И дождь не будет вечен

Первое время Тиаше совершенно не желал идти на контакт с Карнет, подозревая её в попытке завладеть его расположением в личных интересах, сомневаясь в том, что ребёнок, которого носит вдова его брата, действительно одной с ним крови. Карнет расстраивалась. Потеряв Инаши, она изо всех сил желала сохранить свою новоприобретённую семью в лице Тиаше и будущего ребёнка. Карнет вдохнула свежий, пропитанный туманом воздух и улыбнулась шире. Она не сдавалась и не сдастся. Тиаше адаптируется, и они точно подружатся, он станет прекрасным дядей для их с Инаши ребёнка. Так она думала, прогуливаясь с вечно угрюмым, но уже наигранно, Тиаше. Подросток доставал ей по плечо, шёл неспешно рядом, шёркая мелкую пыль на выметенной мощёной дорожке сада. - Вечно ворчишь, а сам сегодня даже не сопротивлялся, когда я попросила тебя выйти со мной прогуляться! – Карнет по-доброму усмехнулась, слегка поддразнивая Тиаше. Небо испещрилось розовыми отблесками, которые даёт солнце облакам перед самым своим закатом. Невесомо погружая землю в вечернюю тьму, оно упрямо подавало признаки жизни на мутно-розовом горизонте. Карнет наконец научилась испытывать счастье. Она твёрдо решила, что посвятит себя Тиаше и своему будущему сыну или дочери. Это чувство укоренялось в ней день за днём и росло, подобно посаженному в душе дереву, укрепляясь медленно, но верно. Её рука погладила уже большой живот, набравший большой вес с начала беременности. Лепестки остриженных кустарников пролетели мимо, погоняемые порывом ветра. Тиаше судорожно выдохнул, вместе с Карнет медленно приближаясь к выходу из сада, что ведёт в поле, к самому краю поместья. Из этого светло-жёлтого, переливающегося золотым, заката в душу неумолимо проникал дух свободы. Опасный, неправильный, чуждый, но неумолимый. Не заставляющий, но подчиняющий и не терпящий прекословия. Тиаше носил привычную маску мнимого недоверия, иногда поглядывал на думающую о чём-то своём Карнет, поглаживающую свой уже немаленький живот и смотрящую на него в ответ ласковее, чем кто-либо на его памяти. Нет, он откровенно лгал себе, зная, о чём она постоянно думает. Она думает о его мёртвом брате. Карнет тем временем снова уловила в атмосфере недосказанность и ноту гнетущей тишины, поэтому поспешила перевести разговор в легкомысленное русло, начав говорить всякие глупости чуть не себе под нос. Она действительно так сильно любила Инаши, что не могла позволить себе сдаться в своём намерении составить с Тиаше настоящую любящую семью, полную доверия. Ту самую, которой у неё никогда не было. «Инаши, я так по тебе скучаю. Хочу тебя увидеть, обнять, поцеловать. Было бы неплохо, будь ты здесь…» Тиаше поднимает голову, будучи немного ниже, встречается с ней взглядом, хмурится. Ещё бы немного отрастил волосы, и был бы вылитым Инаши. «…твой брат так похож на тебя, я была бы не против быть и с ним...» Карнет на миг замерла, словно увидев призрака, пришедшего с того света. Сердце глухо ухнуло вглубь диафрагмы от осознания собственной мерзости. О чём она только подумала? О пятнадцатилетнем брате человека, от которого носит ребёнка? Тиаше заметил растерянное лицо перед собой, но сильно смутился. Словно коснулся чего-то интимного, пересёкшись взглядами с Карнет. Совершенно растерявшись от незнания того, как реагировать на подобные эмоции, резко отвернул голову и пошёл скорее вперёд, заметив про себя, что он полный трус. Под ложечкой ощутимо засосало: будто Тиаше увидел то, чего нельзя видеть. Карнет восстанавливала дыхание, неспеша следуя за своим сопровождающим. Всё вокруг словно рухнуло ненадолго, приобретя при этом искусственный, аномальный вид. Тысячу раз извинившись перед Инаши, она зареклась ещё хоть раз подумать о нём в неприличном ключе. Карнет ощущала себя падшей и грязной предательницей, осквернившей ни в чём неповинного ребёнка, преступницей. Озабоченной самкой, падкой лишь на лицо. «Я должна быть ему родителем, поддержкой, а не любовницей… Инаши, прости, как я только могла…» Тиаше в смятении покинул сад, пока Карнет отстала. Вслед за её мыслями о раскаянии перед глазами возник облик обречённо улыбающегося Инаши. Дрожащие пальцы прикрыли нижнюю часть лица, которое внезапно захотелось спрятать от мира. Карнет осела, опираясь на декоративную ограду сбоку, слушая, как сильно бьётся её сердце.