Закат одиночества

Серая туча растянулась вдоль неба, закрывая собой солнце, словно давая понять, что лето заканчивается. Очередная дорога в тишине, только ветер протяжно воет. Пейзажи постепенно меняются свойственным округу Клаллам, штат Вашингтон. Поразительно в какую глушь нас несëт.  — Будешь скучать по Лос-Анджелесу? Выдернул из мыслей меня отец. Даже смешно, он спрашивает это всегда когда мы в куда-нибудь переезжаем. Каждый чëртов раз!  — Конечно, он не забываем, хочу туда вернуться. Ответил Чонгук равнодушно.  — Почему же, университет? Или же, появился любовничек? Последние слово он специально сказал с акцентом, видимо до сих пор не смог свыкнуться с мыслью, что его единственный сын сплошное разочарование, да и к тому же гей. Ну, если быть точнее то бисексуал. Чонгук спал и девушками, но с юношами было своего рода приятнее. Да, для него нет вообще никакой разницы, особенно после того как мужчина застал его в постели с парнем из клуба. Конечно, как и полагается отец выдержал паузу в 7 дней игнорирования и даже предпринял попытку телесного наказания, но она провалилась сразу же после первого выпада, возможно в тот момент он пожалел, что ещё в раннем детстве отдал тогдашнего 5-летнего мальчика на боевые искусства. Ему повезло, отделался лёгким ушибом, наверное потому что, адреналин не успел ударить в голову.  — Университет. Да и нет пока человека ради которого я бы захотел остаться.  — Хм, ясно… Отец явно, не скрывая, сказал это с презрением. Остальная часть дороги прошла снова в тишине. Хочется рассмеяться, он разочаровался нём ещё когда Чонгуку было 15 лет. Тогда парня захлестнула страсть к рисованию и нежелание становится в будущем юристом. Последние стало решающим фактором в теперешнем натянутым общением между отцом и сыном. Именно в то время Чонгук понял, почему его мать хотела бросить отца: неуверенный в себе человек с комплексом неполноценности, в добавок к этому любитель контролировать жизни других людей. Лучше было переезжать с помощью рейса самолёта, а ни ехать 1893 километров на машине. Это однако достаточно утомительно. Да и выбор нового города, что-то с чем-то — Секим. Думаю после шумного Лос-Анджелеса мне не повредит чуток тишины, к тому же там наверное живописно, может и нарисую что-нибудь или кого-нибудь. Хотя виды здесь и правда дух завараживают, особенно " Buckhorn Wilderness " дикая местность, которая примыкает к восточной границы Олимпийского национального парка или, если говорить по проще, то часть леса Олимпик. Девственная природа, практически не тронутая человеком, шумные водопады, зачарованные долины, горные реки, скалистые мысы, таинственные дождевые леса — рай для животных и путешественников. Альпийские луга, словно ты на какой-то момент оказался в Швейцарии, будто нет больше никого в этом мире, но даже тогда всё же чего-то не хватает. Родственной души? или друга? Но пока это не важно, главное доехать и после мы с моим «любимым» отцом разойдемся как в море корабли. Ещё немного и снова начнется новая жизнь в новом городке. Всего пара километров и эта пытка закончится. *** *Через 120 метров поверните налево* оповестил нас голос из навигатора. Слава богу!  — Высажу тебя у нашего дома, комнату можешь выбрать себе сам, фургон с мебелью приедет через два дня. Я по делам, меня не… Неуспел мужчина поговорить, как его слова прервал телефонный звонок.  — Мистер Чон Хан Тэ, если по приезду в Секим, просим вас подъехать к нам в офис в течение 40 минут. Сказал строгий женский голос, явно не желая, чтобы её обладательницу задержали пустые речи и не нужные приветствия.  — Понял вас. И завершил разговор Хан Тэ. Не жди меня, Чонгук. Бросив на последок мужчина, предворительно высадив парня из машины и уехал.  — Да уж, любовь от него так и прёт, что мне теперь делать? Пожалуй оставлю сумки дома и пойду пройдусь. Сказал сам себе Чонгук и направился уже в своё новое пристанище на этот год. Двухэтажный белый дом с небольшой террасой, с вытянутыми вертикально глухими окнами в гостинной и откидными в остальных комнатах. Две ванные в спальных и одна гостевая. Кладовка, гараж, кухня и всё прочее, как и в остальных типичных американских домах. Небольшая лужайка растянулась на заднем дворе, дополняя собой ограничения территории и большое кедровое дерево. Чонгук решил выбрать комнату в правой части второго этажа, она средняя по площади, но с большим окном из чёрного дерева в восточной стороне. Рядом с ним был расположен достаточно уютный диванчик. Стены в помещении серые и, что удивительно чистые. Прошлые владельцы оставили здесь приличных размеров белый стеллаж, будет теперь куда сложить свои многочисленные книги, очередные законченные скетчбуки, любимые музыкальные альбомы и пластинки, а также проигрыватель. С левой стороны от двери стоял вместительный дубовый шкаф с выдвижными дверьми. Одежды у Чонгука не по чтобы много, но и не мало. Гардероб разнообразный от повседневных Оверсайз, до строгих костюмов. Парень скинул с себя сумки, принял душ, и переоделся в чёрные джинсы с двойной цепью на правом бедре, того же цвета большую футболку, а также надел джинсовую куртку с тёплой подкладкой и отправился на разведку. Отец Чонгука приобрёл дом в районе улицы Вудкок-роуд, которая пересекает реку Дангенесс, вдоль неё парень и собирался гулять. По хорошему ему следовало отоспаться от длительной дороги, но молодому человеку просто необходимо пройтись и проветрить голову, тем более отец сам сообщил о своём долгом отсутствие, так что замечаний по типу не распаковки вещей и не простительно долгой прогулки до ночи не должно быть. Максимум - взгляд, мол и, где ты шлялся. Чонгук двинулся вдоль реки к заливу, рассчитывая прийти на место к закату. Дорога не близкая, людей маловато, ну это даже объяснимо. Городок сам по себе маленький, но достаточно колоритный, здесь живут много богачей, которые устали от городской суеты, постоянного стресса и многолюдности. Даже не смотря на свою малонаселённость он имеет много всего удивительного на первый взгляд вещей. Например новая школа Чонгука " Sequim High School ", она достаточно большая, но далеко не единственная. В ней учатся дети со всего округа и большинство после окончания переезжают в Вашингтон, но таких планов у парня нет. После выпуска он планирует вернуться в LA. Поступить в университет и работать, но самое главное оборвать связи с отцом, которые итак держаться на туманном слове семья. Да, парень бы хотел на художника , но более прибольная профессия, которая ему по вкусу — архитектор. Проектирование зданий возможное будущие для парня Время летит быстро, размышления о городе, учёбе и предстоящем будущем затянулись на два с лишним часа. Чонгук пришёл к заливу, красный закат солнца отливал своими лучами и окрашивал воду. Юноша сразу вспомнил слова подстать данной обстановке: Закат ревел, как в рог рубиновый, трубил малиновым огнём. И всё, что было в небе синего, сгорало красной охрой в нем. Срывались птицы потревоженно, роняя перья в высоту, и шевелила тёплой кожею скамья горбатая в саду. Но вдруг неожиданно Чонгука прервал высокий мелодичный голос, завершая за него стихотворение. И плыл наш островок нечаянный, вдохнув покоя и огня. И розы расцветали чайные на скулах гаснущего дня. Чонгук оборачивается и застывает, словно зачарованный. Перед ним стоит светловолосый парень, чуть ниже его по росту. По телосложению стройный, но при этом мускулистый. Он одет в чёрные рваные обтягивающие джинсы, атласную красную рубашку, плотно прилегающию к телу и кожаную куртку.  — Eh, ciao a te! Наконец то сказал парень с улыбкой, после нескольких минут разглядывания друг друга. Его слова слегка отрезвили Чонгука. Человек стоящий перед ним азиатской внешности, возможно кореец, но теперь он почему то начал говорить на итальянской языке. Его голос такой мягкий, но пронзительно бархатный.  — Что простите? На этот вопрос парень лишь усмехнулся, будто понял собеседника, развернулся и ушёл.  — Beh, è stato un piacere parlare con te! Напоследок бросил и направился вдоль побережья, своей плавной походкой, оставляя Чонгука в недоумении ёще какое-то время. — И много интересно здесь таких чудиков... Отойдя от шока, произносить парень.