Прекрасные цветы умирают быстро

Весна являлась одним из самых любимых и долгожданных времён года для Люси — юной заклинательницы духов. Прошло много времени, как девушка вступила в одну из сильнейших гильдий королевства Фиора, но до сих пор не нашла своего единственного и неповторимого. С первых дней нахождения в Хвосте Феи, Люси уверяла себя — теперь её жизнь изменится в лучшую сторону. Да, несомненно, количество приключений и сражений в в её буднях стало больше в геометрической прогрессии, но найти спутника жизни она так и не смогла. — Я так надеялась, что к двадцати годам обзаведусь соулмейтом… Это действительно редкость в наше время, — блондинка растянулась на барной стойке в гильдии. — Давно бы уже начала встречаться с Нацу, — усмехнулась стоящая напротив Мираджейн — редкостная красавица, так еще и с неимоверной силой демона. Главная сплетница Хвоста Феи поставила напротив заклинательницы любимый клубничный коктейль и продолжила разбирать документы с выполненными заданиями для отчета. — Шутишь? Этот огненный придурок дальше своего носа ничего не замечает. А еще он невоспитанный, прожорливый и слишком наглый, чтобы быть моим парнем, — тут же взревела Люси. Волшебница не расценивала своего лучшего друга — Нацу Драгнила — как спутника жизни. Да, на него можно положиться в любой ситуации, он сильный и выносливый, правда туповат слегка, но для Люси являлся хорошим товарищем. Хартфилия подняла голову, чтобы губами вцепиться в пластиковую трубочку, вытягивая содержимое стакана. Заклинательница понимала, что возможно, со стороны её друзей, всё выглядит предельно очевидным — Нацу частый гость в квартире Люси, они много времени проводят вместе и даже выполняли совместные задания. Все постепенно свыклись с мыслью, что огненный дракон, наконец, нашёл свою вторую половинку. Но Люси так не считала. — А Грей? Что на счет Грея? — не унималась белокурая красавица, которая немного отвлеклась от огромной папки с заданиями. Она прикусила край ручки и взглянула в карие глаза волшебницы напротив. — С Дождией синергия между ними куда лучше, — театрально закатив глаза, Люси отвернулась от стойки и уперлась в неё спиной. Мира поняла, что донимать заклинательницу данными вопросами просто бессмысленно, та никогда не ответит честно даже под дулом пистолета. Штраус-старшая хорошо видела людей: что они чувствует и что их терзает. Люси же была открыта как книга: если ей грустно — она плачет, если у неё хорошее настроение — она улыбается и смеётся, а если девушка в смятение и растеряна — она молчалива. Мало кто может похвастаться такой открытостью. В гильдии как обычно было шумно до выноса мозга, поэтому Люси тихо фыркала и щурилась, когда звук становился слишком громкий даже для неё, что уж говорить о драконоборцах. Хотя, судя по тому, как яростно они участвуют в драке, им это не слишком мешает. Взгляд падает на входную дверь. Люси обманывала себя, ведь определенно, был мужчина, который привлекал её, привлекал её внимание, и завладел крошечным сердечком. Был лишь небольшой минус, который перечеркивал все плюсы. Это был Лексус Дреер. Громовой дракон обладал поистине сильной личностью, не обделен красотой, но его характер и отношение к другим явно вызывал у доброй половины гильдии исключительно отрицательные эмоции. Заклинательница смотрела на Лексуса, как на своего идола. Пожалуй, иногда её фанатичность выходила за пределы разумного, но девушка часто отдергивала себя от лишних действий, которые могли бы вызывать у мага молний явно не радужные намерения, вплоть до сожжения заживо. — Передай старику, что задание выполнено, — он кинул лист с отчётом на барный стол, не одаряя Люси и взглядом. Заклинательница пыталась сдержать себя, чтобы не перегреться и не покраснеть, поэтому отвернулась в противоположную сторону от группы громовержцев. Постукивая указательным пальцем по деревянному столу, Люси думала, как ей лучше поступить. Возможные способы привлечения внимания Лексуса никак не появлялись в её голове. Девушка украдкой решила глянуть на мага молний, но остановилась, словно встречаясь взглядом с одним из его напарников. Несмотря на закрытые глаза шлемом, Бисклоу любил встречаться глазами с другими магами. Одно из его преимуществ то, что оппонент не может видеть его взгляда, чем и пользуется маг, изучая душу. Люси очень сильно пожалела о своем решении взглянуть на Лексуса. Сердце бешено заколотилось, отбивая чечетку в груди. Хартфилии показалось, что вот-вот и сердце переломает её ребра и вырвется наружу. Мысли о том, что Бисклоу сейчас залезает к ней в душу неприятно жгло — Люси была готова провалиться на месте от стыда, что она думает их предводителе. Указательный палец, которым блондинка постукивала по столу, защипал, от чего она дернула рукой, случайно опрокидывая бокал с коктейлем. Самое нелепое, что могло бы произойти, произошло — всё содержимое выплеснулось на шубу громового дракона. — Л-лексус! Прости! — Люси вскочила на ноги, пытаясь оправдаться. Палец вмиг отошёл на второй план, ведь сейчас будет решаться её судьба. Теперь в радиусе метра всё затихло: команда громовержцев тихо и с ужасом наблюдали, как изменяется выражение лица лидера, а Люси с не меньшими переживаниями пыталась словами как-то донести до Лексуса, что она это сделала не специально и может всё исправить. Хартфилия действительно была не виновата — боль, что резко вонзилась в её указательный палец, заставила дернуть рукой, из-за чего и произошёл данный казус. — Будь добра, — он стянул свою шубу, кидая её на голову девушки. Наверное, в этот момент все почувствовали невероятное облегчение — никто не умрет, а это самое главное. Люси стянула с лица испачканную вещь и кивнула, скрывая легкий румянец на щеках. Она, и аристократка, так облажалась перед тем, кто нравится. Позор, от которого вряд ли получится отмыться. Громовержцы направились на второй этаж, где обычно проводили свободное от заданий время, а Люси продолжала нелепо стоять около барной стойки с грязной шубой в руках. От неё пахло грозовым небом после дождя, ярким одеколоном и лилиями. Блондинка незаметно для себя улыбнулась, крепче сжимая грубую ткань пальцами.; и ей плевать, что Мира, стоящая за стойкой, внимательно наблюдала за всем происходящим. Дьяволица вновь приложила конец ручки к губам, изучающе смотря на профиль заклинательницы. — Ладно, Мира, я наверное пойду. Надо исправить это недоразумение, пока меня живьем не сожгли, — вдруг произнесла блондинка, кидая беглый взор на барменшу. — Да, конечно, возвращайся! — приветливо помахав рукой удаляющейся Люси, произнесла Мираджейн. Хартфилия на секунду остановилась прямо у входа в гильдию и обернулась, кидая взгляд на второй этаж. Внутри заиграло странное чувства, словно судьба дает её шанс на счастье, но ведь Лексус не тот человек, что сломя голову побежит за ней, он не Нацу, который сломя голову бежит за заклинательницей. Дреер взрослый, может быть слегка легкомысленный в плане отношений, но уже с огромным жизненным опытом и багажом знаний. Да и разница между ними достаточно большая — ей всего девятнадцать, а ему уже двадцать девять. /// Люси широко улыбалась, смотря на выстиранную шубу, что висела у нее в ванной. Девушка непременно гордилась тем, что саморучно исправила то, что натворила. Хоть волшебница и выросла в кругах аристократии, но за время, проведенное вдали от поместья, заставили конкретно пересмотреть взгляды на жизнь и быт. Так она столкнулась с трудностями квартплаты, пропитанием и обыденными вещами, которые требовали время, нервов и деньги. — Почему ты так яростно пытаешься завладеть его вниманием? — Локи не одобрял то, что чувствует его хозяйка. Ему вообще не нравился Лексус как человек — грубый и жестокий, не такой должен быть рядом с юной заклинательницей. — Локи, теперь мне никак не отвертеться, — вдруг сказала блондинка, устало поворачиваясь к своему духу. Он смотрел на фигуру девушки с таким жалостливым и мягким лицом, что Люси немного тряхнуло. — Что ты имеешь ввиду? — царь зверей недовольно и одновременно непонимающе посмотрел на хозяйку, которая обошла его и направилась в спальню. Люси чуть ли не святилась от счастья, садясь за письменный стол. Она вновь хотела писать своей матери письмо, только на этот раз с хорошим содержанием. Лео наблюдал за блондинкой, пытаясь самостоятельно понять — как Лексус смог завладеть сердцем их наивной заклинательницы. — Просто… — загадочно начала Люси, интригующе улыбаяясь. /// Маг молний в компании своей команды расслабленно сидели за своим столом в гильдии, на втором этаже. Беря в руки стакан с пивом, мужчина обвёл взглядом гильдию, в которой неумолимо кипела жизнь. С какой-то стороны он был рад, но с другой его всё это невероятно раздражало — в частности поступки деда. Мало того, что мастер берет слабых магов в гильдию, так еще и зачастил с принятием врагов — те же Дождия и Гажил, которые, к слову, чуть не убили Люси, Леви, Джета и Дроя. Лексусу было плевать на них, но сам факт мягкосердечия деда выводил его из себя. — Та блондинка, кажется, на тебя запала, — вдруг сказала Эвергрин, прикрывая рот веером. Русоволосая волшебница была единственной девушкой в команде, но относилась к Лексусу как к своему лидеру, кем и являлся тот. Они проводили много времени вместе, поэтому девушка с легкостью читала подобные случаи — нельзя просто проигнорировать Дреера. — И что? — только и выдал мужчина, делая еще один глоток. Ему правда было плевать на заклинательницу, и он даже не хотел убить её тогда, но когда её пугливые оленьи глаза посмотрели в его, внутри неприятно кольнуло. — Ева хотела сказать, что пора бы тебе остепениться, — вдруг выдал Бисклоу, который как никто другой знал, что происходит. Он то всё видит своими глазами, и понимает, что сейчас очень щепетильный момент не только для Люси, но и для Лексуса, который не придавал этому никакого значения вообще. — Меня не интересуют слабаки, — хмыкнул маг молний. В общих чертах Лексус был прав — Люси слабая. У нее не было от природы, да и вообще, столько магической силы как у него самого, или же как у Нацу или Грея. Даже с её то одеянием звездных духов, Люси казалось хрупкой и беспомощной. — Хотя, на одну ночь с ней можно было бы остаться, — блондину было не комфортно без излюбленной шубы, она давала ему чувство некой защищенности. — Всё же, хорошо подумай над этим. Она не та, с кем ты любишь проводить ночи напролет. Еще юная и… — маг душ явно хотел что-то добавить, но получил неудовлетворительный взгляд лидера. — Молчу, — подняв руки в примирительном жесте, мужчина решил заткнуть свой болтливый рот бокалом пива. Громовой дракон фыркнул. Он не думал о блондинке, как о своей девушке, он не любил её, не испытывал влюбленности или симпатии. У неё была хорошая фигура, симпатичное смазливое личико, но на этом, по мнению Лексуса, её плюсы заканчивались. Опять же, перед глазами встает факт того, что Люси слабая, а у него непереносимость подобного. С момента, как Люси вышла из гильдии прошла добрая часть дня. Пьянка не унималась, а Лексус не мог выкинуть из головы образ заклинательницы, что так тревожно смотрела в его глаза. Действительно, пожалуй, Хартфилия была одна из единиц, кто не побывал еще в его кровати, и раз уж она этого сама хочет, почему бы не воспользоваться моментом. — Ты куда? — заметив, как Дреер собирается уходить, Фрид вопросительно посмотрел на предводителя. Маг письмён был хорошим аналитиком, и то, как улыбается Лексус ему явно не нравилось. — Отдохну пойду, — на отвали ответил Лексус. По привычке, он хотел поправить шубу, но вспомнил, что та сейчас у заклинательницы — вот и повод заглянуть на огонёк появился. — Только… Не наделай глупостей, хорошо? — было невероятно странно слышать это из уст Фрида, который вечно потыкал прихотям Лексуса, но последний даже не услышал его, стремительно скрываясь в искрах молний. За секунду блондин оказался прямо около дома юной заклинательницы. Из окна горел свет, а так же приятно пахло травяным чаем, от которого клонило в сон. Лексус усмехнулся, заходя внутрь здания и стуча в дверь квартиры Люси. Послышались какие-то неразборчивые крики, топот, потом что-то явно упало на пол, создавая шум, и через минуту дверь открывает слегка потрепанная заклинательница духов. Её лицо сначала практически ничего не демонстрировало, но как только она поняла, кто сейчас стоит у неё на пороге, глаза расширились до размера блюдец. Она выглядела так по-домашнему — в больших спальных шортах, свободной футболке и спутанным комом волос на макушке. В воздухе витал запах магии, что свидетельствовало о том, что недавно тут был звездный дух. — Лексус? Что ты тут делаешь? — первое, что смогла произнести Люси, когда немного отошла от шока. Блондинка не ожидала увидеть мага молний у себя дома, тем более так поздно вечером. — Пришел за шубой, ты же уже всё исправила? — он бесцеремонно подвинул волшебницу и зашел внутрь, осматривая квартиру. Люси была действительно еще совсем ребенком где-то в душе — несмотря на шрамы, которые та получила в сражениях, несмотря на боевой опыт в смертельных битвах, Люси оставалась девочкой. Розовые обои, куча мягких игрушек на заправленной кровати, прочитанные и не начатые романы на столе — всё это навивало образ старшеклассницы. — А… Да, конечно, но я могла бы тебе её вернуть завтра. Тебе не стоило приходить, правда, — легкая и дружелюбная улыбка расцвела на лице девушки. Спрятав руки за спину, она наблюдала, как мужчина делал медленные, но уверенные шаги по её обители. Неловким движением руки она убрала выпадающую прядь волос за ухо и подняла взгляд — мужчина был выше её самой на целых полторы головы, от чего заклинательница чувствовала себя еще меньше, чем есть на самом деле. Она никогда и не думала, что её избранным окажется такой мужчина, как Лексус Дреер — маг молний и лидер одной из сильнейших команд в Хвосте Феи. Немного, в глубине души, это льстило Люси, поэтому она внезапно хихикнула, обращая на себя внимание двух сапфиров. — И где она? — спросил Дреер, скользя взглядом по тонкой фигуре согильдийки, которая выглядела слишком невинной, чтобы состоять в Хвосте Феи. — А, точно, она у меня в ванной висит. Я её бережно выстирала и повесила на вешалку, — с умным лицом начала рассказывать заклинательница духов, направляясь к месту, где и совершила стирку. На секунду Лексус даже усомнился в правильности своих намерений, с которыми пришел, но решил откинуть их прочь. Люси зашла в достаточно просторную ванну, где приятно пахло цветочным ополаскивателем с запахом лилий, который та выбрала не случайно. Ей понравился собственный запах шубы, поэтому она решила не нарушать его каким-то побочным вкусом. Указав рукой на висящую часть гардероба Дреера, которая слегка задевала края ванной, Люси гордо подняла подбородок и улыбнулась еще шире. — Я старалась, чтобы на ней не… — блондинка хотела было что-то сказать, но её перебил требовательный поцелуй жестких, слегка потрескавшихся губ. Для Хартфилии поцелуй, и вообще романтические отношения, нечто особенное. Благодаря аристократическому воспитанию, юная путешественница не сближалась с мужчинами до свадьбы, предпочитая оставаться на расстоянии, пока не найдет «особенного» человека, которому готова отдаться. Соулмейт — именно то, чего она желала всем сердцем, ведь изначально хотела лишь единственного мужчину в своей жизни, с которым проживет до самой смерти. Прикосновения Лексуса были приятными, они заставляли тело подрагивать и покрываться мурашками. Ноги сомкнулись вместе, а сама волшебница встала на носочки, чтобы быть немного выше, руками обнимая широкую мужскую шею. Люси поддалась влечению, поддалась чувствами, а знак на боковой части указательного пальца лишь сильнее подстегивал её принять Лексуса, довериться ему и подарить всю себя. Девушка чувствует, как его широкая ладонь опускается ниже пояса, слегка сжимая ягодицы и поднимая тем самым её тело над землей, заставляя обвить его торс ногами. Хартфилия наслаждалась каждой секундой, что проводит вместе с магом молний в этой ванной. Она была неопытной, робкой и наивной, чем мужчина пользуется в полной мере — его руки спокойно залезают под тонкую ткань футболки, оглаживая спину. Белья на ней не было, поэтому это только упрощает всё, меньше времени понадобиться, чтобы раздеть эту красотку догола. — Лексус… Стой… — отрываясь от сладких, уже мокрых, губ, шепчет заклинательница. В глазах поплыло от возбуждения, а внизу живота приятно сжималось. — Что? — в тон ей шепчет блондин, переходя поцелуями на её щеки, подбородок и шею. Послышался громкий протяжный стон. Он прикрыл глаза — такие стоны точно задержаться в его голове надолго. Сила, которая притягивает его тело к Люси, заставляет Лексуса продолжать вылизывать девушку, проводить языком по нежной белой коже, пальцами одной руки залезая в трусики. — Кровать… Пожалуйста… — она не могла сдерживать стоны, которые сами вырывались изо рта. Тело горело, она хотела сама стянуть всю одежду, но не могла отпустить шею любимого ею мужчины. Он не проронил больше и слова, направляясь с невесомой ношей из ванны прямо в комнату, в спальню юной волшебницы, где она проводила много времени. Как только он ступил в розовую комнату, звёздные ключи на тумбочке непроизвольно засверкали и зазвенели. Лексус кинул на них безразличный взгляд, продолжая наслаждаться процессом. Люси упала спиной на кровать — красная, прикрывающаяся руками, горячая и сексуальная. Она на секунду замерла, а потом одной рукой положила свои ключи внутрь тумбы, принудительно запрещая духам открывать врата в их мир. Теперь им точно никто не помешает, даже надоедливый Локи, пытающийся ворваться сейчас в комнату. Лексус мог поклясться, что такими формами может похвастаться не каждая проститутка, которая была у него в кровати. Плавные изгибы, упругая кожа, объёмная аппетитная грудь, достаточно широкие бедра и мясистая задница. Маг молний облизнулся и стянул с себя свою фиолетовую рубашку, в которой пришел в гости, оголяя свои напряженные мышцы. Люси застыла, пытаясь не умереть от смущения, которое испытывает лишь от одного взгляда обнаженного Дреера. — Нравится? — усмехнулся парень, швыряя часть одежды на пол. — Угу, — только и вымолвила девушка, прикрывая рукой рот. Сейчас он такой горячий, как лесной пожар, и Люси готова расплавиться. Она потянулась рукой к его груди, проводя пальчиками по большой татуировке, спуская ниже, к торсу. Лексус с предвкушением наблюдал за волшебницей, которая робко остановилась на его ремне и никак не могла расстегнуть его. У мага вырвался смешок, который заставил девушку надуться подобно маленькому ребенку — выглядело очень мило. Лексус прикусил губу, она так быстро завладевала его головой, что он напрягся сильнее. Его руки покрыли её тонкие пальчики и помогли расстегнуть ремень с ширинкой. — Мне никогда не доводилось… Ну… — Люси отвела взгляд, стараясь не показывать то, что сейчас ей страшно. Она так долго об этом думала и теперь не может просто взять и отступить на пол пути, когда вот он — мужчина, о котором ты желала уже несколько месяцев. — Не переживай, я всё сделаю сам, — сказал уверенно Дреер, рукой вытаскивая полу возбужденный член из трусов. Люси не знала, как реагировать на это. Она много читала о сексе, пыталась даже как-то испробовать искусственный фаллоимитатор, плюя на свою аристократическую натуру, но ничего не получалось, а просить кого-то из девочек было слишком неудобно и постыдно. Вид настоящего, горячего члена заставил Люси сглотнуть, но рука сама потянулась и накрыла головку, заключая неполное кольцо вокруг основания. Её оленьи карие глаза перешли на лицо мага молний, который смотрел на неё голодным диким взглядом, словно вот-вот и он не сможет сдерживать себя, резко входя в юное хрупкое тельце. Немного осмелев, Люси стала двигать рукой, потихоньку набирая темп. Дыхание Лексуса участилось, а сам мужчина нагнулся на локти к лицу заклинательницы, которая выглядела очень сосредоточенной. Ей понравилось чувствовать пульсирующую горячую плоть под подушечками пальцев, слышать короткие рваные стоны, ощущать обжигающее дыхание на шее. Люси поняла — вот он, момент, когда полностью будет принадлежать Лексусу, а он ей. — А ты разошлась, — слова мужчины выбили Хартфилию из колеи, и она остановилась, уставившись на растянутые в ухмылке губы. — А если я сделаю так, — прошептал он, и вставил внутрь один палец. Люси от неожиданности вскрикнула, слегка откидывая голову назад. Внутри было туго, горячо и мокро, от чего внутренний зверь рвался наружу сильнее, желая завладеть этой самочкой. Лексус хотел, Лексус жаждал, Лексус получает… Его палец начинает двигаться медленно, с каждым разом проникая глубже. Невинная, чистая и наивная — полная противоположность мужчины, который давно потерял любой стыд и непорочность. — Такая узенькая, — шепчет в покрасневшее ушко, двигаясь в ладонь Люси самостоятельно. — И она так желает меня… /// Первые лучи солнца приятно начали щекотать лицо юной волшебницы звёздных духов, которая распласталась на кровати, закутываясь в одеяло плотнее. Её волосы золотой паутиной растянулись по всей подушке. Люси не любила долго спать, но после горячей бурной ночи она могла позволить себе слегка нарушить голословное правило. Хорошо, что Нацу не посмел завалиться к ней в квартиру, потому что она даже представить не может, что произошло бы. Одна рука хлопнула по соседней подушке, но когда её ладонь упала и ничего не обнаружила, Люси поднялась на локти. Кровать пустовала, в квартире было тихо, никто не шумел и не издавал ни звука. Он ушёл, оставляя заклинательницу одну в остывшей кровати. Возможно, у него дела, возможно, ему надо на задание, возможно… Есть много причин, которыми можно было бы оправдать поступок мага молний, но Люси не злилась, она понимала. Девушка приняла сидячее положение, упираясь руками в спинку кровати. Разомкнув пальцы, она взглянула на боковую часть указательного пальца, где красовалась небольшая черная молния — знак её соулмейта. Значит, у него должно быть что-то, напоминающее её силу. Глаза запылали еще больше, чем раньше. Завтра будет проходить весенний фестиваль, куда она хочет пригласить Лексуса, ведь в этом же нет ничего такого? Просто сходить, посмотреть на празднование весны, цветение сакуры, фейерверки. Да, возможно он будет не готов сразу же открыто встречаться, но то, что он пришел было для Люси уже большим прогрессом. — Пора бы и в гильдию собраться… — вздохнула блондинка, поправляя волосы. /// Гильдия вновь шумела, хотя Хвост Феи никогда не прекращал празднование, даже не имея на это должного повода. Например, Нацу и Грей снова дерутся, втягивая в это хорошую часть магов, которые беспочвенно поддерживают бунт. Девушки же занимаются больше своими делами — кто читает книгу, кто журнал, кто следит за своим возлюбленным, пуская слюни за деревянной колонной, кто ест клубничный торт, при этом отвечая на сумбурные вопросы Мираджейн. Одним словом — идиллия, которую не нарушает даже легкий скрип входной двери. Короткое весеннее платье отлично село на стройную фигуру заклинательницы, а приятный небесный цвет подходил к её молочной коже, сильнее подчеркивая белизну. Люси широко улыбалась, здороваясь с магами и ловко пробиралась к своим подругам за барной стойкой. Мира сразу заметила нежный образ заклинательницы, которая выглядела достаточно бодрой и воодушевленной. — Привет, девочки, — тонкая кисть руки махнула в приветственном жесте. — Привет, Люси, — вместе поздоровались дьяволица и рыцарь. — Сегодня ты подобрала невероятно легкий образ. Случилось что-то хорошее? — белокурая волшебница хитро ухмыльнулась, упираясь локтями в деревянную поверхность стола. От Люси буквально за километр веяло непередаваемой радостью. — Просто хороший день, — слегка наклонив голову в бок, протянула волшебница. — К тому же завтра весенний фестиваль, грех не быть в хорошем расположении духа, — мечтательно сказала Люси, складывая ладони в замок. — И то верно, ты уже подумала, с кем пойдешь? Мы с Мирой и Лис собрались идти на праздник, — спросила Эльза. Красноволосая волшебница на минуту отвлеклась от поедания торта, но потом вновь запихнула целую ложку десерта, измазав тем самым уголок рта. — А, это… — неловко посмеялась блондинка и кинула взгляд на второй этаж. Лексус действительно там сидел со своей командой, поэтому заклинательница затаила дыхание. — Я сейчас! — резко сказала девушка, стукнув ладонями по столу, тем самым заставляя Миру испуганно убрать свои руки от стойки. Хартфилия собрала всю волю в кулак, и начала подниматься на второй этаж, крепко ухватываясь за перила. Ноги дрожали от волнения, а губы поджались в тонкую полоску. Сейчас она должна быть смелой, ведь он — её судьба, беспокоиться не о чем. Как только блондинистая макушка возвысилась на втором этаже, на Люси обратили внимания. Громовержцы вопросительно начали изучать образ Хартфилии, которая переминалась на ногах, не решая сделать шаг к их столику. Бисклоу усмехнулся, делая какие-то выводы и удовлетворенно улыбаясь — они это сделали и теперь на все сто процентов связаны нерушимой нитью. — Лексус, — нерешительно произнесла заклинательница, губы дрогнули в мягкой улыбке, которая заставляла растаять любого мага Хвоста Феи. — Что? — он не повернулся к ней, так же игнорируя её присутствие. В руках он держал бокал с виски, медленно потягивая горячительный напиток с кубиком льда. Волшебница прикусила щеку с внутренней стороны, но решила продолжить: — Завтра весенний фестиваль, и я подумала, — она нервно потерла одной рукой своё предплечье, отводя взгляд. От Лексуса несет холодом и безразличием, Люси чувствует и её кожу покалывает неприятное ощущение. Грудь защемило. — Что подумала? — так же спокойно спрашивает Лексус. Сейчас даже его команде было немного не по себе от складывающейся ситуации. Несмотря на то, что Люси была слабым магом, по сравнению с их лидером, такой ненависти к её способностям они не испытывали, даже наоборот, девушка казалась им интересно и доброй. Особенно её мягкая и светлая улыбка, которой та одаривала каждого, независимо от статуса и возможностей. Хартфилия сейчас выглядела так воодушевленно, нежно, словно бутон розы, что лишь от ледяного голоса предводителя по их спинам проходила дрожь. Бисклоу перевел взгляд с Лексуса, на Люси, что пыталась внятно выразить свои мысли. Мужчина видел, как тяжело дается ей каждое слово, но ничего не мог поделать с этим. — Может быть, сходим вместе? Говорят, там будет цветение са… — Люси остановилась, потому что маг молний, наконец, переводит взгляд на заклинательницу. Внутри всё опустело. Девушка была готова исчезнуть, запереться в квартире и никогда больше не выходить, лишь бы не видеть этих безразличных глаз. — Не понимаю, что ты там себе надумала, и знать не хочу, но ты должна понять, — он остановился, а Люси съежилась. Каждое его слово отдавалось невероятной болью в сердце, дышать становилось тяжелее. — Мы провели одну ночь. Переспали и забыли. Усекла? — отчеканил он и снова отвернулся, делая глоток. Волшебница окаменела. Её ноги просто не хотели двигаться, но желание убежать прочь в слезах возрастало с каждой новой секундой. Глаза неприятно защипало, а губы дрогнули. Люси схватилась за грудь, сминая тонкую ткань платья. — Я… Я… — она пыталась вымолвить дрожащими губами, но получилось что-то из-за разряда хрипа. Легки неприятно сдавило. — Что ты? Мне повторить? — уже с ноткой раздражения фыркнул мужчина. — Ты. Мне. Не. Нужна. По щекам потекли слезы. К горлу подступил ком, от чего она подавилась, прикрываясь рукой. В глазах на секунду поплыло, и Люси схватилась за перила. Лексус быстро перевел взгляд на девушку, и даже показалось, что в его глазах проблеснуло беспокойство. Хартфилия резко повернулась спиной к столику громовержцев и спустилась на первый этаж, закрывая рот рукой. Ей сдавливала непередаваемая обида, разрывающая её изнутри. Мира и Эльза непонимающе посмотрели на блондинку, которая быстрым шагом направилась прочь из гильдии. Слезы не переставали бежать по щекам, закрывая обзор в глазах. Люси старалась забыть слова, забыть его глаза, забыть прикосновения, чувства. Всё. Рядом материализовался Локи, который сам прошел, наконец, через врата. Он выглядел очень обеспокоенным, а когда увидел заплаканное лицо хозяйки, до него дошло, что происходит. — Люси, — прошептал дух, обнимая девушку, которая остановилась на середине дороги. Лев, как и другие духи, всегда чувствуют, что происходит с их хозяйкой, а сейчас его разрывает такая ненависть к тому, кто так поступил с ней, что вены на висках выступили и запульсировали. Если бы не Люси, которая ревела у него на плече, рыжеволосый сразу же отправился бы в гильдию, чтобы разобраться с этим ублюдком. — Локи, прошу, давай пойдем домой… — шепчет блондинка, хватаясь пальцами за черный строгий пиджак. — Конечно, Люси, — он обнял волшебницу и взял её на руки, чтобы помочь добраться до квартиры заклинательницы. Её тело было достаточно легким, практически невесомым, поэтому дух царя зверей без проблем добрался до скромной обители своей хозяйки, укладывая её на кровать. В комнате до сих пор пахло грозовым небом, лилиями и возбуждением, которые били по чувствительным рецепторам Локи. Он понял, почему не смог выйти вчера через врата — Люси заблокировала их силы своей, чтобы никто из духов не смог вмешаться в процесс. — Почему он так… — шепчет Люси. Грудь продолжает сдавливать боль. — Успокойся… Тебе стоит немного отдохнуть, — тихо говорит бывший член Хвоста Феи и убирает прядь волос девушки за ухо. Она смотрит своими потухшими карими глазами куда-то в стену, не придавая окружению никакого значения. — Да, думаю, ты прав… — согласилась она. — Можешь сходить в гильдию, к мастеру, передать, что я хочу уехать на море… На две недели минимум? — внезапно сказала Люси, не поворачиваясь к духу, который наблюдал за тяжелым состоянием блондинки. — Если ты так хочешь… — произнес рыжеволосый. Он не мог оставить Люси одну, но и отказать ей так же не в состоянии. — Тогда я скоро вернусь. Отдыхай. Люси осталась одна. Она привстала на кровати и подошла к зеркалу. Ей казалось, что в отражении на неё смотрит вовсе не жизнерадостная девочка-волшебница с горящими глазами, а какая-то униженная барышня, которую втоптали в землю. Пальцы прошлись по щеке, на которой остались слегка мокрые следы от слез, а затем перешли на горло — неприятное жжение, словно внутрь вливают раскаленную магму. — Я ненавижу тебя, — шепчет одними губами Люси, прикасаясь к отражению. Она говорит это себе, своему отражению, образу, карим глазам, что смотрят на неё с такой тоской и унынием. Тошнит. — Я ненавижу тебя! — завопила Люси, резко скидывая со своего письменного стола все, что на нем находилось. Слезы вновь обожгли женские щеки, а руки задрожали. Захотелось распороть свои вены ногтями, расцарапать лицо, выколоть глаза. Кулак с силой ударил по гладкой поверхности зеркало, тем самым разбивая его вдребезги. Пальцы покрылись крошечными красными полосочками, а кровь одинокими каплями начала падать на мягкий махровый ковер. Кашель вновь неожиданно вырвался из груди, заставляя Люси согнуться и прикрыть рот. На пальцах начало ощущаться что-то крошечное, мягкое и сладкое. Девушка с безразличием отстраняет ладонь от лица и смотрит, как рука усыпана небольшими красными лепестками, испачканными кровью — то ли от ран на руке, то ли от того, что выходит у нее из легких. — Всё же, моё желание меня и погубило? /// День сменялся днем, а Хвост Феи неумолимо терроризировал горожан своим шумом. Маги как обычно летали по зданию, иногда выпрыгивая наружу. Слышались пьяные песни, громкие разборки и вообще — веяло хорошим настроением. Лексус сидел на втором этаже. Тело немного побаливало после задания, с которого они вернулись пару часов назад. Он откинулся на свой диван и взял кружку с пивом, делая из него большой глоток, обжигая горло. Всю неделю Лексуса терзало необъяснимое чувство и беспокойство, которое только усиливалось с каждым днем. Конечно, показывать свои слабости он не привык, поэтому скрывал всё, что было у него на душе. Бисклоу только и делал, что наблюдал за своим лидером. Маг душ не мог понять, почему Лексус старательно отрицал всё, что было связано с его соулмейтом, и немного беспокоился за состояние Люси, которой сейчас явно не сладко. Судя по обеспокоенному лицу Миры, что сидела на первом этаже, девушка не появлялась в гильдии около недели. — Слышал, блондинка на отдых уехала сразу после твоего откровения, — вдруг сказал синеволосый маг, почесывая подбородок. Он пытался как-то вразумить мага молний, потому что видел нарастающую опасность около его души. Если так продолжиться — может случиться что-то непоправимое. — Меня это должно было как-то задеть? — удивленно спросил блондин, осушая стакан. Лексус был жестоким человеком даже по отношению к своей команде, что уж говорить о невинной заклинательнице, которая всего-лишь попалась на удочку своих чувств. — Нет, просто, мне кажется, не стоило так резко её отшивать… Она же с искренними намерениями хотела пригласить тебя на весенний фестиваль, — Бисклоу понимал, что вмешиваться в чужие отношения неправильно, тем более вмешиваться в чужие души, особенно когда это может стоит убийственным электрическим разрядом. — Ты мне решил нотации почитать? Я всегда был таким, всегда буду таким, и ничто меня не исправит, — устало сказал маг, закидывая ноги на столик напротив. Бисклоу не хотел как-то задеть Лексуса, но смотреть, как он отталкивает свою истинную пару тоже было невыносимо. Тяжелый вздох. Спорить с лидером громовержцев было бессмысленно, поэтому шлемоголовый скрестил руки на груди и начал разглядывать происходящее на первом этаже. Перед глазами всё засверкало, привлекая внимание магов. Из золотой дымки появился дух царя зверей, который выглядел более чем удручающе. Его рыжие волосы были в диком беспорядке, а глаза скрыты под темными очками. Локи пристально смотрел на Лексуса, который явно был не доволен присутствием звёздного духа той девчонки. — Это всё из-за тебя, — тихо сказал Лев, делая шаг к лидеру громовержцев. — Что ты там бормочешь? — щурится блондин, скрещивая руки на груди. Маг молний не понимал, что сейчас-то Лео нужно от него, и что он вообще тут делает. — Это из-за тебя! — уже громче сказал Лев. — Из-за тебя! — резко заорал дух, накидываясь на громового мага. Гильдия остановилась, выжидающе поглядывая на то, что происходит на втором этаже. Рыжий парень с помощью своего пламени и удара Регулуса скидывает Лексуса вниз. Вокруг всё заискрилось, а глаза Дреера запылали злостью, которая врывалась наружу в виде всплеска магии. Никто не понимал, что происходит, и зачем один из духов Люси сейчас затевает драку с соперником, куда сильнее себя самого. Локи был достаточно разумным и умным мужчиной, который не будет сломя голову кидаться в бой. — Из-за тебя! — Локи наносит еще один удар с помощью огненной магии, рассекая щеку Лексусу. — Ты совсем обезумел, придурок?! — молния ударила в миллиметре от места, где стоял Лео. Его окружала неконтролируемая темная магия, которая поглощала духа. — Почему ты отвергнул её? Что она тебе сделала?! Зачем ты поступил с ней так же, как с одноразовой девкой?! Ты же видел, какая она наивная, глупая и добрая! Всем помогает, забывая про себя! — зарычал дух. У всех возникло ощущение, словно сейчас перед ними стоит не человек, а настоящий горный огромный лев. — Если она такая, то и возвращайся к ней, дебил! — рыкнул Лексус и ударил еще одной молнией, попадая в правую руку духа. — Лео, успокойся, что произошло? — на плечо духа льва легла тяжелая рука Эльзы. Губы Лео дрогнули, а сердце сжалось, начиная стучать с невероятной скоростью. Ему было тяжело возвращаться в прошлое, буквально туда, что происходило несколько часов назад. Глаза засверкали от накатывающихся слез, а руки задрожали. — Лексус, знаешь ли ты, что происходит с теми, кого предал и отвергнул их соулмейт? — немного тише спросил Лев, поглядывая на блондинистого мага молний. Тот не ответил, поджимая губы. Мира закрыла рот рукой. — Может быть, твои друзья знают?! — вновь завопил Локи. Сейчас вся гильдия находилась в гробовой тишине, и только крики одинокого духа резали слух. — На сколько я знаю, и это было описано в книгах, — начал Фрид, спускаясь с лестницы. Эта информация была невероятно старой и древней, и мало кто о ней знал. — Когда один соулмейт предает свою пару, то тот, кого отвергли заболевает… — наконец, до мага письмен доходит сказанное и он останавливает своё повествование, с шоком переводя взгляд на своего предводителя. «— Люси, я принес немного еды, а так же отдал деньги твоей хозяйке, — Лео аккуратно открыл дверь в квартиру Люси. Он уже неделю смотрит на то, как их хозяйка вянет на глазах. Несмотря на это, девушка продолжала упорно сдерживать врата звездных духов, чтобы они не могли беспорядочно открывать двери в этот мир. Люси не хотела, чтобы её лучшие друзья чувствовали, как она страдает и буквально умирает с каждым днем. — Люси, ты опять ничего не ела? — взглянув на тарелки с едой, которые он оставил блондинке еще утром, дух тяжело вздохнул. То, что происходило с Люси, вызывает в нем самые страшные опасения и страхи. — Люси? — рыжеволосый знает, что заклинательница не выходит из квартиры и не может передвигаться на длинные расстояния без опоры из-за слабого состояния. — Люси, ты где? Это не смешно, — говорит Локи. Заклинание блокировки не дает понять, где сейчас находится их хозяйка. Поставив пакеты с едой около письменного стола, Лев подошел к окну и раскинул плотные шторы в разные стороны, впуская в комнату солнечный свет. Он приоткрыл форточку и глубоко вздохнул. В комнате улавливался до сих не понятный сладковатый запах, от которого захотелось сделать глубокий вдох. Лео направился в ванную, думая, что Люси просто решила принять ванну. Дверь со скипом отворилась, а на лице льва выступил ужас. К горлу подступил ком обиды и истерики. Рванув с места, он подлетел к ванне, в которой лежала Люси, спиной упиравшиеся в каменную стенку. Её ноги свисали на пол, а руки были собраны в небольшой замочек на груди. Самым ярким было то, что из грудной клетки торчал целый букет из кроваво-красных бутонов ликориса. — Люси, Господе, открой глаза, прошу, — дрожащие ладони прикоснулись к бледному лицу. Пальцы начали стирать дорожки крови, которые шли от уголков губ. — Умоляю тебя… Открой глаза…» — Нам, духам, больше не к кому возвращаться, — рядом с Львом появилась Водолей, смотрящая на всех присутствующих нечитаемым взглядом бездонных глаз.