Путь исправления

Ссора не утихла, а только сильнее разгоралась. День за днём Художник не унимался от идеи, что Дрим всё делает неправильно, отстаивая свою точку зрения. Мечта в свою очередь препятствовал нравоучениям, считая, что он сам волен делать, что ему вздумается, и ему не нужно чьё-то разрешение. Из-за этого каждый день слышались разногласия, пока кто-то в гневе не уходил от разговора, чтобы не сотворить роковую грубость. В один из таких дней Блу решил наведаться в комнату к Дриму. Его порядком задевали разногласия друзей и он искренне не хотел возможного расхода или, ещё хуже, вражды между ними, ведь Голубике при таком раскладе придётся выбрать одну из сторон, даже если он не относится к их ссорам напрямую. Мечта сидел на своей кровати и сверлил взглядом стену, когда раздался стук в дверь, после которого в проёме появились обеспокоенные детские глазки Блу. Не сказать, что мечта рад был компании, скорее ему напротив хотелось покоя. — Тебе что-то нужно? Голубика мялся, не зная как лучше сказать. Он аккуратно прошёл в комнату, закрывая за собой дверь. — Я хотел поговорить? Да, именно. — Ладно. Блу присел рядом с другом, заглядывая в его поникшее лицо. — Знаешь… Мне не нравится, что вы ругаетесь с Инком. Скорее мне страшно, что вы не сможете поладить, а я даже не знаю, что происходит. Если тебя что-то беспокоит, то ты можешь сказать мне. Я постараюсь тебе помочь! Честно! Дрим переводит взгляд на скелета, а после обратно на стену. Вздыхает и путается в мыслях, не придумав, что сказать так, чтобы Блу не думал, что всё плохо. Тишина заметно напрягала их. — Скажу кратко. Ему не нравится, что я нормально общаюсь с братом, ведь мы должны с ним воевать. Но я так не считаю и из-за этого мы ссоримся. Свап переваривал всё, стараясь понять, какой подход тут нужен. Душой он был за Дрима, ведь ничего нет плохого в их общении, но вот мысли отрицали всё и считали Найтмера угрозой, поэтому Голубика путался в себе, пытаясь унять внутреннюю дискуссию. — Знаешь, очень даже хорошо, что ты с ним общаешься, но ты же знаешь, как много он сотворил. Инк скорее переживает, чтобы он не навредил тебе. Пойми и его. — Нет. Он думает лишь о том, чтобы сохранить свою шкуру. Голубика поджимает губы и уводит взгляд. Они ведь прекрасно знают, что всё именно так. — Блу, ты и сам знаешь. Он думает, что я перейду на сторону брата, а там потеряется добрая половина АВ, если не больше. Он зависит от них напрямую и действительно беспокоится лишь о своей шкуре. Ему плевать на нас. Мечта поворачивается и видит слёзы, что скатывались дорожками и капали с подбородка. Аккуратно обнимает и пытается успокоить нахлынувшую истерику. — Прости меня, я… Нет. Ты тут не виноват, так что плакать не нужно. Ты же наш лучик света! Не плачь! Блу лишь жмётся сильнее, содрогаясь от каждого всхлипа. Аура у Дрима была слишком позитивная, чтобы продолжать грустить дальше. Сейчас становилось очень спокойно и Голубика просто засыпает в тёплых объятьях. Мечта укладывает его на свою кровать и садится рядом. — Спасибо, что ты пытаешься нам помочь, но лучше не влезай. Мягкая улыбка появляется на лице, но тут же сменяется хмуростью. Нет, они не должны втягивать Блу в их разборки, а ещё нужно быстрее найти компромисс с художником, чтобы всё действительно не зашло далеко. С таким заключением Дрим уходит из собственной комнаты, направляясь к Чернилам. Стучит и ожидает ответа, но его нет. Приоткрыв дверь, которая, на удивление, была открыта, он пробирается в потёмки и раздвигает шторы. Комната оказалась пустой. В черепушку залезла странная идея, и Дрим тут же начал её материализовывать. Аккуратно копаясь в чужих вещах, Мечта нашёл одну занимательную книжечку и, забрав её, скрылся с места преступления обратно в свою комнату. — Я говорил, что не лезу в чужие жизни, но разок придётся. Скрываясь за дверью, Дрим замечает чужой шарф у входной двери и судорожно хлопает дверью. Душа забилась сильнее. Он никогда не воровал, тем более у друзей. Блу всё так же спал, укутавшись в одеяло, Яблочный вздохнул и тихо прошёл к своему столу, пряча ценную находку до лучших времён, а пока взял книгу и стал читать за столом. Глазницы слипались, и Дрим погрузился в глубокий сон.

***

Вокруг была тьма без единого проблеска света. Мечта не видел себя, лишь обрывистые контуры мелькали при движении. Было жутко до мурашек костей. Он начал путь неизвестно куда, но что-то внутри подсказывало направление и он шёл, пока не увидел свет вдали. Его шаг ускорился, переходя на бег. Всё вокруг становилось светлее и светлее, и вот Дрим настиг полосы, разделяющие свет и тень. Яблочный хотел уж пройти, но невидимый барьер не дал ему это сделать, по итогу оставляя в темноте, из которой Мечта смотрел с завистью. В дали света появился силуэт, светлый и очень похожий на… — БРАТИК! НАЙТ! Я ТУТ, БРАТИК! Дрим судорожно пытался привлечь его внимание, стуча кулаками по барьеру и падая на колени. И чем ближе подходил близнец, тем удивительнее был он. Мечта разглядел в нём прошлого Найтмера, вот только глазница всё так же была в жиже, конечности тоже. Он шёл, телепая парой векторов, оставляя за собой лишь тьму. С немым вопросом Дрим решил оглядеть себя и впал в ужас. Он был точно такой же, вот только его обволакивала мутно-жёлтая субстанция. За разглядыванием себя, Мечта и не заметил появление брата у барьера, но устремив взгляд застыл. Во взгляде того читалось презрение вперемешку с грустью. Дрим медленно поднялся на ноги, протянув руку, которую встретил барьер. — Братик… Что случилось?.. Найтмер не отвечал, уведя взгляд куда-то в ноги. — Найтмер… Пожалуйста. Негатив вздрогнул от своего имени и протянул руку, та, на удивление, прошла сквозь невидимый барьер и дотронулась до руки брата. — Я не хотел всего этого… Прости меня. Голос был уставшим, а по скуле побежала сиреневая слеза. Дрим схватился за руку, как за кислород, жмясь к ней. — Ты ни в чём не виноват! Тебе не за что просить прощения — голос предательски дрожал от наступавших слёз. Найтмер виновато взглянул и прошёл сквозь барьер, из-за чего всё вокруг погрузилось в тьму, но это было не важно. Пока они чувствовали, что рядом, всё казалось хорошо. Мечта налетел на брата, снося его с ног и заключая в объятиях, но вместо падения на «пол», они окунулись во тьму, свободно падая. Найтмер обнял в ответ и… Дрим подорвался на месте, чуть ли не падая со стула. Глазницы были мокрые от слёз. Он огляделся и оглядел своё тело. Всё как обычно, вот только мягкий плед лежал на его плечах. Он глубоко вздохнул и посмотрел на кровать. Блу там уже не было.