ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Азалия прижала ладонь к груди, ощущая, как сердце бешено колотится. Она медленно поднялась, подхватив книгу, и увидела, что недалеко от раковин, привалившись спиной к белому кафелю, с сигаретой в руке сидит Теодор Нотт. Азу мелко трясло от нервного перевозбуждения, но она не отводила взгляд от парня. - Так и знала, что ты куришь, - выпалила она, глядя на густой, белый дым. - Следишь за мной? - тихо спросил парень, затягиваясь и разглядывая её. - Э, просто однажды... я почувствовала, что от тебя пахнет табаком, - смутилась девушка. - Чудеса дедукции, чугунная голова, - парень прищурил один глаз, в который ему попал дым. Он обратил внимание на знакомую книгу в её руках и улыбнулся. Аза повернулась к кабинкам. Там все было тихо. - А где Миртл? - шёпотом спросила она. - Миртл меня немного боится, поэтому, как только я пришёл, она вылетела в трубу, - усмехнулся Тео. - Странно, она вроде любит компании, - удивилась Азалия. - Видимо не мою, - пожал плечами парень. - А что ты вообще тут делаешь? - спросила его Аза, немного побаиваясь, что нарвётся на грубость. - Отмечаю, - коротко бросил он. - Что отмечаешь? - допытывалась Азалия, не в силах себя сдержать. - Свой день рождения, - невесело сказал Тео, и достал из-за спины начатую бутылку с янтарным напитком. Это был огневиски, Аза сразу узнала его. Сколько таких бутылок она выкинула из собственного дома - со счёту сбилась. Иногда она вырывала их прямо из рук своего отца. - Даже не знаю, поздравить тебя или нет. Такой у тебя вид, - немного растерялась девушка. - Не утруждайся. Оно уже прошло. Было позавчера. А сегодня...сегодня уже другой день, - сказал он печально, уставившись в пол. - Я немного не понимаю. - Тебе и ненужно. Будешь? Тебе тоже не помешает подлечить свои раны, - кивнул Тео на её ожоги. - Как ты? - серьёзно спросил он. Аза присела напротив него, что бы видеть его глаза. Он не был пьян, ну, может быть, совсем чуть-чуть. Аза видела в его глазах глубокую печаль. Так ей, по крайней мере, показалось. Он всё ещё протягивал ей огневиски, поэтому Аза нерешительно взяла бутылку и понюхала напиток. В нос ударил резкий запах. Девушка сморщилась. - Девчо-онки, - заулыбался Нотт. Азалию задела его издёвка, и она сделала довольно большой глоток. Ей тут же обожгло горло. В животе словно развели огонь, а по спине, рукам и ногам пошло жгучее тепло. Сначала напиток сжигал все вкусовые рецепторы, а потом Аза почувствовала стойкий привкус корицы. В голове зашумело. Девушка отдала бутылку обратно. Теодор тоже сделал приличный глоток. - Наверно, никогда не думала, что будешь пить виски в туалете Миртл в компании со слизеринцем? - спросил он, а в его глазах заблестели огоньки. - В страшном сне если только, - хмыкнула девушка. Тео тихо посмеялся. - Такая ты заноза, конечно. Ну, так как ты, Фоули? Ты не ответила, - откинув со лба свои чёрные кудри, снова спросил он. - Почти уже нормально, - вздохнула Азалия, рассматривая его лицо и пытаясь запомнить каждую чёрточку. - Ключевое слово - "почти"? - понимающе произнес Теодор. Аза кивнула и потянулась за бутылкой. Тео опять улыбнулся. Делая ещё один глоток, Азалия чувствовала, что боль от ожогов бубонтюбера становится меньше. - Красиво тебя, конечно, отделало, - посмотрел он на её руки, на которых не было живого места. - Это, наверно, выглядело очень эффектно. Твоей Виктории точно понравилось, - Аза сказала это больше с обидой, чем с ненавистью. Огневиски развязывал ей язык. Тео поморщился при имени Виктории. От Азалии это не укрылось, и довольная его реакцией, она протянула руку, прося у него сигарету. Тео удивлённо поднял брови. А девушка испуганно подумала, что ещё она сегодня выкинет, лишь бы подольше побыть с ним. - Ты уверена? Ну, ладно...главное, делай это правильно. Затягивайся глубоко. Вот смотри. Он прикурил сигарету и затянулся, через секунду выпуская плотную струйку дыма. Тео протянул сигарету девушке, та затянулась и громко закашлялась. Ощущение было ужасным - горечь во рту, лёгкие как будто обожгло. Но девушка отдышалась и затянулась ещё раз. Глаза заслезились, кашель снова перекрыл горло. - Ты меня удивляешь. Ты что, больше не зануда? - пригубив из бутылки, улыбнулся Нотт. Он подвернул рукава черного блейзера, и на левой руке возле сгиба локтя Азалия увидела небольшую татуировку - две заглавные буквы А.Н. Теодор заметил её взгляд. Его лицо помрачнело, и он сделал ещё несколько глотков. - Тебе это ничего не даст, но ведь всё равно сейчас спросишь. Это инициалы моей матери, Аурелии Нотт. Азалия сочувственно посмотрела на него. Она понимала всю значимость этой татуировки. - Сколько тебе было лет, когда... - Одиннадцать. Мне исполнилось одиннадцать пятого сентября. Я был в Хогвартсе, на первом курсе. А седьмого сентября её не стало, - отчеканил каждое слово Тео так быстро, как будто боялся вдумываться в их смысл. Азалия ужаснулась, ведь сегодня как раз было седьмое число. Точнее уже вчера, сейчас уже совсем ночь. - Ты даже не попрощался с ней? - Азалия посмотрела в его бледное лицо. - Нет. Они отправили меня в школу, хотя и она, и отец уже всё понимали. Видимо, не хотели, что бы это произошло на моих глазах. Они прислали мне подарки. Мама написала письмо. А в конце приписала свои инициалы. Она всегда так делала. Я помню, что она уже почти не вставала. Я должен был догадаться. Но мне не хотелось в это верить, - Тео сделал несколько глотков из бутылки. Свободной рукой он провел по своим кудрям. Взгляд его был стеклянным. Азалия поняла, что он что-то вспоминает. Девушка сидела в нерешительности. Ей так хотелось его поддержать, ведь кто, как не она, знает, о чем он говорит. Аза вспомнила, что на первом курсе, при распределении на факультеты, когда Нотта определили в Слизерин, он сразу попал в компанию с Малфоем. И первое время они ходили везде вместе. А потом Тео стал замкнутым и всё чаще сидел в библиотеке. Теперь Азалия поняла почему. И ведь это было так очевидно. Она же и раньше знала о его матери, но никогда не задумывалась об этом. - А мне было почти пять лет, - вдруг сказала она. - Я уже смутно что-то помню. Но одно точно - как мне было страшно. Как я сидела возле её больничной койки в больнице Святого Мунго. И как она со мной прощалась. Это было невыносимо. Она уже нас с отцом не узнавала. Она просто угасала. И когда её рука ослабла, я посмотрела на папу...хотя, лучше бы не смотрела, так страшно он выглядел. В тот самый миг, наша жизнь как будто остановилась и превратилась в один сплошной чёрный тоскливый день. Аза старательно не произносила слово "мама", потому что чувствовала - если скажет это слово вслух, слезы брызнут из неё потоком. Огневиски пробуждал изнутри те самые эмоции, которых Аза избегала так много лет. Тео закрыл глаза и, обняв свои колени, внимательно слушал. Он закурил ещё одну сигарету. - После того как мы вернулись из больницы, отец больше не замечал меня. У нас в доме жили какие-то люди, его родная тётка вроде, со своим сыном. Она готовила еду, первое время даже убиралась. А потом и они уехали. Мы остались в доме одни. По ночам я слышала, как он кричит в своей комнате. А потом берёт большой топор и идет рубить кусты в саду. Под эти звуки я до утра не могла уснуть. Потом он напивался и засыпал прямо так, в чем был, повалившись на диван в гостиной. Я была ещё совсем маленькая, что бы колдовать, и училась все делать без магии. Когда я первый раз пожарила картошку, для меня это было большим достижением. Я принесла ему эту картошку в красивой тарелке. Но она так и осталась стоять. Он не сказал мне ни слова. Не похвалил, вообще ничего. Я помню, как прорыдала в подушку всю ночь, - усмехнулась Азалия. - Мне почему-то тогда это было очень важно. А по вечерам, я брала из домашней библиотеки книги и читала их до посинения. Многие эти книги принадлежали ещё моему деду. Они уносили меня в какой-то другой мир. И однажды я наткнулась на большой такой старый том с зельями. Мне так понравились иллюстрации к ним. Да и я видела не раз, как родители варят зелья, изучают, составляют маленькие пузатые баночки. Я сидела и представляла, как я вырасту и тоже буду варить их в большом красивом котле, и когда-нибудь сделаю открытие. Азалия замолчала, глядя куда-то сквозь пустоту. - Как ты справилась с этим всем? - тихо спросил её Нотт. - А ты знаешь, папа пришёл в себя очень резко. Я тогда сильно заболела. Отец всю ночь просидел у моей кровати. Состояние было критическое, что-то с лёгкими. Я точно не помню. Потом я пошла на поправку. Папа с тех пор больше меня не игнорировал. И мне стало намного легче. Тео смотрел на неё не отрываясь. Азалия встрепенулась, только сейчас осознавая, с кем она сидит и с кем откровенничает. Её это немного напугало. Что, если она зря так доверилась ему? - "Больше нельзя пить огневиски." - пронеслось у неё в голове. Но желание сесть ближе к Тео не переставало мучить её. Она посмотрела на его руки - красивые запястья с длинными тонкими пальцами. На одном пальце темнело старое серебряное кольцо, на котором мелким шрифтом были изображены древние руны. - Кольцо матери. Ношу в память о ней, - сказал Тео, простым будничным тоном, увидев взгляд Азалии. Девушка улыбнулась и не без боли, но подняла свои руки к волосам, закручивая их в пучок. Она показала Тео свои маленькие серьги-бусинки. - Мне тоже достались по наследству. Аза уже хотела отпустить волосы, но тут Тео сам приблизился к ней и сказал: - Подожди, хочу поближе посмотреть, они такие маленькие. Теодор наклонил к ней свое лицо, и Аза почувствовала его дыхание на своей шее. По всему телу побежали мурашки. Она прерывисто задышала. Тео не отодвинулся, он, наоборот, приблизился ещё. Он смотрел на неё слегка туманным взором, и Азалия ощутила, как всё её тело дрожит. Ей стало невыносимо стыдно от этого. Тео прислонился к её лбу и закрыл глаза. Дрожь по телу девушки усилилась ещё больше. Азалия почувствовала запах огневиски, сигарет и чего-то сладкого, манящего. Тео запустил свои пальцы в её волосы, и Азалия приоткрыла губы, наслаждаясь моментом. Ещё немного, и она мягко коснулась его губ. Сознание улетело куда-то далеко, туда, где не было боли и переживаний. Приятная нега прошла по всему телу. Но тут неожиданный голос из дальней кабинки напугал их так, что Азалия резко оттолкнула Тео и вскочила на ноги. - Теодор, ты ещё там? - послышался капризный девчачий голос. Аза узнала его: это был голос Плаксы Миртл. Азалия судорожно вздохнула, и испуганно посмотрела вниз на Тео, который всё так же оставался сидеть на полу. Она видела как он неровно дышит. Но девушка со всех ног бросилась к двери и уже на ходу услышала: - Теодор, я сейчас выхожу, только я очень сильно стесняюсь. Плакса Миртл захихикала, словно маленькая девочка, а Аза захлопнула дверь и понеслась в сторону больничного крыла. По пути ей, к счастью, никого не встретилось. "Как давно Миртл была там? Что она могла слышать? Какая я дура." - эти мысли бились в голове Азалии, пока она бежала к дверям палаты. Осторожно войдя внутрь, девушка бросилась к кровати, на которой лежали уже полностью сухие повязки. Аза взяла их в руки и села на кровать. Она никак не могла успокоиться. Если Миртл видела и слышала достаточно, она всё расскажет другим привидениям. А может, даже Пивзу. А тот сразу разнесет такую новость по всему замку. Аза прилегла на правый бок, глядя в окно. Там вовсю светила растущая луна. Что скажут друзья, когда узнают? Как она будет смотреть им в глаза? Какие найдёт оправдания? Скажет, что чувствует, будто Тео не такой плохой человек, как они думают? Что Тео - сын Пожирателя, но сам он им не является, и значит, можно закрыть на это глаза? Азалии стало плохо. Она представила перед собой лицо Гарри, который всё узнал и теперь презирает её. Вдобавок ожоги начали гореть с такой силой, что девушка закусила край одеяла. По её лицу полились хмельные слёзы. Как долго она пыталась успокоиться, она не знала. Знала только, что уснула, когда небо уже стало совсем призрачно-белым.