Не лезь, дурак!

В тот день Змеедракон впервые посмотрел в противоположную от Мондштата сторону. Город свободы, конечно, восхищал его, но Город контрактов был не менее интересен. От создателя он слышал, что Ли Юэ правит Моракс, такой же дракон, как и Двалин. Дурин хмыкнул, он в несколько раз был больше дракона ветра. А если и хозяин Ли Юэ окажется не больше, то у Дракона Погибели появляется вполне себе немалый шанс отхватить себе приличные территории. Поднявшись с земли, он, переваливаясь на костяных лапах, направился в не знакомые земли. Дурин заинтересованно ступил на земли Ли Юэ. Золотые поля под его лапами почернели и сгнили, но чудовище это не заботило. Он стоял, гордо подняв голову, и осматривал окрестности. Ли Юэ, казалась усыпанной золотом. Все: деревья, трава, горы, окрасилось в прекрасные красные и золотые цвета. Люди из окрестных деревень испуганно попрятались в своих деревянных коробках, а кто-то даже попробовал убежать. Дракон повернул голову в их сторону. Из полуоткрытой пасти капала слюна, которая будто кислота разъедала все живое. Лишь камень оставался таким же, словно его не заботил, нависающий над ним зверь. Монстр сделал еще шаг и замер. Чувство истинного, первобытного, звериного ужаса приковало его к земле. Подняв морду к лазурным небесам, Дурин увидел дракона, что, будто рыба, парил среди облаков. Он отличался от Двалина, тот был изящным и легким, будто птица. Этот же дракон больше напоминал гору, парящую в небе. Никакие ветра не могли отклонить его от курса, а под чешуей Дурин видел, как перекатывались мышцы при каждом новом витке длинного тела. Когда он плавно, что совсем не соответствовало его огромному телу, спустился на землю, монстр понял, что дракон был куда больше него. Черное змеиное тело напоминало горный хребет, а золотые рога, будто подпирали небосвод. Моракс, Дурин знает его имя, гневно уставился своими, подобными самому солнцу, глазами прямо на него. Медленно и непоколебимо он приближался к чудовищу, шаг за шагом. Краем глаза Дурин увидел, как люди повылазили наружу. Они что-то радостно кричали в сторону Рекс Ляписа. Змий разозлился. Он все еще тут! Как посмели эти букашки игнорировать Его присутствие! Полуразложившееся брюхо раздулось, приготовившись похоронить червей в пламени, но следующее, что помнил Дурин, это то, как он летит, отброшенный взмахом исполинского хвоста, в скалы позади. Моракс был в гневе. Его рык был подобен реву земной тверди, заставляя все живое испуганно прятаться. Змеедракон поднялся на ноги и тоже испуганно попятился назад, волоча сломанное крыло и припадая пузом к земле, оставляя за собой гнойный след. Он уже пожалел, что сунулся на эти земли, прекрасно зная, какой ужасающий у них хозяин. Моракс распахнул пасть, откуда полилось золотистое свечение. Дурин почувствовал, ставшее уже родным, дыхание смерти, но он не хотел умирать, не так, не в таких обстоятельствах. Поэтому позорно развернулся к Рекс Ляпису спиной и поспешил скрыться в проходе между скал, соединявшему Страну Свободы и Страну Контрактов. Моракс не стал атаковать, он прекрасно знал, что обвал перекроет сообщение между странами, а своя страна была для него на первом месте. Вместо этого он также прошел сквозь горную арку и остановился ровно в том месте, где заканчивались его земли. Дурин тоже остановился, но лишь на мгновение, чтобы еще сильнее ускориться. Взгляд янтарных глаз он запомнит навсегда. Это взгляд царя пищевой цепи, сильнейшего мира сего. В будущем, каждый раз, когда Дурин оказывался в непосредственной близости от Ли Юэ, он чувствовал на себе внимательный взгляд дракона, готового в любую секунду вступиться за свои земли и свой народ.