Be my life

Дым выходил тонкой струйкой из искалеченного лица Салли и причудливыми изгибами растворялся в ночной мгле. Мелкие едва видные из-за городского смога звезды мерцали, напоминая веснушки на темном небе. Уличные фонари своим светом окрашивали очертания двоих - Трэвис и Салли. Они сидели на крыше апартаментов и курили одну сигарету на двоих. Ну как на двоих - Трэвис до сих пор пытался сохранить облик правильного сына священника и лишь изредка поддавался греху, стреляя затяжку у Фишера. А последний и не против. Прикасаясь губами к бумажной оболочке никотинового яда, он упивался мимолетным осознанием того, что к ней прикасались губы блондина. Парни сидели в тишине и не стремились ее нарушать. Прошел год с момента, когда Салли застал Трэвиса в туалетной кабинке и провел некую исповедь. После этого их отношение друг другу постепенно менялось, но это уже другая история. На данный момент эти двое ловили каждый момент, который они могли провести вместе. Будь то мимолетный поцелуй в кабинке на перемене или незаметная встреча под покровом ночи. Салли не боялся того, что их уличат в столь прогрессивных отношениях. Боялся Трэвис. Боялся, что отец узнает. Тот не поймет, не примет. И все, что оставалось Фелпсу - это ловить каждый момент, проведенный с ранее столь ненавистным ему Фишером. Голубоволосый докурил сигарету и,  затушив об кроссовок, выкинул ее в непроглядную тьму. Взгляды встретились, а позже и губы. Их поцелуй могут назвать неумелым, но парням на это плевать. Это был поцелуй полный любви и надежды на светлое будущее. Рука Трэвиса осторожно и очень аккуратно прикоснулась к щеке Салли, будто боясь, что данное действие все разрушит. Разрушит желанное спокойствие и свободу. Однако в ответ лишь прозвучал легкий смешок и легкое трение о ладонь. Трэвис в тайне от отца прочитал множество грешной литературы и всегда удивлялся тому, как людям во время поцелуя может не хватать воздуха - ведь можно спокойно дышать носом. Однако, дыхание - это последнее о чем ты думаешь, погружаясь в ощущения своего партнера и желание стать частью его. Стать одним целым. Наконец оторвавшись друг от друга, одноклассники смотрели друг другу в глаза с той самой любовью, о которой пишут стихи. И в которую Трэвис до сих пор не верит. Он отрицает - с ним не может такого произойти, нет. Он не может в действительности быть счастливым. Это отрицание щипало глаза и заставляло огромный ком подкатить к горлу сына священника. - Я люблю тебя, - тихо проговорил сквозь слезы Трэвис и обнял Салли. - А я люблю тебя, - тихо смеясь произнес Салли. Трэвис проснулся.