Эти действия будут иметь последствия

      — Универ?       — Похуй.       — Кошка?       — Отдам       — А друзья?       — У меня их нет.       Арсений удивленно вскинул брови.       — А?..       — Что «А», Арсений? Не ты ли король ада, не ты ли не знаешь, что такое одиночество или страх, или мучение?! Черт возьми, Арс, что ты мне предлагаешь делать? Ждать часа расплаты, или я не пойму? Да, скорее всего, я тебе не нравлюсь, но не до такой же степени! Ты в последнее время стал вести себя, как маленький ребёнок, не замечал?       Юноша остановился по середине комнаты с футболкой в руках и вскинул глаза, дабы найти ответ в глазах собеседника. Тот вначале растерялся, а после выдал:       — Ты меня совсем за сухаря считаешь? Думаешь, что вырос в аду, так теперь тварь конченная? Я не хочу быть, как отец, но сущность Дьявола не скрыть, мне придётся этим заниматься! И почему ты до сих пор не понял, что ты вовсе мне и не не нравишься? Опираешься на первую встречу, ну так, а как я должен был себя вести? В платьишке с подносом и чаем?! Здрасте, здрасте, что заказывать за вашу душеньку?!       Парень издал смешок, а после и вовсе рассмеялся. Следом подхватил смех и Дьявол, опираясь на ближайшую полку.       — Бля, прости, я просто представил… Хах, тебе бы пошло, — проговорил он с улыбкой.       Арсений резко поменялся в лице, покраснел, и чуть было собираясь подбежать… а фиг знает, что произошло бы, если бы Антон не вспомнил кое-что, попутно убежав в другую комнату.       — Ты едешь тоже!       — Что? — Арсений подумал, что он просто ослышался, всякое бывает.       Антон подбежал с ноутбуком в руках, яростно тыча в экран. Он показал на электронные билеты и там действительно было два места в самолëте.       — Ты мог не тратиться на меня. Я же могу передвигаться и сам, зная расположение человека.       Антон на минуту завис, а после хлопнул себя по лбу.       — Хах, представляешь, забыл, что ты Дьявол…       — Но ты всë равно летишь со мной, ладно?       — Зачем? Просто сдай билет.       — Хоть по-людски слетаешь, а то небось ни разу на самолёте то не летал.       Арсений тепло улыбнувшись, исчез. ...       Собирая свои вещи, Попов услышал, как неспеша приоткрылась его дверь. А после приближающиеся к нему постукивание каблучков.       — Куда-то собрался?       Арс, наконец обернувшись, увидел девушку, что столько лет приносила ему «удовольствие», когда это было нужно. Язык не поворачивается назвать её просто девушкой, в нашем же мире, её давно прослыли игрушкой.       — Да, но тебя это не касается.       Бес села к нему на кровать, слегка раскинув ноги.       — Господин, ну что же вы…       Её довольно длинный хвостик прошëлся по щеке Арса, отчего он в секунду рассвирепел.       — Я беременна, Господин.       На лице Попова нарисовалась довольная улыбка и он с насмешкой спросил:       — Беременна?       — Да.       — От меня?       — Да.       — Без матки в тебе?       Бесит мигом вышла из себя. А вот про это она забыла. Таким, как она, чтобы не беременеть, вырезают матку.       — Ты не только шлюха, но ещё и безмозглая. Хотя, бывают вообще шлюхи с мозгами?       — Я всë твоему отцу расскажу, что ты продолжаешь с земным таскаться.       Дьявол окаменел. Откуда?       — А ты не догадываешься? Цветы, да и в приподнятом настроении ты никогда не был. Всего-то дважды два сложить.       — Ты ходила в мою комнату?! — он плевался ядом, выделяя эти слова.       Бес ухмыльнулась. Да, она была ещё той стервой. Какое право она имеет? Делать больно, в принципе, у неё в крови, это, как высшая форма наслаждения, ну, после секса, конечно… Кто их поймет? Она встала и прошла до длинного зеркала. Там она чуть привстала, чтобы оглядеть себя со всех сторон.       — Я расскажу твоему отцу и ох, как он обрадуется, — она захлопала в ладоши, — ты в жизни не выйдешь отсюда!       Но Дьявола и след простыл.       …       Антон забился в угол дивана, сильнее кутаясь в одеяло.       — Вот же… Не мог предупредить, вылет через час, а он хуй знает где.       Шастун невольно вспомнил Попова в платье, и о бля, как же его щеки загорелись. Он немедленно стал потирать их, дабы румянец ушëл.       С грохотом упала входная дверь. Послышалась смесь звуков из заряжающегося пистолета и тяжелого топота ботинок.       Юноша резко встал и, захватив с собой небольшой чемоданчик, спрятался в место между стеной и дверью. Его сердце бешено стучало, чуть ли не выпрыгивало из горла. Тошнота от страха подкатывала, но и эти позывы Антон заглатывал.

туман

*Дверь.Человек. Маска. Шаги. Шум. Палец. Курок. Чемодан. Чужой висок. Кость. Ломать. Кровь. Осознание. Крик. Лёгкие. Дышать. Квартира. Лестница. Холод.*

      — Ха-а-а… — Антон резко выдохнул и, вдохнув побольше воздуха, побежал в сторону аэропорта.       Холод обжигал бешено разгорячённый ум, тело от адреналина, кровь кипит. Клубы пара из рта взымались высоко в небо. «БОЖЕ, БЛЯТЬ, ЧТО Я НАДЕЛАЛ? МЕНЯ ПОСАДЯТ, А ЕСЛИ, БЛЯТЬ, НЕ УСПЕЮТ ПОСАДИТЬ — МЕНЯ УБЬЮТ. БЕЖАТЬ, БЛЯТЬ, ДАЛЕКО БЕЖАТЬ.»       Таким темпом, добравшись до аэропорта, он оглянулся на самолёт. Тот смирно стоял на обширном пустом пространстве, что навевало какие-то смешанные чувства. То ли страха, то ли ещё чего. Небо чернело, как по щелчку пальцев и, честно сказать, захватывало.       На плечо Антона легла рука, и тот тут же обернулся, чуть пригнувшись, как при нападении.       — Тихо-тихо, это я. Прости, что пропал, надо было вещи собрать.       Разум прояснился и дал эмоциям выход. Шастун рухнул в руки к мужчине, тихо всхлипывая.       — Ч-чего такое? — он явно не понимал.       Снизу раздалось невнятное бурчание.       — Я убил...как же т-теперь… убьют меня, — истерика с паникой брали своё. Дьявол, поглаживая юношу, заметно погрустнел и наконец, отодвинув от себя мальчишку, мотнул головой, что мол, пора на самолёт.       …       — Ты чего?       Дьявол вжался в кресло и закрыл глаза.       — Я в иллюминатор посмотрел.       Шаст взмыл брови и уставился на Дьявола.       — Так ты ж летаешь, у тебя крылья есть, с фигали ты высоты боишься?       Арсений, слегка улыбнувшись, открыл глаза.       — Иронично, не правда ли?       Неловкое молчание.       Попов выдохнул, кажется, с сожалением. Ну как так, иметь крылья, и бояться высоко летать?       Вперёд прошла стюардесса и объявила посадку.