Это всё карты

Так прошла неделя. Сабурова выписали и теперь он опять ничего не делает, но уже дома; Врачи почему-то сказали ему ещё пару дней сидеть дома, хоть брюнет чувствовал себя прекрасно. Иногда к парню приходил после школы Лёша; блондин рассказывал о том, как они с Ваней в очередной раз убегали от директора, который застал их в врасплох, когда те поджигали петарду в туалете. Щербаков задорно смеялся, вспоминая эти моменты. — А у тебя что нового? — просмеявшись спросил Лёха и закинул одну ногу на кожаное кресло. — Всё как обычно, ничего нового, — грустно и буднично ответил Сабуров. Казаху не терпелось быстрее прийти в школу и вновь повеселиться со своим любимым — Лёхой; Но пока что, с Щербаковым веселится — Усович, который очень не нравился Сабурову. — Нурик, что за хандра опять? Или в школу всё-таки хочешь? — улыбнулся Лёша и взял со стола друга распечатанную фотку Адиля, который так же являлся лучшим другом Нурлана, — кто это? Брюнет посмотрел в сторону парня и увидел в руках полароидный снимок, который был сделан год назад, на дне рождении Жалелова. Фотография получилось совершенно случайно; какой-то из друзей Адиля рассказывал шутку, от которой прорвало на смех именика, а Нурлан просто случайно нажал на затвор фотоаппарата. Почему-то именно это фото запало в душу казаха. — Это Адиль или Скрип, — ответил Сабуров. — Скрипка что ли? — решил пошутить Щербаков, но по лицу Нура было видно, что шутка не удалась. — Ты дебил что ли? — казах встал с кровати и, подойдя к другу, выхватил фотографию из рук. — Ладно, злой ты какой-то, я пойду с Ванькой погуляю. Пока, — блондин выбежал в подъезд и дверь захлопнулась. От одной мысли, что рядом с Щербаковым есть какой-то Ваня — хотелось выдирать волосы на голове и крушить всё вокруг. Хотелось убить Усовича или подставить его как-нибудь; да так, чтобы Лёша его просто ненавидел, презирал и чтобы всю жизнь говорил, что он дружил с таким предателем. Казах посмотрел на фотографию в руках и понял, что ему может помочь именно этот человек. Быстро найдя телефон, Нурлан набрал номер Адиля и принялся ждать ответа. — Блять, Нур, ты время видел? — недовольно спросил Жалелов сонным голосом. Сабуров убрал телефон от уха и посмотрел на часы. — Видел, глаза есть. Три часа дня, если что. Адиль, ну вот срочно твоя помощь нужна, — парень на другом конце провода обречённо вздохнул. — Ладно, через час приеду, жди, брат.

***

— Ну что за срочность? — Жалелов зашёл в квартиру и обнял Сабурова, — привет, — Нурлан забрал у друга куртку и повесил на крючок. — Да тут дело такое, пошли на кухню, — Адиль пожал плечами и последовал за Нуром. Юноши зашли в столовую. Жалелов сел за стол, а Нурлан принялся заваривать чай для обоих. За окном было пасмурно; солнце совсем не светило и скрылось за тучами, от чего в помещении было слегка темно. Адиль не любил такую погоду, а Сабурову такое по душе. Заварив два крепких чёрных чая, Сабуров поставил кружки на стол и уселся напротив друга. — Ну, рассказывай, что за помощь нужна, — спросил Скрип, отпив из кружки напиток и внимательно уставившись на друга. — Короче, у меня есть друг, а у этого друга есть ещё один друг и… — Стоп-стоп, — Адиль помотал головой, — я ни черта не понял. Назови мне имена всех этих друзей, братьев, а то ты меня так окончательно запутаешь. — Ладно, у меня есть друг Лёха. — Чё за Лёха? Я не помню у тебя в окружении такого, — Жалелов свёл брови к переносице и из подлобья посмотрел на Сабурова. Нурлан в свою очередь удивлённо посмотрел на Адиля. Зачем ему вообще знать кто такой Лёха? Сказано же «друг». — Блять Ади, какая нахуй разница кто это? — Ну мне просто интересно с кем теперь общается Нурик. — Да одноклассник мой, теперь друг, дак вот. И Лёшка дружит с Ваней, — после имени Нурлан скривил лицо, — он из параллели, и мне не нравится, что они дружат. Вот, и надо этого Ванька как-нибудь подставить. Поможешь? — Скрип посмотрел на друга с выражением лица, аля: «совсем ебанулся?», но после чего прыснул со смеха и, помотав головой, опустил взгляд на поверхность стола. — Нур, ты идиот? Когда тебе стало не похуй с кем и кто общается, а? Это их жизнь и их дружба, зачем. — Жалелов, я попросил помочь, а не морали мне читать, — Сабуров серьёзно посмотрел на друга. — Ладно, за бутылочку виски помогу, пошли, покажешь мне своего Ваньку. Вот за что любил Нурлан Адиля, дак это за то, что он всегда поможет. Почитает иногда морали о добре и зле, но как сам Скрип выразился «за бутылочку виски», чем сможет, тем поможет. Адиль собственно и являлся близким другом Сабурова; даже ближе, чем Щербаков, ведь дружат с детства. Да только маме Нура, Жалелов не особо нравится, мол: «мутный парень какой-то», хотя для Нурлана Скрип старался угодить и помочь больше всех. Возможно, такое впечатление складывалось из-за резкости и прямолинейности Адиля. Никто объяснять и говорить об этом Нурлану не хочет. А ему и не надо, Сабуров знает, что Жалелов замечательный друг и в обиду он его не даст. — Ох ебать, — удивлённо сказал Адиль, когда Нурлан показал ему фотографию того самого Вани, — м, — отпил из горла бутылки виски, — я же его знаю, — Нурик глаза на друга вылупил, — мы с ним раньше в одной компании состояли. — Дак ты мне чего раньше-то не сказал?! — Нурик, ты дебил, — парень покрутил пальцем у виска, — откуда я знал, про какого Ваньку ты мне чешешь. — Тоже верно.

***

Щербаков тоже времени зря не терял. Усович не смог погулять, оправдывая это тем, что с родителями уехал за город; даже самого Лёху с собой звал, на что тот отмахнулся, мол: «Родители не отпустят, да и уроки делать надо», домашнее задание Алексей не делал практически с пятого класса. Парень просто шагал вдоль улиц, на которых лежали пожелтевшие листья. После дождя, который прошёл буквально несколько часов назад, пахло свежестью. Солнце так и не выглянуло из-за облаков, поэтому город казался ещё серее, чем обычно. Блондин, идя по улице, мечтал уехать в какой-нибудь солнечный город, где всегда будет тепло и красиво. Даже если в том городе не будет столько возможностей, сколько в Москве — он всё равно уедет, никто ему не указ. Да вот только Ленка хочет в университет Московский поступить, а Щербаков против неё пойти, к сожалению не может. Получается, что противоречит сам себе. Что только не сделаешь ради своей возлюбленной. Только проблема была единственная, что эти двое даже не встречались. Алексей уже пару раз признавался Ломакиной в чувствах, а та лишь хихикала в ответ и к подружкам убегала. Но Лёха настроен решительно, поэтому будет идти до конца ради любви. Дай бог, было Лёшке в таком расположении духа пару кругов вокруг многоэтажек пройтись и домой пошагать, но видимо не сегодня. Блондин, услышав знакомый, противный смех, сразу оглянулся и в кусты забежал. Как девка, честное слово, но Титомиру на глаза лучше не попадаться вообще, а то мало не покажется. — А вы знали короче, что Усович из параллели Щербакова нашего подставить хочет? — поинтересовался кто-то из компании. — Чего? — Ага, не помню как точно, но что-то то ли спиздить хочет, толи наоборот подбросить от его лица. Хуй знает, но до директора точно дойдёт. — Да ну нахуй! Они же как лучшие друзья. — Я же говорю, что не знаю. Ему что-то не понравилось в нем, и он так решил ему отомстить. Только что Лёха такого сделал? — Это пиздец. Надо его спасать как-то, а то жалко такого парня потерять. — Солидарен. Компания прошла мимо, так и не заметив Лёшу, сидящего в кустах. Блондин просто был шокирован. Ладонями рот закрыл и на землю сел, чтобы в голос от такого не закричать. Любые известия Щербаков переносил очень впечатлительно.