Омежья сказка для гомофобки

Фортуна сидел на бортике маленького каменного фонтанчика. Он не думал, что в этой эпохе существует канализация. Кроме этого, его привлекала растительность этого мира, и он был бы не прочь изучить языки. Поедая какую-то фруктовую сладость, он думал, что же будет с ним дальше. Или не думал. Мысли смешивались между собой, текли патокой, переплетаясь друг с другом и перескакивая с предмета на предмет. Он и не заметил, как рядом с ним оказался низенький человек, полностью облачённый в чёрные одежды. Омега напрягся: незнакомец сел непозволительно близко к омеге его статуса, совершенно не заботясь о приличиях, и поспешил скорее отодвинуться, чтобы не создавать неловкую ситуацию. В ответ незнакомец приблизился снова, нарушая все личные границы Фортуны и как омеги, и как жреца. - Прошу, не избегай меня, Даша! Первые насколько секунд Фортуна даже не понял смысла сказанного. Но потом до него всё же дошло, что именно было произнесено вслух. Серебряные глаза Фортуны шокированно округлились, и он резко вскочил, одновременно вынимая из кармана рясы нож и приставляя его к горлу незнакомца в чёрном. - Ну-ну, тише, девочка, тише! – некрупные руки поднялись в дружелюбном жесте. – Будь уверена, я не желаю тебе зла, только поговорить, - последнее было произнесено более низкой интонацией, скорее осаждая, нежели договариваясь. Фортуна догадался, что, скорее всего, имеет дело с потусторонней сущностью, достаточно сильной для воплощения в физическом мире. Накрыло осознание того, что, возможно, нож человеку в чёрном не просто не повредит, а того хуже – насмешит и навлечёт гнев на него. Чего-чего, а быть предметом ссоры богов ему уже точно не хотелось. - Умная девочка! Я ни минуты не сомневался в твоей сообразительности! - Что вам от меня нужно? – омега глядел исподлобья, осторожничал. - Ваай! Даже так! - Сильные никогда не приходят к слабым просто так, - откуда этот страх, Фортуна терялся в догадках. Однако колени отчего-то мелко вздрагивали, а ритм сердца казался сбитым и неравномерным. - Верно, это правда. Однако, я бы не сказал, что мне прямо нужно. Я бы скорее назвал это праздным любопытством. Поступи так, как я хочу, а я понаблюдаю. - Так, как вы хотите? Скрытая в балахоне рука миролюбиво предложила сесть обратно. - Да. Сойдись с Раншарру и стань его супругом, - гипнотический, властный голос, - Я так хочу. Омега побледнел и вцепился ногтями в камень фонтанного бортика, его лицо перекосило от ужаса. - Но как же справедливость, он же такое со мной сотворил, как вы можете… Да кто ты, чёрт возьми, такой?! Лишул, стоявший неподалёку, заметил неладное и, резво шагая, направился к ним, огибая прохожих. - Дай-ка подумать… - человек задрал голову, имитируя задумчивость и даже схватился за подбородок, играя саму Дашу из её прошлой жизни. - Я бог всех богов в этой Вселенной, чтобы тебе было понятно? Фортуна не на шутку разволновался, ощутив неподдельный страх, который можно ощутить только душой. Только сейчас он понял, что не сможет и помыслить без желания этой сущности, лицо которой было по-прежнему скрыто за чёрным капюшоном. - Ну так как? - Я не могу! Как вы можете, я же через столько прошёл!... – на глаза Фортуны навернулись слёзы. – Я теперь даже родить не смогу! У меня никогда не будет детей! - Так ты всё-таки решил рожать? Омега осёкся. Его потаённое желание иметь ребёнка вышло наружу в самый неподходящий момент. Не только его. А, может, это Чита или ещё кто-то в его голове? - Но что же делать? Я ведь уже вложил в твоё сердце любовь к альфе Врадиков. Куда бы ты не пошёл, вы всё равно будете вместе. - Тогда что же вы здесь делаете, если всё равно будем? Повисла пауза, но Фортуна был готов поклясться, что слышал смешок. - Если быть откровенным, то я всего лишь намеревался наблюдать за этим именно так. Я не хотел подстраивать череду событий, в результате которых ты простишь своего истинного, но ещё меньше мне бы хотелось этого ждать. Видишь ли, я не люблю ждать. Кроме этого, ты привлёк моё внимание тем, что сопротивлялся дару самой богини – истинности, любви. Пришлая душа иномирянки руководствовалась рационализмом, к которому привыкла и даже помыслить не могла о том, чтобы воплотить в жизнь мечту многих бездельников на твоей планете – упиваться спокойными деньками в праздной роскоши и быть любимым лишь за одно твоё существование. И ведь оба партнёра красивы, словно сошли с картинки – божки местного пантеона неплохо постарались, даже идеально, если смотреть с человеческой точки зрения. Что же тебя не устроило в Раншарру? М? Неужто он был с тобой не мил или ты так расстроился из-за года вне гарема? А может быть, проблема не в нём, а в твоём страхе? Чего ты боишься? - Что?.. - А хочешь, я всё устрою? – Чёрный человек коснулся рукой живота пятившегося от него назад Фортуны. – Вот видишь, как не бывало. Ты снова можешь родить и твои органы в полном порядке, - он коснулся лба Фортуны, - а теперь твоя израненная душа получила божье благословение и вскоре излечится. Я ведь говорил, что всё устрою? - Зачем ты это делаешь? – слёзы высохли, а эмоции, которые секунду назад испытывал Фортуна исчезли. Стало даже обидно: они были последствием пережитого им насилия, а теперь его словно не было. - Зачем тогда всё это было? - Зачем, говоришь? Однозначного ответа нет. И всё же, ты достоин счастья, Фортуна, ибо привлёк моё внимание. Но твоё счастье в этом мире возможно лишь с Раншарру что бы он ни сделал, и какими бы путями вы оба ни пошли. По щекам Фортуны текли слёзы от осознания своей никчёмности. Неужели всё, что он делал, было совершенно бесполезно, лишь в утеху высшим силам? Кто он тогда? Пешка? Персонаж фильма? Но ведь вот он – живой, настоящий, почему им играют, как каким-то вшивым куском пластика? Как куклой? Чёрный человек же незаметно вырос в росте и обнял Фортуну. Последний не мог сопротивляться. Ни физически, ни тем более духовно. - Ты же сам Бог, сделай с этим что-нибудь, я не хочу его любить! - Таково правило, Даша. Иногда всем приходится действовать по правилам, насколько бы ты силён ни был. Но я могу настолько уменьшить твоё бремя, что оно станет для тебя подарком. Твой альфа изменится, я вложу в его сердце всё то, чего тебе не достаёт и вы непременно будете счастливы вместе. - Почему ты просто не сотрёшь мне память, не вернёшь прежнего Фортуну Ламиле, почему именно я?! - Добровольная капитуляция ценнее взятого силой, - спокойный голос и мягкая интонация. – Вы, люди, такие эгоисты. Думаете, что если вы испытали страдание, то боги должны вам отплатить. Нет, моя дорогая. Нам, богам, в сущности, всё равно, что с вами и как вы живёте до тех пор, пока вы не привлечёте наше внимание. - Я не.. хнык… я не хочу! - Врёшь, Даша, хочешь, - тёплая рука легла на растрёпанные волосы, - Я же сам Бог. Я чувствую человеческие желания. Особенно те, что разжёг сам. Фортуна продолжал плакать ещё очень долго в чёрную грубую ткань и никак не мог прекратить. Ему хотелось спрятаться, и большая спина послушно прятала его от чужих глаз, ему хотелось защиты, и он был защищён. Лишул всё ещё не решался подойти, видя, как его господин сам позволяет другому альфе касаться его. Когда его исхудавшее тело мало-помалу прекратило дергаться, площадь давно опустела, а он сидел на коленях и не протестовал против того, чтобы крепкие руки держали его. - Господин, - неуверенно начал Лишул, - нам пора. - Да… да, нам пора, - повторил Фортуна и начал подниматься, ощущая, как его голова кружится. Омега начал постепенно выбираться из чужих рук и пересёкся взглядами с открытыми тёмно-синими глазами. Глазами Раншарру. Осознание вспышкой ударило по вискам. «Чёрный бог сам привёл его ко мне! Он всё подстроил!» Почуяв неладное, Лишул вступился за Фортуну, преградив императору путь. Отросшая платиновая шевелюра скрылась за стражником. - Фортуна… - Не смей подходить! Убирайся прочь!