My princess

— Чонгук, ты не видел мои красные лодочки? Я оставила их возле двери вчера вечером. — Ёна, почему я должен знать, где лежат твои вещи? — устало выдыхает Чон, не отрывая взгляд от экрана ноутбука. — И кто использовал мой скраб для тела? — не унимается никак девушка. Однако в ответ ей только тишина. Чонгук работает с утра, а Тэхён пошёл отвозить Ыну в детский сад. — Чонгук, если наша уборщица подворовывает, то мы должны её уволить. — Угу. — Надо поставить камеры видеонаблюдения, в этом доме стал происходить какой-то бред. — Угу. — Чонгук, ты меня вообще не слушаешь! — вскрикивает девушка, обращая на себя наконец внимание мужчины. Чон поднимает на неё суровый взгляд и проговаривает чётко: — Я работаю, и тебе тоже давно пора уходить. И никаких камер видеонаблюдения, а просто научись ставить свои вещи на места, — на такой тон мужчины даже чересчур вспыльчивая девушка решает смолчать, проглотив своё недовольство вместе с воздухом. … — Чонгук, Ыну выбросил мою зубную щётку, — начинает говорить Ёна с нотками неприкрытого нытья. — Папа, я честно-честно не трогал её, — быстро запив кусочек тоста соком, спешит оправдаться мальчик. — А кто это мог сделать, если не ты? — с прищуром смотря на ребенка, продолжает Ёна. — Бабайка, — поразмыслив пару минут, отвечает Ыну. — Бабайки не существует, — проговаривает чётко девушка. — Существует. Она просто тебя боится, потому что ты злая ведьма, — гнёт свою линию мальчик и злобно смотрит на девушку. — Прекратите, пожалуйста, — на последних каплях спокойствия проговаривает Чонгук. — Ёна, может быть, я случайно её выбросил, не делай из этого трагедию. — Но… — Закрыли тему! … — Чонгу-ук! — крик со второго этажа разносится по всему особняку, а после показывается сама обладательница голоса. Мужчина, собирающийся выходить, закатывает глаза и оборачивается. — Что на этот раз, Ёна? — Посмотри на это! — Чону чуть ли не в лицо прилетает нижнее бельё. — Смотри, — продолжает блондинка, не собираясь охлаждать свой пыл. — Вот тут, и тут… Да оно всё в дырах. А это лимитированная коллекция. Я не успела его даже поносить. Что ты на этот раз скажешь? В ответ Чонгук снова молчит, задумываясь. Первые несколько раз всё правда можно было спустить на случайность, но, кажется, что-то правда происходит. — You make me feel special! — прерывает тишину довольно приятное пение. На Кима в наушниках, гладящего вещи Ыну, обращает внимание пара, и в уме у Чонгука всплывает одна мысль. — Я со всем разберусь, как только закончу сегодня. — Хорошо. … — Где, ты говоришь, оставил своего мишку? — У папы в спальне, — отвечает мальчик, натягивая одеяло по самый подбородок. — Эх, — вздыхает Тэхён, поднимая взгляд на настенные часы. Девяти ещё нет (сейчас 20:58), а значит, правила так называемого этикета позволяют нарушить личное пространство. Подойдя к двери, Ким быстро стучит пару раз и, не дожидаясь ответа, открывает её. Парень так и остаётся стоять на пороге. Он как бы пришёл не в лучший момент… И, блин, неловко, что ли… — Ты издеваешься?! Уйди отсюда! — оторвавшись от «дела», начинает кричать блондинка. Посмотрев на её раскрасневшееся лицо, Ким громко хрюкает, но смех сдерживает. — Слюну подбери, — хмыкает Тэхён, ища глазами забытую игрушку. На своего начальника парень старается не смотреть, и так чувствует холодный взгляд на себе. — Нашёл, — проговаривает как ни в чем ни бывало парень и, подобрав игрушку, направляется на выход. И всё-таки не удерживается и оборачивается у двери, бросая девушке с усмешкой фразу: — Работай, дорогуша, работай, — и как только договаривает, то сразу быстро скрывается за дверью. За ней сразу же слышатся очень громкие вопли. А Тэхён мысленно уже танцует сальсу от радости. Кажется, это чистая победа. Уложив ребенка спать, Ким набирает номер брата, который отвечает ему сонным голосом:

— Ты чего так поздно звонишь, придурок…

— Хён, достань мне в ближайшее время жабу.

— Тэ, ты идиот? Зачем тебе жаба в двенадцать ночи?

— Мне очень надо.

— Что ты задумал на этот раз?

— Хён, ты можешь не задавать глупых вопросов?

— А ты можешь не звонить мне с тупыми просьбами, когда я сплю?

— Оу, ты спал? Прости… Через динамик отчётливо слышен хлопок ладони о лоб и обречённый смех.

— Я постараюсь. Дай мне поспать!

И не успевает Тэхён пожелать любимому братику спокойной ночи, как звонок быстро сбрасывают. — Эх, как хорошо-то… — улыбаясь во все тридцать два, пропевает Ким, направляясь в ванную комнату.

***

— Доброе утро, господин Чон, — здоровается Тэхён, салютуя стаканом сока, который он держит в руках. Однако делает это чересчур резко, и немного жидкости разливается на пол. Словив хмурый взгляд мужчины, Ким нервно хихикает и говорит: — Я сейчас вытру, — с этими словами он удаляется в сторону кухни. Только взяв тряпку со столешницы, парень слышит громкий визг и стук, будто что-то упало, поэтому поспешно возвращается назад, наблюдая блондинку, валяющуюся на полу в луже его сока. — Упс, — только и может сказать он, прикрывая свою улыбку рукой. — Чонгук, это была последняя капля моего терпения! Ноги моей не будет в этом доме, пока тут будет этот придурок! — кричит девушка, поднимаясь с пола, и, громко топая ногами, поднимается наверх. Тэхён смотрит на Чонгука в этот момент, и он немного изумлён, увидев совершенно спокойное выражение лица. Оно не изменяется и на секунду, когда на лестнице слышны стуки от колёсиков чемодана и когда Ёна громко, но очень медленно обувается, видимо, ожидая, когда её остановят. Мужчина, судя по ситуации, не собирается делать этого, поэтому эта женская особь покидает особняк со своими вещами без проблем. И в наступившей тишине Тэхён чувствует себя неловко и даже немного виновато, но быстро отгоняет это чувство. Вытерев пол от сока, он всё же решает аккуратно спросить: — Не собираетесь её вернуть? — Нет, — сразу прилетает ему краткий ответ. В этот момент кто-то звонит в дверь. Чон бросает вопросительный взгляд в её направлении, а Тэхён успевает уже расстроиться, так как уверен, что блондинка решила вернуться. Однако, увидев курьера с банкой в руке, выдыхает. — Доброго утречка Вам! Где мне расписаться? — с приподнятым настроением Ким расписывается в бланке доставки и, поблагодарив курьера, с самой довольной улыбкой отправляется с банкой на кухню, а уже после возвращается обратно в гостиную, где принимается утюжить вещи Ыну. — Кто приходил? — спрашивает мужчина, смотря в планшет. — А, это ко мне, — отмахивается Тэхён. Ответ Чонгука устаивает, раз вопросов больше не задаётся. Да уж, утречко выдалось захватывающее, но теперь в голове Тэхёна, который вечно не может усидеть на месте, строится новый план для того, чтобы свалить из этого дома пораньше. В этом случае много нюансов. Во-первых, если Чон Чонгук как-то связан с мафией, то это реально опасно. Во-вторых, жалко Ыну, у которого нет матери и который отца видит не так часто. В-третьих, почему ему сейчас кажется, что кто-то настойчиво прожигает ему дырку в спине? — Эй, принцесса! — на обращение, брошенное таким тоном, что сразу понятно, что далее прозвучит что-то колкое, Тэхён даже не оборачивается. У него вообще-то имя есть. — Даже не жди, что я назову тебя по имени. Ты же помнишь, что я тебе говорил по этому поводу. «Он умеет читать мысли?!» Глубоко вздохнув и пытаясь проглотить нахлынувшее раздражение, парень оборачивается, держа утюг в руке, словно предупреждая о том, что этот предмет в любой момент готов приземлиться на чью-то физиономию. — Я вас слушаю, — наигранно улыбнувшись, говорит Ким, сжимая зубы от вида довольной улыбки напротив. — Меня беспокоит твой гардероб, — после этого предложения место раздражения занимает растерянность. Что он сейчас сказал? — Я закажу пару платьев для тебя, потому что леди не должна ходить в одном и том же каждый день. — Чего, блять? — не сдержавшись, Ким выкрикивает вслух свои мысли. — Девушка не должна материться, — отвечает на короткое высказывание Чонгук, облизывая губы и садясь более расслаблено в кресло. — Дядя, ты головой поехал? Побесить меня вздумал, раз твоя подстилка свалила? Я парень, — отчётливо проговаривает Ким, разозлившись. Он разозлился настолько, что даже забыл про формальное обращение. И кого сейчас вообще это волнует? Мужское эго Тэхёна только что было задето. Беспредел! — Принцесса сегодня не в настроении? — словно не услышав его слов, усмехается Чон, наклоняя голову немного вбок. — Хана тебе! Я лично дам интервью на тему, как правую руки мафии убили утюгом! — говоря это, парень стремительно приближается к Чонгуку с обещанным оружием убийства, но при этом взгляд мужчины ни разу не меняется и остаётся таким же насмешливым. — Тэхён! Тэхён, ты где? — слышится детский голосок с верхнего этажа, а затем стук босых ног по лестнице. — Повезло, — злобно шипит Ким, смотря в тёмные глаза. Что вообще на него нашло так неожиданно? — Ыну, почему опять босиком? Я же говорил тебе, чтобы ты надевал тапочки или носки, — строго начинает причитать парень, откидывая мешающие пряди от парика за спину. — Я забыл, — улыбаясь, говорит мальчик, позволяя Киму надеть на себя носочки с пандочками. — Кстати, у меня для тебя сюрприз! — радостно восклицает парень, ловя на себе заинтересованный взгляд, и не один. — Он ждёт тебя на кухне. Большего говорить и не нужно. Ыну не раздумывая срывается в нужном направлении, и долгой реакции ждать не приходится. С кухни слышится счастливый детский смех. — Ты правда это сделала? Ты точно настоящая! Папа, смотри, смотри! — мальчик с банкой в руках подбегает к отцу. — Какая страшная, да? — хихикает мальчик. — Ыну, ты хотел себе жабу? — неуверенно спрашивает Чонгук, с непониманием смотря на земноводное довольно крупного размера. — Ты её не узнал? — хитро прищурившись, спрашивает мальчик. — Кого? Жабу? — не понимая, к чему же клонит его сын, уточняет Чон. — Это же Ёна! — провозглашает он и смеётся громко, стуча пальчиком по стеклу. Чонгук переводит недоуменный взгляд на Тэхёна, надеясь найти такое же непонимание в его глазах, но видит только палец, прижимающийся к губам и говорящий ему молчать. И тогда мужчина понимает, что с ним на самом деле всё в порядке, а очередную собаку зарыл Ким, чёртов, Тэхён. — Господин, машина готова и нам пора ехать, — прерывает внезапные гляделки подошедший охранник. — Мы поговорим об этом позже, — тихо говорит Чонгук, вставая с кресла. — Окей, — соглашается Ким, ухмыляясь. Это немного, но победа. — А что сегодня на завтрак? — спрашивает Ыну, прижимая к себе банку с жабой. Улыбнувшись мальчику, Ким отвечает, понимая, что сегодня начался очередной весёлый день. А если учесть то, что сегодня в детском саду выходной, то он обещает быть особенно весёлым.

***

— Уже полдвенадцатого, где его носит? — бурчит Ким в тишину особняка, делая глоток какао из чашки. Ыну давно уже спит, прислугу Тэхён отпустил ещё в восемь вечера, а Чонгука до сих пор нет. Как бы ни хотелось это признавать, но маленькое беспокойство за недомафию есть. Бывало, что мужчина возвращался поздно, и об этом он предупреждал сам или же его охрана. А сейчас на сердце как-то неспокойно. Предчувствие ещё никогда Кима не подводило, чем он очень и гордится, но в этот раз очень хочется ошибиться. В особняк заходят, и Тэхён, услышав шуршание одежды, громко выдыхает, залпом допивая напиток и со стуком ставя чашку на стол. Он, конечно, не обеспокоенная жёнушка, но оправданий посидит и подождёт. — Как-то он долго там возится… — шепчет Тэхён, а после из прихожей слышится гулкий грохот и жалобный стон. «Господи, пьяный, что ли?» — думает парень, идя на звук. Мужчина полулежит на полу, оперевшись о стену. Его голова запрокинута, глаза закрыты, и он глубоко, но медленно дышит ртом. — Вы выпили? — осторожно спрашивает Ким, подходя ближе к валяющемуся телу. Немного страшно. Если Чонгук правда пьян, то Тэхён совершенно не знает, чего ему от него ожидать. Ещё гляди и пристрелит. Алкоголем от мужчины не пахнет, а вот странный запах гари и чего-то металлического присутствует. Где его вообще черти носили? — Эй! Вы меня слышите? — Тэхён подходит вплотную и замечает, как странно Чон держится за свой правый бок. — Вам плохо? — всё так же осторожно, почти шёпотом спрашивает парень, садясь перед мужчиной на корточки. Закусив губу, чтобы как-то унять нервозность, Тэхён тянет руку к краю куртки, чтобы убрать его и увидеть то, что прикрывает Чонгук руками. И почти с самого начала Ким был уверен в том, что там увидит. — Вы ранены! — вскрикивает, отдёргивая ладонь и зажимая ею свой рот. Ужас. Большое пятно крови на белой рубашке выглядит пугающе. Судя по пятну, крови ушло очень много и руки мужчины мало помогали остановить кровотечение. Ещё в дикий страх вводит тот факт, что Чонгук ни разу не откликнулся на вопрос. — Я вызываю скорую, — поспешно говорит парень, намереваясь встать и сбегать за телефоном, но его хватают за руку. — Не надо, — хрипит Чонгук, сжимая Кимову ладонь своей большой и окровавленной. — Но вы же… — хочет возразить Тэхён, однако его и слушать не хотят. — Ыну спит? — спрашивает мужчина, громко сглатывая. Его действительно сейчас интересует это? — Да, — тихо, растерянно отвечает Тэхён, смотря на их руки. — Тогда, принцесса, помоги мне подняться в мою комнату, и никакой скорой. Спорить сейчас не хочется, Чонгуку виднее, что делать в такой ситуации. Придерживая мужчину, Тэхён поднимает его и, перекинув руку через плечо, медленными шагами движется в сторону лестницы. Лишь бы тот не отключился. Тащить тело мужчины без его помощи Ким не смог бы. Силёнок не хватит. Медленно, но всё-таки они достигают цели. Чонгук сам буквально падает на мягкую кровать и, кажется, совсем не дышит. — Что делать дальше? — дрожащим голосом спрашивает Тэхён. Ответа он ждёт как никогда, потому что мужчина не двигается и признаков дыхания не видно. Страх, беспомощность накрывают с головой. Руки трясутся то ли от того, что он только что тащил тяжёлое тело мужчины, то ли от невыносимого страха. Смерть. Это слово и в уме произнести страшно. А как же Ыну? У бедного мальчика вообще не останется ни одной родной души в этом мире. — В ванной аптечка, — еле слышно шепчет Чонгук, и Тэхён громко набирает воздух. Жив! А за аптечкой сбегать оказывается для него сейчас делом нескольких секунд. У Ыну всё ещё есть отец, и он… — Ты меня слышишь? — хрип мужчины выводит из потока безрассудных, ужасно глупых мыслей. Соберись, Ким Тэхён! — Тебе надо достать пулю. В аптечке есть пинцет, обработай его и приступай. Что? Но ему никогда не приходилось этого делать. Пулю? А если она слишком глубоко? Да он же крови больше, чем в пробирках поликлиники, и не видел! — Если ты не поторопишься, то познакомишься с моим трупом, — мужчина тихо усмехается. — Придурок, — бурчит Ким. — И хватает времени на шутки… — пинцет он обрабатывает и через громкие стоны боли снимает с Чонгука куртку, пиджак и рубашку. — Как мне это правильно сделать? — руки всё так же дрожат, только к ним ещё подключился и голос. — Постарайся в ране пинцетом нащупать пулю и достать её как можно быстрее. И не волнуйся о боли, — на последних словах мужчина прикусывает край одеяла. «Давай, Ким Тэхён! Ты же принимал роды у кошки! Значит, и с этим справишься!» — не нужные в ситуации мысли опять лезут в голову. Надо быстрее с этим закончить. Кровь везде, по всей кровати, на их одежде и руках. Закусив губу, Ким опускает пинцет в рану, стараясь не обращать внимание на то, как громко начинает дышать Чонгук и как пару раз дёргается его тело. Тэхён должен найти эту пулю. Нащупал! — Я достал! Получилось! — радостно кричит Тэхён и смотрит на мужчину. Пот течёт с него ручьём, ему точно не так радостно, как парню сейчас, однако уголки бледных губ дрогнули, старясь изобразить подобие улыбки. — Теперь тебе осталось только обработать и перевязать меня. И если повезёт, то принцесса вколет мне обезболивающее. И, начиная делать то, что сказал Чонгук, Тэхён понимает: жить будет, раз снова шутит. Мужчина молчит и не издаёт и звука, когда Ким обрабатывает рану и перевязывает его, и, только закончив со всем, парень понимает, что Чон отключился. Его лицо расслабленно, дыхание хоть и слабое, но умеренное. Устал. Даже жалко его стало как-то. Тэхён уверен, что сам бы он и минуты с пулей в теле не продержался и сразу бы отключился. Чонгук сильный. Взгляд неосознанно пробегает по обнажённому телу. — Так! Ким Тэхён, о чем ты вообще думаешь? — шипит зло на самого себя парень, начинает убирать разбросанные медикаменты. Рубашку вместе с пиджаком выбрасывает и возвращается в комнату с тазом тёплой воды и полотенцем. Надо отмыть Чонгука от крови. Справившись с этим очень быстро, Тэхён дотрагивается до бледного лица. — Да у вас жар! — восклицает Ким чересчур громко, за что прикусывает себе язык и сразу же бежит за новой порцией воды и полотенцем. Жар нужно сбить, даже если это последствия ранения. И, вытирая влажным полотенцем лицо и тело Чонгука, Тэхён очень много думает. Например, доплатят ли ему за это? Или… Он может потребовать желание в качестве благодарности? И, закончив с обтиранием, Ким долго смотрит на красивое лицо, которое даже во сне кажется очень серьёзным. А сколько Чонгуку лет? И где мама Ыну? Как давно он в преступном мире и много ли было таких случаев? А кто тогда помогал ему с ранами? Ёна? Фу! О противной блондинке даже вспоминать не хочется. Тэхён даже улыбается, вспомнив, как мальчик разговаривал сегодня с жабой, обращаясь к ней «Ёна» и, видимо, передразнивая саму девушку, делал ей замечания по правилам этикета. «Ёна, почему ты не здороваешься? Это признак невоспитанности!» За таким шквалом мыслей Тэхён не замечает, как опускается рядом с Чонгуком на кровать, как тяжелеют веки и он уносится в царство Морфея. Он тоже устал за сегодня. Всем в конце дня нужен небольшой отдых.