Вечность под Луной

      «Весь мир — театр, а люди в нём — актёры». Другими словами, люди — куклы, марионетки, тут уж называйте, как хотите. Забавно, ведь это звучит так, словно люди — ничто, но если посудить и рассмотреть эту цитату великого писателя Шекспира поглубже, то можно понять, что он имел в виду совершенно не это. Что за театр без этих игрушек? Для театра люди — это слабость.       Часто говорят, что «театр» — порой жестокое место, которое заставляет людей совершать разного рода плохие поступки. Порой же он — место райское, которое заставляет радоваться каждому счастливому моменту. А иногда ты чувствуешь себя совершенно никем, в этот момент первое впечатление от великой цитаты становится правдой.       Для Мин Ары эта правда является что ни на есть настоящей. Быть никем она привыкла, и уж точно выполняет свою роль, ничем не привлекая внимания, — в целом, серая масса, как и многие другие, впрочем. Быть для кого-то той самой слабостью — даже смешно, по полу кататься хочется, а порой и плакать тоже.       Вроде, обычная, а там уж кто его знает, как говорят: «На любой товар свой покупатель найдётся». Бледная кожа — иногда кажется, что призрак, и не дают так подумать только пухлые розовые губы; большие для кореянки глаза, да ещё и чёрные, как уголь, ровный нос, да и волосы вроде не солома, хоть саму Ару жутко бесят, слишком уж пушистые.       Некоторые друзья, вроде остроумного Намджуна, часто говорят ей, что она слишком плохо о себе отзывается, а вот весельчак Тэхён часто подшучивает над ней, говоря, что мертвец пожаловал. За это ему хорошенько достаётся чем-нибудь по голове, а частенько подушкой или книжкой того самого Намджуна, на что он вечно кричит и готов этих младшеньких уже и сам прибить.       Ара чем-то похожа на этих двух. Она как смесь характеров обоих, наверняка потому что знакома с ними довольно давно, почти с самого детства. Любит читать, как Намджун, откуда и понабирала целый вагон цитат Шекспира и многих других известных авторов, но в то же время может поддержать любую вечеринку, прямо как Тэхён. Поэтому сотни раз эти двое, как её личная охрана, какой-нибудь «Щенячий патруль» или «Чип и Дейл», бежали ей на помощь после хорошего отдыха в известном клубе Сеула. Намджун отчитывает и читает лекцию уже который «час», Тэхён заталкивает в машину, а она продолжает что-то под нос бормотать.       «Сколько бы парней ни клеилось, всё не те. Не хочу я быть их слабостью. К чёрту всё».       Это обычная сцена после её хорошего отдыха, ведь только раз в сто лет, когда появлялся свободный день, она выбиралась с работы. Как выживать после той самой работы или выпивки — другой вопрос да и не важный совсем, согласны?       Обычный день, обычный отдых в кругу друзей за просмотром фильма, и всё бы ничего, если бы два тех самых друга не начали злиться, сидя на полу, пытаясь уже заткнуть свою подругу. А дело в том, что Ара продолжает спойлерить фильм, хоть и не смотрела его. Ну не виновата же, что он настолько предсказуем. «Сейчас она споткнётся, он её поймает, потом буря, иска, чёртово безумие, и они поцелуются», — очередной комментарий, и те уже готовы на стены лезть, только чтобы Ара наконец-то замолчала и дала спокойно насладиться фильмом, хоть уже и совершенно не интересным, потому что реально клише, банально. Они и сами это знают, но всё же хоть как-то нужно развеяться в тихой обстановке. В такие моменты Намджун вспоминает кое-что и предлагает Аре посмотреть какой-то ужастик, и та старательно отказывается и умолкает. Что-что, а ужастики она смотреть не будет, она их действительно боится. А друзья только ухмыляются: ни пауков, ни высоты или замкнутого пространства не боится, как большинство девушек, а от хоррора в такой ужас приходит, что готова всю оставшуюся жизнь молчать. Такой день заканчивается обычно: со спокойно сопящей на диване Арой, что уснула посередине фильма, и с двумя друзьями, что выключают телевизор и укрывают её пледом, а после уходят.       Весь следующий день, что, кстати, тоже оказался выходным из-за какой-то ошибки в документах на работе, Ара скучала. Пыталась хоть чем-то развлечься: то читала книгу уже чуть ли не вверх ногами, то смотрела телевизор, где шла очередная банальная мелодрама, что ей уже изрядно поднадоела, ибо «любовь, из-за которой бабочки в животе, вечный букетно-конфетный период и счастливая жизнь до гроба» — для неё действительно фантастика. Она соврёт, конечно, если скажет, что такого ей бы не хотелось, но всё равно не верит, что такое возможно, и это заставляет её поразмышлять над тем, кто она: пессимистка или реалистка.       В итоге вечер настал, и Ара вздохнула полной грудью, ведь теперь она могла выйти, отдохнуть под хорошую музыку в клубе, потанцевать, немного выпить, в общем — хорошо провести время, хотя бы под конец этого месяца, потому что до этого отдыхать возможности не было.       Время летело с бешеной скоростью, но хорошо повеселиться не удалось, паспорт-то она забыла дома, и, если охранник на входе всё-таки поверил, что ей двадцать три, то бармен — нет, продолжая на все уговоры твердить, что не имеет права разливать алкоголь без документов, где был бы подтверждён возраст её совершеннолетия. И, честно сказать, всё, что в этом ей понравилось, это то, что он не верил, что она уже переступила этот порог, а значит, выглядит она очень молодо. Это не может не льстить. Но вечер от этого хорошим не стал всё равно, ведь ещё какой-то парень пытался подкатить, а ей на это глубоко плевать, внутри будто пусто. Мелодрамой и не пахнет. Интересно, и из-за чего же она так категорична к любви? Сама не совсем понимает. Может быть, просто не было такого, чтобы что-то в груди ёкало и в ушах звенело? Или, быть может, просто она слишком хорошо себе внушила, что такого даже и не бывает?       На улице продувал ветерок, ночь окутала всё вокруг так, что если бы не фонари и не яркая вывеска с названием клуба, что светила с другой стороны слишком ярко, то не было бы видно совсем ничего. Она разочарованно выдохнула, осматривая всё вокруг чёрного выхода — он для персонала, но иногда самые непослушные туда могут пробраться, чтобы побыть в тишине и в одиночестве со своими мыслями. Неожиданные звуки, словно кто-то чиркает мелом на асфальте за стеной, заставили Ару остановиться, когда она собиралась уже возвращаться назад в помещение.       Вся эта обстановка напомнила девушке какую-то страшную сцену из ужастика, но любопытство взяло верх, и Ара пошла на звуки, про себя не забыв подметить, что так и умирают невинные в тех жестоких фильмах. Она усмехнулась себе и медленно заглянула за стену, где увидела парня, сидящего прямо на полу, который с совершенно грустным видом что-то черкал на асфальте — не прогадала с последним. Он даже виду не подал, когда та оказалась рядом, хотя наверняка слышал её приближение да и видел её обувь рядом со своими ногами.       Почему-то Ара не испугалась и, ещё раз про себя подметив, что пожалеет обо всём потом, села рядом, успев ещё и похвалить себя за то, что надела шорты, в которых удобно. Парень лишь мельком взглянул на неё и продолжил что-то писать на полу.       «Ничто не вечно под луной», — гласила надпись, когда парень закончил. Девушка усмехнулась — Шекспир её преследует? И снова философия лезет со своими советами, говорит, чтобы та сказала, что думает. Ара с великим усилием сдерживала свои мысли ещё ровно минуту, а потом просто сдалась. Ну что такого, если она раз поговорит с каким-то парнем, с которым её ничего не связывает, с которым она больше не увидится.       — Тебе не кажется, что тут он был не совсем прав? — подала свой голос Ара. Парень в ответ усмехнулся, не поднимая взгляда, и совершенно точно понял, о чём речь. — Нет, серьёзно. Луна ведь вечна, всё под ней может быть таким же, если очень этого захотеть.— Молчание парня заставило девушку смотреть на него ожидая ответа. — Хотя, возможно, я слишком оптимистична. — Вот теперь Ара точно запуталась, кто же она на самом-то деле.       Парень продолжал молчать. Долго, достаточно, чтобы успеть сквозь темноту увидеть, что он довольно привлекателен: тёмные волосы, спадающие на лицо, ровный нос, немного пухлые губы и такое же бледное лицо, как и у самой Ары, тёмного цвета глаза, а пару родинок на нём придавало парню изюминки, делало более загадочным. Молчание длилось дольше, чем ожидала Ара, поэтому привычка кусать губы при ожидании легко вырвалась наружу. Ара уже вздохнула, понимая, что разговор не заладится, и начала подниматься, собираясь уйти и не мешать человеку, который, похоже, всем своим видом хотел дать понять, что хочет побыть один.       — В чём-то ты права, — внезапно подал свой голос парень, и Ара снова приземлилась рядом. — Но почему-то не все люди этого хотят.       — Это да. Но люди глупы. Постоянно жалуются на свои проблемы, но они же сами их создают. В это же время можно просто наслаждаться жизнью: делать что хочешь, говорить что хочешь…       — Говоришь так, будто ты никогда не жаловалась и всегда только радовалась, — упрекнул парень сразу же, как Ара закончила свою речь.       — Нет, я тоже одна из первых, — совершенно не обижаясь на слова парня, сказала та. — Я жалуюсь. Частенько. — Парень улыбнулся на её слова, и сама Ара не совсем поняла такой реакции. Но парень молчал и просто смотрел вдаль. Было ощущение, будто больше и не надо было говорить, и оба понимали друг друга и так. Словно парень говорил: «У меня проблема», а Ара отвечала: «Ты можешь мне рассказать, я пойму». — Кстати, меня Ара зовут, — вдруг спустя затянувшееся молчание сказала девушка, хотя и сама не поняла, почему, ведь вроде видеться с ним больше не собиралась.       — Чонгук, — кратко ответил парень с такими же мыслями, как и у девушки.       — Хорошо, Чонгук. Я не знаю, что у тебя произошло, но точно могу сказать, что ты сидишь здесь неспроста, а именно поэтому давай при следующей встрече скажем друг другу, что перестаём жаловаться и будем радоваться каждому моменту в жизни. Будем ею наслаждаться, — вдруг довольно позитивным и немного утвердительным тоном сказала Ара.       — С чего ты взяла, что я жалуюсь? — вдруг посмотрев на собеседницу, спросил парень.       — А почему ты тогда сидишь здесь с таким угрюмым видом? — спросила Ара, не ожидая ответа, а после поднялась. Парень усмехнулся, кажется, она его всё больше удивляет своими высказываниями. — До встречи, Чонгук, — сказала та напоследок и ушла, скрываясь за дверьми клуба.       Дни и недели проходили очень быстро. Ара полностью погрузилась в работу, и лишь изредка, когда появлялась свободная минутка, она отдыхала дома в кругу своих друзей. Почему-то с самого детства в её окружении постоянно присутствовали только одни парни, с которыми ей, кстати, было очень хорошо, она словно в своей тарелке, а поэтому с девочками дружба никак не складывалась — они такого порыва не понимали.       — Ара, ты видела, что через несколько дней в театре поставят пьесу Шекспира? — спросил Намджун, на секунду отрываясь от нарезания помидоров для салата. — Я уже был в прошлый раз, когда у тебя не вышло из-за работы. Может быть, в этот раз получится пойти?       — Правда? Я была бы очень рада этому, — ответила девушка, подходя ближе к холодильнику, чтобы достать другие овощи.       — Да зачем оно тебе надо? — вдруг немного разочарованно спросил Тэхён, сидящий сзади за столом. Он выглянул из-за газеты и недовольно осмотрел друзей. — Лучше фильмец какой-нибудь дома посмотреть.       — Да она каждый раз, когда у неё оказывается свободное время, либо фильмы смотрит, либо в клубе развлекается. А так хоть разнообразие будет, — сказал Намджун, поворачиваясь к другу и вытирая руки о фартук.       — Ладно-ладно, не ссорьтесь, — проговорила Ара, и парни, что уже были готовы друг друга заклевать за разное мнение, успокоились, продолжив заниматься своими делами.       В такие моменты Ара задаётся вопросом, как эти двое вообще подружились, ведь они совершенно разные. Тэхён верит во всё подряд, вроде инопланетян и лунных кроликов, весельчак и вечно тратит всё свое время на что-то вроде просмотра фильмов, игр в компьютере или похода в клуб, в то время как Намджун более спокоен и рационален, любит читать книги, ходить в театры и на всякие там вечера чтения. Конечно, и он порой любит посмотреть что-то по телевизору, но не увлекается, как Тэ.       А вообще Намджун не умеет готовить, но всё равно берётся, чтобы хоть чем-то помочь, поэтому Ара не отрывая глаз присматривает сейчас за ним, чтобы тот не дай бог не натворил чего-нибудь, просто нарезая помидоры. А Тэхён частенько бездельничает, прямо как сейчас, и единственное, на что готов большую часть своего времени — это пение. «Ну, хоть так», — думают частенько друзья. Голос у него действительно что надо, мог бы и в айдолы податься.       Несколько дней пролетело слишком быстро и, получив один выходной, как раз в день показа пьесы, Ара собралась и поехала в нужное место. Намджун спровадил девушку с большущей улыбкой, что даже его прекрасные ямочки видно было, и та улыбнулась в ответ, а Тэхён лишь мотал головой из стороны в сторону, говоря, что зря время тратит, но они знали, что это он несерьёзно, и он правда желает хорошо провести время подруге. Ара, помахав рукой, ушла.       Вся пьеса была захватывающей, девушка сидела, полностью погружённая в события. Актёры сыграли на все сто, декорации продуманы отлично, в общем — всё на высшем уровне. Выйдя из здания в полном восторге, девушка поплелась прогуляться по вечернему Сеулу. Всё казалось ей нереальным, ведь в театр она давно хотела, а на пьесу Шекспира, который её в последнее время преследует, — так вообще.       В поле зрения Ары попался автомат с игрушками, и, решив испробовать свои силы и удачу, зацепить хоть что-то, она подошла и всунула нужную монету в машину. Один, три, пять раз, а всё не получалось ничего вытащить, и это начинало раздражать. Вдруг за спиной Ара услышала лёгкий смешок и обернулась. Но вся злость сразу же испарилась, и на замену пришло удивление. Это был Чонгук. Вот так встреча.       — Чего ты смеёшься, сам бы попробовал. Это не так легко, как кажется. — спустя несколько мгновений обиженно проговорила Ара, глядя на парня. Так просто, даже никакого приветствия, будто давние друзья… Чонгук улыбнулся по-доброму и подошёл, отдавая нужные монетки машине.       — Какую хочешь? — спросил он, поворачивая голову в сторону стоявшей рядом девушки, что надула губы, словно маленький ребёнок.       — Котика, — кратко ответила та, осматривая всю кабинку и кивая в сторону нужной игрушки. Чонгук улыбнулся и принялся на «охоту» за тем котом. Спустя пару мгновений игрушка уже была в руках парня, что немного насмешливо улыбался, не имея в голове ничего плохого, маяча котом перед лицом Ары, что не могло её не злить. Вот так легко выиграл? А она чуть ли не сто раз пробовала.       — Вот блин, — сказала Ара и пошла вперёд, складывая руки на груди. Парень побежал за ней, останавливая.       — Для тебя же достал. Держи, — сказал Чонгук, протягивая игрушку Ари. Она, вздохнув, приняла подарок и, как последняя дурочка или маленький ребёнок, начала улыбаться вовсю, прижимая котёнка к себе. Ну, что поделать, иногда даже в двадцатитрёхлетних просыпается ребёнок, что радуется всему подряд. Но вообще, Ара считает, что люди в любом возрасте могут быть детьми, могут проявлять некоторые их качества вроде ребячества, непринуждённости, честности, и это никак не плохо. Остальное время, идя по аллее, они молчали, пока Ари не решила всё-таки прервать тишину.       — Вижу, ты начал жить моментом и радоваться жизни, — вдруг проронила Ара. — Улыбаешься. Справился со своими проблемами?       — А я вижу, что ты ещё больше начала жаловаться. Нужно исправлять, — игнорируя вопрос, на который ответ вполне очевиден, с улыбкой на лице сказал парень, после чего Ара остановилась и посмотрела на него.       — Ты прислушался к моим словам. Я рада, — проговорила девушка, а парень посмотрел в небо, где красовались звёзды и луна в их окружении. Вдруг парень сорвался с места и побежал вперёд, где была детская площадка, и просто лёг на землю, что была укрыта ровно покошенной травой. Ара, удивлённая таким поведением, подбежала за парнем, протягивая ему руку. — Ты чего это? Поднимайся, давай! — немного обеспокоенным тоном сказала та, но парень отрицательно покачал головой. — Это же безумие, — с улыбкой на лице проговорила Ара, немного расслабившись. Парень схватил руку Ары и потянул на себя, и от неожиданности та не успела остановиться и упала прямо на парня. Она подняла голову с груди парня, куда успела уткнуться, и они столкнулись взглядами, такими пронзительными, словно смотрели в душу друг другу. Казалось, что мир остановился, застыл. Внутри что-то полыхало, заставляя чувствовать окрылённость. Щёки вмиг становились на тон краснее. Сердце билось так, как не билось рядом ни с кем.       — У всякого безумия есть своя логика, — непонятным Аре тоном сказал парень, так и не обрывая зрительного контакта. От услышанных слов девушка радостно засмеялась, пытаясь убрать неловкость. Смеялась, слезая с парня и ложась с ним рядом на землю, всё так же прижимая игрушку к себе поближе, в то время как Чонгук не мог оторвать от неё взгляда. Ему вдруг захотелось, чтобы она всегда смеялась так.       — Ты прав, — сказала та, переставая смеяться. Они оба посмотрели на небо, на звёзды, на луну, и снова казалось, что слова больше не нужны.       — Луна сегодня особенно прекрасна, — вдруг сказал парень. Ара от удивления присела, складывая ноги в позе лотоса, и перевела взгляд с неба на парня, что только спустя пару секунд сделал то же самое. И снова глаза в глаза. Девушка обдумывала, что сказать, ведь оба понимали, что всё это значит, пыталась понять свои чувства, в то время как Чонгук с совершенно спокойным видом сидел и ждал её ответа, когда внутри сердце бешено билось от переживаний.       — Красивая настолько, что можно и умереть, — ответила та ещё спустя некоторое время после обдумывания всего произошедшего и сказанного.       Парень улыбнулся и выдохнул. Чонгук немного неуверенно наклонился к сидящей напротив Аре и прикоснулся своими губами к её, давая время оттолкнуть. А когда этого не последовало, и девушка лишь обвила руками его шею, то углубил поцелуй, притягивая её ближе. Казалось, словно то самое безумие, о котором говорят в фильмах, захватывает их с головой, оно поглощает и ещё долго их не отпустит, а если быть честными, то надеется, что никогда не отпустит. И почему-то сейчас Ара, когда Чонгук целует её со всей нежностью и страстью одновременно, прижимает так близко, насколько это возможно, думает, это и вправду может случиться. И она этого правда желает. Он целует без всякого стеснения, что их кто-то увидит, а она отвечает, потому что и ей, собственно, на это плевать, потому что они безумцы, а у них всегда своя логика. Они просто люди, которые собираются наслаждаться жизнью, делать что хотят, говорить что хотят, чувствовать что хотят…       Они отрываются друг от друга всего-то на секунду, чтобы взглянуть в глаза, увидеть там те же искры безумия и, улыбаясь, снова прильнуть к губам друг друга.        Ара поняла, что вот оно и у неё есть: искра, буря и чёртово безумие. Это не легенды, не выдумки, это правда есть, это никак не фантастика. Теперь нет. Чонгук же знает на все сто процентов, что не позволит этому чувству, что поглощает их, исчезнуть, он будет его лишь укреплять, а потому верит: луна, что всегда на небе, даже когда не видна, будет наблюдать и давать надежду, что всё же есть то, что вечно под луной — это настоящие, искренние чувства.       Они — слабость друг друга. Отныне и навсегда.