От любви до ненависти и обратно в счастье

Тест на отцовство был сделан в день аборта и осталось только дождаться результата. Конечно, в тот день парень не пришёл в записанное время в клинику, потому как Дима всеми правдами и неправдами уговорил его подождать. И тест пришёл, но не такой, каким бы его хотел увидеть Паша. Первым результат узнал Дима, и 80% указывали на то, что этот ребёнок не его. Альфе было сложно решить, что делать. Надо бы вроде и правду сказать, но не кинется ли тогда омега делать аборт? Артур сказал, что после всего это делать очень нежелательно, но выбирать им самим. Скрыть – значит соврать. А он не хотел врать любимому человеку. И не вооружённым глазом было видно, что Паша очень переживает. Но ему нельзя! И даже если он оставит ребёнка, то будет нервничать, корить себя и загонятся без поводов. Потратив на эти размышления ночь, Дима решил, что возьмёт всю ответственность на себя за преступление и подделал результат. Несколько крупных купюр, и вот те 80% уже за него. Только после 10 раза, когда Дима сказал, что отец он, Паша отмер. Он сидел молча, переваривая информацию. Бурной радости альфа не заметил и начал беспокоиться. -Ты не рад? - Он нежно приобнял омегу, положив руку на живот. -Рожать то всё равно придётся, - шокировано произнёс парень. Проблема с отцовством решилась, но не она беспокоила омегу последние дни. Его беспокоила боль, болело в прямом смысле всё. Дима разрывался на работе, приходилось ездить по компаниям для подписания договоров, и мальчишка стал часто оставаться дома один. Он просто зависал на месте, глядел в одну точку и думал. Думал о том, насколько велика будет боль. Он понял, что аборт он уже не сделает, ему не позволят. Да и не мог он убить ребёнка, тем более если тот от Димы. Значит придётся дойти до конца, закончить раковым положением на столе и даже возможно умереть на нём. Его постоянно посещают мысли о смерти, как бы он не старался отгонять их подальше, никак не получилось. А потом начались кошмары. Паша мог умереть за сон раз десять. Он видит со стороны как истекает кровью или кричит от боли в полном одиночестве, где его никто не слышит. Все свои переживания он сохранял в тайне от альфы, не хотел его беспокоить, да и знал что тот не отстанет если узнает. Заметив, что парень ушёл в себя, Дима стал его тормошить, что не дало никакого результата. Тогда он аккуратно пересадил омежку к себе на ноги и не встретив сопротивления, слегка его наклонил. Походило на то, будто Дима укачивает маленького ребёнка. -Тебя это пугает? - Паша кивнул. - Значит ты всё-таки меня слышишь, - хитрая усмешка. - Конечно пугает. -А ты не пугайся. Потери ещё пару дней, и я освобожусь от работы. Съездим на море, я обещаю, что буду рядом, хорошо? Я не оставлю тебя, тебе нечего бояться. Если вдруг тебя хоть что-то начинает волновать, сразу говори мне, понял? Понял? - Дима поднял лицо парня и заглянул в глаза. Паша кивнул всё ещё находясь в шоке. -Так, ты совсем где-то не здесь. Ну ка пойдём кушать. -Я не хочу, - омега слез с альфы и улёгся набок. Его резко стало клонить в сон. -Что-то не так? - Дима не привык ещё к выходкам беременного омеги и не знал как реагировать. -Нет! - Взял и не с того не с сего заплакал. -Эээй! - Альфе пришлось улечься рядом, а потом получить локтем в бок, - хорош постоянно рыдать, я не понимаю что с тобой твориться. -Я сам не знаю! Просто так! Не обращай внимания! -Ну да! Какое внимание! Ты же всего лишь моя невеста! Паша застыл. -Как ты меня назвал? -Ммм? Что говоришь, жёнушка? Паша непонимающе обернулся. -Что? -Не смешно! -А я смеюсь? Я всю неделю на работе, мотаюсь туда-сюда, из кожи вон лезу, даже пальцы твои замерял пока ты спал. Смотри, подходит! - Как бы между прочим он одевает кольцо на палец омеги. Паша ошарашенно уставился на обручальное кольцо, усыпанное мелкими красными камушками. -Я... это... это -Просто согласись. - Дима выжидающе смотрит на парня и улыбается. -С-согласен, - шепчет омега и тут же оказывается прижатым к кровати требовательным поцелуем. Отрываются они друг от друга только когда обоим не хватает воздуха. -Ты согласен?- снова спрашивает Дима. – Точно, не заставляешь себя. Не подумай, что это только из-за ребёнка? Ты правда согласен? -Да. -Согласен?? -Да! -Согласен??? -Да! Чёрт возьмите, да! -Боже, когда ты перестанешь плакать. Теперь омега плакал уже от счастья. Растрёпанный, потерянный, но ужасно счастливый. -Теперь у меня есть жена, ребёнок и тортик. Миссия на жизнь выполнена, - мечтательно произнёс альфа, подкалывая омегу. -Не называй меня женой! Я парень! - Правда? -Скотина!- Паша пихнул Диму в бок, но тот лишь посмеялся, - жених! Я жених! Я с тобой на равных! И ребёнок мой! Я его пока не родил! -Ты моя жёнушка, не нравится, специально буду так тебя называть. И не важно, в тебе ребёнок или нет, он уже наш, я тоже несу за него ответственность. Так что рожай хоть двойняшек, моей любви хватит на всех. -Это ты сейчас так говоришь! Рожу тебе троих омег и ты сбежишь. -Родишь троих... Ну, нам нужна кроватка побольше, - мечтательно произнёс альфа и получил подзатыльник. Дима никогда не заставит детей пожалеть о своём рождении, сколько бы их не было. И ему было всё равно, что они от того... не важно. -Я одного-то рожать боюсь! Держи свою сперму при себе! Дурак! Омега вскочил и улетел бодрый на кухню, а когда его догнал альфа, он увидел того с коробкой распакованного торта и большой вилкой. -Хочешь съесть всё сам?- Альфа улыбнулся. -Не подходи ко мне!- Пробубнил омега с полным ртом еды, угрожая вилкой, - вообще больше не пущу в себя! Не смей в меня больше соваться! -Тише, я просто хочу сладкого. -Моё! - Омега отбежал к окну, запихивая как можно больше крема в торт. -Не бегай с едой, всё равно ты не сможешь съесть всё за секунду! Но омега не обращал на него внимания и продолжал жевать. Пока он ловко уворачивался от Димы, успел съесть весь крем. -Эй! Паша резко остановился и влепил тортом альфе в лицо. Дима обалдел. -Может так ты запомнишь, что я не люблю вишню! - Омега мило улыбнулся, провёл рукой по размазанному вишнёвому слою на чужом лице и медленно поднялся в комнату. -Вот же! - Альфу неприятно кольнуло то, что его унизил омега. - Ах ты засранец! Паша медленно и величественно поднялся по лестнице, а потом быстро забежал в комнату и закрылся там. Сердце дико стучало. Ему сделали предложение. Нет, не так. Ему сделали предложение! Он не знал, как поступить и тело само стало что-то вытворять. Он сам от себя не ожидал, что зафигачет Диме в лицо тортом, само как-то вышло. Правда теперь грязный и липкий альфа пытается вынести дверь. Сначала-то омеге было весело, но, когда дверь почти выломалась стало страшно, причём жутко. Но всё стихло, минут на пять. Удар раздался резко, дверь вылетела, а омега вскрикнул и зажался в угол. Альфа глубоко дышал, он был наполовину раздет, а на теле остались капли воды после душа. Он быстро приблизился к испугавшемуся омеге, что только успел выставить руки вперёд. Он уже подумал, что сейчас тот сделает что-то, но пальцев коснулись лишь тёплые губы. Дима поцеловал каждый пальчик, пока Паша приоткрыл один глаз и следил за ним. -Ты опять меня испугался?- Мягкая улыбка. Сейчас это был не тот страшный зверь, как парк минут назад, а любимый альфа, что уже шарил своими граблями под футболкой. -Заставил меня сходить в душ, испачкал мою одежду, ещё и боится. Паша погладил осторожно альфу по взъерошенным волосам, но тот резко дернул головой и стал щекотать ими живот омеги. Тот засмеялся и попытался отпихнуть от себя муженька, но тот обхватил его талию и не давал отстраниться. -Хватит! Ахаха хва..хватит! - Давно характер не показывал? - Победно усмехнулся альфа. - По-другому до тебя не достучишься! Ты распустился! Я слишком размяк, а ты и рад. Давно надо было устроить тебе взбучку! -А я и забыл какой у меня строптивый омега, - ухмылка. -Ага. Смотри мне, а то возьму и уйду. Я здесь только из-за тебя, шаг влево и ноги моей здесь не будет. -Да что ты говоришь, - Дима полез ближе и в этот момент Паша резко ударил его ногой в живот. Альфа согнулся пополам. -То и говорю. Я предупредил, - Паша грациозно поднялся и с гибкостью танцора, наклонившись за полотенцем, ушёл в душ. -Что ж ты творишь? - еле отдышался альфа - Ну погоди... Вот только грандиозным планам Димы на вечер не суждено было сбыться. Паша, выйдя из душа, сразу лёг в кровать и стал читать, а спустя пол часа уже спал. Отбрыкивался от альфы даже во сне и в итоге выпинал его на диван. Паша развалился на всю кровать и довольно храпел, а с утра пораньше ушёл. Дима за 10 минут весь извёлся, а парень просто ходил за пироженками. -Я чуть с ума не сошёл! Ты где был? - Какая тебе разница ? -Такая! -Я ходил за пироженкой! Достаточно? -Прекрати нарываться! Я и так еле держусь! -А то что? Паша вырядился в короткие шорты и большую футболку, в которой не было видно животика. Так что после небольшой пробежки на лбу остались капли пота, а грудь тяжело поднималась и опускалась. Он выглядел чертовски сексуально, особенно его полный уверенности взгляд. -Не сдержишься и изнасилуешь?- Омега максимально приблизился к губам альфы, не касаясь их. -Буду очень долго тебя любить, - корректно поправил Дима. -А я будто против, -заулыбался Паша, обхватывая чужую шею и впился в губы. Так и прошли первые месяцы беременности. Периодически, раз в неделю омегу мучал дикий токсикоз, он не мог и куска в рот взять, его постоянно тошнило. В остальное время он что-то вытворял. То посуду побьёт, то альфу. Паша полностью поддался влиянию своего положения и пару раз посылал Диму ночью за всякой мелочью в магазин. Ну как пару раз, пару раз в неделю, разумеется. Дима сдержал обещание и свозил Пашу к морю, да не один раз. Теперь все выходные они проводили на берегу, омега мог валятся в песке с утра до вечера. Как только потеплело, Дима затащил его купаться. Паша дико верещал, плескался и брыкался, но всё равно зашёл в воду. Дима страховал каждый его шаг, не давая упасть или наглотаться солёной воды. Спустя пару дней тренировок из моря его было уже не вытянуть, теперь альфа с криками и визгами омегу из воды уже пытался вытащить. Паша был очень истеричным, ругался по всякому поводу. Сначала Дима не мог понять, как на это реагировать, но после понял, что парню достаточно поцелуев и еды. Паша того и добивался, так что в очередной раз не вытертая пыль принесла прибыль в виде шоколада. Что касается секса, его не было. На первом и втором месяце Паша ещё позволял взять себя максимально аккуратно, но в последний раз живот болел очень сильном врач сказал воздержаться от связей. Омега услышал, омега сделал. Альфа страдает. Как только руки опускаются ниже таза, омега включает режим боевого кролика. К шестому месяцу начались проблемы. Омега всё реже и реже вставал с кровати, а живот был просто огромен и сильно болел. При последнем узи врач обрадовал альфу, сказав, что ребёнок явно не один, но Дима не стал говорит об этом парню. Тот в последний месяц всё время на нервах из-за приближающейся даты родов. А нервничать ему было противопоказано. Он очень много спал и мало ел, к концу седьмого месяца его госпитализировали. А когда Паша поднял шум и пытался отказаться, ему объяснили, что двойняшками лучше не рисковать. Омега выпал от этого заявления и серьёзно обиделся на альфу. Настолько серьёзно, что запретил пускать его к себе в палату и персонал из омег больше альфу не пускал. С чем бы не приходил Дима: с цветами, шоколадом, мандаринами, альфу прогоняли, забирая продукты. Так продолжалось до самих родов. Парню было страшно, спать не удавалось и кошмары стали становиться реальностью. В очередную кошмарную больничную ночь, альфа пробрался к нему и очень вовремя. У него начались схватки, а из-за боли он не мог пошевелиться. Дальше всё было слишком быстро, быстро для Димы. Прибежали врачи с каталкой, забрали Пашу, а через два часа обрадовали близнецам. Мальчишки, с голубыми глазками, и очень звонко кричащие. Сказали, что состояние Паши стабильное и навестить его можно будет завтра, так как сейчас тот спит. А вот у Паши карусель событий была более весёлой. Во время очередного приступа панической атаки он встал и начал падать. Осев на пол живот жутко скрутило, а между ног стало мокро. Голос тупо отнялся, а встать не представлялось возможным. На секунду омега подумал, что сейчас умрёт, он не сразу заметил, что кто-то находиться рядом, последнее что он запомнил лёжа уже на каталке, слова Димы о том, что всё будет хорошо. А потом боль. То какой он её представлял не вставало в сравнение с тем, что ему пришлось испытать. Будто живот и очко пытались разорвать все два часа. По ощущениям, пытка длилась больше двух часов, кричать он не мог уже спустя пол часа, сорвав голос. Нижнюю часть тела он не чувствовал уже спустя час, но боль была невыносимой. Паша орал диким матом на всю больницу. Он не слышал ни врачей никого, а перед глазами стояла сцена изнасилования. Он сам не понял, как продержался до самого конца и не умер при этом. Детский плач был последним перед отключкой. Отключкой на 20 минут после которой началась истерика. Паша требовал чего-то, сам не понимал, чего, ключевую роль сыграл страх. Ему пришлось вколоть немного успокоительного и тот просто заснул. Дима забрал у врача список необходимых вещей и приехал к началу приёма в полном вооружении. Пелёнки, памперсы, распашонки, жидкая еда для папы и куча всякой детской фигни. Паша закупался этим на протяжении всей беременности. И по закону жанра, готовая сумка уже месяц ждала своей участи в коридоре. Дима боялся дотрагиваться до таких маленьких вещей и не представлял, насколько маленькими будут его детки. Всё отправилось в изолятор к детям, небольшая сумка вместе с альфой отправились к Паше. Тот только проснулся и сразу понял что-то не так. Ног он не чувствовал, в вены на обоих руках были проколоты капельницами. В глотке все сухо, а в палате полумрак. Когда дверь открылась он закрыл глаза, сделав вид, что спит. Он не хотел никого видеть, было страшно узнать о всём, что произошло. -Солнце, ты спишь? - Тихий и такой родной голос. -...- он пытался промычать, но у него не вышло. -Я тебе пюрешки принёс, как ты? Дверь закрылась, и кто-то сел рядом на стул. Паша глаза не открыл, потому что боялся заплакать. -Напугал ты меня вчера. Всё так спонтанно вышло. Ты молодец, быстро справился. А так боялся. Диму хотелось побить, но сил не было. -Кх.., гм -Что? Паша тяжело взглотнул и Дима тут же поднёс стран воды к его губам. -Не уходи, не уходи, - он дёрнул рукой, но поднять её не смог. -Никуда я не уйду. Отдыхай. – Дима сам взял молодого папу за руку и погладил. -Я... они... -Всё хорошо, не переживай. У нас два прекрасных малыша, смелый альфа и милый омежка. Дима широко улыбнулся, а Паша заплакал. Так странно было осознавать что теперь та жизнь, что находилась внутри него, отделилась и зависит от него. Он не хотел видеть этих маленьких людей, но в то же время мечтал прикоснуться к собственным детям. Он понятия не имел как с ними обращаться, как воспитывать и что делать. -Мы со всем справимся, вместе. Слышишь? Всё хорошо. Тебе надо отдохнуть и поспать, не переживай. Нашим солнцам нужны мы оба, сильные и здоровые. Кто будет воспитывать нашу омежку если не ты? Нам ещё имена придумывать, так как я не хочу сына с именем Соня, поспи немного. Я буду рядом и не уйду. Не бойся, врач сказал, что твоё состояние связано с тяжёлыми родами, так что не переживай. Я буду здесь пока ты спишь, буду держать за руку, если хочешь. Спи, мой хороший. И Паша заснул, заснул под невнятное бормотание альфы. В этот день детей на кормление не принесли, как и на следущий и через день. Дима сказал, что дети слишком маленькие и слабые, они находятся в изоляторе и их кормят специальными аппаратами. Врач говорил тоже самое, но Паша сразу по их тону выявил ложь. Он пытался добиться хоть от кого-то ответа, но ему только вкололи снотворное. -Прекрати изводить себя! Тебе же сказали, что всё с ними хорошо, успокойся. Я сам хожу к ним каждый день. -Тогда почему я не могу?! -Тебе нежелательно передвигаться ещё денька два, а потом всё что хочешь. Ты родил слишком рано и твой организм ещё не восстановился, он не был готов. Потерпи немного. -Роды должны были быть через месяц почти. Почему так рано? -Откуда мне знать, солнце? Прекрати бунтовать! Паша пытался совершить побег два дня подряд, но дальше пола у кровати не добирался. -Твой характер невыносим, прекрати пожалуйста. Хотя бы пока не восстановишься. Как только поправишься, я буду любить тебя любого, дай себе время, ладно? -Я хочу их увидеть! -Ну чего упрямишься? Давай так, два дня? Ты хорошо кушаешь и спишь, не переживаешь, а через два дня ты их увидишь. Идёт? Паша не ответил, просто отвернулся и тут же отключился. Дима посчитал это согласием. Следующие два дня парень спал, просыпался только чтобы покушать и засыпал обратно. Дима приходил с самого начала приёма и не успел он войти в палату, как услышал крик. Открыв знакомую дверь он увидел Пашу, что натягивал на себя футболку. -Ты слишком долго стоял за дверью! Ты обещал! Быстрей пошли! -Погоди, туда ещё не пускают. -Ты обещал! -Подожди ещё пол часика и мы пойдём, ляг, тебе нельзя так резко вставать!- Дима подхватил падающего парня и усадил на кровать. -Два дня прошло, ты обещал! – Паша был в панике, только папа мог так переживать за своих детей. -Не кричи, всю больницу побудишь. Сначала надо спросить работает ли сегодня приём, найти коляску и добраться до третьего этажа. -Зачем мне коляска?! Я не калека! -Но ты всё ещё слаб! Так что перестань надрываться. Скажут, что ты буйный и к детям не пустят. Чего раскричался? Дима сел рядом с омегой и прижал его к себе за плечи. -Ничего, - вздохнул омега. - Я просто устал и мне здесь не нравиться. На меня смотрят как на убогого или смертельно больного. Я хочу домой. -Ну, чего расклеился? -Дима поднял голову Паши и заглянул в заслезившиеся глаза -Мелким тут ещё почти месяц лежать, неужели не хочешь быть с ними рядом? Они маленькие, но им страшно и некомфортно ничуть не меньше чем тебе. Тебя обещали выписать через пару дней, успокаивайся. Я пойду за коляской -Не наадо. Я буду выглядеть ущербным, - захныкал омега. – Ай! - Ему прилетело по губам. -Чтоб я больше такого не слышал, - грозно зыркнул альфа и вышел из палаты. Коляска нашлась, как и сопровождающая мед сестра, что любезна согласилась проводить их в изолятор. Когда коляска остановилась у двери, омега нервно задёргал одежду пальцами. -Не переживай, - шепнул Дима на ухо и открыл дверь. Помещение тёмное, палату разделяет напополам стекло, за которым находится сам изолятор. Много маленьких кроваток в специальных колбах с подключёнными аппаратами и трубками. -Ваши вон те, -девушка указала в самый центр, на две кроватки стоящие рядом. – В первой альфа, во второй омега. Он родился чуть слабее и поэтому пока находится под тщательным наблюдением. Но его жизни ничего не угрожает. Завтра альфочку принесут на кормление. Ложь, Паша знал о синдроме внезапной детской смерти и ребёнок обвешанный трубками, не обнадёживал его. -У...у меня нет молока, - тихо подметил омега, завороженно глядя на детей. Глядел-то он на кроватки, в которых лица еле были видны. -Почему?- Спросил Дима. -Это нормально, такое бывает, вашему организму было сложно, так что такое случается. Дима всё ещё непонимающе смотрел на омегу, но тот махнул рукой, мол потом всё скажет. Смотреть на маленьких людей было странно. Последним кого Паша видел таким мелким был его брат, да и то он плохо его помнил. А тут его дети. Его! Они будут считать его папой, он отвечает за каждого из них. Тогда, в самом начале он просто пошутил про двойню, а это оказалось правдой. Первый малыш и правда был покрупнее второго, но оба были румяненькие. Вначале у Паши не было никаких эмоций, будто смотрел на чужих детей. Но стоило вернуться в палату, как тут нахлынули слёзы. - Они же мои, да? Наши? Из меня? Живые? - Да, это наши малыши. И ты теперь полноценный папа, надеюсь самый счастливый во всём мире. - Они же не твои, да? – Паша грустно посмотрел Диме в глаза. – Этот разрез глаз, не твой... Неужели ты думал, что я не узнаю? -Прости. – Альфа сел на пол, - просто я не хотел, чтобы ты... Я знаю, решил всё сам, ничего не сказал и обманул, но! Они же дети! Такие же мои, как и твои, их происхождение ничего не меняет для меня! - Я понимаю. Я..., наверное, ты поступил правильно. - Как назовём? Паша думал над именами, но никак не мог определиться. Все русские варианты имён не подходили тем малышам, которых он увидел. - А что если мы подберём им не русские имена? Им же жить здесь, что если... Паша неуверенно посмотрел на Диму, который был согласен на всё. - Что если Альфа будет Томасом, а омега... Анри? - Шикарно. Отныне у моих детей не только самые красивые глазки, но и имена. А ещё я жду не дождусь взять их на руки. Только представь, какие они крохотные. - Только чур ты их держать и кормить будешь, я боюсь! – Запротестовал омега. - Ага, и папой тоже я буду? – Улыбнулся альфа. – Кстати, почему у тебя нет молока? - Ну... после инцидента... у меня был тяжёлый мастит и это осложнение. Меня предупреждали тогда, но не до того было. Да и я не думал, что у меня будут дети. Господи! Паша закрыл лицо руками. Весь вечер они только и восхищались своими малютками. А на следующий день держали одного из них на руках. Красновласый парень чуть ли не пищал от страха задушить или не туда надавить, а альфа рядом поддерживал и помогал держать бутылочку. Когда малыш в очередной раз причмокнул, Паша чуть не выронил бутылку, но малыш сам подтолкнул её ручкой. Молодые родители думали, что не выдержат такой прилив милоты. Но что их ждало, когда они через неделю смогли наконец нормально рассмотреть омегу. Вот тот был очень похож на Диму, буквально всем. Даже вёл себя так же, нагловато и капризно. Через два месяца была сыграна свадьба. На ней присутствовали и Ден с Андреем, и Артур с Лилей и даже Петя. Тот плакал от счастья, нежил племянников в саду у моря, и был счастлив спокойно повидаться со своим братом. О том, как Петя и старые друзья Паши оказались на свадьбе, как разрешилась их судьба и как они живут теперь, сейчас не говорю. Это совсем другая история. Надо знать лишь то, что все были счастливы. Артур подшучивал над воссоединившейся троицей из his, место которое стало для них кошмаром из какой-то другой далёкой жизни. Ден обещал рассказать подросшим детям о карьере и работе Паши, за что получил свадебным букетом по голове. А Артуру снова пришлось лечить несчастного и без того побитого омегу. Андрей не спешил давать в обиду того, кто носил в утробе его ребёнка. Он наблюдал за близнецами и расспрашивал Диму как это всё происходит и что с этими мелкими спиногрызами делать. Петя очень хорошо справлялся с ролью няньки, несмотря на его статный вид и серьёзное лицо. Паша продолжал красить свои волосы в красный и укладывать их в локоны. Отдавал всю свою любовь детям и не забывал о своём любимом супруге. Но и не забывал про танцы, от которых просто не мог оторваться после родов. Ну и о работе в кафе. Альфы оттуда тоже частенько заглядывали проведать малышей. Дима вернул деревянную печать и теперь та занимает почётное место на камине, как память о всём, то им пришлось пережить. Паша конечно сохранял семейный очаг, был примерным омегой, но стоило его разозлить, и он включал Эда на максималке и крушил всё вокруг себя. Так что Диме скучать не приходилось. У них дома постоянно тусил кто-то из друзей, а когда Дену подходил срок рожать, тот и вовсе сбежал к ним из дома, в поисках пристанища от чересчур заботливого Андрея. Мог ли подневольный проститут когда-нибудь рассчитывать на то, что вернёт свою любовь, обзаведётся семьёй и друзьями, что у него родятся прекрасные дети и ему ненужно будет бороться за свою жизнь и умереть в одиночестве? Тогда наверное нет, но теперь не могло быть иначе, ведь все они уже обречены на счастье.