ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

После распределения первокурсников и представления учителей, новой персоной среди которых оказалась Долорес Амбридж, Азалия с друзьями сидела за столом, ощущая лёгкую тревогу. Ребята переглядывались, и каждый думал о том, как Дамблдор мог взять её на должность учителя Защиты от Тёмных искусств. Это была одна из важнейших и полезных дисциплин школы. Амбридж сидела за столом с самой что ни на есть фальшивой улыбкой. "Мерзкая старая жаба", – пронеслось в голове у Азалии. – И всё-таки, я не понимаю, Гарри, ты говорил, что она была на твоём слушании в министерстве. И то, как ты её описал, не делает ей особой чести. Зачем Дамблдор взял её на работу?! – Рон недоумённо посмотрел на друга. – Это же очевидно, Рон! – воскликнула Гермиона. – Они же просто навязали её нам! Ты помнишь, в газете было написано, что Дамблдор не может найти преподавателя. Этим они и воспользовались. Это означает только одно - Министерство будет вмешиваться в дела Хогвартса! – гневно закончила она. Все четверо одновременно посмотрели на стол преподавателей, где Амбридж жеманно кокетничала с профессором Снейпом, учителем Зельеварения. Лицо Снейпа походило на маску. Понять что-либо по его выражению было невозможно. Амбридж поправила свой вязаный розовый беретик и коротко хихикнула, глядя на Снейпа. – Странные вкусы у этой дамы, – констатировал Рон. После ужина в Большом зале друзья проследовали в гриффиндорскую башню. Рон и Гермиона, как старосты факультета, вели за собой первокурсников. А Гарри и Аза, сократив кое-где путь, первыми прибыли к портрету Полной Дамы, который защищал проход в башню. Полная Дама подняла брови, а Гарри и Азалия смотрели то на неё, то друг на друга, не понимая, что происходит. И только сейчас они сообразили, что не знают пароль. Не успев подумать, как им поступить, мальчик с девочкой увидели бегущего к ним Невилла. – Гарри, Азалия! Я знаю! – глаза Невилла светились неподдельной радостью. – Это то, что я наконец могу запомнить! Пароль – Мимбулус Мимблетония! Оказавшись в круглой спальне для девочек, Азалия прошла к своей кровати возле окна. Кровати девочек располагались в глубоких нишах, закрытых тяжёлыми балдахинами из красного бархат с вышитыми золотыми грифонами. Возле каждой ниши стоял комод, низкий, но довольно вместительный. Маленький туалетный столик с круглым зеркалом и прикроватная тумбочка, на которой стояла лампа под абажуром из бордовой органзы. Чемодан Азалии уже ждал её возле спального места. Она решила разобрать его, не используя магию. Так она приводила в порядок свои мысли. За окнами барабанил сильнейший дождь. Но в комнате было тепло и уютно. Под потолком медленно летали большие световые шары, наполняя спальню золотистым светом. В комнату зашли Лаванда Браун и Парвати Патил, однокурсницы Азалии, которые делили спальню с ней и Гермионой. – Как провела лето, Аза? – спросила белокурая Лаванда. И, не дав девушке ответить, продолжила: – Родители сомневались насчёт моего возвращения в школу. Но потом решили, что всё-таки мне нельзя пропускать обучение, даже если один старый директор теряет свою репутацию и престиж. Они считают, что Дамблдор не прав, доверяя во всём школьнику. Азалия отвлеклась от распаковки чемодана, и горячая волна гнева пробежала по её телу. Взяв себя в руки, она резко повернулась к Лаванде: – Так ты и твои родители думаете, что Гарри всё выдумал? – Ха... Да почти все так считают. Я, конечно, ничего против самого Гарри не имею, но согласись, в эту историю с кладбищем и смертью Седрика сложно поверить. – То, во что вам хочется верить, и что происходит на самом деле, чаще всего не одно и то же! – Но, Аза! За всё лето ни одного сообщения о Сами-Знаете-Ком! – тихо проговорила Парвати. Её блестящие чёрные волосы переливались под светом настольной лампы. – Ни одного упоминания в Ежедневном пророке! Никто его не видел и не слышал! – Да, ведь Воландеморт ходит от дома к дому с корзинкой конфет и сообщает всем, что он вернулся! Но только что бы никто никому ничего не говорил! – горько усмехнулась Аза. Настроение девушки было испорчено. – Поймите! Ежедневный пророк подчиняется Министерству, и пишут они только то, что выгодно министру магии! Но он, как и вы, не верит Гарри. Ладно, Гарри, он даже Дамблдору не верит. – А ты веришь? – Да, я верю Гарри. Во всё, что он нам рассказал. Про возвращение Тёмного Лорда. Про смерть Седрика. – Но его обвинения в адрес многих уважаемых семей! Он сообщил, что отец Малфоя, Нотта, Крэбба и Гойла - Пожиратели смерти! И что они были в ту ночь на кладбище. Будто бы Сам-Знаешь-Кто называл их пофамильно! Это смешно, он назвал представителей только знатных фамилий. Ты, между прочим, тоже из них, твоего отца там случайно не было? – Лаванда резко замолчала, поняв, что сказала лишнее. – Мой отец никогда не будет Пожирателем смерти, – сквозь зубы сказала Аза, закидывая очередную партию одежды в открытый ящик комода. – А все эти знатные отпрыски, согласись, не самые приятные люди. – Но они никому не сделали ничего плохого, по крайней мере это не доказано, – посмотрела Парвати на Азалию. – Ты их не любишь только по тому, что они цепляются к Гарри и обзывают Гермиону. Так что это не показатель. У вас неприязнь по личным причинам. А взять, например, Теодора Нотта. Спокойный, приличный мальчик. Да, немного замкнут и читает сомнительного вида книги, но его отец очень уважаем во многих кругах, благотворитель. Судя по лицу Лаванды, ей давно наскучила эта беседа, и она с горящим взором вдруг воскликнула: – А вы слышали, что Теодор и Виктория Сэлвин встречаются? Я сама лично видела, как они выходили из поезда, и Вики держала его под руку. И на ужине они сидели рядом. Вот прям совсем-совсем близко! – Это не удивительно, Лав. Они все из священных двадцати восьми. Древнейшие роды и всё такое, что бы сохранить аристократическую кровь, – махнула рукой Парвати, переодеваясь в пижаму. – Кстати, Азалия, а у тебя есть жених? Вроде у вас, аристократов, так поступают. – Нет, – ответила Аза. – В нашей семье нет предрассудков по поводу чистоты крови. – Это же так романтично, – нараспев произнесла Лаванда. – Ну представь, Аза, ты бы могла сейчас, как Виктория, ходить за руку со своим любимым! Вместе посещать Хогсмид, кафе мадам Паддифут! Там так мило! – Да, Лав, это если тебе не назначили в женихи Долгопупс, – прыснула Парвати. Девушки засмеялись, а Азалия представила себе картину, как Теодор и Виктория выходят из Большого зала, держась за руки. Виктория что-то быстро ему рассказывает, а он улыбается и смотрит на неё влюбленным взглядом. Тряхнув головой, Азалия с силой запихнула чемодан под кровать и стала переодеваться ко сну. Как вообще случилось, что её стал волновать какой-то слизеринец? Они учились вместе с первого курса, и он часто обходил её на зельях. Это злило девушку, и всё, что она испытывала к нему до этого, был спортивный интерес. Безмолвное соперничество между двумя лучшими учениками по Зельям. Наконец в спальню зашла Гермиона, запыхавшаяся и ещё более растрепанная. – Эти первокурсника - маленькие, наглые и абсолютно неконтролируемые! Мы такими не были, уж точно. Представляете, один чуть не улетел с движущейся лестницы. И ему это понравилось! Пришлось снимать его с перил заклинанием! Пройдя к своей кровати, Гермиона достала волшебную палочку, произнесла пару заклинаний, и все вещи из чемодана сами собой аккуратно сложились в комод. Забравшись в постели, девочки погасили свет. Пожелав всем спокойной ночи, Азалия задёрнула балдахин, но даже полная темнота и убаюкивающая дробь дождя не принесли ей спокойствия. Мысли лезли одна за другой. И только под утро сон настиг её, тяжёлый, как свинцовое небо над башнями замка.