Красавица и Чудовище. Или, Красавец и Чудовище?...

      — Когда я был человеком, у меня было множество отношений. Я был ничуть не один. Это сейчас я.. Жду, пока спадут чары, — отозвался скрипучий голос графина. Он очень настойчиво смотрел в сторону хозяина. С явной ненавистью и всей неприязнью, — … а вот вы, господин.. Похоже, совсем не имели опыта с девушками. Позорно, между прочим.       — Джейк! — гремел Джонс, недовольно осматривая непутевого младшего братца. И как он только осмелился такое выдать перед господином? — Сэр, он сейчас же исправиться. Джейк не хотел такого говорить вовсе- — прислуга не успел даже закончить предложение, как почувствовал на себе строгий взор хозяина, тут же замолчав.       — Позорно, говоришь? — голос, несмотря на весь суровый вид зверя, был на редкость мягким и спокойным. Внутри же Чудовище пылал, желая проучить обнаглевшего подчиненного. Джейк всегда его не слушал, а особенно отбился от рук после одного инцидента, — Раз уж ты такой умный, Джейк, поведай же мне, как общаться с этими девушками. Это в твоих же интересах будет. Если мы поскорее найдем мою истинную любовь, вы все… — Майкл внезапно поник, сжимая на груди длинные лохматые волосы. Он опустил голову, закашлявшись непонятно отчего. В груди ломило как никогда, а приступ сильного и хриплого кашля будто бы длился вечность, не желая прекращаться. Пока остальные подчиненные готовы были прибить Джейка за его слова, считая причиной приступа господина именно это, Люмьер спрыгнул со стола и, подпрыгивая, передвигался к лестнице на второй этаж. Похоже, что только его напряг звук разбившегося стекла в комнате с самой важной деталью проклятья Майкла. И, все же, не ошибся. Алая, точно кровь роза, начинала стремительно увядать. Она уже не так блестит под холодным светом луны в полночь, она начинает терять всю свою изящность и грациозность. На глазах канделябра происходит нечто страшное: уже три лепестка опали на пол. Словно это и не лепестки розы, а кровь его господина. Времени с каждым часом все меньше и неизвестно, как долго еще протянет в таком состоянии Майкл. А приступ Майкла тем временем начинал потихоньку спадать. Столовые прибора и посуда молчат, выжидающе наблюдая за Майклом. Только Миссис Поттс недовольно хмурится, направляя свое внимание периодически на Джейка. Хозяину плохо от такой наглости какого-то графина. Что он вообще о себе возомнил? Нельзя так возненавидеть человека всего лишь из-за одного конфликта. Чудовище постепенно перестает захлебываться воздухом, кровью и совей слюной, откашливаясь прямо на белоснежно чистый пол. Люмьер тем временем как-то озадаченно прыгает обратно, собираясь с мыслями и тем, как бы доложить господину о такой… Весьма неприятной новости.       — Что там, Люмьер? — Джонс подскакивает ближе, желая услышать все от первых уст как можно быстрее, но огромная лапа останавливает графин, с осторожностью, чтобы не повредить хрупкое стекло, отставляет подальше на стол.       — Там… Там! Там нечто ужасное, господин, — восковые брови приподнимаются в ужасе, а взгляд в, вполне себе настоящих глазах, начинает метаться из стороны в сторону, ища подсказки у остальных подчиненных. Эту ношу придется тащить исключительно Люмьеру и только ему. Он же не додумался взять с собой хотя бы.. Когсварда. Да, хотя бы его, — Мисс Елизавета, она… Сломала подставку для розы, — ему хочется упасть в обморок, но вместо этого, он прячется под стол, подальше от гневного рыка хозяина.       — Что-ж.. Все, что могу сказать.. — устало протянул Майкл, — У меня осталось совсем мало времени до вечного проклятия. Все вы помните, как завещала Роззи, — он ожидал такого исхода. Когда-нибудь, кто-нибудь действительно сломал бы эту черту подставку. Даже если не Елизавета, так другая девушка. Не из мести, может быть… А просто понравилась роза. Но сейчас это уже неважно, главное, что у него есть срок до ближайшего полнолуния. Какие-то жалкие пару месяцев. Луна освещена наполовину. У Майкла практически нет шансов. Он за все эти годы одинокого существования в замке, наедине с подчиненными и громкой тишиной, не нашел спутницу жизни, а за пару месяцев и подавно не сможет. Только если…       — Теперь ты осознаешь, что твоя помощь мне будет обязательной? Если ты мне не поможешь научиться общаться с дамами, то тебе же будет хуже. Ты нас всех обречешь на верную погибель. Я так и останусь отвратительным злым чудовищем, а ты и все твои сородичи так и будут жить в телах фарфоровой посуды, — не замечая ожидаемой реакции у Джейка, Майкл еще недолго подумал. Нужна настолько вдохновляющая речь, чтобы графин повелся. Очень жаль, что его не подкупить никакими богатствами, он только за суровую справедливость. Значит, если так, надо действовать по-другому, — … иначе я буду пить из тебя на протяжении всех этих месяцев. Джейк с ужасом отпрыгнул, а на лице, до этого выражавшем лишь холодную отстраненность, показалось отвращение. Даже от мыслей, что из тебя собираются пить становится очень неприятно и отказаться уже не получается. Графин очень долго мнется, мотает головой почти незаметно, жмурится и пытается принять решение. Только потом, кажется, впечатленный в плохом смысле своей фантазией, очень тихо соглашается, — К черту вас. Ладно, я согласен. Только пить из меня не надо… — согласие Джейка было одобрено всем коллективом и даже застенчивый Пиколо с Когсвардом стали восторженно вскрикивать. Обычно он сразу категорически был против всех затей. Какими бы они не были. Интересно, всегда ли можно им вот так вот манипулировать всего лишь угрозой о том, что из него начнут ежедневно, по нескольку раз на дню, пить? Проверять лучше не стоило, а то вдруг еще и откажется.       — Только, вы ведь все не настолько идиоты и понимаете, что розу надо хоть чем-то снова закрыть? Если придет снова какая-нибудь мадам, которая захочет что-то сделать с розой, нам, дамы и господа, будет очень плохо, — почти без грубости скомандовал Джейк, ощущая вновь чувство лидерства. Когда он работал в доме охотником то, помнится, все тоже его чертовски уважали и слушались. Почти, как господина. Потому что он был практически единственным источником пищи в этом доме и спорить с Джейком — гиблый трюк. Люмьер молча хватает «рукой» Когсварда, утягивая говорящие часы за собой и быстро удаляясь к комнате с розой. Майкл решил, что лучше не терять времени зря и потянулся было взять Джейка на руки. Графин на это реагировал очень импульсивно; он недовольно загремел фарфором, нахмурив свои нарисованные брови, и спрыгнул сначала на стул, а после уже на пол. Так, что можно было подумать, будто Чудовище с недовольством закатило глаза, но все же руку одернуло и направилось в сторону своей комнаты. Графин быстро сообразил, куда надо идти и запрыгал вслед за господином. С непривычки очень болит фарфоровое дно, но признаться об этом также стыдно, как признать, что просидев в душном ящике не один год, он начинает терять былую прекрасную накачанную форму. Странно говорить о том, что у посуды есть накачанный пресс, но это действительно было так. Несмотря на всю худобу, он был достаточно подтянутым, что очень располагало к себе девушек. Только внешностью нельзя купить. Конечно, если не желаешь одноразового секса, без усложнения отношений и их продолжения.

***

Диалог между Джейком и Майклом состоялся очень напряженный. Они оба могли молчать по долгому количеству времени, не находясь, как начать диалог; могли сыпать друг друга оскорблениями, пока кому-то из них это попросту не надоест; а периодически и вовсе слышали перешептывания коллег и чувствовали их взгляды. Все это повторялось по кругу несколько раз, ровно до того момента, пока Майкла не хватил новый приступ. Прислуга тут же разбежалась по углам, понимая, что нервировать хозяина лишний раз не стоит, а Джейк не знал что делать, ибо в подобной ситуации находился впервые. Он тихонько подпрыгнул ближе, плюхнувшись рядом с Чудовищем на кровать и пару секунд просто наблюдал, собирался с силами и находил слова.       — Дыши спокойнее и старайся не паниковать, — пытается успокоить, сделав свой голос более мягким, чем привычно. Самому противно надевать эту маску добренького, но это всего лишь.. Затишье перед бурей. Джейк дал себе отчет, что будет смягчаться лишь в те моменты, когда господину будет слишком плохо, — Для начала тебе надо успокоиться. Майкл, удивленный таким порывом щедрости, попытался следовать совету. Возможно, все не так плохо. Месяц попрактикуется вместе с Джейком, а там и невесту найти недолго. Наверное. Он очень хотел надеяться именно на эту правду и.. Черт, действительно начинает немного помогать. Приступ заканчивается раньше обычного.       — Спасибо тебе... Мне стало получше, — вымученно вздохнув Майкл плюхнулся спиной на кровать и устало разглядывал белый потолок, кое-где уже с трещинами. По-хорошему стоит делать ремонт, да только вот средства не позволяют. Почти все богатства забрала ведьма. Очень невыгодно ей так. Играет чисто на интерес и периодически возвращается, чтобы напомнить о проклятии. Вот почему всегда надо слушать старушек... Они могут обидеться и станут насылать на вас различные проклятия.       — Только давай вот без слюней, хорошо? Надо ближе к теме. Если мы так и продолжим собачиться, ты никогда не научишься правильном подходу и общению с девушками. Разумеется, это непросто, но научиться этому возможно, — начал спокойно графин, подбирая правильные слова. Надо договориться о сроках их обучения, — Мне вот с тобой возиться долго совсем не хочется. Пару недель и все.       — Месяц, — мягко, но с частичкой стали в голосе, отпирается Майкл.       — Нет, две недели. Я тебя столько не вытерплю.       — Знаешь.. Должно быть, из тебя будет очень удобно пить. В тебя ведь много жидкости помещается. Да, Джейк? — самодовольно улыбнувшись протянул Майерс и сел. Взор карих глаз внимательно пронзал графин. Парку ничего не оставалось, как зло цыкнуть, отводя взгляд в сторону, подальше от его холодного взгляда. Как же он... Ненавидит своего господина.       — Черт с тобой, ублюдок. Месяц. Сам же себе время растягиваешь, — недовольно пробурчал Джейк, — Так, ладно.. Как ты вообще общаешься с девушками? Ты говоришь им комплименты? Типа...: «О, на тебе новое платье?»? Или, может: «Ты сегодня особенно красива«?       — Слишком много чепухи. Я обязан замечать буквально каждое изменение в ней, что-ли?       — Да, иначе ей сложно понравится. Многие девушки любят ушами.       — Мне не нужна любовь только к моим комплиментам. Мне нужна искренняя, настоящая любовь. Чтобы меня смогли принять таким, какой я есть на самом деле, а не маску притворства. Ты сам знаешь мое проклятие.       — Я знаю, знаю, знаю... Но без этого никак. Надо уделять больше внимания девушкам. Вот.. Можешь на мне попрактиковаться, — никогда бы не подумал, что скажет это. Еще ведь и так противно звучит. О нет, он уже тянет свои грязные лапу к нему.. Неужели поднять хочет?... ... Продолжение следует ...