ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Вечеринка началась даже раньше отбоя. Азалия принесла большой шуршащий пакет с пирожными. Девочки тоже достали из своих запасов конфеты и печенье. Джинни принесла большую коробку орешков со всевозможными вкусами. Пока Азалия отрабатывала зелья, девочки украсили комнату. Под потолком летали красивые фиолетовые бабочки с большими крыльями. По балдахинам были развешаны мерцающие ленточки. Каждая из девочек переоделась в удобную домашнюю одежду. На Парвати была шёлковая пижама-рубашка и штаны золотого цвета. Лаванда была в розовой плюшевой пижаме с капюшоном, на котором болтались милые заячьи ушки. Джинни пришла в бордовой в клетку, а на Азалии был чёрный топик на тонких бретелях и тёплые серые штаны из флиса, на которых были вышиты голубые звёздочки. Больше всех отличилась, конечно, Гермиона. На ней красовался толстый махровый халат до самых пят. В середине спальни, на маленьком столике, который девочки поставили специально для угощений, стоял большой серебряный чайник и чашечки. Вокруг столика были разбросаны подушки. Рассевшись кто где, девочки принялись за пирожные. Азалия поставила возле себя свой запасной котёл и начала варить зелье "хорошего настроения", попутно болтая с девчонками. По волшебному радио шла передача про ведунью-певицу Селестину Уорлок, временами исполняющую свои любовные песни. Эти песни настроили девочек на определённый лад. - Как вы считаете, девочки, кто у нас в классе самый красивый парень? - спросила Парвати. Джинни тут же покраснела. - Ой, я знаю, кого Джинни назовёт. Твои глаза-а-а, зелене-е-е, чем лягушачья икра-а-а...- запела Лаванда. Все расхохотались, и Джинни в том числе. - Да, Гарри мне до сих пор нравится, и я считаю, что он красивый. Но у нас и Симус, и Дин ничего. Ну, про Рона не знаю, он мой брат, так что буээ... - и она сделала вид, что её тошнит. - Эй, Рон вообще-то очень симпатичный. А теперь ещё и игрок в квиддич, - сказала Лаванда. - А пока он не стал игроком в квиддич, ты этого не видела, Лаванда? - Гермиона скорчила гримасу. - Вообще-то видела! Но это не главное. Он меня очень смешит на уроках Прорицаний. Он же сидит прямо за мной. Постоянно меня щекочет. - Что?! - воскликнули Аза, Джинни и Гермиона. - Ну да. Или за волосы дёргает. - Мне кажется, он к тебе не равнодушен, Лав, - сказала Парвати. Лаванда довольно засмеялась. - А вы с Гарри ходили вместе на Святочный бал! - вдруг вспомнила Гермиона, глядя на Парвати. А Азалия подумала, что Гермиона просто переводит тему. - Ой, мы ходили просто как друзья. Он не особо-то со мной общался в тот вечер. В итоге мы с Падмой познакомились с двумя такими шикарными французами. Мы, кстати, с ними и сейчас переписываемся. Родители повезут нас во Францию следующим летом. Надеюсь, мы там с ними увидимся. - О, во Франции хорошо. Я там была, - произнесла Гермиона и пустилась рассказывать о французских городах, в которых она побывала. Девочки слушали с интересом. Азалия помешивала зелье. Комнату наполнял аромат сливочной помадки, ванили и восточных пряностей. Падма подкидывала в чайник палочки корицы и цветочки аниса. - Джинни, а ты делай вид, что Гарри не замечаешь. Нельзя парням на шею вешаться. Они от этого наглеют. А вот если он увидит, что тебе на него всё равно, задумается, может. Приглядится. Главное - будь собой. Ты красивая и умная. Он это точно заметит. - Спасибо за совет, Аз, я пока не думаю о Гарри. Я, вообще-то, уже кое с кем встречаюсь! - довольно произнесла Джинни. - С Невиллом, что ли? - ляпнула Лаванда. - Невилл хороший, - серьёзно сказала Джинни, - но нет. С Майклом Корнером. - А кто это? - Он с вашего курса, только когтевранец. Такой высокий, волосы чёрные, длинные. Они ещё втроём вечно ходят - он, Терри Бут и Энтони Голдштейн. - А, поняли, - сказали хором девочки. - Ну, он симпатичный, - словно одобрила Лаванда. - Нас Полумна Лавгуд познакомила, как раз в прошлом году на Святочном балу. - Полоумная? - Не называйте её так, иначе я обижусь! Она очень добрая и интересная. Ну, может, слегка эксцентричная. Гермиона усмехнулась. Азалия знала, о чём думает Гермиона. О том, что Лавгуд верит в различные неподтверждённые факты и вымышленных существ. Отец Полумны был главным редактором журнала Придира, в котором было полно чуши. Но в целом журнал был забавным. - Так, хорошо. Я, Джинни, Лаванда - всё понятно. А что же Азалия и Гермиона? - Я считаю, что у нас в принципе на курсе нет страшных парней. Все нормальные. Но не более того, - произнесла Гермиона. - Да, я тоже думаю, что все хорошие, - поддакивала Азалия. - Но тебе-то, наверно, нужен кто-то не с нашего курса, а, Азалия? - сощурилась Парвати. Азалия похолодела. Что могла знать Парвати о них с Тео? Неужели Плакса Миртл ей что-то рассказала? Хотя Миртл и сама не знает, вроде. Или знает. Или может Азалия разговаривает во сне? Девушка представила себе, как ночью в тишине кричит имя Тео. На лице выступил холодный пот. - Они тут поругались, прямо при всех, скажи же, Лаванда. Как она на него кричала. А он тоже рассердился, первый раз вижу его злым. Ему это идёт, кстати. Сразу такой представительный. Аза поняла, что речь не о Тео. И её отпустило. - Вы про Фреда, что ли? - засмеялась Аза. - Ну да, он ничего. Пусть лучше думают, что Аза влюблена в него. - А про кого ж ещё. Мой братец все уши мне прожужжал, пока ты в больнице лежала. Когда выпишут, когда выпишут, - улыбнулась ей Джинни. - А с Анджелиной-то как? Помирились они, интересно, или нет. Им же в одной команде играть. - Вроде не помирились. Азалия убрала огонь из-под котла. Зелье было готово. Она взяла чашки и налила каждой девочке по глоточку. - Много нельзя. У него есть побочные эффекты - истерический смех без причины, иногда слишком большая самонадеянность. Ну, а если выпьешь очень много, то впадёшь в такую сильнейшую депрессию, что будешь только лежать и плакать. Девочки чокнулись, засмеялись и выпили зелье. В голове Азалии словно развеяло все тучи. Жизнь стала казаться прекрасной и радостной. Она посмотрела на девочек, наслаждаясь моментом. Как же было хорошо. Девочки улыбались. Тут по радио заиграла быстрая ритмичная музыка одной популярной группы. - Аза, сделай громче! Азалия, которая сидела к радио ближе всех, крутанула ручку приёмника. Парвати, Лаванда и Джинни вскочили, и стали танцевать, держа в руках разноцветные подушки. Аза тоже задвигалась в такт музыке и присоединилась к пляшущим девочкам. Она схватила Гермиону за руки и подняла с пола. Гермиона смущённо улыбалась, но тоже начала пританцовывать. Песня унесла все переживания, и Азалия сполна почувствовала, что она живёт прямо здесь и сейчас, так явно и так ощутимо. Её сознание наконец-то отдыхало после стольких дней волнений и тревог. После этой песни началась другая, и девочки потеряли счёт времени. Они пели хором, кто во что горазд. Азалия наложила на спальню заклятие неслышимости. Они никому не мешали, поэтому от души распевали: О, котёл моей любви, парит! Приди и помешай огонь В моей груди. Моя любовь дотла сгорит! Если не вернёшься ты. Они путали слова и от этого сильно смеялись. - Девочки! Знаете, что у меня есть! - вдруг вспомнила Лаванда. Она кинулась к комоду и стала что-то искать в одежде. - Стащила из дома, никто даже не заметил. Она вытащила бутылку огневиски и поставила на столик. Девочки все присели вокруг и притихли. - Ты думаешь, нам можно такое пить? Мы ещё не совершеннолетние. А я ещё и староста, - сказала Гермиона, сдвинув брови. - Давайте просто попробуем. Чисто на вкус. Не понравится - уберём, - прошептала Парвати. - Тебе точно понравится, он с корицей, - не подумав, выпалила Азалия. - Откуда ты знаешь?! - посмотрели на неё соседки. - Эм-м, мой отец его раньше пил...и я... Ну, в общем, однажды я не удержалась и сделала глоток. - И как? И как? - Он крепкий, сразу действует. Надо пить осторожно. Лаванда, глядя на девочек, решительным взмахом руки взяла бутылку и открыла крышку.