ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Азалия всё же уснула под самое утро, хотя долго ворочалась, думая о том, что совсем рядом находится Барти Крауч. Она не боялась его, ведь сейчас он был лишён магических сил, и был прикован к кровати. Но сама мысль о том, что человек существует без души, пугала её. Пустая оболочка, сохранившая человеческие повадки. И что таилось в этой пустоте было совершенно непонятно. Осознать это до конца было просто невозможно. Азалия некоторое время смотрела как он спит - Барти дышал, вздымая и опуская грудь, шевелился. Даже сопел, точно так же как обычный человек. Но девушка понимала, что когда он проснётся, жизнь для него не изменится. Он всё так же будет прикован к кровати, и будет сидеть, и смотреть в одну точку. До тех пор, пока его тело не умрёт от старости. С этими тяжёлым мыслями, девушка уснула, закутавшись толстым одеялом, по самый подбородок. В палате было холодно, потому что окно всё ещё было приоткрыто. Ливень сменился лёгкой моросью, и ветер периодически заносил мелкие капельки в раскрытый оконный проём. Тяжёлое одеяло защищало девушку от холода, и ей очень нравилось чувствовать, что её словно кто-то обнимает. Ощущение было очень комфортным, безопасным, и Азалия, медленно уснула, несмотря на тяжёлые думы. Ей снова ничего не снилось, и возможно, она бы спала ещё долго, если бы дверь в палату с грохотом не открылась, и невообразимый металлический шум не заставил подскочить на кровати. Девушка, с быстро бьющимся сердцем, рванула с себя одеяло, откидывая его к стене. Она резко направила свою волшебную палочку в сторону двери, до конца так и не проснувшись, и соображая что происходит. Но уже через секунду, она недоуменно смотрела как по палате летает швабра, выжимая саму себя в жестяное ведро. Швабра плескала грязную воду во все стороны, разгоняя её по углам. Быстро покрутившись в центре палаты, она резко вылетела в коридор, оставляя после себя грязи ещё больше, чем было до этого. Жестяное ведро поскакало вслед за шваброй, производя невероятный грохот, оставив дверь палаты распахнутой настежь. Азалия села на кровати, спустив ноги. Она нащупала только один тапочек, и цокая языком, взмахнула палочкой: - Акцио тапок. Закинутый бешеной шваброй тапочек, выскочил из-под кровати, и Аза схватила его в воздухе. Пока она его надевала, она задумалась о том, что палочка слушается её безотказно. Реагирует даже раньше, чем Азалия произносит заклинание до конца. Она чувствовала рукой, что их с палочкой что-то крепко соединяет. Она ощущала силу, передающуюся от руки к палочке, и обратно. Аза очень сильно обрадовалась, ведь последнее время её магические способности были нестабильны. Сейчас же она чувствовала себя, как никогда очень сильной. Ей казалось, что внутри неё мощный заряд энергии. Азалия не понимала, что изменилось, и как она восстановилась. Ей не терпелось уже поговорить с кем-то из целителей. Ведь последнее, что она помнила, это был ужин в большом зале Хогвартса, а сейчас она не знала даже, какой день недели или число. По коридору что-то снова загремело, и Аза подумала, что это швабра несётся обратно. Но тут же послышался мягкий старческий голос: - Завтрак! Кто будет завтрак? При слове "завтрак", девушка сразу ощутила, как её желудок свело от голода. Она давно не чувствовала себя настолько оголодавшей. Это чувство её тоже порадовало. Глотая слюни, она тихо подошла к открытой двери, и выглянула в коридор. В некоторых палатах горел свет, и люди, выходили из них, принимая из рук старенькой волшебницы миски с кашей, и стаканы с чаем. Старушка, в чистенькой лимонной форме колдомедика, толкала свою тележку от палаты к палате. Когда она поравнялась с палаткой Барти, женщина ласково сказала: - Милый, твой завтрак. Она сама взяла тарелку, стакан, и понесла ему в палату, так как Барти был прикован ремнями. Самостоятельно встать на пол он не мог. Он только сел на постели, подгибая под себя одну ногу. Вторая была в ремнях. Он, растрепанный и сонный, принял из рук старушки тарелку и принялся есть. Его лицо при этом ничего не выражало. - Ох, ты батюшки. Кушай, золотце, кушай. - С выражением искреннего сочувствия на лице, пожилая женщина, провела рукой по его голове. Она вышла из палаты, и направила тележку прямиком к Азалии. Девушка сделала один шаг в коридор, и улыбнулась женщине. - Я уж вчера пыталась вас разбудить, мисс. Но вы так крепко спали. Бедняжка, чего вы тут натерпелись. Как кричали. - Покачала головой старушка, наливая в глубокую тарелку жидкой овсяной каши. Азалия снова ощутила приступ голода. Она с вожделением уставилась на эту серую субстанцию, словно не видела ничего вкуснее. - Кричала? - С удивлением переспросила Азалия. - Конечно, кричали. А кто бы не кричал. Отравление ядом тентакулы, в такой сильной форме. Как вы, вообще, живы остались, моя дорогая, ума не приложу. - Запричитала старушка. - Что? - Ещё сильнее поразилась девушка. - Сметвик, наш целитель, откачивал вас целые сутки. Хвала небесам, руки-то у него золотые. Он о ядах всё знает. Скольких он тут спас. Не отходил от вас ни на минуту, всё вливал вам противоядие. А вы кричали, вас тошнило кровью. Тут все сбежались, если честно. Дамблдор на себя был не похож. - Профессор Дамблдор тоже был здесь? - Да, он и ещё один профессор. Чернявый такой, бледный, нос крючком. Но когда опасность миновала, они оба ушли. А вам дали большую дозу снотворного, и ещё зелья для восстановления сил. Вы такого зелья нигде не найдёте. Оно в нашей лаборатории только производится. Для больницы. Наши зельевары его усилили. Рецепт пока не запатентован. Но Сметвик выписывает его тем, кто сам не может выкарабкаться. - А когда обход целителей? - Спросила Аза, с тарелкой каши и стаканом чая в руках. - Через час, милая. Ты иди ешь, тебе надо сил набираться. - Улыбнулась женщина и покатила тележку дальше. - Спасибо вам. - Поблагодарила Азалия, и закрыла дверь. Она забралась на кровать, скидывая тапочки, и накидывая на плечи одеяло. Прислонившись к стене, она с удовольствием начала уплетать чуть тёплую вязкую кашу. Ещё никогда она не получала такого удовольствия от овсянки. Тут её взгляд упал на тумбочку. На ней одиноко стоял бумажный пакет. Девушка потянулась, и схватила его. Поставив тарелку на кровать, она аккуратно разорвала бумагу. Внутри лежали её любимые конфеты. Девушка улыбнулась, в поисках записки, и с радостью обнаружила её на дне пакета. Листочек пергамента был сложен в несколько раз. Азалия нетерпеливо развернула его, узнавая любимый почерк. " Малыш, без тебя Хогвартс сошёл с ума. Честно. Твой Гарри теперь лучший на зельях. А Малфой не хочет играть в квиддич. Плакса Миртл назвала меня придурком. А за гриффиндорским столом теперь ужасно скучно. Смотреть не на что. Я отвернулся к пуффендуйскому, но там ещё хуже. Ещё и Долгопупс возле него околачивается постоянно. Похоже, парень влюбился. Или снова столы перепутал. А Добс, кстати, передавал тебе привет. У него на голове семь шапок. Куда ему столько? Ещё даже не зима. Наверно, он с каждой зарплаты их себе покупает. Твоя подружка, с когтеврана, ходит в каких-то нелепых очках. Подошла ко мне и говорит - у тебя полно мозгошмыгов. А я спросил, ну, а мозги-то хотя бы есть? Она не ответила и ушла. Я теперь и сам сомневаюсь. Ты только не ревнуй, пожалуйста, но я очень много времени провожу с мадам Пинс. Она не сводит с меня глаз. Даже не знаю, как устоять. Надо сказать ей, что у меня мозгошмыги. А если серьёзно, то я очень жду тебя. Безумно сильно. И очень люблю." Аза не сдержала смех, и перечитала письмо несколько раз. Она представила себе это всё воочию. Её наполнило такой сильной любовью. Как бы ей хотелось сейчас обнять Тео. Она погладила листочек, как будто это могло ей помочь. Но настроение её стало ещё лучше. Она улыбалась, пока доедала уже совсем замёрзшую кашу, а потом, закинув в рот земляничный леденец, девушка почувствовала себя уж совсем хорошо. Она завалилась на подушку, и стала крутить в руке волшебную палочку. Направив её на конфетный фантик, она спокойно произнесла: - Энгорогио. На последнем слоге, фантик тут же увеличился в размере, став похожим на блестящее полотенце. - Редуцио! Шуршащая обёртка вернулась в обратное состояние. Азалия осталась очень довольной. Палочка действовала безотказно. Даже ещё лучше, чем раньше. Она как будто читала мысли. Но это был всего лишь фантик. Азалия навела палочку на тумбу. - Вингардиум левиоса! Тумбочка плавно оторвалась от пола и закачалась в воздухе. - Лети к дверям. Тумба покорно полетела, и зависла возле двери. Азалия вернула её на место. Тут её взгляд упал на шкаф. Как только он взмыл в воздух, дверь палаты открылась, и девушка ойкнула. Шкаф с грохотом рухнул на пол, чуть не задев целителя. - Я смотрю вы уже развлекаетесь, мисс Фоули. - Не повёл даже бровью, мужчина. На нём была изумрудная форма целителя шестого уровня. Лицо мужчины обрамляла короткая борода, густая, каштановая, но с частой сединой. Голубые глаза светились, хоть и выглядели сильно уставшими. Целитель взмахнул палочкой, и шкаф отскочил на своё место. - Скучно просто. - Немного смутилась Аза, садясь на кровати, попутно поправляя пижамную рубашку. - Понимаю. - Улыбнулся мужчина, и наколдовал себе удобное кресло. - Меня зовут целитель Сметвик, как вы себя чувствуете, мисс? - Вроде хорошо. - Задумалась немного Азалия. - Знаете, за последнее время, я никогда себя так хорошо не чувствовала. Сметвик довольно улыбнулся. - Мисс Фоули, вы поступили с сильным токсическим отравлением. Я осмотрел вас, и обнаружил на ваших органах сильнейшие повреждения. В желудке даже открылось кровотечение. Скажите, откуда мог взяться яд, вы что-нибудь пили? - Я даже не представляю. - Пожала плечами Азалия. - В поезде я пила тыквенный сок. Но его все пили. А на ужине, я даже не успела ничего толком поесть. - Дело в том, что ваши повреждения, скажем так ожоги, носят накопительный характер. - Вы имеете в виду, что я что-то принимала уже очень давно? - Нахмурилась Азалия, пытаясь понять, что происходит. - Верно. Дверь снова распахнулась, и Азалия посмотрела на ещё одного мужчину. Губы девушки растянулись в улыбке. - Ну привет, Фоули! - Мистер Уильямсон, закрывая за собой дверь, тоже довольно на неё посмотрел. В его руках была папка с кучей пергаментных документов. - Ты когда-нибудь дашь мне провести спокойно, хоть один выходной? - Не-а. - Замотала головой Азалия, глядя на Уильямсона в обычной магловской одежде. На нём были джинсы и чёрная куртка. Так он выглядел куда моложе, чем в алой мантии аврора. - Выяснили уже, что случилось с мисс Фоули? - Спросил аврор, глядя на целителя, и здороваясь с ним за руку. - Вот пытаемся. Она только недавно пришла в себя. Мисс Фоули, яд, который принёс вам такие поражения, накапливался в вашем организме не один день. Возможно даже, что и не одну неделю. Подумайте хорошенько, что это могло быть? Оба мужчины внимательно уставились на неё. Аза серьёзно задумалась, перебирая в памяти, всё, что могла есть и пить за последнее время. Она смотрела в пол, поглаживая пальцами губы. - Может какие-то лекарственные зелья? - Спросил целитель. - Вы что-нибудь принимаете? - Да. - Кивнула Азалия, тут же вспомнив. Как она раньше не подумала об этом. - Я каждый день пью одно зелье. По чуть-чуть. Оно токсичное, конечно. Но оно безопасное, на флакончике написано, что нельзя принимать чаще раза в день. Я пью правильно. - Что это за зелье? - Произнес Уильямсон. Аза тут же вспыхнула. Она это почувствовала. Даже кожа головы, стала гореть. - Это...такое зелье...ну-у... - Азалия совсем замялась. Ей было смертельно стыдно произносить это вслух. Ладно бы тут был один целитель, но Уильямсон! Мужчины выжидательно уставились на девушку. - Это женское зелье. - Нашлась вдруг Азалия. - Обезболивающее? - Серьёзно спросил Уильямсон. - Нет. - Хмыкнула девушка. - Как давно вы его принимаете? - Похоже целитель понял, о чем говорит девушка. - Наверно месяц. Я до этого принимала другое. Мне школьная медсестра его давала. От него не было никаких проблем. - То есть проблемы начались, как вы стали принимать именно это зелье? - Допытывался Сметвик. - Честно, я не замечала. Мне было плохо каждый день. И до этого зелья, и после. Я не помню, что бы за лето, у меня был хоть один день, когда, я чувствовала себя нормально. - Я понимаю о чем вы, мисс Фоули. Мне известны события с которыми вы столкнулись. Убийство Амелии, моей давней подруги, кстати, стало шокирующим для всех, кто её любил. Я, к сожалению, не смог проститься с ней и бедной Сьюзи. Был занят здесь, в больнице. Наверняка это очень сильно повлияло на вас. - Заботливо произнес Сметвик. - Наверно. Всё вместе, и отец, и Амелия. И ещё, был случай, мне пришлось отдать много сил. Что бы помочь одному человеку. - Опустила голову девушка. - Ваши магические способности, пострадали от этого? - Спокойно спросил целитель. Уильямсон внимательно при этом слушал. - Да, начались сбои. Не могла даже простое Акцио наколдовать. Мне пришлось заново тренироваться. - Кивнула Азалия. - Такое случается. При очень сильных потрясениях, стрессах, при потере близких, магическая сила бывает довольно нестабильна. - Начал объяснять целитель. - У меня в практике был случай, когда молодая женщина лишилась своих магических способностей, после того, как потеряла своего возлюбленного. Она просто не хотела больше жить. Отчаяние, горе, потеря любимых, это очень большая ноша, с которой тяжело справиться. Азалия вздохнула, но согласно закивала, глядя на Сметвика. - Но вы, как я посмотрю, уже чувствуете себя намного лучше, так ведь? - Поинтересовался он улыбаясь. - Да, причём намного лучше. Это какое-то зелье? Чем вы меня лечили? - Сначала я дал вам противоядие. Это остановило кровь, и закрыло все раны. А потом настойку, восстанавливающую силы. Она благотворно влияет на психику человека. Но её тоже много нельзя. Иначе наступит привыкание. - Сказал Сметвик. - А потом, когда её действие закончится, что будет? - Забеспокоилась Азалия. - Вы ничего не заметите. Будете такой же, как и сейчас. Хуже не станет. - Улыбнулся ей мужчина, поглаживая бороду. - А то зелье, что вы принимали, у вас оно ещё осталось? - Да, там буквально на один глоток. И оно в школе. - Сказала девушка. - А где ты его взяла? - Спросил Уильямсон. - Купила в аптеке на Косой аллее. - Понятно. На вот, бумажку и карандаш. Напиши мне полное название. Я пойду, прогуляюсь до этой аптеки. - Уильямсон протянул ей пергамент, и Азалия стала писать. Она даже нарисовала кругленький флакончик, с закручивающейся крышечкой, что бы Уильямсон ничего не перепутал. Забрав у девушки листок, аврор вгляделся в название конрацептического зелья. Азалия отвела от него взгляд, и услышала только как он хмыкнул. - Я тогда пошёл. - Медленно сказал он, всё ещё глядя в листок. - Подожди, Яков. - Помрачнел вдруг, мистер Сметвик. - Это только один момент. А есть ещё. Когда я осматривал мисс Фоули, то помимо токсических ожогов, обнаружил ещё одни характерные отметины. Они в основном расположены на репродуктивных органах. Вот в этой области. - Погладил он себя по низу живота. - Что? - Нахмурилась Азалия. - Подробнее, пожалуйста. - Тоже ничего не понял аврор. - На органах этой девушки есть отметины. Отметины, которые оставляет после себя чёрная магия. Например - пыточное заклятие. И не простое Круцио. А Круциато ад мортем, понимаешь, Яков? Девочку пытали! Сметвик замолчал, а Уильямсон перевёл взгляд на девушку, и тяжело вздохнув, сказал: - Азалия, ты просто моё одно сплошное проклятие! На шестом этаже Святого Мунго, находился буфет и больничная лавка, а так же дальнее отделение для маглов. Их специально держали отдельно от других пациентов, что бы они не увидели лишнего. Азалия шла по коридору мимо буфета. Сметвик сказал, что маглы, пострадавшие при крушении Брокдейлского моста, всё ещё лежат без сознания. Зайдя в огромную палату, примерно на двадцать мест, Азалия увидела, что все койки заняты. Маглы лежали не шевелясь, с закрытыми глазами. Казалось, что они просто все спят. Девушка медленно пошла по палате, вглядываясь в их лица. Многих она узнала. В самой дальней части, возле окна, она увидела на подушке женщину с волосами в мелкие кудряшки. Азалия подошла к её кровати и схватилась за перекладину. Женщина лежала не подавая никаких признаков жизни. Казалось, что она даже не дышит, хотя если присмотреться, одеяло всё-таки немного поднималось. Лицо женщины очень напоминало личико её маленькой дочери, и Азалия улыбнулась, вспомнив Милли. Постояв возле кровати ещё минут пять, девушка с грустью вышла обратно в коридор. Она не знала, как помочь этим людям. Но очень хотела, что бы все они, скорее пришли в себя. На обратном пути она зашла в лавку, и некоторое время рассматривала настойки и сборы трав. Возле одного стеллажа её сердце резко дёрнулось. На полке были выставлены мешочки с наборами сухих растений. Каждый назывался по-разному и предназначался для разнообразных зелий. На полке, рядом с мешочками стояла карточка с надписью, которая гласила: - Сбор трав тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. Май. Растениевод, селекционер, Юстас Генри Фоули. Азалия некоторое время смотрела на имя отца, и не выдержав вышла из лавки. Тут её сразу же привлёк запах корицы. Азалия двинулась к буфету. Ещё издалека она приметила пышные булочки в виде улиток. Они были пропитаны чем-то коричневым и масляным. И уже собираясь купить себе пару штук, Азалия вспомнила, что у неё нет с собой даже сикля. - Ну, что же вы ничего не берёте? - Спросила у девушки милая буфетчица в фартучке и накрахмаленном лимонном чепчике. - Извините, денег нет с собой. Я просто так зашла. - Смущённо улыбнулась девушка. - У вас лицо знакомое. Я вас где-то видела. - Вдруг сузила глаза женщина, напрягая память. - Да-да, мисс Фоули. Вы часто в Пророке появляетесь, я вспомнила. Мой сын, кстати, в этом году пошёл в школу и попал на Гриффиндор. Его зовут Лайвин Фортескью. - О, поздравляю. Я видела его на распределении. Такой, со светлыми волосами. - Азалия вспомнила мальчишку, что трясся в очереди к распределяющей шляпе. - Да, это он. - Радостно улыбнулась женщина. - Знаете что, берите, что хотите. Потом занесёте деньги. А, вообще-то, и денег не надо. Просто угощайтесь. - Вы что, я так не могу. - Запротестовала Азалия. Но запах улиток с корицей кружил ей голову. - Вы что туда амортенцию добавляете? - Засмеялась она. Женщина тоже захохотала. - Садитесь, я сейчас вам чайку налью. Улиточку будете? Азалия не смогла отказать этой милой женщине, и они долго просидели в буфете, обсуждая всё на свете, начиная от цен на школьные учебники, и заканчивая арестом Стэна Шампайка. - Что? - Удивилась Азалия, допивая третью чашку. -Да, в Пророке сегодня написали. Я даже подумать не могла, что Стэн окажется пожирателем смерти! - Этого не может быть. - Сдвинула брови девушка. - Стэна все знают, он работает кондуктором Ночного рыцаря. - Вот и мы все были в полнейшем шоке сегодня. Но, хотя чего удивляться, если вон даже сын этого самого, благотворителя нашего...Скажи, ну посадили-то его недавно... - Никак не могла вспомнить женщина. - Нотта. - Невесело подсказала Азалия. - Да, вот! Если даже его сын носит метку, и продолжает учиться в школе, то чего удивляться? Мне Лайвин в письме так и написал, что этот Нотт очень подозрительный. Всё время проводит в библиотеке, за сомнительными книгами. А чего он там выискивает, а? Я одного не пойму, куда Дамблдор смотрит. Вот погоди, этот Нотт, тоже окажется малолетним преступником! Помяни моё слово. Я только радуюсь, что мой сын попал в Гриффиндор. Там нет никаких сомнительных личностей. А времена очень страшные. Очень! Я даже сомневалась, отправлять его в школу или нет. - Но ведь в школе, наоборот, безопасней. Там теперь авроры дежурят. Там Дамблдор! - Воскликнула Азалия. - Ага, Дамблдор. Который берет в школу всех подряд. - Махнула рукой женщина. Немного расстроенная, Азалия вернулась к себе в палату, по пути поворачивая голову на Барти Крауча. Тот сидел на кровати, и всё так же смотрел в одну точку. Он поймал взгляд девушки, и проводил её глазами. В них ничего не отражалось. Азалии стало немного не по себе. Она легла на кровать, и принялась читать Ежедневный пророк, который ей дала буфетчица. Статья про Стэна Шампайка и правда не была её вымыслом. Перечитав всю газету, от корки до корки, Азалия от усталости прикрыла глаза. Сон сделал её голову очень тяжёлой. Не сопротивляясь сну, Азалия улеглась поудобнее, и заснула. Сон был тревожный, тёмный. Ей казалось, что она гуляет по черным коридорам, из которых не было выхода. А когда она добралась, наконец, до самого конца коридора, это отказался поворот в следующий. Азалия открыла глаза резко, как будто её кто-то разбудил. Она почувствовала, что три чашки чая, давно и упорно просятся наружу. Девушка встала и прошла в туалет, который был в её палате. Так же, как и душ. Когда Азалия спросила, почему она лежит отдельно от всех, со своими удобствами, Сметвик сказал, что совсем недавно на счёте больницы, в банке Гринготтс, появилась достаточно большая сумма, и руководство Святого Мунго прекрасно знает от кого. И если ей что-то нужно, ей стоит только попросить. Выйдя из уборной, она поняла, что на отделении давно все спят. Стояла полная тишина. Она выглянула в коридор, и увидела, что свет горит только у неё, и у Барти. Он все так же был пристегнут, но почему-то не спал. Барти снова посмотрел в сторону девушки. Азалия постояла немного, раздумывая, но уже через секунду тихо пошла по направлению его палаты. Её никак не покидала мысль - каково это быть без души. - Привет. - Подошла она к открытой двери. - Можно я войду? Барти мотнул головой. Азалия прислонилась к противоположной стене, и села на корточки. Теперь она смотрела на него снизу вверх. - Тебя зовут Барти Крауч? - Спросила она тихо, что бы не услышали в соседних палатах. Дежурный колдомедик, наверняка уже спал у себя. Барти снова кивнул. - А ты...ты помнишь почему ты здесь? - Осторожно спросила Азалия. - Меня поцеловал дементор. - Безразлично ответил он. - А за что, ты помнишь? - Я убил своего отца. И хотел убить Гарри Поттера. - Его ровный голос даже не дрогнул. - Это верно. А ты помнишь... Помнишь своё детство? - Внимательно изучала его лицо Азалия. - Да. - Каким оно было? - Я родился в Лондоне. И до Хогвартса обучался на дому. Меня учила мама, и некоторые учителя, которых нанимал отец, специально, что бы я изучал побольше предметов, ещё до школы. Я очень много занимался. Но отец был мной недоволен. - Почему? - Удивилась Азалия. - Он считал, что я недостаточно стараюсь. Мне плохо давалось чтение. Я мог путать слова, переставляя слоги местами. Это бесило моего отца. Он часто меня бил. - Он тебя бил? - Ужаснулась Азалия. - Он приходил с работы и заставлял меня читать ему вслух. И когда я запинался, он обзывал меня. А потом очень нервничал. Доходило до того, что он избивал меня своей тростью. - А мама? Где она была в это время? - Мама была в соседней комнате, она всё слышала. Но она ни разу не заступилась. - Но разве это не она спасла тебя из Азкабана? - Да. - Значит она любила тебя. - Этого я не помню. - Безразлично сказал Барти. - А как ты попал к Тёмному Лорду, ты помнишь? - Сама боясь своих же вопросов, произнесла Азалия. Ей все казалось, что Барти сейчас рассвирепеет, но он всё так же смотрел в пространство. - После школы мне полагалось идти на работу в министерство, к отцу. Я очень этого не хотел. Но деваться было некуда и первый месяц я работал помощником его помощника. Но и тогда отец был недоволен. Там же в министерстве я познакомился с Августусом Руквудом. Поначалу он относился ко мне с опасением. Но однажды он застал нас в кабинете, когда отец, в очередной раз кричал на меня. А потом подошёл ко мне в коридоре. Мы разговорились. Руквуд жалел меня. Никто до этого не разговаривал со мной так участливо. С тех пор мы сдружились. - Ты знал, что он пожиратель смерти? - Почти не дыша поинтересовалась Аза. - Нет. Он открылся мне не сразу. Но как-то раз, он пришёл ко мне с просьбой. Я должен был передать документы. - Ты знал, что в этих документах? - Я не заглядывал в конверт. Не хотел что бы Августус подумал, что я слишком любопытный. Я не хотел потерять его доверие. - И что было потом? - Я отдал конверт человеку в переулке. Но за нами вели наблюдение. Нам удалось скрыться. И Руквуд похвалил меня. Сказал, что если бы я не справился, всё бы пропало. Он сказал, что на меня можно положиться. Ведь даже авроры меня не узнали. Так хорошо я замаскировался. - И потом он открыл тебе, что он пожиратель? - Да. Он сказал, что мне можно доверять. И что им нужны такие как я. Меня сначала брали на мелкие задания. А потом Лестрейнджи взяли меня под свое крыло. Руквуд сказал, что с ними я быстро всему научусь. - Чему именно научишься? - Черной магии. Они учили меня заклинаниям. Лучше всего у меня получалось пыточное заклятие. В совершенной его форме. Азалия вспомнила ощущения от пыток этим заклинанием, и нахмурилась. - Ты помнишь как вы пытали Долгопупсов? - Да. Я был вхож почти во все дома. Меня все знали как сына главы отдела магического правопорядка. Никто бы даже не подумал, что я присоединился к пожирателям. Долгопупсы верили мне. Френк был аврором. Мы часто пересекались на работе. Я пришёл к ним ночью, когда они спали. И сказал, что им срочно нужно кое-что увидеть. Они вышли из дома прямо в пижамах, без палочек. Они пошли за мной, спрашивая, что же случилось. Но тут их схватили Лестрейнджи. Мы перенесли их чуть дальше в лес. За каштаны, что росли на холме. Наложили кучу заклинаний, что бы их воплей никто не услышал. Азалия закрыла глаза, представляя себе это место. Её любимые каштаны, всплыли у неё перед глазами. Её прошиб страх. - Но Лестрейнджи только кричали на них, и запугивали. Толку от этого было мало. А нам нужна была информация. Я не мог подвести Руквуда. И применил пыточное заклинание. Белаттриса была очень мной довольна. Но и тогда Долгопупсы не могли ничего сказать. Они только молили о пощаде. Но я уже не мог остановиться. Я пытал их, и пытал. Снова, и снова. Пока совсем не рассвело. Потом мы все поняли, что они повредились в уме. Больше не могли сказать ничего связного. Рабастан Лестрейндж сказал, что мы должны убить их. Нельзя было оставлять свидетелей. Даже и таких ненадёжных. Но в доме возле каштанов заплакал ребёнок. Очень громко. Я увидел, как Юстас Фоули выходит на крыльцо дома, с ребёнком на руках и качает его, пытаясь успокоить. Он смотрел в нашу сторону. Нас это спугнуло. Хотя, конечно, он не мог нас видеть. Но я видел его, и его дом. Ведь я бывал у них. Я испугался, а что если и он меня видит. Азалия закрыла рот ладонью. Её всю трясло. Она осела на пол. - Вы искали информацию о Тёмном Лорде? - Спросила она чуть слышно. - Да. Я на тот момент ни разу не видел его. Только слышал о нём рассказы от других пожирателей. Да и в министерстве часто говорили. Но только рассказы пожирателей мне нравились больше. Я верил, что повелитель самый могущественный из всех. Я верил, что когда-нибудь смогу послужить ему. А для этого мне нужно было стать чем-то большим, чем Барти Крауч. И когда повелитель исчез, именно я, рвался найти его больше всех остальных. - Ты увидел его впервые, когда он пришёл за тобой, два года назад? - Да. Его принёс Хвост. И я сразу понял, что хозяин нуждается во мне. Это был мой шанс. Я должен быть показать ему, что именно благодаря мне он вернёт свою силу. И он будет гордиться мной так, как никогда не гордился мой отец. Я бы стал его правой рукой. Лучшим из всех, кто когда-то служил ему. - И для этого ты должен был убить Гарри Поттера. - Утвердительно сказала Азалия, вздыхая. - Не только. У меня было много поручений. Я передавал ему всю информацию, что мог достать в школе. Рассказал про Игоря Каркарова, что тот теперь играет в дружбу с Дамблдором и министерством. Что это Каркаров сдал Руквуда аврорам. Ещё я должен был сделать так, что бы Гарри Поттер попал на Турнир трех волшебников. - Почему вы просто не выкрали его из школы? Зачем было всё так усложнять? - Хозяин хотел, что бы всё выглядело как трагическая случайность. Он бы убил мальчишку, я бы подкинул его тело обратно в лабиринт. Потом бы оставалось дело за малым - избавиться от Грюма. Убить его, и тоже подкинуть в лабиринт. Пусть бы ломали головы, как это произошло. И никто бы не узнал, кто я на самом деле. И о возвращении Тёмного Лорда бы тоже не узнали. - А авроры приходили к тебе сюда? - Вдруг вспомнила Азалия. - Да. Задавали вопросы, где Тёмный Лорд. Я им ответил, что в Литтл-Хэнглтоне. Азалия хмыкнула. - И больше ничего не спросили? - Нет. Их волновал только этот вопрос. - Ещё какие-то поручения давал тебе Тёмный Лорд, пока ты был в Хогвартсе? - Поинтересовалась девушка. - Да. Я должен был спрятать одну вещь. - Какую? - Спросила Азалия сгорая от любопытства. Она даже приблизилась в нему. - Очень древняя реликвия. О ней ходили легенды. Эта вещь была очень дорога повелителю. Он сказал беречь её, как будто это он сам. Он приказал спрятать её под носом Дамблдора. Но так, что бы тот никогда не нашёл. И я сделал это. - Что это за вещь, Барти? - Прошептала Азалия, не сводя с него глаз. - Это д... - Заговорил Барти, но тут что-то произошло. Азалия услышала странный звук, как будто что-то щёлкнуло. Барти выпучил глаза, и резко схватив себя за горло начал сжимать на нём пальцы. Азалия вскочила на ноги не понимая что проходит. Барти душил сам себя с яростной силой. Он кряхтел и давился, разбрызгивая слюни. Его лицо покраснело, глаза вылезли из орбит. Вены вздулись, а ноги задёргались в судорогах. - Барти, ты что делаешь! - Воскликнула ничего не понимающая Азалия. - Прекрати! Девушка схватила его руку и попыталась оторвать пальцы от шеи. Но Барти обладал недюжинной хваткой. У Азалии не получилось даже просто сдвинуть руку с места. Она закричала: - КТО-НИБУДЬ! ПОМОГИТЕ! СКОРЕЕ, ПОЖАЛУЙСТА! Азалия схватила свою палочку, что торчала из кармана пижамных штанов. Лицо Барти приобретало синеватый оттенок. Язык его запал, и он начал давиться. Пальцы же с такой силой вцепилась в горло, что под ногтями лопнула кожа, и выступила кровь. - АНАПНЕО! - Закричала Аза, применяя заклинание, помогающее дышать. Но оно не сработало. - Петрификус Тоталус! Но и это не помогло. Заклинания отскакивали от Барти. Руки девушки тряслись, и она не понимала что делать. - ДА КТО-НИБУДЬ ПОМОГИТЕ! Аза побежала к соседним палатам, стуча во все двери. Она подняла такой крик, что из дальнего конца коридора вышел молодой целитель. - Мисс Фоули, что происходит? Зачем вы устроили такой шум? - Пробормотал парень, потирая заспанное лицо. - ПОМОГИТЕ, БЫСТРЕЕ. БАРТИ КРАУЧ! - Ещё громче закричала Азалия, и бросилась обратно в палату. Но в дверях она остановилась как вкопанная. Барти Крауч лежал на своей кровати, прикованный ремнями. Одна его рука замкнулась на горле, вцепившись ногтями. Глаза были широко открыты, в них полопались все капилляры. Из открытого рта, на одеяло стекала слюна. Он не дышал. Барти был мёртв. Но его взгляд кроваво-красных глаз никак не изменился. Они всё также, ничего не выражали. Азалия сидела на кровати, в своей палате, облокотившись спиной о стену, прямо как в палате Барти. Уткнувшись локтями в согнутые колени, она запустила пальцы себе в волосы, и сжимала голову. Слёзы текли по щекам, капая на пижамную рубашку. Нос заложило, и Азалия открыла рот, что бы набрать воздуха. Губы имели солёный привкус. Вытерев их рукавом, девушка зашмыгала носом, и не услышала, как в этот момент дверь палаты открылась. Она продолжала разглядывать свои голые ступни, когда рядом раздался знакомый приятный голос: - Азалия, добрый вечер. Позволь мне поговорить с тобой. Аза вздрогнув, подняла заплаканные глаза на Дамблдора, и снова вытерлась мокрым рукавом. Она кивнула, показывая на стул, что стоял рядом с прикроватной тумбочкой. - Благодарю тебя. - Произнес Дамблдор и прошёл к стулу. На тумбочке он увидел надорванный бумажный пакет, и его глаза сверкнули любопытством. - Угощайтесь. - Сипло предложила Азалия, глядя как Дамблдор улыбнулся. Он достал один из леденцов, развернул шуршащую обёртку, и с удовольствием закинул конфету в рот. Его усы довольно качнулись. - Прекрасные конфеты. Какой яркий вкус. - Сказал Дамблдор, и посмотрел в заплаканное лицо девушки. - Азалия, чем я могу тебе помочь? Аза протёрла глаза, стараясь унять дрожь в голосе. - Я в порядке, профессор. - Сказала она гнусаво. - Ты плачешь из-за Барти?- Наклонил голову Дамблдор. - И из-за него тоже. - Со вздохом, сказала Азалия, вытирая мокрые руки о пижамные штаны. - Тебе жалко его? - Тихо спросил директор, таким тоном, что Азалия не поняла, осуждает он её за это или нет. - Я думаю о том, сколько бед принёс Воландеморт. - Так же тихо сказала она, сплетая свои пальцы. Альбус Дамблдор согласно покачал головой. - И сколько ещё принесёт, Азалия. - Подтвердил он с грустью. - Это какое-то проклятие, верно? То, что случилось с Барти. Перед тем как он начал душить себя, я услышала звук. Очень странный. Как будто рядом кто-то зажёг спичку. - Аза посмотрела на директора. - Полагаю, что так оно и было. Я думаю, что это проклятие было наложено на него самим Воландемортом. О чем вы говорили с Барти перед этим? - Сначала я расспрашивала его о детстве, об его отце. И о родителях Невилла. А потом я спросила, какие задания давал ему Тёмный Лорд. Он рассказал про Турнир. А потом он сказал, что ещё должен был спрятать в Хогвартсе какую-то вещь. Очень ценную. Он сказал, что эта вещь принадлежала Воландеморту. Что как будто бы она была частью его самого. Как-то так он сказал. Но он не успел ничего толком объяснить. В этот момент раздался тот хлопок, и он стал душить себя. - На последних словах глаза Азалии снова защипало. Дамблдор резко подался вперёд. - Что он сказал? Вещь, которая была частью Тёмного Лорда? - Серьёзно спросил Дамблдор. Аза увидела, как директор мгновенно переменился. Эта фраза, что-то явно значила для него. - Да, как-то так. Принадлежала Тёмному Лорду. Что он очень ею дорожил. Я так и не поняла, конкретно. - Ты точно уверена, что он так сказал? - Да, профессор. Видимо Барти сказал то, чего не следовало говорить. И поплатился жизнью. Верно? - Так и есть. Барти сказал лишнее. Послушай, Азалия. Ты должна понять кто такой Воландеморт. На самом деле он никогда и никому не доверял. Я думаю, что хоть Барти и считал себя самым преданным его слугой, но тоже не стал для него, чем-то большим, чем просто расходный материал. И даже если, Воландеморт поощряет за что-то, посмотри, как он умеет наказывать. Никогда нельзя верить ему, что бы он не говорил. Запомни это. - Почему он просто его не убил? Ведь Барти сидит здесь, без охраны, уже столько времени. Подослал бы своих пожирателей и готово! - Потому что Барти для него уже больше не существовал. Воландеморт не беспокоится о тех, кто стал ему бесполезен. - Спокойно ответил Дамблдор, откидываясь на спинку стула. Они посидели немного в тишине, и Дамблдор был очень задумчив в это время. - Ты сказала, что плачешь не только из-за Барти, а из-за кого ещё? - Мягко спросил он, не глядя на девушку. - Из-за Тео. - Тихо ответила Азалия, откусывая кусочки кожи от нижней губы. Дамблдор понимающе покачал головой. - Я очень боюсь за него, сэр. Боюсь, что его будет ждать нечто похожее. - Азалия кивнула в сторону палаты Барти. Её глаза снова заслезились. - Ты не хочешь мне что-нибудь рассказать? - Вдруг очень внимательно посмотрел на неё Дамблдор. Азалия открыла рот, обдумывая свой ответ, но Дамблдор продолжил сам: - Например про задание, что дал им с мистером Малфоем, Тёмный Лорд? Дамблдор сказал это так ненавязчиво, будто говорил о простых вещах. Но Азалия вдруг поняла, что Дамблдор всё знает. - Откуда вы знаете? - Прошептала она со страхом. - Неправильный вопрос, моя милая. - Улыбнулся Дамблдор, и Азалия нахмурилась. - Лучше спроси, что с этим делать? - Профессор Дамблдор! - Тут же воскликнула Азалия, съезжая на край кровати. Из её глаз снова полились слёзы. Она смотрела Дамблдору прямо в его голубые глаза. - Тео не убийца, он хороший человек. Он не станет этого делать, я знаю. Он не хочет этого. Помогите нам! Как мне спаси его? Ведь если Драко, или он, не убьют вас, они оба сами погибнут! А если погибнет Тео, с ним вместе и я, вы понимаете?! Я не хочу жить без него! Азалия не стеснялась своих эмоций. Она думала только о том, что больше не может носить это в себе. - Тише, тише! - Взял руки девушки в свои ладони Дамблдор, и погладил их. - Успокойся, пожалуйста. Я знаю...я знаю. Это всё очень тяжело. Очень сложно. - И я не хочу, что бы вы пострадали, сэр! - Заплакала Азалия. - Ну всё, я сказал, успокойся. - Дамблдор ласково провёл рукой по её щеке, вытирая слёзы. - Я знаю, что мистер Малфой и мистер Нотт в большой опасности. Я знаю про непреложный обет. И я знаю, что они не смогут убить меня. Мистер Малфой не сможет. А мистер Нотт не захочет. Поэтому, Азалия, ты должна кое-что сделать. Дамблдор засиял лучезарной улыбкой, глядя в растерянное лицо девушки. - Азалия, - спокойно сказал он. - Ты должна помочь им в этом.