И дождь не будет вечен

Инаши Ангелис – человек с незавидной судьбой. Куда бы не ступила его нога, вслед ей ступало за ним одиночество. Крайне редко рождаются люди, подобные ему – это то, что о нём скажет любой, хотя бы раз перекинувшийся с ним парой простых слов. В его исполнении даже обыденные фразы обретали глубокий и сакральный смысл. Родителей Инаши убили, едва ему исполнилось восемнадцать лет, а его младшему брату на момент убийства шёл всего пятый год. Инцидент, покрытый мраком, для всех оказался колоссальной новостью, потрясшей высший свет. Несчастный случай – кораблекрушение, унёсшее жизни мамы и папы и оставившее глубочайшую рану в душе Инаши. Потерять сразу обоих близких людей для него было бы невыносимым ударом, если бы не Тиаше – единственный смысл жизни, на который Инаши смог опереться в первые секунды после того, как император лично озвучил ему рассказ о произошедшем. Брат, о котором он ещё должен позаботиться несмотря ни на что. И тем не менее, Инаши намеревался раскрыть тайну гибели родителей и поставить точку на воспоминаниях о них, не дававших покоя. Месть – это то, чего он желал, но кому, если это действительно было кораблекрушение? С детства ребёнка, прозванного гением, отличала излишняя проницательность и догадливость. Он не смог смириться с их смертью и окончательно решил разобраться с тем, что произошло в тот день, как в руки Инаши попало письмо, завёрнутое в раму портрета молодых родителей. «Чтобы ни случилось, обращайся за советом к своим предкам, Инаши!» - нередко говорил отец ему, загадывая очередную загадку своему не по годам развитому отпрыску. Воспоминание пришло внезапно, когда Инаши в очередной раз в задумчивости проходил по коридору, увешанному портретами предыдущих глав семьи Ангелис. Их было только два – брат нынешнего императора, отец Инаши и Тиаше, и предыдущий император, пожаловавший управление княжеством своей достопочтенной супруге, чьё изображение и висело перед восемнадцатилетним тогда Инаши. Невзначай ему в голову закралась крамольная мысль: а вдруг те слова, которые постоянно любил повторять при жизни отец, были тоже загадкой, оставленной ему на крайний случай? Так, под покровом ночи, втайне от брата и слуг, Инаши обыскал портреты, и нашёл то, что искал. «Инаши, если читаешь это, а я почти уверен, что читаешь – ты ведь мой сын! то я в тебе не ошибся. Я перейду сразу к делу, упуская сантименты. Кто-кто, а ты в них не нуждаешься, я хорошо тебя знаю." По спине прошлись мурашки. Словно он ощутил присутствие мёртвого рядом, но то было тёплое и наполненное уютом чувство. Глаза остановились, Инаши хотел растянуть удовольствие от прочтения этих строк на подольше. Впервые он их больше никогда не прочтёт. "Ты не глупый человек, и должен понимать, что приближенные к власти связаны по рукам и ногам. Коснувшись этих пут однажды, руки очистить больше нельзя. Власть сводит людей в могилы и только там их отпускает. Это порочный круг, выхода из которого нет. Каждый в нём рискует быть убитым и каждый в нём имеет своих врагов. Ангелисы – молодая династия на троне, но они уже сделали многое. Твой дедушка, мой отец, завоевал трон путём меча и крови, и превратил разрозненное королевство в империю, охватившую своей территорией большую часть континента. Но это было непросто, чуть позже я скажу, почему. В первую очередь, чтобы сохранить то, что он создал, ему потребовалось учредить линию престолонаследия, ведь в ином случае правопреемство бы прервалось, и только созданное государство попало бы в смутные времена вновь. Твой дед был силён, но всему знал меру. Имея власть, он не был чванлив, хотя и приобрёл заносчивость к концу правления, но даже это не сумело омрачить в целом его достойную жизнь. Твой дядя тоже силён, но его случай куда более сложный. Рамий с детства был слишком, не в меру амбициозен и непредсказуем. Нас обоих готовили в качестве наследников, и вся наша жизнь с самого начала носила соревновательный характер – мы погодки, и мало отличались друг от друга. Тот факт, что я родился на год раньше не являлся для меня преимуществом. Я опущу излишние подробности, вкратце скажу, что позже я понял, что не имею желания становиться императором, а все мои приложенные усилия ранее были только для удовлетворения юношеского стремления быть лучше брата, но они не были тем, чего я на самом хотел. Чуть позже я встретил твою мать, и трон больше меня не прельщал. Я пришёл и честно сказал о том, что чувствую, Рамию, пообещав отказаться от трона официально, сделав его полноправным кронпринцем, и попросил его пожаловать мне княжество Ангелис – нашу альма-матер, родину нашего общего отца, место, с которого начала своё существование империя, ведь здесь родился её прежний император. Рамий был рад. Слишком рад, я бы даже сказал. Меня давно пугало то неистовство, с которым он бросался в любое дело, чтобы обойти меня и стать единственным наследником, но я старался не предавать этому значения. Всё, чего я хотел – это прожить жизнь так, как я хочу, а не как мне навязал мой отец. Я не стремился к власти, мне было достаточно мира. Но Рамий был не таким. Позже я жалел о том, что уступил ему в схватке, и первый раз это случилось в день его коронации, в день, когда он первым делом переименовал империю в Ангелис, в честь нашей фамилии. Страна не может называться именем одной семьи, это неправильно. Я был недальновиден, как я тогда посчитал. Пусть и не на бумаге, пусть лишь номинально, но он дал целой нации свою фамилию. Вся дальнейшая политика Рамия была направлена на то, чтобы централизовать управление, о свободе не могло быть и речи. Но я видел, что людям жить лучше, поэтому не вмешивался. Рамий играл с людьми – это правда, а его любовницы интриговали друг против друга на его глазах, и он не вмешивался в эти порой доходившие до абсурда интриги – это также правда. Но он противоречив настолько, насколько себе вообще возможно вообразить. Рамий увеличил финансирование медицинских организаций и серьёзно реформировал магическую администрацию, упростив её структуру и бюрократический порядок, немало вложился в международную торговлю. И всё время пьянствовал. Из-за постепенно создаваемого им образа тирана мало кто замечал, что в целом на стране его управление сказывалось благоприятно. Я тоже не понимал, я тоже ошибался и не высказывался против, подумывая о заговоре. Я начинал мыслить о свержении того, кому присягнул на верность. Ровным счётом до одного случая, ставшего для меня настолько показательным, что я чувствую себя обязанным его пересказать. Однажды, на заседании девятнадцати советников – глав всех аристократических семей, высших в полном смысле этого слова, людей с блестящим образованием, росших лишь для того, чтобы заседать в кабинете советников, Рамий появился совершенно пьяным. Я был в замешательстве и очень рассержен, а он ввалился в кресло во главе стола и едва шевелящимся от алкогольного опьянения языком среди прочего бреда на наши замечания вдруг выплюнул следующее: - Тот, кто станцует без рубахи на лемийском столе и трижды проблеет «Слава Рамию Ангелису» в чашу истины, я сразу дарую должность дворцового усмотрителя. Никто не осмеливался совершить сказанное ничего не соображающим императором. Лемийский стол и чаша истины – это священные символы власти, древние магические артефакты. По легенде, восемь архимагов – основателей континента сидели за ним ещё несколько тысяч лет назад. Вокруг этого стола и был построен замок Лемийского королевства, который Рамий отреставрировал и въехал как в свою официальную постоянную резиденцию, сделав его сердцем Ангелиса. Чаша истины – это их мифологическое творение. В ней отражается прошлое. Говорят, если наполнить её маной производства мага, овладевшего всеми элементами, и смешать с человеческой кровью, тогда она заработает и даст ключ к будущему, наделив взглянувшего туда силой. Это чёрная сделка между тем, кто дал свою кровь для обряда и магом полиэлементаристом, старая легенда, её рассказывают детям на ночь, но насмешка Рамия над величайшими государственными символами, которые печатают на наших монетах – что может быть хуже? И тем не менее, кто мог ему возразить? Мы все были растеряны, но старый герцог Ердиф внезапно поднялся и сделал то, что сказал Рамий. Так, на следующий день за шутовской танец герцог Ердиф получил в свои руки управление всей внутренней политикой и до последнего вздоха пресмыкался перед Рамием за этот подарок, сидя по левую руку от него за столом советников. Только спустя некоторое время я понял, что сделанное якобы по ошибке пьяного императора, на утро проснувшегося и сказавшего, что он, Ангелис, всегда держит своё слово, было обыграно гениальнейшим образом. Одной этой выходкой он проверил – кто из советников может выступить против него, посадил в свои руки нитяную марионетку, которая будет служить ему верной собакой за возможность получить власть, и снял с внутреннего администрирования человека, к которому питал опальные чувства, посадив его «в компенсацию его обиды» ревизором для всех аристократов в своём прямом подчинении. Он создал новую должность, стянув поводки на шее аристократов, которые только и думали, как застать пьяного Рамия снова и выклянчить у него для себя привилегии. Не перестаю восхищаться – ведь он провёл даже меня. У бывшего дворцового управителя теперь была власть репрессий и прямого судебного разбирательства в отношении знати, чего раньше не было предусмотрено вовсе. Это фактически означало, что император стал единственным с стране человеком, которого нельзя судить. Все мы были лишь игрушками в его руках. Он никогда не терял ни рассудка, ни самообладания, и я вовсе сомневаюсь, что он когда-либо был по-настоящему пьян. Но самое главное не это. А то, что привело твоего дедушку к тому, что его имя навсегда вошло в историю, как создателя единого государства. Ранее я уже упомянул, что позже расскажу, как он это провернул, будучи простым бароном в вассальном княжестве крошечного королевства Ламия. Это была запретная магия. Сложно поверить, но некто, обладавший всеми элементами действительно существовал, и он наполнил чашу истины своей маной, проведя с моим отцом обряд на крови. Зная дальнейший ход событий, он манипулировал ими. Всё, что я тебе сейчас рассказал – это мне передал мой отец. Он при жизни отказался от трона в пользу Рамия, и остаток жизни прожил в нашем поместье как обычный человек. Даже Рамий не знал того, как он добился власти, хотя я не думаю, что ему это было интересно. Завещав Рамию трон, мне он отдал куда более важную вещь, как мне показалось. Он дал мне немного маны того элементариста, которую, ему передал его отец, наш дед, основатель империи. Я не стал ею пользоваться. Я хотел передать её тебе. Но предупреждаю, Инаши, маны осталось мало, поэтому чаша ответит на мало вопросов, которые будут заданы. Вся эта информация крайне секретна, и я иду на огромные риски, оставляя её тебе, но ты мой сын, ты воспользуешься ею с умом. Помни, что знание описанного здесь – уже серьёзный повод не оставлять тебя в живых. Позаботься о Тиаше. Не враждуйте с ним. Мама твоя поставлена в известность касательно того, что происходит, я не смог от неё скрывать. Ты уже достаточно взрослый, Инаши, я уверен, ты всё поймёшь и примешь лучшее решение. На аристократах лежит большая ответственность, и мы должны быть готовы её нести. Поэтому никого ни в чём не вини. Не запускай наш семейный сад. Я знаю, что ты не любишь цветы, но твоя мама хотела бы, чтобы он цвёл даже после её кончины.»