ГачиМучиНаруто ♂Right version♂ part 2

Четвертая мировая война шиноби. Весь мир надеялся, что день, когда Великие деревни сразятся за политическое влияние, никогда не наступит. Не так давно отгремели последние бои, у взрослого поколения остались в памяти друзья, сгинувшие на войне. А шрамы... шрамы покрывали их тела, как напоминание о слабости. Четвертая мировая война не должна была случиться. Но она пришла. Однако под другой личиной, не какой ее ожидали. Пять кагэ собрались на высокой скале. Они смотрели на воинство, построенное длинными линиями далеко внизу. Неразличимые точки — люди, готовые сорваться в бой за родных и близких, — пестрели униформой своих деревень, сливаясь в хаотические рисунки. Великая пустыня Страны Ветра собрала все пять фракций. Ранее враждебных друг другу, теперь же готовых защитить спину вчерашнего неприятеля. Что же это? Наваждение или сплоченность под харизмой великих лидеров? Нет. Это долг перед родиной. И страх оставаться в одиночестве перед страшнейшим врагом человечества в истории. Со скалы раздался крик Казэкаге, Сабаку но Гаара. Конец его вдохновляющей речи: — Среди нас больше нет врагов, потому что мы все несём в себе боль, причиненную нам Акацуки! Песок, Камень, Лист, Туман… больше нет различий. Теперь мы все просто... шиноби! — ДА! — Ответ легионов шиноби сотряс землю и небеса. Песок вздымался клубами, развеиваясь на ветру. Начало войне положено. А кто в ней победит, знает только бог. Наблюдающий за этим Наруто, облаченный в черный кожаный плащ, только пожал плечами: «Там, где спасует бог, справится человек. А там, где пасуют другие, справлюсь я.» — Наруто мазнул взглядом по своим верным товарищам. — «Мы.» *** Наруто Узумаки. Шестнадцать лет. Не женат. Характерные особенности: красив, умен, сексуален, а также мастер подделывать «характерные особенности». Известен в Конохе как «Герой», «Джинчуурики Девятихвостого Лиса» и «Демон». В данный момент собирает почитателей и сторонников на Четвертую мировую войну шиноби. *** Наруто смотрел за тем, как на песчаной глади столкнулись два войска. Объединенную армию шиноби атаковали силы противника. Белые Зецу, существа могущие перенимать внешность человека, пользовались опасной для людей тактикой. Сначала нападали всем скопом, а потом, в пылу битвы, меня облик, внедряясь в ряды шиноби. Тактика врага себя оправдала. Люди не могли распознать замаскированных Зецу, из-за чего бодрое начало боя перешло в шаткий покой. Смешанные с людьми Зецу никак себя не выдавали. Шиноби, замученные походом, палящим солнцем и песчинками в обуви, со злобой смотрели на товарищей. Еще недавно эти люди клялись друг другу в верности на поле боя, а сейчас волком поглядывали на соседей, раздумывая, как получше всадить кунай в спину. Видя замешательство войска, главнокомандующий Гаара подскочил к Наруто: — Кажется, враг оказался хитрее, чем мы думали. Что скажешь, Наруто-кун? Пока Гаара говорил, его глаза без стеснения обследовали новый облик друга. Кожаный плащ покоился на накачанных плечах Наруто. Волосы стягивал ремень, по которому разбегались шипы. На ногах были черные широкие штаны с молнией на голенищах от самого бедра. Но вершиной искусства являлись сапоги, ковбойские, где шпоры ощетинились вострыми звездами. Наруто, глянув сверху вниз на Гаару, сказал: — Всему свое время, Гаара. Мои ребята уже работают. — Кто? По рядам шиноби замелькали черные тени. Они проходили между людьми шлейфом, отрезая небольшие группки бойцов друг от друга. То тут, то там прорезались мучительные крики. Людское море заволновалось, шиноби сжали крепче оружие. Однако вскоре даже самые трусливые увидели, как кричавшие падают ничком и белеют на глазах. Гаара, заметивший это вместе с остальными, с широкими глазами воззрился на Наруто: — Это... но как? — Мои мальчики запомнили всех ребяток по запаху. Поэтому любого, чей запах они не знают, ждет расправа. — Наруто улыбнулся. И тогда же зарядил ударом ноги по подкравшемуся шиноби. Тот окрасился в белый. — Неплохая попка. — Ч-что? *** Отряды армии шиноби встретились с жестким сопротивлением. Сначала в бой вступили Зецу, а за ними на ниндзя обрушились мертвецы. В прямом смысле этого слова! Тот, кто начал четвертую войну, призвал на помощь великих шиноби прошлых эпох. В тех отрядах, где не было людей Наруто, шиноби несли большие потери. Перевоплотившиеся белые Зецу нападали исподтишка. Бойцы не могли сопротивляться — отразить атаку с той стороны, откуда ты не ожидаешь удара, крайне сложно. Правда, иногда находились мастера, распознававшие противника. В условиях, когда мертвецы с лицами, испещренными трещинами, нападают с одной стороны. а ты не знаешь, кто стоит рядом — друг или враг, — шиноби понесут неизбежные потери. Мало того, что нежить обладала недюжинной силой и запасами чакры, так еще приходилось ждать удара в спину. Солдат выручали только две вещи: опытные командующие и инстинкты прирожденных убийц. Когда ситуация почти вышла из-под контроля, командиры приказали сенсорам отыскивать в строю противника. И, вдобавок, прозвучал другой приказ, который лишил трусов на шансы к бегству. — Всех, кто отойдет вглубь позиций или бросится назад без приказа, убить на месте! Крик командира подхватили остальные. На лицах ниндзя вылезали разные эмоции. Кто-то хмуро бросался в бой на бессмертных противников. Кто-то открывал истинную сущность и с воплями пытался удрать. А кто-то, кто вовсе не человек, терял самообладание и старался забрать побольше врагов на тот свет. Постепенно упаднический дух сгинул. Трусы из-за безысходности нападали на врага с пугающим смирением. А храбрецы оттягивали самых сильных подальше, чтобы специальные команды могли запечатать их. Долгие часы сражения вместе с усталостью смахнуло как рукой. когда в небе появился огромный метеорит. *** Наруто смотрел за битвой в компании товарищей. После того, как всех Зецу выявили и прикончили, они вернулись к своему лидеру. И в ожидании нового задания, ловили странные взгляды. Но как эти взгляды не ловить? Накачанные парни, облаченные в латекс и ремни с шипами, так или иначе привлекут внимание. Особенно красавчик с бледной кожей, чей взор мог раздеть любого за пару секунд. Черные глаза выглядывали из-под козырька черной фуражки, тонкие губы расплывались в легкой улыбке. А руки... руки скучающего парня блуждали по кольцам на сосках. Сай изменился. Его борьба с Наруто привела к поражению, а потому он перенял у друга и лидера моральные ценности и взгляды на жизнь. Затем оказалось, что помимо Сая у Наруто есть еще поклонники. Они собирались под крылом джинчуурики. Так, в скором времени их набралось достаточно, чтобы сформировать целое подразделение элитных шиноби. Сай, осмотрев товарищей, сильных и красивый парней, готов сделать «фистинг фо сри хандрэд бакс», обратился к новому другу: — Ара-ара, Тоби-кун, тебе не кажется, что ты выбрал нужную сторону? Тот, к кому обратился Сай, выглядел не менее... шикарно. От былого лидера Акацуки не осталось и следа. Тоби отрекся от прежнего образа и заменил его новым. Его рыжая маска канула в лету, заместо нее мужчина носил кожаную маску-намордник. Глаза скрывали черные пилотные очки. А голый торс пережимали ремни-БДСМ, стягивающие крепкие мышцы. Тоби сверкнул шаринганом из-за очков в сторону Сая: — Мадара ошибался. Я признаю это. Мир можно спасти только истинно мужской дружбой и сексуальностью. Теперь он увидит настоящих мужиков в форме! Любители «энал» переговаривались, а битва подходила к концу. Последним из шиноби-нежити, кого не удалось одолеть, оставался третий Райкагэ. Крепкий мужчина, чье бугрящееся тело отдавало медным отливом, смотрел со снисхождением на объединенную армию ниндзя. Светлые взъерошенные волосы и борода пропускали искры от накопленной чакры молнии. А по хмурому лицу пробегали трещины, испещрявшие и остальное тело немертвого. Справиться с воином такой силы у шиноби не было ни шанса. Райкагэ при жизни сразился с армией в тысячу человек, так чего ему боятся при смерти? Командующие паниковали. Их приказы не приносили успеха, а погибших в пылу боя насчитывалось с сотни. Тогда, в момент боязливого перешептывания по строю шиноби, вперед вышел он. Демон Конохи, Наруто Узумаки. Райкагэ залился хохотом: — Парень, куда ты лезешь? Меня не смогли одолеть тысячи, и ты решил, что справишься со мной один? — Наруто не изменился в лице, чем вызвал еще больший хохот нежити. — Хватит, твоя серьезность граничит с безумием! Ни человеку, ни биджу меня не одолеть! И только Райкагэ хотел что-то добавить, как понял, что мир в глазах перевернулся с ног на голову. Он не может и пальцем пошевелить. Единственное, на что способен был Райкагэ в тот момент, это посмотреть снизу вверх на выглядывающего из-за его ног Наруто. — Техника Гачи-мучи-захвата. Стиль первый «Три хандред бакс-с»... *** Когда по пустыне пронесся мощный поток чакры, все шиноби обратили взгляды к одной из множества скал. Одна из них, будто колонна подпирающая небо, стала пьедесталом для легендарного ниндзя. Того, кто забрал со своим исчезновением целую эпоху. В мир через нечестивое воскрешение пришел Учиха Мадара. И его враги будут бояться! Далекий силуэт взлетел к небу, чтобы потом спикировать на песок. От места приземления разошлась волна, сметающая золотые реки в сторону на десятки метров. Поднявшееся облако пыли медленно оседало. Чтобы представить миру ЕГО. Черные длинные волосы расходились в стороны небрежными иглами и спадали за спину. Бледную кожу исходили линии и трещины. Тонкая линия губ расплылась в надменной усмешке. А глаза зияли кровавым рисунком на черной, как бездна, склере. Он шагнул вперед, отчего красная лакированная броня еле щелкнула. Наплечники, подогнанные внахлест, защищали плечи. Выпирающий нагрудник скрывал от оружия все органы. Полы черной мантии встрепенулись на ветру, оголяя перебинтованные лодыжки. Мадара вновь шагнул вперед. Армия шиноби отпрянула, ряды воинов отошли единой волной. Мадара шагнул. На лицах людей пробил пот. Кто-то сжимал четки и тихо молился. И тогда, когда противник ощутил первородный ужас перед хищником, Мадара напал. *** Наруто с товарищами отступал. Он прекрасно понимал, что сражаться с шиноби ТАКОГО уровня ему пока не под силу. Тем более, когда враг бессмертен. Пролетая мимо рядов союзников, Наруто мчался подальше от битвы. Вскоре рядом появился Сай, а затем и Обито. Да и остальные ребятки подтянулись, сверкая телами, натертыми маслом. Их отряд отдалился на несколько километров от баталии, когда весь золотой песок накрыла тень. Не веря глазам, шиноби посмотрели в небо. — М-мастер, что это? Наруто мазнул краем глаза по огромному валуну, стремящемуся к земле: — Сила Бога шиноби. Не останавливаемся, иначе «фистинг» настигнет ваши «дик». Мурашки пробирали бойцов. Такую дрожь они не ощущали, даже когда сам «Данжон мастер» выходил на охоту. Сквозь костюмы из латекса и кожи полился пот. Он въедался в раны и царапины, одежда натирала влажную кожу. Шиноби бежали, теперь вместо тактического отступления их маневр походил на бегство. Позади послышался грохот. Наруто обернулся, чтобы на миг увидеть черноту на горизонте. То мчались остальные шиноби в надежде выжить. Время уходило сквозь пальцы, как тот же песок, стелющийся под ногами. Тяжелое дыхание сжигало изнутри. Когда Наруто мысленно отсчитал последнюю секунду до падения, то... Сощурился и обернулся. Метеорит не упал! Более того, он нависал над землей примерно так же, как минуту назад. К глыбе, поражающей размерами, тянулись столбы песка. Эти столбы у самого метеорита превращались в растопыренные пальцы, те обхватывали циклопический валун и не подпускали его к почве. В миг созерцания странной картины Наруто сотоварищи выдохнул. Самую страшную атаку смогли остановить... Как сверху появился второй метеорит! БУМ! — Небесные тела встретились. Взрывная волна разошлась по небу, а осколки разлетелись шрапнелью. Начался каменный дождь. Область, где находилась армия шиноби, потонула в пыли. Взвесь песка, дыма и чего-то еще поднималась на десятки метров. Пока облако не разрослось в гриб, крошечный издалека, но огромный вблизи. Наруто отступал. И благодарил «факин слэйвс» за то, что они поспешили за ним. Их путь лежал к другой части армии, где они перегруппируются и отдохнут от всякого «кам». *** На пустыню легла ночь. В кромешной тьме, куда не заглядывали звезды от творившегося ужаса, вел изящный танец сильнейший шиноби. Танец войны, забирающий сотни душ. Учиха Мадара стоял посреди строя противников. Слева от него мелькнул брошенный кунай, который Мадара перехватил с показной скукой. Взмах рукой — и кунай метит в глаз подбегающему мечнику. Парень с катаной уже не видел, как на Учиха набрасывается тройка шиноби. И как они распадаются на части. Мадара танцевал в хаосе из врагов, трупов, стихийных техник и летающего оружия. Каждый шаг выходил в гибкий пируэт. Новый взмах порождал следующее движение. Подобно искрометному танго, смертельный танец разогревал атмосферу в царящем бедламе. Горела та самая искра страсти. Но отнюдь не любви. Учиха ушел в поток. Тело двигалось само. «Странно, я крошу червей шесть часов, а Обито до сих пор не пришел.» — На грани восприятия появилась опасность. Учиха берет тело под прямой контроль и выкручивается в воздухе. Смертельная техника прошла мимо. Вскоре Мадара отправил наглецу чей-то кунай. — «Мы планировали войну совсем иначе. Где он допустил ошибку? И кто такой Кабуто?» Мадара танцевал. Его не волновали убитые или раненые. Он человек идеи. Если сражаться, то так, чтобы перед смертью захватывало дух. Если убивать, то так, чтобы мертвец на том свете рассказывал остальным о своей гибели с гордостью. Если спасать мир, то так, чтобы ни единой крамольной мысли. Мадару не грызла совесть за убитых. Ведь на кону стоит мир во всем мире. А те, кто этого не понимает, будет лежать в песке, как уничтоженная пятерка Кагэ. «Слабаки. Не будь меня, они бы своими крохотными ручонками уничтожили весь мир. Я этого не допущу.» Последние смелые шиноби бросились на легендарного Мадару. Там же они и умерли, закопавшись в остывающем песке. А те, кто попытался сбежать, бросились в проигрышную гонку со смертью. *** От Объединенной армии шиноби осталось одно название. Великое войско не насчитывало и трети от того, что было еще утром. За сутки погибли десятки тысяч мужчин и женщин. Кто-то встретил смерть от Зецу. Кого-то погубила нежить. А кому-то выпала честь пасть от руки Бога шиноби. Остатки сил стягивались к пустыне. Именно там остался последний враг, которого не удалось победить еще никому. Никому из ныне живых. Вереницы людей уходили к полю брани. Уставшие лица встречали судьбу с безысходностью. Они уже прознали, кто будет их противником. Глаза многих шиноби потеряли живой блеск. На бледных лицах, где скопилась грязь и кровь, покоились фарфоровые маски страха и отчаянья. Один из отрядов возглавлял Какаши Хатакэ. Известный миру ниндзя как «Шаринган Какаши», шиноби принял командование над сотнями людей. А потому шел первым, чтобы остальные имели хоть какую-то надежду. Ведь если идет Он, почему боюсь Я? Серебряные волосы Какаши, подвязанные наголовной повязкой с железной бляхой, виднелись издалека. Тканевая маска закрывала лицо от носа до шеи. Но другое привлекало больше всего внимания. Его глаз. Левый алый глаз, по коему проходила полоса шрама. Какаши беспокойно зыркал то в одну сторону, то в другую. «Нас осталось очень мало. Кагэ убиты. Штаб уничтожен. Черт ведает, как Мадара это сделал, но он одной атакой перебил всех связистов. Подмоги не будет. Восьмихвостый присоединился к чьему-то отряду, но его сил не хватит для победы над Учиха. А Наруто исчез.» — Хатакэ хлопнул рукой по макушке. — «Мы идем на заклание, как ягнята!» Впрочем, разрастающаяся паника остановилась, как до Какаши дошло чувство мощной чакры. «Мадара... Значит, это конец. Мы не сможем его запечатать, он просто не остановится ни на секунду. Тогда, примем бой с честью.» Какаши остановился. Вместе с ним прекратила движение и вся колонна бойцов. Ныне все шиноби чувствовали могучую чакру. Чакра крепчала, давление прижимало слабых к земле, а сильных сковывало на месте. Шиноби приготовились к бою. По строю прошелся ропот, который возвещал остальных о неминуемой гибели. И когда источник чакры появился, Какаши, опустив оружие, с удивлением спросил: — Ты? *** Мадара стоял на каменной скале и с усмешкой взирал на окружающих его шиноби. Маленькие точки выстраивались кольцом, кривой круг постепенно уменьшался. Уже полетели первые техники, будь то огонь или молния. Стихийные снаряды пролетали мимо. Или же сталкивались со странным огромным гунбаем, нескладным веером, отражающим любые атаки. Темень, царящая повсюду, мигала всполохами огней. Вдалеке появлялись вспышки различных аур, напитывающих ниндзя и усиливающих тех. Мадара по привычке подмечал природу техник, разбирал. Анализ выхватывал что-то из юношества и молодости, когда Бог шиноби встречал каждый день с оружием возле постели. И с каждым ностальгическим воспоминанием желание сражаться в Мадаре росло. Позади Учиха вырос черный силуэт. — Уже пришел, Черный Зецу? — Мадара зыркнул на существо с антрацитовой плотью. Оно не было человеком. Скорее, сущностью, «проявлением воли» Мадары. Так считал он. — Мадара, я принес донора. — На скале лежал связанный джинчуурики восьмихвостого. Крепкий смуглый мужчина в белой безрукавке и черных штанах что-то мычал, но двинуть не мог. Его черные очки поблескивали с очередной атакой армии шиноби, а на белой бандане поросла копоть и грязь. — И нашел риннеган, спрятанный Обито. — Превосходно. Начинаем! Черный Зецу на секунду распался жидкой массой. Непонятное вещество обволокло джинчуурики. Мужчина кричал, пытался рыпаться, но у него нет и шанса перед «волей Мадары». Чернота поглотила джинчуурики. Овладевший телом Черный Зецу освободил руки. Быстро слетели очки. Глаза пленника бегали по Мадаре. Возможно, он проклинал Бога шиноби, но рот сжимали челюсти. Зецу призвал небольшой коробок, в котором, болтаясь в жидкости, нашлись риннеганы. Рука джинчуурики против воли потянулась к лицу. Рывком в ладони оказался сначала один глаз, а затем другой. Пока мужчину били судороги, Зецу вставил оба риннегана в глазницы. Приживлением занялся Мадара, на секунду отвлекшийся от операции и запустивший во врагов огромный огненный шар. Теперь, когда частью противников овладела паника, Учиха завершил приживление риннеганов. — Готов, Зецу? — Истинно так. Гедоо: Техника воскрешения! — Черный Зецу скрепил кисти на груди. Тогда-то и произошел страшный взрыв чакры. Неготовые к такому шиноби альянса содрогнулись. Кто-то в панике отскочил на десятки метров. Редкие бойцы выстояли против давления. Когда страшный поток чакры ослабел, все обратили взоры к скале, где стоял Мадара. Но ныне он выглядел совершенно иначе. Красная броня пропала с тела и миру открылся крепкий бледный торс. Однако не это поразило шиноби. А белое лицо, оказавшееся на груди Мадары. Там, где у человека находится сердце. Учиха не открывал глаз. Он «смотрел» на мир сенсорикой — особым искусством, позволяющим лицезреть окружения с помощью чутья чакры. Ведь чакра есть везде. Мадара обернулся к Зецу: — Риннеган! — Да! Зецу оставил тело умирающего джинчуурики. В черных руках лежали два глазных яблока. Мадара приживил их уже у себя. А потом раздался аурой во все стороны, сокрушая слабых духом. — Техника призыва: Статуя Гедоо! Через секунду что-то изменилось. В кромешной тьме тяжело рассмотреть окружение, но часть шиноби смогли прорваться сквозь вуаль темноты. И увиденное заставило их молиться богам. Впервые на их веку кто-то призвал нечто настолько большое и... опасное. *** Статуя Гедоо поглощала чакру джинчуурики восьмихвостого. По человекоподобному телу расходились алые нити, они забегали по плоти существа, взбирались на длинные острые наросты, выходящие из спины и плеч. Потоки чакры жилками разрастались на руках, ногах, живот испещрили кровавые жгуты. Джинчуурики отдал последние крохи чакры и умер. Огромная древесная тварь открыла восемь глаз. Из раскрывшейся пасти вылетел громогласный рев: — ГРА-А-А-А! — Звуковая волна снесла ближайших людей. На огромной скорости, преодолевая звуковой порог, шиноби врезались в песок и навечно затихали. Кто был поумнее, заранее отпрыгнули, смягчая будущее падения. Сильнейшие же выстояли до конца крика. Дрожа и цепенея, ниндзя смотрели на великана, чья голова нависала в сотне метров над землей. А на этой голове восседал сильнейший шиноби, Учиха Мадара. Когда, казалось, все кончено, а люди проиграли и сдались, сквозь скопление шиноби пошли они. Воплощение силы и стиля, олицетворение красоты и могущества. Два десятка воинов, чьи крепкие мышцы виднелись из-за откровенных нарядов. Спереди их всех шел сильнейший и достойнейший. Мастер качалки, Учитель «фистинг энд энал», Пророк «сак сам дик», Наруто Узумаки. Наруто остановился в отдалении от войска шиноби. Рядом в шеренгу выстроились его последователи. Слева и справа стали доверенные ученики — Обито и Сай. Узумаки хмуро оглядел Статую Гедо: — «Оу шит, айм сорри». Такого «факин слэйв» будет тяжело «фак». — «Данжен мастер». — Обито посмотрел на Наруто. — Я знаю, как устроить этому «слэйв фистинг» и запихать «дик ин зе энал». — Слушаю. — Статуя Гедо еще не пробудилась до конца. Ей нужна чакра Лиса, а потому у нас есть все шансы на победу. Вмешался Сай: — Мадара не допустит нас, даже за «три хандрэд бакс-с». Нужен план. — Уже поздно. — Наруто посмотрел на спрыгнувшего со статуи Мадару. Тот медленно шел к смельчакам, щеголяя голым торсом. — Я еще не проигрывал ни единой рукопашной схватки после познания. Он падет передо мной. Парни, рассосались! — ЕСТЬ! — остальные отпрыгнули на десятки метров к строю армии шиноби. Остались только Сай и Обито. Когда Мадара подошел ближе, он изрек: — Обито, так вот где ты пропадал. Как жаль, моя тень предала мен... — Тут глаза Учиха расширились. Он посмотрел на Наруто. — Ты... Я узнаю эти одеяния. Что же, Тобирама нашел себе последователей. — О чем ты? — Но Наруто не добился ответа. Мадара развернулся куда-то в сторону. Через секунду Узумаки глянул в том же направлении. Сильная чакра очень стремительно приближалась к ним. — Твои друзья? Мадара проигнорировал босса качалки и сильным прыжком оказался на той же скале, где проводил операцию. В правой руке оказался гунбай, тут же закинутый на плечо. Вот показались источники могущественной чакры. В круг, между шиноби и статуей влетели четверо. Черноволосый мужчина в доспехах, как у Мадары. За ним приземлился альбинос в похожих доспехах, но синего цвета и с меховым воротом. Третьим был сухой старик в черном трико и с самурайским шлемом на голове, его лицо покрывали морщины. Четвертый же практически юноша. Его одеяния повторяли униформу Конохи, но отличались длиннополой белой накидкой с надписью «Четвертый Хокагэ». Наруто, увидев последнего, остановил взгляд на блондинистой голове и сказал: — Отец. Четверка шиноби переговаривалась. В тот же миг разошелся громовой крик: — ХАШИРАМА! Я ждал тебя! Теперь ты, наконец, поймешь, что я был прав! Статуя Гедо пришла в движение. Здоровенная рука резко опустилась на прибывших. Ударная волна разнесла пыль и песок в стороны. Землетрясение сбило с ног многих шиноби. И в этот момент с неба упал Мадара, прямиком в поднявшуюся завесу. Через секунду из облака пыли вылетели два человека. Тот, что носил красные доспехи — Хаширама. И Мадара, в ускорении нанизавший Хашираму на тупой конец гунбая. Прошли секунды. Наруто рванул к Учиха, но тот, будто и не заметив его, отбросил воздушным порывом. Узумаки улетел в сторону. Мадара же призвал силу риннегана. Гунбай толкнулся с силой. Запущенный снарядом Хаширама полетел прямиком в сторону огромной страшной головы, вылезшей из-под земли. Та раскрыла пасть и... сожрала прежнего Бога шиноби. Мадара ухмыльнулся: — Как жаль, что это был всего лишь древесный клон. Верно, Хаширама? Взвесь пыли опустилась. Мадаре предстала пятерка шиноби. Глаза ниндзя исказились, чьи-то смотрели с ужасом на врага. Другие посматривали на Учиха с ненавистью. И только Наруто зыркал на Мадару, облизываясь. «Зачем мне нужен Саске-кун, когда есть Мадара?!» Следующим мигом противники сорвались в бой.