День великой победы и великих потерь

      Скорпиус Малфой - сын чистокровного волшебника Драко Малфоя и одной из умнейших волшебниц своего поколения Гермионы Грейнджер. - Видел ли Скорп когда-то свою мать? – нет. - Узнал ли кто-то насколько Мисс Грейнджер была умна? – к сожалению, тоже нет. - Смог Мистер Малфой полюбить еще раз? – нет. - Смог ли он насладиться той любовью, которую ему показала Гермиона? – увы, но тоже нет. «2 мая 2014 года» - 16 лет с битвы за Хогвартс. День великой победы и великих потерь. - Ты слишком часто бываешь на ее могиле, Драко. - 16 лет, а вы все прибываете сюда почти в одно и то же время, Поттер. – кому-то могло показаться, что Мистер Малфой слишком груб, но за это время его улыбку мог наблюдать только Скорпиус. Была ли дружба между ним и Гарри? – да. Как же она образовалась? – они так и не поняли.       Точнее, Драко знал. Началось все с того, что он пытался заглушить ее отсутствие ее друзьями, а потом подумал, что маленькому Скорпи не помешают веселые люди в окружение. А Гарри? По иронии судьбы, младшему Малфою, как и Поттеру передались глаза матери. Темные одновременно суровые и очень успокаивающие, умные, пробирающие до глубины души глаза, от которых Поттер, так и не мог оторваться, а тем более забыть их.       Минерва Макгонагалл не верила, что Гермиона во времена войны смогла сблизиться с пожирателем смерти, так еще и родить от него сына, но, когда Скорпиус первый раз взглянул на профессора, она поняла, что в нем точно течёт кровь волшебницы.       Что больше всего ненавидели Малфои? – воспоминания в обществе о Грейнджер, сравнение сына и матери, а особенно Драко не мог стерпеть фразы «Поднимем бокал за великую волшебницу Гермиону Грейнджер, что отдала свою жизнь в тот злополучный день!», ведь он знал, в её смерти виноват только сам Драко Люциус Малфой и никто другой.       Он пытался обвинить Волан-де-морта, пытался обвинить Поттера, потому что тот, слишком долго тянул с «пробуждением» на руках Хагрида, пытался обвинить чуть ли не всех Уизли, потому что кто-то же мог ее оттолкнуть.       Всё произошло слишком быстро.       Во дворе была вся школа, когда Тёмный Лорд перестал усмехаться над речью Невилла Долгопупса, о том, что Гарри будет жить в их сердцах и всё такое. А потом он заметил Малфоя в толпе школьников и призвал к себе, но Драко решил, что должен остаться на ее стороне. Сейчас он понимает, что сделал бы по-другому, раскрывать свои чувства перед злодеем, для которого не существует слов «семья», «любовь», «помилование» и так далее, это было крайне глупо.       Малфой тронулся вперед, но повернув голову и увидев тот самый силуэт, резко сменил траекторию и остановился за ее спиной.       Нарцисса незаметно помотала головой, она прекрасно знала о их ребенке, отношениях, прекрасно понимала, что делает сын, но она понимала и то, что это не вовремя, а он хотел показать Гермионе, что больше никуда не уйдёт.       - Наш маленький Драко заинтересовался грязнокровками? – противный смех раздался эхом по всей улице. – Мальчик мой, я отдам тебе ее завтра, не обязательно метить мясо прилюдно?       - Заткнись… - он старался прошептать это, стерпеть насмешки, но…       - Мальчишка! Как ты посмел так обратиться к Темному Лорду?! – тетя Белла, как же эта сумасшедшая могла что-то упустить.       *именно этот момент был бы идеален для Поттера, кажется даже сам Гарри винил себя за, то что опоздал*       - Знаете, она не достойна! – он взмохнул палочкой и «АВАДА КЕДАВРА» - последнее что осознал Малфой в ту ночь.       Это было неожиданно, без той показухи, которую все привыкли видеть и слушать от этой змеи.       И она падает прямо ему в руки, Драко не смог даже поймать её последний взгляд, последнее дыхание, она упала как кукла, такой он её и запомнил.       Вспомнить, какая она была живой, Малфой смог только после омута памяти.       К нему подбежала Нарцисса, за спиной женщины уже разгоралась битва, последнее сражение Реддла и Поттера. Он хотел кинуться туда, мстить, но…       - Драко, сынок, нет. Помни, что ещё осталось. Ты обещал ей! – она кричала на него, хотя видела лишь пелену в глазах сына. Единственное, что казалось ей правильным, это аппарировать.       Австралия. Лазурный берег и тут уже день в самом разгаре. Они около дома её родителей. Почему? После потери памяти миссис Грейнджер, как будто, чувствовала отсутствие ребенка, поэтому устроилась нянечкой на дому. Когда Нарцисса узнала о беременности Гермионы, она сразу предложила отдать ребенка родителям, если времена до сих пор будут не самыми лучшими, так и произошло. Они планировали вернуть память Грейнджеров после войны, но никто из Малфоев не сделал этого, решив, что лучше не помнить ребенка, чем вспомнить и осознать, он мертв. Они забрали Скорпиуса и больше никогда не виделись с ними.       - Гермиона Джин Грейнджер, родная… - вот и Уизли прибыли на кладбище.       - Она была Малфой, Джинни. – Драко хорошо ладил с семейством рыжих, кроме Рона. Тот не мог простить ему смерть Гермионы, и Малфой первый раз был солидарен с ним, ведь он тоже до сих пор не простил себе это.       - Знаю, это же я передавала ей твое кольцо. – уже Джинни Поттер была крестной Скорпиуса, Гермиона взяла с неё слово в ту ночь, что при любых обстоятельствах станет второй маме ее сыну, как бы Драко не был против, а он даже не собирался перечить, как будто волшебница чувствовала, что умрёт.