Вокруг света через скуку и лень

      Ах, Эквестрия. Среди всех мест, именно Галопполис олицетворяет её лучше всего - земледелие, пьянство и вульгарность. А ведь, некогда, на месте длинного города располагались две небольшие деревни со схожими культурами. Общие ценности объединили два поселения, основав совершенно новое место на карте. Место, полное цинизма. Поезд только остановился, как в него пробилась атмосфера, которую приезжим никогда бы не хотелось даже представлять. Несмотря на то, что это, почти что, центр Эквестрии, с порога станции товарищей встретили всевозможные стереотипы, про которые без устали болтают кантерлотцы. — ..Как эт места на кладбище нет? А где мне подношения оставлять? - возмущалась какая-то бабушка - Как же сынуля до Шайрлэнда доберётся? — Лутш золото-б оставили, на нужды государства. - равнодушно предлагал какой-то стражник - Следующий..! Тут и карманные кражи, и большое количество пьяниц, и даже проституция. Конечно, есть и другая сторона медали - самые развитые сельское хозяйство и кулинария, кормящие всю страну, но хорошее никак не перебьет плохое. Особенно, когда это пихают прямо в лицо. — ..Я тоже не хочу здесь находиться, но нам нужно было сделать остановку. - шоколадная пони нервничала не меньше оранжевой - Ардент-Вайбрант отсюда отправится к себе на родину, а мы должны как следует подкрепиться. Возьмём еды для всей команды - и Гамбита не забудем. Нам ехать придётся далеко-далеко. — Но тут всё такое.. Безвкусное! - крылатая отвращалась от каждой детали, параллельно следя за своими сумками и саблей - Ладно ещё дома - высоченные коробки, почти как замки, но ты посмотри на всё остальное! — Как только поедим - сразу же в путь. Вон, недалеко осталось. - земнопони указала на дальнее, богатое, двухэтажное здание. — Булки.. - Саншайн пыталась разобрать надпись - ..И е.. ..Булки. Это насколько нужно быть больным, чтобы разместить табличку с таким пошлым названием? Нет, зачем вообще делать такое прозвище? А как же жеребята? Ничто не может быть оправданием такого бескультурья! Запах вкуснейшей выпечки нисколько не подкупал путников. Зато привлекал, под вечер, население всех слоев. — Ну уж нет! Я туда не пойду! — Са-ан. Ты хочешь впустую пройти ещё несколько километров? Рядом больше ничего нет. Зашли и вышли, десять минут и не больше. - лошадка достала громоздкие, карманные часы с календарём - Засекаю. Давай. Не может такого быть, чтобы ничего не было. Вон, рыбаки идут! Но пони нельзя кушать мясо. А одиночные стенды? Тоже не то - коробки и вазы. Ну должен же быть ещё кто-то! Кто-то, кто работает сам на себя, без особого места продажи. Прямо, как тот непримечательный, молодой жеребец: — Такого ранее не видывал мир! - конь безуспешно подзывал окружающих к себе - Подходите, подходите! Жидкий лёд! — Кло-ок, смотри! Жидкий лёд! — Это.. Вода. - пони всерьёз озадачилась заинтересованностью своей подруги - Сан, что будет, если растопить лёд? И вправду, лёд станет водой, и наоборот, при смене температуры. Хоть в особняке и был холодильник, Саншайн никогда не залезала внутрь этой огромной, странной конструкции. Всеми техническими процессами занималась именно Клокворк. Она знала тот дом, как никто другой. И механизмы подвешивания люстр, и тайные проходы. Всё, что начинает двигаться после поворота рычагов - её копыт дело. То, чему единорог не мог обучить крылатую, рассказывала и показывала земнопони. В том числе и агрегатные состояния веществ.       Неужели только пошлое заведение остаётся честным? Обмануть пытались и одиночки, и крупные предприниматели. В любом случае, относительно рядом со станцией ничего пищевого не наблюдалось. Архитектор этого деревенского соединения, похоже, прибрал к себе какую-то часть бюджета. Иначе, как объяснить такую халатность, что всё, словно, разбросано по районам, а не по удобству? Хоть стенды с картой города присутствовали, и на том спасибо. Как бы ни хотелось, но откладывать момент с едой нельзя, и подруги направились в это грязное заведение. Первым же делом, вопреки ожиданиям, ощущалось тепло. Комфортная температура, приятный глазу интерьер и относительная тишина - и по отношению к городу, и к самому зданию. Даже собственные музыканты имелись - они наигрывали что-то спокойное, подстать заведению. Только вот, все столики, вроде, заняты. Увы, но это не стало поводом поиска другой едальни - напротив, знакомая с обычаями пони уже шла к приёмному столику, по совместительству бару. Оранжевая лошадка никак не хотела оставаться одна, тем более тут, и поспешила за подругой. — Добро пожаловать в “Булки и е-” — Мы, поняли. - Саншайн вовремя перебила трактирщика - Нам бы поесть, и с собой взять. — Большой заказ, значит? Это хорошо, вам полагается скидка! На скольких персон? — Тридцать с собой, с доставкой к железнодорожной станции, три тут. - уточнила механик - Не скоропортящееся и питательное - это важно. — У нас только так! Всё-таки, “Булки и-” — Мы поняли! - маленькая не выдержала - Пожалуйста, не надо это продолжать. Похоже, что управляющий впервые столкнулся с противоположным мнением и мышлением. Принимающий заказы баран больше смущался от присутствия солнечной, чем от факта своей работы. Или, по крайней мере, так казалось - в голосе и до этого проглядывались нотки стыда. — Почему? Что естественно - то не безобразно! Все это делают. И ты, как подрас- — Мне двадцать один. - крылатая очень холодно отвечала - И ты очень ошибаешься. Это не смысл жизни. — Дорогая, ты плохо знаешь местный народ. Хочешь жить - умей вертеться. В прямом и переносном смысле.       Опытный баран хорошо скрывал неприязнь к своей работе и даже улыбался, но друзьям не составило труда раскусить пушистого. Малышка всё больше и больше задумывалась о судьбе окружающих и выпала из разговора, как вдруг заметила одну неочевидную деталь. Среди персонала не было ни одного пони. И несчастные олени, и овцы, и даже антилопы из Зебрики, но не лошадки. Разве что, у развлекательного уголка сидел кто-то совершенно необычный - белый ушан, пихавший в себя больше выпивки, чем в него могло бы влезть. А так - кто угодно, кроме пониобразных. — ..Тринадцатый столик, это у левой от вас стены. Приятного аппетита! Правда, аппетит совершенно не проявлялся от осознания ситуации, в которой оказалась неопределённая часть населения. Их явно не считают за граждан или полноценных существ - всех, поголовно, держат в демонстрационном виде. У всех коротко стригут шерсть и волосы. Да и не только их. Стоило официантке принести заказ, как в глаза бросилось ещё кое-что - сточенные рога. Никому из них нельзя полноценно колдовать! Это выходит с большим трудом, даже что-то очень простое - овечка еле-еле скрябала мелом на доске, висящей на её шее. “Меня зовут Даллиант Рипоус. Я нема. Пожалуйста, не злитесь.”.       Даже отсутствие возможности говорить не являлась оправданием для занятия вне сферы обслуживания. Их всех использовали, как кукол - вероятно, не только для вида, учитывая, что это публичный дом. Солнечная совсем отчаялась, как вдруг, перед ней положили небольшую миску с зефиром, перед этим написав на доске “Не грусти.”. Лакомство, конечно же, обрадовало сладкоежку, но не настолько, чтобы та могла свернуть горы. С каждой секундой, даже этот позитив угасал - не успела овечка отойти от стола, как кто-то шлёпнул её по заднице. Она никак не отреагировала, попросту уйдя со смиренным видом. — Есть ли смысл в том, что мы делаем? - Саншайн неохотно жевала любимую вкусность. — Ты о чём именно? — Просто посмотри - они же, буквально, как рабы! И чего бы мы ни попытались сделать - мы отдаём деньги этим.. животным. Как бы мы ни старались, они кормят нас, а мы кормим их. — Са-ан, я тебя не узнаю. А кто дал такую воодушевительную речь в Монаконе? Мы попытались! Кто-то тебя понял, я более чем уверена! А до этого? Вы же что-то делали вместе - кому-то, может, помогли. Вас же дома не было почти месяц! Это много!       Действительно. Два путешественника чуть не развязали войну, помешали трём убийцам и открыли глаза на проблемы целой деревне. Но стоит ли это того? Умерло достаточно, пострадало - ещё больше. Успешно получилось совершить только мелкое добро. Может, и сейчас попытаться, угомонив свои амбиции? — Мы должны что-то сделать. - крылатая резко встала из-за стола. Желание оказалось превыше всего - пони даже забыла свой вьюк. Благо, инженер вовремя сообразила и стала упаковывать в одушевлённый багаж оставшиеся булки да сладости. В голове у Саншайн уже созрела мысль, которая явно не понравится её брату. Идея, стоявшая выше остальных. — Я хочу взять комнату. И поговорить с Даллиант Рипоус. — А-а-а.. “Поговорить”, значит? Расценки знаешь? — Какой же ты- - малышка вовремя остановилась, соврав - Да, знаю. — Тогда, сами договоритесь. Даллиант! У тебя гость! Пушистая малость удивилась, завидев своего будущего клиента. Однако, она поступила, как и с другими - провела авантюриста к свободному номеру вдалеке, уже морально подготовившись к чему-то необычному. И необычное случилось - следом, к ним присоединилась механик. Только вот, посетители были не в настроении практиковать извращения. Перед тем, как коричневая овечка с кремовой шерстью успела что-то нацарапать на доске, друзья вновь подтвердили, что не хотят от неё ничего такого, о чём та могла подумать. Они всерьёз хотели просто поговорить. И сделать предложение. — Слушай, я понимаю, что это может звучать как-то резко и неожиданно, но мы хотим тебя спасти. - начала красноглазая. — Это не проверка, не что-то ещё. Мы хотим помочь. Пойдём с нами. Увы, но новость никак не обрадовала и не разочаровала носителя меха. Она, очень спокойно, без колебаний, ответила в своей привычной манере, при помощи мела: “Не могу. Вы не сможете помочь.”. Словно, она не видела смысла дальше жить. Или её что-то держало. — Почему? Мы живём в.. - оранжевая вовремя остановилась - Мы не можем сказать, потому что мало ли. Но мы живём далеко! — ..Там не будет того, что происходит тут. - земнопони вовремя подхватила мысль - Ты будешь наравне с нами - и ты можешь научиться делать то, что хочешь! Мы сможем приютить и твоих родных, если у тебя кто-то есть.       Как только речь зашла о родне, рогатая сразу же дёрнулась. Вот, что ей нужно! Овечка тут же продолжила писать дальше: “Родные - всё здание. Не могу их бросить. Не могу бросить дом.”. И как помочь абсолютно всем? Родители ещё ладно, но тут, получается, табун. Солнечная потихоньку теряла надежду.. — Ты что, шутишь? - внезапно, перевёртыш раскрыл себя перед всеми. — Гамби-и! - та недовольно и обеспокоенно зашептала. — Нет, серьёзно. Я не понимаю. Ты и так уже наплевала на Муна. Мы пошли на такой шаг, уже рискуем, и ты хочешь сказать “нет”? В кои-то веки, и чейнджлинг ошибается. Он верно подметил - пони в какой раз подавила себя, но не потому, что затея вдруг оказалась невыполнимой. Солнечная очень крепко задумалась над тем, как же реализовать такой побег. Это же, целое ограбление, получается. — Ты - глупый! Я не собиралась сказать “нет”! - крылатая подошла к жуку и схватила его за язык - Я пыталась понять, как всё это совершить под носом у всех! — А чего тут думать? Совсем скоро ночь. - Клокворк нисколько не удивилась этой цепочке событий - Клиентов мало, улицы опустеют. Там все переберёмся на поезд. — Поезд? А как же компания? — Компания подождёт. Корпорации то и дело, что паразитируют на формальностях и условных лазейках законности. Прямо, как государство в государстве - и я знаю об этих лазейках достаточно. Доверьтесь мне. Дал, что скажешь? Кажется, все были рады такому исходу. Даже чейнджлинг довольствовался смелости солнечной больше, чем испускал страх из-за языка. Рогатая и вовсе удивила радушием и сговорчивостью, учитывая моральную усталость от такой жизни, и от всего в принципе.       Осталось только понять, как провести всех до станции. Да и хватит ли на всех пайков? Очень сложно - столько расчётов, множество переменных, нюансов.. Однако, для инженера, словно, домашняя работа - шоколадной пони не составило труда быстро разработать план. Клокворк устроила себе мозговой штурм и поделилась деталями с друзьями. Все возьмут с собой столько припасов, сколько смогут - всё равно, они больше сюда не вернутся и бояться нечего. Решено, как и когда выступать к поезду, готово и уточнено почти всё. Кроме места на самом поезде. Экипаж у такой махины не очень большой - почти всё автоматизировано. Но вот беженцев предостаточно - ещё и родных, у кого есть, придётся учесть. На всех просто не может хватить коек или, хотя бы, места на полу. Кого-то, вероятно, придётся оставить. — Если верить Даллиант, то.. - коричневая пони засмотрелась на доску с заметками - Учитывая всё ненужное, будущие затраты, место.. Получится взять всех, кроме кого-то одного. — Мы можем лететь рядом! - оранжевая сразу же вызвалась - Или вообще сойти с пути, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Внимания и так будет достаточно - сам паровоз чего только стоит. - та покачала головой - Ты нам нужна. Ты мне нужна.       Внезапно, немая тихо засмеялась. И вправду, что смешного, в такой-то момент? Благо, она, хотя бы, попыталась расписать свои мысли: “Я останусь. У меня незаконченные дела. Работа с Безымянным.”. Даже если и так, это не звучит безопасно, и уж тем более никак не смешно. — С “Безымянным”? Это кто? - спросила крылатая - С тобой всё будет хорошо? Выражение лица овечки резко поменялось, и та попыталась использовать пространство на табличке с максимальной эффективностью: “У меня свои секреты. Копила деньги на выкуп семьи, откуплюсь сама.”. Очень рискованно. Она задумала вести дела с потенциальным работорговцем? — Почему? Разве ты не хочешь оказаться на свободе? - земнопони не понимала, к чему та клонит. Рогатая быстро начертила ответ - “Я не свободна, пока все не будут на воле. Буду дальше помогать таким, как я. Кто, если не я?”. Какой бы опасной затеей это ни было, окружающие поняли шерстяную, не пытаясь как-либо ей препятствовать.       Все договорились друг с другом ещё до момента, как десятичная стрелка на часах механика сдвинула часовую. Каждый продолжал работать над планом и нюансами, кроме Даллиант - она, дабы не привлекать внимания, ушла подговаривать своих друзей, под видом работы. Под ночь, когда всё уже готово, а в гибридном трактире никого не осталось, из общих комнат повыходили будущие беглецы. Они успели взять с собой всё необходимое - и сентиментальное, и что-то очень нужное для себя и других, как вода. Небольшими толпами, под предводительством пони, копытные тихо направились в сторону станции. К счастью, по пути не нашлось никого, кто возразил бы и препятствовал перемещению такой толпы в тёмное время суток. А вот у локомотива началась беда - часть экипажа не хотела принимать к себе новеньких, ссылаясь на безопасность и схождение с намеченного пути. — Ты хочешь, чтобы с нами сделали то, что с ними делают тут? - нервничал один из офицеров - Мы не по плану компании поступаем! — Боже, к чёрту план! Заткнись! - инженер повышала голос - Сейчас это мой поезд, и мне решать, какой у нас план! Нам нужно было починить дорогу, сопроводить Панаша и закупить угля из Понивилля. Туда мы и едем! — Но- — Что? Что ты мне хочешь сказать? Лишние рты? Ты не жаловался, когда мы взяли мою подругу, и ты не жаловался на комментарии и приставания нашего клиента. - похоже, она превышала полномочия - Какого сена ты сейчас возникаешь?! Мне что, достать инструкции и ещё раз показать, что всё на борту - и мы в том числе - расходный материал? Дай сделать хоть что-то правильное!       Надо будет - и автоматона выкинут! Перед отправлением, товарищи как следует распрощались с самоотверженной овцой и, без лишних колебаний, поехали в сторону Понивилля. Не прошло и минуты, как сквозь пар они видели лишь жёлтое освещение и белые оттенки знакомой. И что-то синее. Ощущение, что что-то пошло или пойдёт не так, никак не покидало маленькую пони. Она сидела в каюте своей подруги и смотрела в окно всю ночь, совершенно не отвлекаясь на сон или давящий на уши шум, изредка заедая мысли. В один момент, её подруга не могла заставить себя молчать: — Сан, всё хорошо? Что у тебя на уме? — Тот тип, что за нами следует. Я готова поклясться, что увидела его недалеко от остановки! — Может, тебе показалось? Ночь, темно, и тебе недавно, к тому же, досталось. — Мне не показалось, я не верю! Клок, он от нас не отстанет. Я не могу подвергать вас всех опасности! Саншайн резко встала со своего места и пошла в открытый тамбур. Только та полезла за перила, как её остановила коричневая пони. В её сиреневых глазах так и читалось слово “останься”. Какая гарантия, что этот кто-то пойдёт дальше за оранжевой, а не за паровозом? — Я не могу. Кто, если не я? Кто, если не мы с Гамбитом? Взгляда красноглазой оказалось достаточно, чтобы и воодушевить, и обнадёжить, и растрогать. Малышка успешно покинула движущийся поезд и полетела в направлении ближайшего поселения. Ощущение слежки никак не исчезало.