчастливить тебя, Если все, что ты делаешь, это отдаляешься от меня?

      «Что он видит в ней такого, чего не видит во мне?»       Он спросил себя и легонько коснулся лбом холодного пива, которое держал в руках. Вдруг нахлынули чувства вялости и сонливости, но боль, кажется, не утихала. Парень боялся, что если закроет глаза, то воспоминания сразу же всплывут в сознании и ухудшат его нынешнее состояние.       — Семь лет. Семь гребаных лет. И все ради чего? Женщина, которую он встретил лишь год назад? Разве я не был важен для него? — Тэй всхлипывал, пока из колонок доносились песни Билли Айлиш.       За те семь лет, что они провели вместе, он любил. Неужели это было односторонне и он был единственным, кто испытывал это? И даже сейчас… Он все еще любил, только они больше не вместе.       Прошло несколько часов и все бутылки были до единого опустошены. Количество посетителей сократилось до минимума: в здании остались только он и бармен. Тэй был полностью в отключке. А еще постоянно бормотал имя Нью во сне, и хоть охранники пытались разбудить его, все попытки оказались тщетны, он спал как убитый.       — Заглянем в его телефон, сможем позвонить кому-нибудь, чтобы его забрали, — охранник обыскал его, и через несколько минут вытащил телефон из заднего кармана штанов.       Тэй никогда не ставил пароли на свои устройства, так как не видел необходимости скрывать свою личную жизнь. Благодаря этому трудностей в попытке проверить его Контакты не возникло.       Разблокировав телефон они были немного шокированы обоями: сделанные втайне фото спящего Нью. Это было странно для парня - иметь фото другого парня в качестве обоев. Охранник и бармен обменялись взглядами, но это было лишь началом их предстоящих проблем.       Видя, что Нью был последним, с кем созванивался Тэй, бармен быстро набрал его номер и попросил забрать пьяного друга.       Через несколько минут он уже был в дверях заведения.       — Прошу прощения за поведение моего друга, не могли бы вы не предавать это огласке? — он искренне спросил бармена, пытаясь удерживать Тэя. Тхитипум только что был в кафе «Боуи» и проводил отличный вечер, наслаждаясь абсолютно другим меню, и в его глазах отчетливо виднелась усталость. Тем не менее, он считал своей обязанностью заботу о Тэе, как о старом друге.       — Я не буду, но не могу отвечать за всех, кто был свидетелем его выходок, — ответил бармен, убирая пустые бутылки пива. — Он стучал по столу и все время повторял ваше имя. Мы не раз говорили ему, что выгоним его, — продолжил работник.       Парень бросил подавленный взгляд на Тэя, который громко храпел на его плечах. Нью не знал, что чувствовать - сочувствие, за то, что увидел его в таком состоянии или что он так мучается из-за разбитого сердца? Возможно даже чувство вины, ведь меланхолия друга была именно из-за него.       Он вытащил свой бумажник, оплатил счет, а затем выволок Тэя из бара.       Шел сильный дождь, и казалось, он не прекратится в скором времени. Первоначально Тхитипум думал вызвать такси и просто дать водителю нужный адрес, но из-за ужасной погоды и нынешнего состояния друга, он не мог рисковать.       Он еле дотащил его до своей машины, пристегнул ремень безопасности, а затем не раздумывая поехал к его дому.       Когда машина выехала на покрытое дождём шоссе, Тэй заговорил, но его глаза все еще были закрыты.       — Это как в старые добрые времена, да? Ты отвозишь меня домой, просто из-за того, что я не умею водить, — он произнес слабым и пронзительным голосом.       Несмотря на дождь, который громко стучал по металлической крыше автомобиля, Нью смог с легкостью понять то, что пытался сказать человек, сидящий рядом с ним.       Он вздохнул, игнорируя замечание Тэя и сосредоточиваясь на дороге.       — Если бы я знал, что напиться - единственный способ увидеться с тобой, я бы начал пить до того, как ты женился. Может быть...       — Ты прекрасно знаешь, что этого бы не произошло, Тэй, — Нью прервал его на полуслове.       — Тогда почему? Почему ты выбрал ее, кого-то, кого ты встретил всего год назад. Как же те семь лет, что у нас были? — на этот раз Тэй уже говорил приподнятым тоном.             Снаружи лил дождь, также как и лились его слезы.       — Кем я был все эти семь лет? Скажи мне! Каждую ночь я плачу перед сном, не в силах сдерживать свои слезы и думая, где я мог ошибиться, и размышляя о том, как могу наконец дать тебе понять насколько сильно я тебя люблю...       Машина резко остановилась и шины издали неприятный визг. Остановка была очень неожиданной, заставляя их обоих немного наклониться вперёд.       — Как долго ты будешь втягивать меня в свои страдания, Тэй? — Нью спросил с гневом и грустью в глазах. — Думаешь, ты единственный, кто страдает? Я тоже переживаю не лучшие времена! Спрашиваешь, кем ты был в моей жизни за те семь лет, что мы провели вместе? Ты был всем и никем одновременно, Тэй, — он продолжил и слезы невольно потекли по щекам.       Нью крепко схватился на руль, в последствии чего костяшки его пальцев окрасились в фиолетовый.       — Иногда ты заставляешь мое сердце биться сильнее, иногда ты ведешь себя так, будто ничего не произошло. Нам никак не помогло то, что мы играли любовников, поскольку я не знаю, ты вел себя как Пит, или был собой. Ты показал мне, что неровно дышишь ко мне, Тэй, но ты никогда не говорил, что любишь меня.       Тэй не произнес ни слова. Он так долго ждал, пока Нью наконец расскажет о своих чувствах, но уловив эти фразы…       Дождь стучал по крыше автомобиля. Это жестокая правда, которую он не был готов услышать.       Он не нуждался в кофе, чтобы протрезветь, так как болезненной правды было более чем достаточно. Все эти бутылки жидкого спиртного не могли сравниться с произошедшим откровением, и он мог только догадываться, что именно он почувствовал той ночью.       — Думаю, в этот раз дела не говорят громче слов.       После долгого молчания Нью оживил двигатель и поехал. Автомобиль был наполнен тяжелой атмосферой сожаления и горечи, и они могли только надеяться, что дорога вскоре закончится.       Прошло около тридцати минут, и они прибыли к дому Тэя. Тот отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Дождь всё ещё лил как из ведра. Но перед тем, как зайти домой, он постучал в окно машины и взглянул на Тхитипума. Вся его одежда промокла до нитки.       — Иди внутрь, ты простудишься.       — Мне правда жаль...       — Надеюсь, это последний раз, когда ты звонишь мне, Тэй. Я женат. Пожалуйста, — отрезал Нью и поднял окно.       Нью уехал и слился с темнотой, а Тэй остался стоять на том же месте. Теперь он никогда не встретит человека, чье изображение он видит только в алкоголе и сожалениях.