Ромашка

Тихое бубнение телевизора прекращается, как только Тэхен нажимает на красную кнопку пульта. Омега прислушивается: посапывание сбоку продолжает ласкать слух. Ким переворачивается на правый бок, удобнее прислоняясь лицом к Чону. Он сильно устал: сегодня было много работы в университете, бесконечная суета, а шумные коллеги раздражали все органы чувств, не исключая обонятельного. Ещё и подходящая течка не дает покоя. После того случая в общежитии Тэхен переехал к Чонгуку и стал пропитываться запахом тюльпанов, что знатно помогало ему во время дней икс. Поэтому Ким пришёл к выводу, что гормоны успокоились только из-за появления "альфы" в его жизни. Но с последними годами просто запаха стало не хватать. Естественно, была близость с Чоном. Не банальный минутный секс, после которого, как Тэхен считал, остаётся горькое послевкусие (начитался в романах, конечно, у него такого опыта не было). Нет, это был настоящий романтический забег с долгим стартом на прелюдии. Чонгук был очень нежным в этом плане, поэтому Ким поставил ему ещё одну галочку в своём дневнике, который был создан исключительно ради Чона. Но вот незадача, ещё двух галочек в его жизни так и не появилось за последние семь лет их отношений: брак и дети. Первый пункт, казалось бы, должен быть совсем скоро (помолвка состоялась ещё в прошлом году), а вот со вторым были некоторые проблемы. Гормональный фон омеги позволял выносить и родить ребенка, но вот зачатие с бетой было затруднительным даже в 21 веке. Мысли о детях возникли сразу после университета, или же во время, Тэхен сам затрудняется ответить на этот вопрос. Просто хотелось слышать топот маленьких ножек и чувствовать мягкость небольших ручек, пытающихся ухватить родителя за нос, ощущать, как сжимается сердце от вечно недовольных криков или радостного "угу", когда покормили. Чонгук был рад услышать, что его пара тоже хочет ребёночка, но решили повременить, молодые ещё, не встали на ноги, а отговорка "Дал Бог зайку, даст и лужайку" совсем не входила в их планы. Так прошли долгие три года до того, как Тэхен получил желаемое кольцо и предложение руки и сердца под цветущей сакурой в городском парке. Банально, да, но эта банальность придала комфорта и внутренней наполненности, что так оно и должно быть, Тэхен на своём месте. Единственное, что всё ещё не давало покоя омеге — дети. Они оба хотели ребёнка, но не знали, когда себе признаться, что вот, дом есть, машина тоже, высокооплачиваемая работа, да если бы было желание, то уже давно кота завели бы. Тянуть было нельзя и Тэхен решил действовать. Намеками дело не сдвинется с мертвой точки, поэтому разговор шёл по принципу касательной, один раз коснёшься — сразу всё станет понятно. Сидели недолго, омега лишь сказал, что, возможно, нужно поехать в клинику, чтобы проконсультироваться с врачом насчёт их "гендера" и как можно эту "проблему" решить. Поехали, поговорили, решили. Поняли, что нужно делать всё-таки эко, хотя дали предварительно список витаминов и противопоказание на секс меньше трёх раз в неделю. А вдруг повезёт естественным путём. Если нет, то они первые в списке очередности на эко. К сожалению, приз они не получили. Покрутили барабан и выпал ключ, но верный был не тот, который "а может", а всё-таки сухие факты. Готовиться к эко было тоже сложновато. Нужно было целыми днями конкретно ничего не делать и просто высыпаться. Ким на этот случай даже взял месяц отпуска. В день процедуры Чонгук купил Тэхену большой букет белых роз. Он их запомнил навсегда, лучше бы конфет принес. Теперь этот символ величия и недоступности у него останется в голове, как вызов, который нужно принять и сломать себе все ноги, но доползти до финиша. В кабинете врача все прошло гладко, но через неделю кровавые пятна и боль в животе дали о себе знать. — К сожалению, все эмбрионы погибли. Попробуйте процедуру через три месяца. А в вашем случае я бы подождал шесть. И ушёл, как в самых эпичных боевиках про супергероев. Но здесь не было ничего сверхъестественного или необычного, однако впечатление осталось сильным. Что уже говорить о второй попытке, если и третья не удалась. Сказать, что Тэхен был опустошён — ничего не сказать. Всё тело ломило, он хотел ребенка, но не мог ничего поделать. "Не приживается", — эту фразу он слышал чаще, чем собственные крики в закрытой квартире, когда Чонгук, нехотя, уходил на работу, оставлял невесомый поцелуй на лбу, а после отворачивался с тяжелой душой. Ким наелся и этим всё сказано. Он просто не хочет больше видеть врачей и бесконечные больницы, он просто устал. Тэхен помнит, что на это время Чон заказал путевки в санаторий, чтобы привести себя в порядок и немного отдохнуть от реальности. Омега, конечно, согласился, он давно уже просто не закрывал глаза по ночам, а мысли в голове не давали покоя, постоянно путаясь и мешая спать. Так прошло время, боль утихла, а желание — нет. Тэхен всё ещё хотел ребёнка, но не был готов раздирать ещё совсем свежую рану, поэтому взял всё в свои руки. Он снова начал готовиться к процедуре эко, в этот раз активнее, как никогда. Тэхен уверен, что у него и Чонгука всё получится и, как говорится, если не дают лужайку, то он засеет её сам. Снимет асфальт и будет сажать каждое зёрнышко, а потом поливать и ждать, ждать, пока вся площадь не зарастёт долгожданной травой. Но как он, так и Чон не поставили точку по вопросу ребенка, они просто начали новую страничку — подготовку к свадьбе, а старую всё ещё не закончили. Была недосказанность в отношениях. Тэхен скрывал очередную попытку эко, а Чонгук много работал, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Тэхен давно понял, что его внутренняя омега отвергает всё, что не связано с бетой. В последнее время она даже стала недовольно пофыркивать от того, что Ким не балует себя проведённым временем с Чоном. Действительно, сейчас бета был полностью погружён в работу, постоянно чем-то занимался и домой приходил под утро. Естественно, это волновало не только омегу, но и его обладателя — Тэхена. Ким сначала дулся, а потом привык. Сейчас довольствуется короткими часами, проведёнными под пледом ночью. Но надоедливый червячок не давал покоя, что, всё же, и Чону нелегко справляться со всем этим. Траур прошел, цветы опали, но корни остались. Тэхен твёрдо решил выкопать их без остатка, чтобы оставить благородный чернозём для новых стеблей. Тяжело вздохнув от вновь нахлынувших мыслей и плотно прижавшись щекой к спине Чонгука, Тэхен обнял его руками, проваливаясь в царство Морфея.

***

— Соня, просыпайся, — Чонгук нежно гладит голову спящего омеги, что совсем не реагирует на посторонние звуки. — Я могу применить и другой метод пробуждения, но тогда мы оба опоздаем на работу. Я уже всё приготовил, тебе осталось лишь встать с постели, — протянув последнюю гласную, Чон легонько стал пощипывать Тэхена за бока, от чего последний недовольно нахмурился, пытаясь отогнать от себя назойливую муху Чон Чонгука, но, поняв, что это бесполезно, лишь усмехнулся, обречённо вставая с постели и покорно выдвигаясь в ванную комнату. Пока омега ушёл умываться, бета заправил постель, открыл окно и пошёл доделывать кофе. Уже сидя за столом, Тэхен пожелал доброго утра и принялся трапезничать. Чонгук сел напротив, жуя бутерброд. — Тэ, я сегодня снова допоздна, не жди меня, как вчера, сразу ложись спать. Ты измотаешь себя так, лучше отдохни и выспись, — Чон сделал небольшой глоток из свежезаваренной чашки кофе. Ким лишь пожал плечами, мол, не знаю, могу и подождать. — У меня отчётный период закончится только в пятницу. Ты ведь знаешь, какой июль всегда тяжёлый. — Знаю, поэтому и молчу. Да и я, в принципе, сбил свой режим сна, могу ночью совсем не спать, после работы высыпаюсь вдоволь, — Тэхен мельком посмотрел на Чона, который лишь понимающе кивнул. Работа учителя, действительно, не простая. Больше они не говорили аж до самого университета, где преподавал Тэхен. Поцеловавшись на прощание, Ким спешно вышел из машины, не забыв помахать рукой вслед уезжающему Чону.

***

Очередной тяжёлый день и очередная порция головной боли. Ким в последнее время стал замечать, что очень быстро устаёт: то ли работа на него так влияет, то ли ужасно дождливая погода. Сезон дождей в Японии — отдельный вид искусства для мазохистов. Очень влажно, так ещё и невероятно душно. Дойдя еле как до дома (Чонгук не смог его подобрать машиной, работа), Тэхен быстро разделся и оперативно пошел греть ванную. Он промок, так как отдал свой зонтик ученику, и, походу, ещё и заболел, а это нежелательно, скоро зачёты и экзамены у студентов, которые нужно принимать в лучшем здравии. Уже сидя в тёплой ванне, Тэхен стал прокручивать сегодняшний день. Всё было как обычно: утро, чай (от кофе он воздерживался по понятной причине), работа, дом. Всё сводилось к нему. Единственное, чего не хватало в последнее время — Чонгука. Тэхен и рад был бы закатить истерику, но он слишком взрослый и всё понимает. Понимает, что Чон тоже устаёт, понимает, почему они отдалились. Действительно, чувствовалось небольшое напряжение в отношениях. Ни Чонгук, ни Тэхен не поговорили на терзающую их душу тему так, как это требовала ситуация. Возможно, это Тэхен слишком чувствительный и ему не хватает, но Ким же видит, что Чон тоже это понимает. Вздохнув от своей тяжёлой доли, Ким не заметил, как уснул в ванной. Проснулся он уже в теплой постельке, только вот Чона рядом не было, так как он обнаружился за рабочим столом с закатанными по локоть рукавами чёрной рубашки и такими же чёрными от грифеля руками. Ким лишь поудобнее устроился на подушке и прикрыл наливные веки. Думать совсем не хотелось. Он провалился в глубокий сон.

***

— Алло... Да... да... плохо себя чувствует.... Дома... Больничный. Тэхен проснулся от негромкого разговора из коридора. Не вникая в суть дела, единственное, что Ким понял по своему состоянию: у него температура. Всё-таки заболел. Омега потёр глаза. Голова болела нещадно. А в этом виновата лишь ужасная погода и так некстати пошедший дождь. Тэхен устало вздыхает, прикрывая глаза. Ким почувствовал, как что-то прохладное коснулось его лба. Привстать с постели ему не дали сильные руки, немного придавившие его к кровати. — Постельный режим, — Чонгук укрывает его одеялом, легонько чмокая в щеку. — Я сегодня взял выходной, поработаю дома и буду смотреть за тобой. Всё-таки это моя вина, что я тебя не забрал вчера. — Ничего страшного, я просто надеюсь, что твой проект скоро закончится... "... и ты будешь со мной". Тэхен шморгнул носом, ближе пододвигаясь к Чону и подставляя пылающее лицо холодным рукам. Думать совсем не хотелось, главное, что ему дали больничный и что Чонгук рядом, а всё остальное не столь важно. Чонгук прикусил губу, ему стыдно, да, но сейчас уже время не вернуть. Единственное, что он может сделать сейчас — это позаботиться о своём омеге и помочь ему в трудную минуту. Увидев, что Тэхен потихоньку прикрывает глаза, бета ушёл на кухню за тёплым чаем с малиной.

***

Сделав последний штрих на чертеже, Чонгук снял очки, устало потирая глаза. Он работал над этим проектом последние три месяца не покладая рук. Когда Чон шёл в университет, у него не было представлений о том, что он не будет спать ночами, лишь бы сдать работу. На данный момент из-за его упорства и труда, которые он показал в университете, а в дальнейшем — на собеседовании, Чонгук стал архитектором в одной из крупнейших строительных компаний Японии. Он является ведущим специалистом, но из-за того, что молодой, на него сваливают всю грязную работу. Пока что ему не позволяют заниматься крупномасштабными проектами, ещё "мало опыта". Но эта трехмесячная работа должна дать сдвиг и прописать пинок старым устоям. Он выложился на все сто, и завтра Чон ещё посмотрит, кто вытрет молоко с губ. Он влюблён в свою работу, ему нравится шорох карандаша и запах нового листа бумаги, с годами даже понравилось смывать чёрный грифель с локтей. Но старшее поколение не даёт развивать сферы деятельности, возвышая традиционные ценности. Мы живём в 21 веке, нужны креатив и новизна — свежий воздух для всего в этом мире. Так почему же у нас отбирают наше детство и отдают предпочтение молодости 60-х годов. В эпоху искусственного интеллекта человек должен превосходить грани возможного, показывая, что он всё ещё является высшим существом на планете. Конечно, не стоит забывать об истории, это дань нашим предкам, это то, что мы должны сохранить в наших сердцах, а не передавать это через материальные ценности. Времена меняются, меняется поколение. Сегодня уже не будет так, как это было сто лет назад. Чонгук лишь усмехнулся своим мыслям. Он обязательно построит свою карьеру, это лишь вопрос времени. А сейчас он должен посвятить своё время человеку, которого встретил случайно, и понял, что не отпустит никогда. На самом деле, ему не предлагали эту работу, он узнал про неё сам. Компания, как всегда, не посвящает новых сотрудников в крупные проекты, оставляя новичков лишь пускать слюни и дожидаться своей очереди за дорогим сыром. Чон хотел вырваться из пучины рутинной обязанности не только на работе, но и дома. Приходя домой, он видел расстроенное лицо своего жениха, уходя — сонное и всё такое же опухшее от слез. Ему тоже больно, больно, когда он имел комплекс неполноценности и постоянно думал, что не достоин нормальной жизни, больно осознавать, что из этого дерьма его вывел самый близкий человек на свете, но жизнь, как ни крути, опасная штука. Невозможно распланировать своё будущее, расписать планы на завтра. Кто бы ни говорил, что ведёт дневник на несколько дней, недель, а то и месяцев с годами наперед, говорил чушь, потому что никогда не сбывается то, что заглянуто слишком далеко. Никто не может сказать, что будет в ближайшие пять секунд, что уже говорить про минуты, а то и часы… Бессчетное количество времени Чонгук думал… Думал, и всё, что ему тогда было нужно — это ответ на его вопрос. Он пытался найти его сам, рвался отыскать неизведанное, но в этом-то и кроется загадка — его просто нет. Нельзя выдумать несуществующую иллюзию и превратить её в реальность, это происходит в нашей голове, то, что мы называем будущим. Закрыться в себе недостаточно, нужно открыть эти замки, выломать их, выпустить нутро наружу, чтобы стало легче дышать. Чтобы не чувствовать стискивающего шею клейма, но потом опомниться и залезть в свою каморку обратно, нужно знать свое место. Чон обернулся, чтобы посмотреть на спящий комок, спрятанный под одеялом. Тэхен тихо посапывал от насморка, что мучал его последние сутки. Бета был сегодня идеальным нянем, который и завтрак в постель приготовил, и чай с малиной дал (температура небольшая, из таблеток в ассортименте только обезболивающее), и приласкал. Всё выполнил, остался ещё лишь один пункт, но о нём уже завтра. А сегодня он сходит в душ и ляжет в гостинной на диване, чтобы не нарушать чуткий сон Тэхена.

***

Ким встаёт с мыслью о том, что проспал будильник. Он резко поднимает голову, а вместе с ней и туловище, но, как только заметив 6:30 на часах и цветы на тумбочке, ложится обратно на подушку. Сегодня выходной день, вчера была пятница, которую он проболел. Тогда можно не волноваться и дальше спокойно погружаться в сон, где будет успокоительное слово "суббота", 6:30 и цветы. Да, всё по плану. Стоп, а цветы откуда? Омега раскрыл один глаз, чтобы проверить, не ошибся ли он. Увидев, что они всё ещё стоят, открыл второй и даже потер их, но ничего не изменилось: жёлтые цветы так и стояли в вазе, радуя своим видом. Тэхен выполз из-под одеяла и направился прямиком к тумбочке, стоящей от кровати на расстоянии метра. Ким долго рассматривал цветы, вдыхая приятный аромат и прикрывая глаза от удовольствия. — О... Ты уже проснулся, я приготовил тебе сюрприз, — омега обернулся и увидел перед собой Чона, застёгивающего белую рубашку на рукавах. Бета подмигивает Киму, быстро выходит из комнаты и, возвращаясь, что-то приносит с собой. Это завтрак в постель. Тэхен посмотрел на это произведение искусства: смайлик из орео, криво обмазанный сливками и немного посыпанный корицей. Омега засмеялся, но от дегустации не отказался. Всё как по канону: сладко, чтобы слиплось. Ким поблагодарил Чонгука смачным чмоком в щёку и попросил освободиться пораньше. — У меня сегодня будет отчётный день, я вернусь рано. И развернулся на каблуках, шагая в сторону входной двери. — И, пожалуйста, будь готов сегодня вечером не упасть со стула. Ким не понял, к чему была эта фраза, но всё-таки запомнил, а мало ли. Его мучал один вопрос — простуда. Он не так сильно намок, да и простыть за такое время очень трудно. Поэтому Ким решил пойти в аптеку и купить тест, а вдруг, как говорят "повезет".

***

Тэхену неймётся уже который час. Он целый день пробыл на кухне, выготавливая произведения кулинарии, выдраил всю квартиру и даже написал план-конспект пар на следующую неделю. Начнутся зачёты в университете, а там и отпуск не за горами. Сейчас Ким просто отдыхает в гостиной, просматривая какой-то фильм, в суть которого он даже не вникает. Его интересует Чонгук и его фраза. Вот умеет же заинтриговать, а потом ничего не сказать. Просидев в тишине, поглотившей его раздумия, ещё минут пять, Тэхен услышал звуки открывающейся двери. — Действительно, рано... — пробормотал омега, поглядывая на часы. Только 17:45. — Тэхен-а, ты где? — Ким вышел из зала в прихожую, встречая улыбающегося Чонгука с пакетом, в котором виднелся торт. — Я сегодня успешно сдал проект, над которым пыхтел последние три месяца. Мне дали премию. А это значит, что мы с тобой будем отмечать это событие в Киото! Тэхен стоит в ступоре, хлопая ресницами. Как это, в Киото? — Мы едем в отпуск в Киото? — Да, я помню, что ты просил тебя туда свозить. Вот, сейчас даже случай подходящий. Я всё продумал, если мы... — Чон не успевает договорить фразу, как на него налетает омега, расцеловывая ему щёки и говоря много-много раз "спасибо". — Это не мне, а тебе нужно говорить спасибо. Ты столько времени меня ждал с работы и никогда ничего не говорил. Тэхен, я сделаю всё, чтобы ты был в достатке... — Любви и понимания. — Да, в этом плане тоже.

***

Отпустив всех студентов на каникулы и подписав все зачётки, Тэхен складывает вещи со стола в сумку, поглядывая на часы, что висят в углу комнаты. Чонгук скоро должен приехать за ним, они пойдут покупать минимальный запас продуктов в дорогу и паковать чемоданы. Тэхен знает историю Японии по учебникам, но никогда не бывал в самых колоритных её подноготных. Ему хочется испробовать Японию всю, не спеша, смакуя. Конечно же первый город и самый интересный для посещения — Токио, но это для современного туриста, которого интересует Диснейленд, а вот настоящего ценителя не только искусства, но ещё и культуры Японии, в первую очередь привлекает загадочный и красочный Киото. Киото — это древняя столица страны восходящего солнца, её прежнее название было Хэйанкио, что так и переводится "столица мира". Любого, кто посетит это место, должен привлечь буддийский храм Киемидзудзера, воздвигнутый в 805 г. У него очень громкое название "Храм чистой воды". Многие говорят, что зайти туда может любая душа, а выйти чистой — не каждая. Он привлекает своими красотами, а мудростью — влюбляет. Храм Ниси-Хонган-дзи всегда интересовал Тэхена своей утонченностью, ведь именно в нём находится тысяча вырезанных из дерева и позолоченных скульптур богини Канон, в честь которой он и был воздвигнут. Именно она покровительствует благополучию в доме и, особенно, рождению детей. Долго можно говорить об этом городе. Тэхен выстроил план поездки, обозначил все места, которые хотел бы посетить, и выдохнул, когда понял, что они успеют всё обойти.

***

Пребывая в отеле, Ким умиротворённо прикрыл глаза. Сегодня произошло очень многое: он с Чонгуком посетил Серебряный — Гинкакудзи и Золотой — Кинкакудзи павильоны. Они — как братья-близнецы, только один был нетронутым совершенно, а другой восстал из пепла, но оба невероятно красивы. Стены в Кинкакудзи покрыты листами чистого золота, он был основан военачальником Аскикага Есимицу. В нём заложено всё его богатство и роскошь, которые он стремился показать. Это место и стало его усыпальницей. Внук Есимицу решил продолжить работу своего предка и построил в Восточной части Киото храм — Гинакакудзи. Стены этого здания были покрыты уже серебряными листьями. Говорят, что внук хотел переплюнуть своего деда, однако, будем честны, золото никогда не станет дешевле серебра. Именно Кинкакудзи подожгли, безжалостно оставив гореть. Что обычно делают с теми, кто превзошел самого себя. Они горят синим пламенем, выжигая всю боль, что накопилась внутри, и восстают из пепла. Только вот незадача: они никогда не станут такими, какими были изначально. Теперь посетители видят точную копию оригинала. Тэхен приложил ладонь к глазам, они обошли весь Киото ради этих двух храмов, которые нужно смотреть в один день — так быстрее сможешь найти отличия, которых, казалось бы, и нет. На данный момент Ким хотел только одного: плотно поужинать и лечь спать, чтобы завтра иметь силы на новые приключения.

***

Уже вечером следующего дня Чонгук и Тэхен запланировали поездку в храм Киёмидзудэра. Это очень живописное место, именно оно чаще всего изображено на сувенирных брелках и магнитах. Храм расположен на горе, и построен он без единого гвоздя. Внутри же находится главный объект поклонения — одиннадцатиликая богиня Канон, которая олицетворяет человеческие желания. Ты только попроси, а отдача — твоё преклонение. Пройдя через этот зал и загадав заветное желание, пара низко поклонилась, передвигаясь немного поодаль от богини. Там находится Святилище Дзисю, посвящённое покровительнице любви и брака. А перед входом в храм на расстоянии восемнадцати метров друг от друга стоят два камня. Если влюбленные пройдут с закрытыми глазами от одного к другому, то их ждёт успех в любви. Немного ломанно, но успешно, Чонгук и Тэхен всё же прошли этот путь. Подойдя к основанию старинной архитектуры, пара увидела водопад Отова. Он разделен на три струи, каждая из них имеет волшебную силу: одна даёт долголетие, другая успех в учебе, а третья — в любви. Но по преданию пить сразу из трёх источников считается жадностью, поэтому нужно выпить из того, чего больше всего желается. Набрав в кружку воду Чонгук и Тэхен вместе выпили. И последний этап в их программе — это Пагода Коясу. Её посещение способствует успешному деторождению. Конечно, молитвы не заменят лекарств, а красочные брелки не поднимут настроение, но надежда и вера всегда стоят рядом, помогая не сойти с ума. А любовь является фундаментом для появления этих двух сестёр. Тэхен немного замешкался, доставая из кармана предмет своего волнения. Он терпел весь вечер, понимая, что скоро они дойдут до цели. — Ты ведь знаешь красивую историю этого места, особенно того, где мы сейчас находимся, — голос невольно дрогнул, выдавая внутреннее волнение омеги. Чонгук кивнул, слегка наклонив голову и немного нахмурив брови. Слишком подозрительная мордашка стоит рядом и что-то пытается ему донести. — Но сегодня мы не будем просить о детях, нам надо молиться за их рождение. Омега протягивает тест, обвернутый в крафтовую бумагу и обвязанный красной лентой. Бета всё ещё хмурится, но открывает упаковку, расширяя глаза. На приборчике светится "1 month". Сказать, что Чон в шоке, ничего не сказать. Сердце бухало в ушах, активно транспортируя кровь во все органы, кроме головного мозга, который отказывался принимать реальность. Всё ещё не приходя в себя, Чонгук может лишь расцеловать своего "практически" мужа, крепко обнимая и, наконец, опускается на колени перед ним, целуя живот. — Неужели у нас получилось, — на глаза наворачиваются слезы, а руки нежно притягивают омегу за поясницу, прижимая живот ближе к уху, будто бета сможет услышать сердцебиение их ребёнка. — Нет, Чонгук, это мы смогли… Теперь в дневнике Тэхена появится лишь дописанная страница, которая раньше была пропущена, и поставлена жирная точка, точка конца и начала.