ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Азалия долго лежала с приоткрытым окном в ожидании бумажной птички от Тео, но она так и не прилетела. Глаза девушки сами по себе закрывались, и она не заметила, как уснула от усталости. - Почему так холодно в спальне? - голос Парвати выдернул сознание Азалии из сна. Она поняла, что уже день, так как декабрьское солнце ослепило её сквозь прикрытые веки. Девушка закрыла окно и почувствовала, что её горло опухло. Она попыталась сглотнуть, но резкая боль не дала ей этого сделать. Азалия встала и пошатнулась. Её ноги тряслись от слабости, а голова гудела; лицо горело - вчерашняя ночь не прошла бесследно. - Девочки, простите, - Аза открыла рот, но не узнала свой низкий хриплый голос. - Я окно не закрыла. - Ты простыла! - Гермиона бросилась к Азалии. - Иди в больницу, срочно! Все девчонки смотрели на Азалию с сочувствием. - Мы ещё и подумали, почему ты спишь так долго. Обычно-то встаёшь раньше, - сказала Лаванда с заботой в голосе. - Выглядишь, конечно, ужасно. Азалия подошла к зеркалу и увидела, что царапины на лице практически исчезли. Если не приглядываться, то можно подумать, что их там и не было никогда. Перед тем как лечь спать, Аза протёрла лицо снейповским зельем два раза. А после того как она умылась и оделась, Гермиона вызвалась проводить её в больничное крыло. Мадам Помфри даже не удивилась, заметив Азалию. - Ты решила провести весь год у меня в крыле? - улыбнулась она. - У меня горло просто, - показала девушка пальцем себе на шею, а сама смотрела на ту кровать, где ночью спал Тео. Но кровать была пуста и аккуратно заправлена. - Я его выписала с утра. Раны затянулись, и не было смысла держать его тут дальше, - поняла её взгляд мадам Помфри. Азалия кивнула и позволила медсестре разглядеть её горло. - У-у, это что-то гнойное. Но ничего, мы это в миг вылечим, присядь пока. Аза села на стул возле кровати, а Гермиона в ожидании облокотилась на спинку соседней. - Где ты была ночью? Я знаю, что ты пришла под утро, - шёпотом спросила она. - Не поверишь, - тоже прошептала Азалия. - С тобой я уже ничему не удивлюсь, - усмехнулась Гермиона. - И даже тому, что я ходила в Запретный лес ночью одна? - прохрипела девушка. - ЧТО?! Но зачем? - испуганно посмотрела на неё Гермиона. - За лютиками. - За какими ещё лютиками? - нахмурилась Гермиона. - Лунными, - еле проговорила Аза, больно сглатывая. - Для Сыворотки правды. - Ты с Ноттом ходила? Нет... Подожди, он же тут был, в больнице. Я не понимаю... - Погоди, сейчас мадам Помфри даст мне лекарство, а то очень больно разговаривать. И я всё тебе расскажу. Мадам Помфри как раз появилась из своего кабинета, неся в высоком бокале что-то дымящееся. - На, пей залпом и до конца, - протянула она бокал девушке. Аза поднесла к губам зелье, от которого исходил резкий запах эвкалипта и масляной облепихи. Она, сморщившись, выпила до половины и закашлялась. Горло сильно обжигало, и ей показалось, что внутри что-то шевелится. - Давай, давай, до конца! - мадам Помфри стала подталкивать руку Азалии. Девушка сделала глубокий вдох и, не дыша, допила остаток. Её несколько раз передёрнуло. - Какая гадость. Можно чем-то запить? - поморщилась она, чувствуя обратный рефлекс. - А ты что хотела? Тыквенный сок? Нельзя пока запивать. Пусть подействует сначала. Ты же знаешь... каждый год ко мне приходишь со своим горлом, - проворчала медсестра. Азалия вздохнула и почувствовала, как мышцы горла расслабляются, а боль постепенно уходит. Через пять минут, поблагодарив мадам Помфри, девушки вышли из больницы. Аза чувствовала себя бодрее, но тревога не отпускала её. Ей нужно было найти Тео; он не давал о себе знать с самой ночи, и от этого Азалия сильно нервничала. - Герми, пошли в Большой зал, - сказала она. - Зачем? Там нет никого. - Ну тогда в библиотеку. - Она закрыта же сегодня. Мадам Пинс отдыхает по воскресеньям. - Чёрт. Ладно. Тогда пошли в выручай-комнату. В нашей нам не поговорить. Девочки вернулись на восьмой этаж, и Азалия поняла, что проголодалась, ведь завтрак она проспала. Увидев на столике фрукты, она тут же принялась закидывать в рот виноград. - Горло прошло? - глядя на это, спросила Гермиона. - Почти. Боли нет, но ощущение, как будто там всё онемело и я вкуса не чувствую, - запихивая в себя сразу три виноградины, надула щёки Азалия. - Скоро отпустит. - Угу. - Рассказывай давай! - нетерпеливо прошипела Гермиона. Азалия достала из кармана пачку сигарет и снова подумала о Тео. Нервозность усилилась. Она прикурила, вопросительно глядя на Гермиону. - Нет, мне не надо. Не моё, - отреагировала та. - Мне больше достанется, - Аза затянулась, и в горле сразу запершило. - В общем, мы с Тео должны были вместе идти, но с ним случилось то, что случилось. И я решила пойти одна. - Почему ты нас не позвала? Мы бы помогли, - с укором смотрела на неё Гермиона. - Я подумала, что это только нас двоих касается, понимаешь? Меня и Тео. Ведь это наше задание. Я, если честно, даже не подумала. Но надо было тебе сказать, предупредить, извини, - запоздало раскаялась девушка. - Я бы пошла с тобой, - уверенно кивнула подруга. - Вот именно, ты бы пошла со мной. А я думала, что должна сделать это сама. - Но как ты решилась? - Снейп обронил в разговоре, что зелья любят только тех, у кого есть характер. А если у тебя его нет, то нечего и пытаться, - закатила глаза Аза. - Он с ума сошел совсем! Отправлять тебя в лес, ночью, одну, - покачала головой подруга. - Он не думал, что я пойду одна. Он, как я поняла, думал, что мы пойдём с Тео, и дал ему подсказку, куда идти. - А ты куда пошла? - подняла брови Гермиона. - На север, - махнула Азалия рукой в сторону болот. - Да ты что! Но это же места обитания кентавров! - Я уже поняла, - хмыкнула Аза.- Кто же знал, что эти лютики ещё где-то есть, но кентавры ушли с тех мест. Только знаешь, что самое странное: там по дороге обитает какой-то монстр, огромный, страшный. У него такой голос хриплый. - А что странного? Лес не просто так Запретным называется, - совсем не удивилась Гермиона. - Он спит под лоскутным одеялом! Таким, как, ну знаешь... у моей бабушки такое было. Откуда у монстра такое одеяло? - Не знаю, - пожала плечами Герми. - В общем, что-то странное. Но я убежала оттуда. А дальше... Азалия в подробностях рассказала Гермионе о событиях ночи, и чем дальше говорила, тем более обеспокоенно выглядела подруга. - А потом мы пошли с Тео добавлять лютики. И короче, когда мы добавили, ну мы... На эмоциях были, понимаешь? И стали целоваться. Тео меня прямо на стол посадил, - Аза улыбнулась, а Гермиона понимающе похихикала. - И зашёл Снейп. - ЧТО?! И что он...Что сказал? - испугалась подруга. - Меня выгнал, а Тео сказал, что им нужно поговорить. И с тех пор я их обоих больше не видела, и Тео не пишет ничего. - Интересно, что он ему сказа-ал, - задумчиво протянула Герми. - Вот и я переживаю. - Думаешь, Снейп...расскажет отцу Нотта? Он же на нашей стороне. В Ордене состоит. - Я не знаю, о чём думать. Но молчание Тео меня пугает. А Снейп, ты же знаешь, бывший Пожиратель. - Дамблдор ему доверяет, - уверенно напомнила Гермиона. - Но тогда зачем ему Тео? О чём ему с ним говорить? Подумаешь, целовались! - Может, он тоже думает, как и мы тогда, что Тео не искренен? - Думаешь, Снейп хочет меня защитить? Тогда почему он мне ничего не сказал? Гермиона развела руками. - Ладно, что гадать. Надо ждать от Тео новостей. И знаешь, что самое ужасное? Я с этими событиями напрочь забыла о том, что у меня отец задержан. Я у Дамблдора ничего даже не спросила, - расстроилась Азалия и спрятала лицо в ладонях. - Ну сегодня спросишь, не переживай. Тебя чуть в жертву не принесли, там обо всём забудешь. Да-а, подруга, ну ты даёшь, конечно. Это просто удача, что всё так закончилось, - со вздохом сказала Гермиона. - Пока не поговорю с Тео и Дамблдором, не успокоюсь. - Тогда нечего здесь сидеть. Иди прямиком к директору. Только Гарри не говори. Дамблдор его избегает, и Гарри злится, что с тобой он общается, а с ним нет. - Я как-то не подумала даже, - Азалия расстроилась и этому факту. - Ты, что-то я смотрю, совсем думать перестала, как с Ноттом связалась. Ты когда домашние задания делала последний раз? - Сегодня сяду, - пообещала Азалия. - Хотя зачем они нужны? У меня и так всё получается. - Сказано сделать - значит, надо делать. - У тебя синдром отличницы, Гермиона, - усмехнулась Азалия. - Что это значит? - не поняла подруга. - Так написано в той книге по психологии, что ты мне подарила. Почитай, там прямо с тебя списано, - посоветовала Аза и засмеялась, глядя, как Гермиона надулась. Азалия подходила к каменным горгульям и вспомнила, как бежала ночью в кабинет директора. И вот она снова здесь. - Ягодные шипучки! Каменные горгульи кивнули и отошли в стороны. За ними был спрятан проход к такой же каменной винтовой лестнице. Азалия поднялась по знакомым ступенькам и постучала в дверь. - Войдите! Девушка зашла в яркий кабинет, наполненный золотистым солнечным светом, который лил в большие окна. - А, мисс Фоули, - улыбнулся ей Дамблдор, одетый в золотую, подстать кабинету, мантию, на которой были вышиты золотые огурцы. Азалия залюбовалась мантией, и Дамблдор понял её взгляд. - Красивая, да? - спросил он. - Турецкий министр подарил в прошлом году. - Да, своеобразная. Дамблдор снова улыбнулся и пригласил Азалию сесть напротив стола. - Удалось зелье? - посмотрел он на неё поверх очков. - Да, вполне. Я хотела сказать, что благодарна вам за то, что вы и профессор Снейп так доверяете нам, что даёте возможность действовать самостоятельно, - как можно спокойнее проговорила девушка. - Мало кто способен пройти через то, что вы прошли сегодня ночью. И ради чего? Ради зелья? Такие люди, как вы, Азалия, кто горит всем сердцем ради дела, двигают прогресс. Аза покраснела от похвалы. Ей стало неловко. - Не только ради зелья, профессор. Я не могла подвести других, ведь я не одна готовила это зелье, - смущённо проговорила она, опуская взгляд. - И это я тоже понял, - не сводил с неё добрых глаз Дамблдор. - Это благородно. Азалия промолчала, стараясь не сильно гордиться собой. Но получалось не очень. - Азалия, простите, я вижу, что вы пришли не для того, что бы говорить о зелье. У меня здесь письмо от вашего отца, - Дамблдор протянул ей сложенный листок пергамента. Азалия тут же вскочила на ноги и выхватила пергамент из рук старого волшебника. Развернув его, она с огорчением заметила всего несколько строк: "Аза, милая, я в порядке. Пожалуйста, прости отца. Если мне светит Азкабан, значит, такая судьба. Я только переживаю, что будет с тобой. Но Альбус обещал помочь. Держись, моя родная. Я тебя очень люблю. Папа." Азалия перечитала три раза, но это письмо её не успокоило. Она села обратно на стул и посмотрела на Дамблдора. - Я был вчера в Министерстве весь день. Говорил с аврорами и с Юстасом. - Что папа говорит? Дамблдор вздохнул: - Что он был пьян в тот день. И Наземникус посоветовал ему продать корни зимнецветов. Юстас как раз не знал, куда их пристроить. Флетчер сказал, что даст ему место в Косом переулке, на торговой площади. Там места дорого стоят, а Флетчер уступит ему денёк. Юстас и согласился. А потом к нему подошёл какой-то парень и попросил посторожить ящик, пока тот сбегает куда-то и вернётся. И как только парень скрылся за магазином мадам Малкин, на площади появились авроры. Но Юстас был спокоен, ведь корни зимнецветов не опасны. - А в ящике оказались яды? - догадалась девушка. - Да. Парень тот так и не вернулся. А авроры считают, что Юстас его выдумал. - Получается, что отца подставили? - Похоже на то. Но некоторые авроры верят ему. С кем-то из них он лично знаком. Они вместе в Хогвартсе учились. И они знают, кто такой Юстас. - А слушание дела когда? - дрожащим голосом спросила девушка. - Пока не назначили. Авроры говорят, дел по горло. Наверно, после Рождества, - смотрел на неё директор ласковым взглядом. - А где он будет всё это время? - Аза поёрзала. Дамблдор поправил очки и снова тяжело вздохнул. - Ждать следствия Юстас будет в Азка бане. Завтра его туда переведут. Азалия побледнела, поднялась и прошлась по кабинету, кусая ногти. - Получается, что даже если вина не доказана, человек всё равно попадает в Азкабан? - она посмотрела на Дамблдора. Тот кивнул. - Мисс Фоули, законы волшебного мира несовершенны. Они застряли, и я надеюсь, что наши новые, молодые поколения будут более смелыми, чтобы находить более подходящие методы решения вопросов. Для этого я когда-то и стал учителем, а затем директором. Я переписал заново все правила и законы, касающиеся Хогвартса. Отменил пытки и подвешивания учеников за пальцы ног, и отрабатывания заклинаний друг на друге, м ещё много чего! Но этот мир намного больше, чем один Хогвартс. Всё, чем я могу вас утешить, это только то, что дементоры не будут стоять круглосуточно у его камеры, пока он ещё не полноценный заключённый. - Хорошо, - выдавила из себя Азалия. - А вы будете на слушании дела отца? - Пока не могу сказать, - спокойно проговорил Дамблдор. - Меня убрали из верховных магов Визенгамота этим летом. Вы, наверняка, читали об этом. Но я придумаю что-нибудь. Сейчас я могу только попробовать передать ему от вас письмо. - Это было бы замечательно. Азалия села, взяла предложенный директором лист бумаги и перо. " Папа, у меня всё хорошо. Пожалуйста, держись. Помни, что я тебя люблю. Мы тебя вытащим, обязательно! Мне очень страшно за тебя, но я верю, что всё будет хорошо. Ты помнишь, что мы с тобой два друга, которые всё переживут? Ты так говорил мне в детстве. Пожалуйста, будь сильным. Мама смотрит на нас с небес. И я буду сильной ради вас обоих. Люблю бесконечно и целую миллион раз. Аза." Руки тряслись, когда Азалия запечатывала конверт. Она передала его Дамблдору и увидела печальный блеск его глаз. Договорившись с Дамблдором, что тот сразу сообщит ей о слушании, когда его назначат, Азалия вышла в коридор второго этажа и застыла. Она чувствовала всей кожей , что ей сейчас очень нужен Тео, но где его искать, абсолютно не представляла. Через минуту Азалия решила идти в подземелья. Она погуляет там и, возможно, где-нибудь наткнётся на него. В Хогвартсе было тихо - все школьники сидели по своим гостиным, и Тео, скорее всего, тоже. В крайнем случае Азалия снова отправит ему записку. И с этой бодрящей мыслью девушка медленно спускалась всё ниже. Достигнув подземелий, она стала заглядывать за каждый поворот в надежде увидеть любимое лицо. Но ей навстречу попались только слизеринцы с шестого курса. Они задумчиво проводили её взглядом, но Азалия пошла дальше. Она думала только о том, что сейчас в любой момент она увидит Тео и ей станет легче. Она так мечтала о его объятиях, что чувствовала их нехватку физически. Свернув в коридор, ведущий к гостиной Слизерина, Аза услышала голоса. Чуть дальше был ещё один тоннель, но куда он вёл, Азалия не знала. Там было светло от ярких факелов, и вдруг, её бросило в жар. Она всё-таки услышала знакомый голос. - Тео, перестань, щекотно, - захихикала Виктория. - Эй, тут шляются все туда-сюда. Не хочу здесь, пошли куда-нибудь. Азалия медленно подошла к тоннелю и осторожно заглянула в него. Её всю била мелкая дрожь. Теодор и Виктория стояли к ней боком и её не замечали. - Вики, прости, что последнее время был с тобой таким грубым, - проговорил парень. - Ты был не только грубым, а ещё и равнодушным и холодным. И я думала, что ты уже разлюбил меня! - Виктория, надув губки, погладила Тео по животу. Он стоял в своей чёрной толстовке с капюшоном. Тео молчал, держа руки в карманах, а Виктория обняла его за талию и закрыла глаза, ожидая поцелуя. Азалия застыла. Тео долго смотрел на Викторию и потом поцеловал. Аза начала задыхаться, как будто горло снова заболело. Очень тихо, что бы они не услышали, она вышла обратно в коридор, туда, откуда пришла, и села на корточки. Девушка попыталась отдышаться, но услышала смех и шаги в её сторону. Аза рванула бегом по подземелью, дрожа от страха, ненависти и обиды. Уже на выходе она врезалась в кого-то, но ей было всё равно, кто это. Она не знала, куда бежать, она не хотела верить в то, что видела сейчас. В груди что-то сильно заныло. Азалия побежала в свою гостиную. Ноги сами несли её, а в голове стучало: "Мне сейчас очень нужна Гермиона."