Там, где моё место

      Солнце вовсю уже светит над городом, заливая комнату светом. Но проснулась Такара не от слепящего света, а от жары. Майки крепко обнимал её, прижавшись со спины, да так что трудно выпутаться. И вот странная штука, не смотря ни на что выпутываться ей совсем не хотелось. Это начало немного пугать Такару. Стараясь не разбудить друга, она тихо выбралась из постели направившись в ванную для того что бы освежиться. Да и на часах уже почти середина дня, а раз уж она попала в Сэкигахара, есть кое-что, что стоит сделать, тем более сегодня…       По возвращении она увидела как Майки свернулся калачиком, обнимая одеяло. Когда он спит, он кажется таким милым, да и когда не спит тоже… Чертов Майки! Он же просто друг! Так ведь?! Тогда почему он заставляет Такару испытывать такие эмоции, и эти чувства… Почему рядом с ним так спокойно, так тепло и почему только рядом с ним она чувствует себя настоящей, почему рядом с ним она чувствует себя живой…       Наверное, когда они вернуться в Токио, стоит отдалиться ненадолго от Майки. Нужно обдумать всё. Эти чувства, они слегка пугают. А что если… Нет! Майки, он её друг и… всё.       Последний раз взглянув на него, Такара поднялась с кресла решив, что не стоит его будить, пусть поспит ещё немного. Собравшись, она оставила записку для Майки, и для мамы, что бы она не решила убить непонятного парня проникшего в её дом. Но всё же Такара надеялась вернуться до того как придет Сумико.

***

- Знаешь, сложно вообще-то цветы здесь достать, тем более первого января, и угораздило же тебя родиться именно в этот день, Хару!       Стряхнув снег с могильного камня Такара положила букет красного ликориса. Сегодня его день рождения, а старше он не становится. Вот такой вот парадокс. - Хару, прости за то что меня так долго не было, прости за то что не помогла, прости за то что тебе не повезло встретить меня…       Ком подступивший к горлу не позволил продолжить извинения. По щекам начали скатываться первые слезы. - Как тебе наглости хватает, мразь? Ещё и слезы льешь, лицемерная сука!       Обернувшись Такара увидела высокую стройную девушку с бутылкой в руке. Куртка расстегнута, шарф небрежно мотается на шее, девушка немного пошатывается, похоже эта бутылка была далеко не первой. - Наоми…, - поднимаясь Такара не знала, что ответить старой знакомой, у них всегда были натянутые отношения, да и как ответить на такое, не провоцируя дальнейшее развитие конфликта , к тому же Кубо никак не думала встретить её здесь на кладбище. - Закрой свой рот! - резко приблизившись закричала та, - Хули ты тут делаешь, тварь? А? Нахера приперлась? Ты даже на похороны не пришла, быстренько свалила в Токио. А теперь что? - размахивая бутылкой Наоми начала заваливать Такару вопросами. - Сегодня день рождения Харуто и я… - Не смей даже имя его произносить, - прорычала она, толкнув Такару в грудь, - поняла?       Она начала замахиваться, но Такара легко смогла увернуться. Наоми и на трезвую голову не отличалась особой ловкостью. Можно было запросто вырубить её, но… - Наоми, успокойся, к чему это всё?! Тем более здесь, - Такара попыталась утихомирить её. - Заткнись! - закричала она в ответ, снова начав неуклюжую атаку, - Я любила его! - отдышавшись выдала она.       Такара не ожидала такого откровения, отчего пропустила последовавший за признанием удар. Она любила его? Это правда? Следующий удар отправил ее на холодный снег. Наоми придавила её сверху, не давая подняться, хотя Такара и не предпринимала попыток. - С самого детства я любила его! А Хару смотрел только на такую суку как ты! Лучше бы ты сдохла, а не он! - бутылка с глухим звоном разбилась о голову Такары, - Ненавижу тебя!       Теплая кровь медленно начала стекать по волосам, заливаясь в ухо. Взгляду тяжело сфокусироваться на разъяренном лице Наоми. Она всё продолжает что-то кричать, а затем вновь заносит кулак для удара. - Почему тогда он умер?! - жёсткой хваткой поймав её руку, Такара отбросила Наоми в сторону, - Если ты любила его, почему не помогла ему?! Почему я не помогла?! Почему мы не помогли ему?! - срываясь на крик, Такара больше задавала эти вопросы самой себе.       Все они были любимы кем-то, тогда почему их нет?! Почему они умерли?! Харуто, Азуми, Кейске, Шиничиро, папа… все они любили и были любимы, были дороги своим близким и дорожили ими в ответ. Тогда почему они мертвы?! Почему боги отобрали их, вырвав частички сердец у тех кто остался, заставив страдать в одиночестве. Несправедливо!       Ничего не ответив Наоми поднялась, сделав пару шагов она остановилась и медленно обернулась, из светло карих глаз текли слёзы. - Больше тебя я ненавижу только саму себя, - тихо произнесла она прежде чем уйти.       Пролежав на снегу пару минут или пару десятков минут, Такара всё же встала и поплелась домой. Голова всё ещё кружилась от удара бутылкой. Но главная проблема была не в этом. Наоми грубейшим образом вскрыла и без того не заживающую рану, заставляя старым страхам, беспокойствам и беспощадному чувству вины с новой силой атаковать разум Такары.

***

      В доме стоял приятный запах. Похоже мама приготовила что-то вкусное. Из кухни доносятся знакомые голоса и легкий смех. Такара надеялась незаметно пройти в комнату. Но попытка окончилась провалом. - Такара, ты где так долго пропадала? - остановил её голос мамы, - И что же не предупредила, что вы с Майки приедете? - И меня не предупредила, что Суми-сан так вкусно готовит, - добавил Сано с набитым ртом.       «Суми-сан» и «Майки», между ними уже настолько неформальная обстановка? Похоже они довольно хорошо сблизились пока её не было. Может удастся где-нибудь спрятаться, скрыться, исчезнуть. - Такара, ты, наверное, тоже голодная, присоединяйся к ужину, - предложила Сумико.       Черт подери, похоже вновь придется доставать старую маску, а она и запылиться то не успела. Развернувшись с самой широкой улыбкой на которую она была способна, Такара направилась к кухне, но встретилась с встревоженным взглядом матери. - Что случилось, чего ты так хромаешь? Это кровь?! - в миг оказавшись рядом Сумико начала осматривать дочь. - Мам, ничего серьезного, ты же знаешь какая я неуклюжая, снова упала, Майки в этот раз рядом не было, поэтому получилось вот такое, - не переставая улыбаться она указала на своё лицо.       Пока Сумико продолжала причитать, Майки был подозрительно молчалив, отстраненно поглядывал на них, с обманчивым безразличием. - Ну все, прекращай, все в порядке, - Такара начала мягко отстраняться, - я сейчас все обработаю, переоденусь и присоединюсь потом к вам. - Что ж с тобой поделать, - сдалась мама, - позови, если что-то понадобиться. - Ладно.       Дорога к комнате показалась Такаре в разы длиннее дороги к дому. Как только дверь комнаты закрылась за ней, будто вся усталость прошедшего года навалилась на её плечи прижимая к полу. Огромного труда стоило подняться, что бы переодеться и пройти в ванную для того чтобы привести себя в порядок. Из зеркала на нее смотрела довольно потрепанная девушка с засохшей кровью в волосах. Повезло, что рана не глубокая и уже начала затягиваться. «Повезло»… Так ли это хорошо? Может… - Так где ты была? - с показным спокойствием спросил Майки, неожиданно появившийся в дверном проёме.       Действительно ли он появился неожиданно, или стоял там со скрещенными руками какое-то время? Такара сейчас не доверяла своему восприятию. Впрочем, какая разница. - Были кое-какие дела, - она прошла мимо него в комнату. - Если не хочешь говорить, то ладно уж, - вздохнул проследовавший за ней Майки, - так что, завтра как и договаривались пойдем встречать рассвет? Ты меня разбудишь? А то я могу и не прос… - Майки, - прервала она его, - давай уедем утром, хорошо? - Эм, хорошо, - согласился он, хоть в глазах и читалось некое беспокойство, - что сейчас собираешься делать? Давай… - Я устала, - будто вовсе не слушая вновь прервала его Такара, - я хочу спать, можешь, пожалуйста, оставить меня? - С вымученной улыбкой, она рухнула на кровать, уже не особо заботясь как будет выглядеть в глазах других.

***

      Что же такое сегодня с ней произошло? В который раз терзался этим вопросом Майки.       После разговора с Тайрой, он успел попить чай с Сумико, поговорить с ней за просмотром фильма, а затем и в душ сходить перед тем как лечь в постель.       За всё это время, Тайра так и не показывалась из комнаты. Может она и правда устала, Сумико сказала, что для её дочери это нормально. Может стоит поверить её матери, вот только её состояние всё не давало Майки покоя.       Ладно уж. В Токио он попробует разобраться с этим, может Эмма сможет помочь. Но поначалу нужно будет разобраться с Эммой, хоть по телефону она и сказала, что не сердится, он чувствовал, что так просто Эмма не забудет, как они с Тайрой уехали без неё в Сэкигахара.       Здесь довольно интересно, Майки не часто выбирался за пределы Канто, хотелось бы ещё осмотреться тут, но пожалуй Тайра права, стоит поскорее вернуться в Токио. Там его ждет не мало дел, необходимо организовать первое в новом году собрание свастонов. Определить судьбу Черных драконов и Кисаки Тетта.       Как же это порой раздражает. А ещё больше раздражает этот Инупи, который возомнил, что может посягать на Такемучи. Решил вверить Черных Драконов ему, увидел в нем брата, и к Ханагаки теперь хочет так же прилипнуть. Послать бы его куда подальше, но он ещё может пригодиться. Тем более после изгнания Тетты и Ханмы.       Майки никогда к Кисаки не испытывал особого доверия, но всё же силы Мёбиусов, а затем и Вальгаллы нужны были свастонам. Но сейчас этот ублюдок окончательно перешел черту, решив предать Чифую с Такемучи. Им больше нет места в «Токийской свастике».       Черт подери! Создавать свою эпоху… на практике это довольно проблематично. Не так как представлялось в голове, Интересно, брат тоже сталкивался с похожими проблемами, так же терзался раздумьями?       Гнать прочь все эти мысли, нужно спать, иначе завтра его не смогут разбудить. Непонятно сколько времени Майки проворочался, пытаясь уснуть. Все бесполезно. Как же всё-таки трудно заснуть без простыни. Эмма всегда подшучивала над Майки из-за этого. Но он ничего не мог с собой поделать, не мог нормально спать без чего-то родного рядом. Хотя засыпать с Тайрой было легко и спокойно и… Так странно…       Может она ещё не спит, может согласится?       Только он собрался подняться, чтобы пройти в её комнату, как его отвлек странный шорох доносящийся с окна. Выглянув Майки увидел Тайру, идущую куда-то стремительным шагом. Наспех собравшись он последовал за ней. Да что б ее, быстрая. Нигде её уже не видно. Хоть что-то хорошее в этих сугробах, следы отлично просматриваются, благо луна тут ярко светит, не то Майки бы точно тут заблудился.       Наконец-то, спустя как казалось несколько километров, на горизонте замаячила фигура. Похоже это и впрямь Тайра. Этот лес, и этот холм с обрывом, кажется о них она рассказывала. Майки попытался окрикнуть её, но похоже она не услышала. Всё-таки пробираться по снегу довольно тяжело. И как она только добралась так быстро. Что только она здесь забыла.       Обрыв, не слишком ли близко она краю? Она же не…?!       С невероятной скоростью преодолевая расстояние между ними, Майки схватил руку Тайры, оттаскивая подальше от края. - Майки?! - удивилась она, - Что ты тут делаешь?       Она не заметила его? Не слышала этого оглушительного хруста снега? Похоже с ней всё хуже, чем он предполагал. - Вышел прогуляться, - улыбнулся Майки, пытаясь скрыть волнение. - Не нужно было, лучше возвращайся. - Может я хочу провести с тобой время? - Не нужно, пожалуйста, - её голос задрожал, - от меня всем только хуже! Майки, уходи, тебе… тебе лучше прекратить со мной общаться! - Дурочка, - притянув её к себе, Майки крепко обнял Такару, - пойдем вместе, тут довольно холодно. - Майки, я не шучу, - она попыталась отодвинуться, - те кто мне дорог, лишь страдают от меня… я до сих пор не могу себя простить, за всё… знаешь она права, лучше бы это была я там, - безвольно опустив руки Такара направила взгляд к обрыву, - я не вынесу, если и с тобой что-то случится, так что лучше сейчас всё закончить. - Не знаю что ты там навыдумывала, - рукой повернув её голову, Майки заставил Такару посмотреть на себя, - если уж ты не можешь себя простить, то тогда прощу я, за всё, я тебя прощаю!       Он ожидал какой угодно реакции, но только не того, что последовало за его словами. Лицо Такары стремительно приблизилось, и её губы оказались слишком близко. После её тихого «спасибо», и эта малая дистанция растворилась.       Её губы… они такие теплые… и мягкие. Её прикрытые ресницы такие пушистые и на них мягко ложатся снежинки… Это чувство, странное, будто бы все замедлилось и ускорилось одновременно. Но не успел Майки осознать происходящего, как Тайра вновь резко отстранилось, отчего сразу стало как-то пусто. - Прости, Майки, пожалуйста, мне не следовало, - она начала пятиться, прижимая руку ко рту. - Все нормально, - он осторожно поймал её за локоть и притянул ближе, - всё будет хорошо, - уверенно проговорил он, поглаживая Тайру по спине, - я ведь рядом.