Творец

Волосы. Андайн никогда не считала их чем-то особенными. Да, они были неплохим заменителем плюмажа, да, порой были даже подспорьем, но не более... Так что на все комплименты адресованные в их сторону, стражница отвечала кривой усмешкой. Красивые. Шелковистые. Цвета страсти. Да разве можно хвалить волосы только за то, что они есть?! Это определенно было глупо с чьей бы то ни было стороны. Именно поэтому, дабы не привлекать лишнего внимания, Андайн стягивала самые что ни на есть обыкновенные волосы, по её мнению, в тугой надежный хвост, почти никогда его не распуская. Но... Однажды стало невыносимо больно. Обыденная тяжесть превратилась в невыносимую муку, от которой хотелось отмыться, избавиться насовсем, а черная старая резинка показалась плотным железным кольцом, что не позволяла этого сделать. Последующие мгновения были подобны вихрю. Безудержному вихрю, что захватил и тело, и сознание, да и всё её существо в целом... Стало страшно. Страшно от осознания того, что она не может сорвать сдавливающие её оковы. Страшно от того, что она была так бессильна и уязвима. Зависима. Андайн всегда считала себя сильным монстром. Отважным воином, что в любой момент готов был ринуться на встречу опасности. Так почему? Почему сейчас она пала перед такой маленькой, по сути своей ничтожной проблемой? Но не успело гадкое, противное чувство накрыть её с головой, как вдруг... Руки. Нежные, но в то же время холодные руки прикоснулись к её голове, будто отрезвляя. Но нет, слово было не тем... Ибо почему оковы медленно начали сниматься с огненно-красных волос и отбрасываться куда-то в сторону, даря лишь одно облегчение? Огненно-красные... Эти слова тоже встречались ею в потоке чьей-то лести. Да и что скрывать! Воительница и сама часто сравнивала свои несчастные локоны с этой стихией. Уж очень причудливо они порой переливались на свету, создавая ощущение всполохов. Но почему? Почему оковы под нещадной огненной стихией не оплавились, превратившись в прекрасное творение одного из мастерских кузнецов? А может причина в том, что кузнеца и не было вовсе? Но появилось кое-что получше. Руки, прекрасные руки, что уже мягко и трепетно начали собирать локоны в причудливые путанные... Не то косички, не то колоски... Но создавалось непоколебимое чувство собранности. Кажется, что и мысли тоже начали приходить в порядок. Но не до конца... Что-то мешало. Распутанные волосы невольно сравнились с новым чистым листом в её жизни. И что сейчас? Он снова заполнялся. Самым нелепым, но таким красивым способом... Красивым... Она только что назвала свои волосы такими. Нет, Андайн никак не могла видеть, что происходило за её спиной. Но вся эта аккуратность и точность движений внушала ей только доверие. Ведь не может же получиться плохо с такими-то качествами... Верно? Амфибия не могла угадать, кто был позади. Да, она слышала отдаленные напевы, что так и вынуждали забыться под их прекрасной мелодией, но держалась. Было ещё слишком рано засыпать. В какой-то момент она почувствовала, как пряди начали уходить с плеч и собираться где-то наверху. Андайн снова почувствовала некую тяжесть. Но уже не такую как прежде... Она была приятнее по ощущениям, да и внушала больше уверенности. Но всё когда-то проходит, всё когда-то исчезает в небытие, так и руки наконец оторвались от шелковистых огненных всполохов. Взгляд устремился куда-то вдаль на прекрасное зерцало. На голове собралась чудно плетенная алая "корона". Но позади... Никого не было. Руки не были чужими. Творцом своей судьбы являлась она сама.