love me

***

      те слова все также кружатся в мыслях, между ним и старшим ведь нет каких либо официальных отношений, они не переходили черту в течении этих двух лет, после того, как однажды чон поцеловал его, у них кроме этих обыденных поцелуев и объятий ничего и не было, чтобы спокойно воспринимать те слова, но спустя пол часа под дождём он слышит звон открывающихся ворот, скорее всего чон вернулся и явно не будет рад увидеть его всего промокшего под дождем, поэтому быстро отправляется в дом, пытаясь как можно скорее скрыться в ванной.       пройдя в комнату он берет сменные вещи и разворачивается в сторону ванной комнаты, но его притягивают сильные руки, что легко овладевают им.       — почему ты весь мокрый? ты стоял под дождем? — чон задает весьма очевидный вопрос, ответ на который знает.       — я засиделся и не заметил, когда он начался... — не совсем уверенно произносит, опуская взгляд в пол, чувствуя себя провинившимся ребёнком.       — быстро в теплую ванну. — он произносит фразу, и откинув на кровать папку с документами, ведет того греться в воде.       киму неловко, от того что не он сам сейчас снимает с себя толстовку, а те самые сильные руки, что притянули его в момент побега в ванную комнату. вода наполнила ванну, поэтому чон скинув остальные вещи с тэхёна, приподняв на руки опускает в теплую воду.       — ты не против, если я приму ванну с тобой? — еле слышно произносит старший, касаясь плеча, ведь тот смущен как никогда, и отводит свой взгляд в сторону.       — н-нет, ты можешь.. — младший не знает чего ожидать ещё, так как мысли определенно не в том русле.       чон опускается в воду садясь за кимом, берет в руки мягкую мочалку, намыленную ванильным гелем, и протирает спину младшего, притягивая к себе второй рукой за талию, а тот съеживается, осознавая что именно его только что коснулось в области поясницы.       — тэхёни, ты можешь простудиться, если будешь так засиживаться под дождем.. —полушепотом произносит чон, касаясь мочки уха, все также поглаживая другой рукой спину младшего.       — я задумался... слова твоих работниц засели в голове и все также крутятся. даже если я и пытался как-то забыть, они все равно всплывают в мыслях и не дают покоя... — ким слегка прилег на крепкую грудь сзади, пытаясь забыться и перестать краснеть. — такие слухи обычное дело для холостого бизнесмена, который одаривает всех окружающих холодным взглядом.. а на деле лишь любит тишину и покой с близким человеком.       — тэ.. — чон берет ладонь младшего, переплетает пальцы, второй рукой притянув еще ближе, но уже посадив на бедра и развернув градусов на девяноста, одаривает мягким поцелуем сначала в щёку, но подняв свой взгляд на глаза напротив, тянется к губам кима, ощущая все эти бабочки да звездочки, что вскружили голову, забрав последнюю каплю рассудка.       старший поднимает на руки тэхёна, не переставая исследовать чужой ротик, а ким льнет ближе, окольцовывая шею чона руками. чонгук переносит его на руках почти через весь этаж, добираясь до своей комнаты и аккуратно кладя уже податливое, но такое запретное тело на кровать.

[запретный плод сладок.]

      дрожь чужого тела, что недавно было в теплой воде, но покинув приятную для себя температуру, покрывается мурашками, привлекает внимание чона и он немедленно прикрывает обоих легким пледом, прижимаясь к нему сверху, хаотично блуждая руками по талии, опускаясь на бедра, но поднимаясь до груди, останавливается, дотрагиваясь до затвердевших сосков, активно теребя одну.       поцелуями покрывает чужую шею, оставляя лишь одну, как печать, метку на ключице, окружая ее багровыми пятнами. опускается губами ниже, касается язычком второго соска, наслаждаясь томными вздохами и мягкими пальцами младшего, что легонько оттягивают волосы на макушке старшего.       — мгх...чони... — ким извивается под ним, пытаясь успокоить свое тело, но это оказывается неудачной затеей, когда он чувствует чужую ладонь на своей возбуждённой плоти.       ким, находясь в прострации, вовсе не замечает, как его переворачивают на живот, выпятив половинки оставляют на них поцелуи-бабочки и одновременно довольно легко входит, обильно смазанный, палец, все никак не достающий до точки. тэхён толкается назад, чувствуя, как входит второй, принимая полностью, а чон лишь медленно переходит к третьему и задевает комочек нервов, пускающий табун мурашек по девственному телу и вырывающий из уст утробный стон. два-три раза медленно войдя и не достав до точки, чон дразнил его, от чего ким сам стал насаживаться, двигая бедрами, но, если давление не будет с обоих сторон, до нужного не дойти, из-за того ким жмется к нему, водя по своему возбуждению, пытаясь как можно быстрее ощутить оргазм. на это старший только едко ухмыляется, поднимая обе его руки над головой и быстрыми движениями проникая во внутрь, попадая по заветному, выбивая весь воздух из легких младшего и томные вздохи вперемешку со сладкими стонами.       — малыш, ты кончил лишь от пальцев, что будет если я войду, м? — чон однозначно в предвкушении ожидающих его следующие несколько часов ласкающих слух стонов, податливого тела, что льнет к нему за каждым прикосновением.       — гуки, прошу.. — ким заглядывает в глаза напротив, через опущенную на глаза челку, насаждаясь на пальцы с легкостью, прося большего. старший вытаскивает пальцы, натянув на свой орган презерватив, входит на половину, понимая, что пальцы никоим образом нельзя сравнить с этим, делает плавные несколько толчков, а после резко входит до конца, выбив из уст кима стон и, скорее всего, весь воздух от неожиданности.       крышу срывает обоим, громкие стоны и вздохи, большое количество поз, к некоторым из которых они вряд ли вернуться позже из-за неудобности угла проникновения, ведь оно никак не попадает по комочку нервов, вызывающую миллионы эмоций, проскальзывающих сквозь них, десятки багровых пятен, укусов и царапин, оставленных в порыве страсти, все это останется в памяти как самый яркий шар воспоминаний за всю жизнь.