Все хорошо

Прохладный, весенний ветерок дул в лицо. Рыжеволосый парень спешил на тренировку в зал. — Эй, придурок! — знакомый голос послышался сзади. Хината обернулся и увидел бегущего к нему Кагеяму. На лице парня расплылась довольная улыбка. Он помахал другу рукой. — Ты сегодня припозднился, — подметил Хината. — Это ты вышел рано! — обиженно фыркнул Кагеяма. Он схватил Хинату за его ярко рыжие волосы. Волосы Хинаты всегда были мягкие. От них постоянно пахло чем-то вкусным. Хината звонко смеялся. Он любил дурачится с Кагеямой, но все же убрал руку друга с волос. — Давай поспешим, а то из-за тебя опоздаем! — Хината побежал вперёд, Кагеямы, словно маленький ребенок, весело смеясь. Кагеяме показалось поведение Хинаты странным, обычно рыжий грубил или давал сдачи, когда тот трогал его волосы.Через десять минут они пришли в спорт зал, где их уже ждали товарищи. Они ещё немного поговорили о пустяках, пока не началась тренировка.

***

— Хината, придурок, почему сегодня ты почти не попадаешь по мячу?! — немного повысив тон спросил Кагеяма. — Я сегодня не в форме! — ответил рыжик, показывая язык брюнету. — Хината, может тебе стоит уйти пораньше? Ты сегодня какой-то бледный, — подметил Сугавара. Если приглядеться, то у Шое действительно был не особо здоровый вид. Он был сегодня довольно бледный, синяки под глазами и сегодня он часто пошатывался будто сейчас упадет. — Сугавара семпай, я просто сегодня немного не выспался. Со мной все хорошо, — ответил ему Хината весело улыбаясь. — Нет, ты прямо сейчас пойдешь домой. Вид у тебя не капли не здоровый. Первогодкам надо хорошо высыпаться! — грозно сказал Дайичи, сверля Хинату строгим взглядом. Хината не мог сказать, сделавший не понимающие лицо. — Но… — Шое не успел сказать и слово как послышался противный смех Цуки. — Чего смеёшься, Цукишима?! — Хината резко обернулся на смех парня, сверля его злым взглядом. — Хината, это же не последняя тренировка! И, Кагеяма, проводи пожалуйста Хинату домой, — с волнением попросил Сугавара. На что Хината как-то грустно вздохнул и пошел в сторону раздевалки. За ним поспешил Кагеяма. Парни быстро переоделись и пошли в сторону дома Хинаты. — Хината, — неожиданно сказал брюнет. -Что такое? — Шое вопросительно посмотрел на парня. -У тебя проблемы со здоровьем или что-то другое? — Кагеяма остановился на середине улице и посмотрел в глаза Шое. — Хах, — усмехнулся рыжий. — Что ты такое говоришь? Кагеяма, со мной все хорошо, — с той же беззаботной улыбкой говорил Хината, смотря прямо в глаза Тобио. — Я похож на идиота? — огрызнулся брюнет. — Ты ходишь несколько дней с таким видом. Иногда мне кажется, что ты скоро точно упадешь на ровном месте. — С некой злостью сказал Кагеяма. Вдруг пошел слабый дождь. — Кагеяма, дождь начинается. Пойдем скорее, я уверен скоро он усилится! — Хината весело засмеялся и побежал вперёд. Кагеяма понял, что здесь что-то не так. Брюнет побежал за Шое. Спустя пятнадцать минут, они добежали до дома и были мокрые на сквозь. — Кагеяма, заходи. Можешь переночевать сегодня у меня, а то заболеешь если пойдешь домой под ливнем, — Шое неловко отвёл взгляд и на его щеках появился лёгкий румянец. — Спасибо, — поблагодарил Кагеяма друга. Оглядевшись он понял, что Шое один дома. Кагеяма снял обувь и прошел за Шое в его комнату. — Мм, ты же не против, если мы будем спать на одной кровати или… — Я не против, — перебил его брюнет. — Я тогда первым схожу в душ, -Тобио направился в сторону ванной комнаты. — А, х-хорошо. Я попробую пока что найти тебе сменю одежду, — Хината занервничал и покрылся густым румянцем. Шое отыскал в шкафу одежду и передал её Кагеяме. Пока Тобио был в душе, Хината принялся стелить кровать. Когда Кагеяма вышел из душа он начал что-то искать у себя в сумке. — Кагеяма, устраивайся поудобней. Если что-то будет нужно, скажи, — сказал Хината и ушел в ванную комнату. Вдруг Кагеяма заметил, как что-то блестящее лежало под кроватью Шое. Он потянулся рукой что бы достать этот предмет. Кагеяма побледнел, когда достал от туда канцелярский нож, пару пластырей и бинты. Все было бы хорошо, но на ноже можно было заметить засохшие капельки крови. Кагеяма встряхнул головой, положив все обратно под кровать. — Так, наверное он просто случайно порезался. Все вроде бы логично, — пытался себя успокоить Кагеяма, но от одной мысли, что Шое может сделать это, и не специально, не давала ему покоя. Шое уже выходил из душа. Заметив бледное лицо друга, Шое стало не спокойно. — Кагеяма, все хорошо? — Шое сел рядом с Тобио. — А? Д-да, просто задумался, — в голове у брюнета летала одна мысль: «Это я должен спрашивать все ли в порядке.» Хината улыбнулся. — Просто ты так побледнел, вот я и подумал, может что-то случилось, — Кагеяма посмотрел на оголëнные бедра Шое и увидел пару шрамов. Кагеяма не знал, что ему делать и как помочь другу. Вдруг если, он спросит о шрамах, то Шое отдалится от него или ему будет неудобно говорить об этой теме. — Уже довольно поздно. Давай ляжем спать, — Шое встал и улыбнулся Кагеяме. Спустя пять минут они уже лежали в кровати. Им обоим было до жути не ловко. — Спасибо, что проводил сегодня — спокойным и расслабленным голосом поблагодарил Шое. — Да не за что, — тихо сказал Тобио. Прошло где-то два часа. Тобио не мог заснуть из-за мыслей, что Шое режется. Кагеяма волновался за него, ведь он любил его больше чем друга. Вдруг его посетила мысль, что когда нибудь он зайдет дальше порезов и он не сможет увидеть его добрую улыбку, услышать его звонкий смех. — Шое, — позвал его Кагеяма дрожащим голосом. -Мм? Кагеяма, ты не спишь? -Шое потëр глаза. Увидев, что Тобио чуть ли не плачет, он сильно испугался. — Почему ты врешь мне и другим? — спросил Тобио с некой злостью и болью. На что Шое сделал непонимающие лицо. — Кагеяма, о чем ты? — рыжик привстал. Он не знал, что Кагеяма давно все понял. — Я видел твои порезы, тот ножик, да и твое состояние. Не притворяйся дебилом. Блять, как это все бесит, — Кагеяма повалил Шое и навис над ним. Из глаз Хинаты потекли слезы. Он сам не понял, как так случилось и как ему теперь выкручиваться. Он не хотел что бы самый близкий ему человек узнал о его состоянии. — Кагеяма. Я. Все не так. Я просто. — Хината покраснел. Он пытался остановить слезы, но не мог. Кагеяма понял, что так он сделает только хуже и не хотел пугать Шое. Брюнет сел на кровать и посадил его к себе на колени. — Шое, объясни пожалуйста, что это? Почему ты так делаешь? Я не буду тебя винить. Если тебе плохо, то пожалуйста, выговорись мне. Не держи всю эту боль в себе, — он начал гладить Шое по голове. — Я. Так устал. У меня нечего не получается. Смотрю на всех вас, вы все так хорошо играете. Без твоих пасов, я никто. У меня нет какой-то отличительной черты. Я устал от своего отражения. Я не понимаю, что я чувствую. Уже несколько дней я не могу выспаться. Мне кажется люди устали от меня, я им надоел. Я не могу выдержать это все. Из-за этого всего, я решил, что легче помещать все это на порезах, — Шое дрожал. Он не мог остановится плакать, уткнувшись в плече Кагеямы. Всё, что скопилось, он рассказывал, ведь сейчас он рядом с человеком за которого готов был отдать жизнь. Даже сейчас он не понимал что чувствует. Облегчение или боль которая ноет уже несколько дней из-за которой хочется вскрыться или повесится? Кагеяма хотел заплакать, ведь то, чем он дорожил больше всего было настолько разбито. Он обнимал Шое, слушая внимательно каждое его слово. — Шое, мне так жаль, что я не смог оказаться рядом. Ты прекрасен, ты лучше всех. Не слушай других, ты прекрасный игрок. Твоя скорость, то как ты прыгаешь, все твои действия прекрасны. Твое лицо, тело, оно идеально. У тебя очень милые веснушки, а твои волосы очень мягкие. Нет ни дня, что бы я их не трогал. Каждый сантиметр твоего тела прекрасен. Мне хочется целовать тебя каждый день, — вдруг до Кагеямы дошло, что он сказал последние его слова вслух. Шое посмотрел на Кагеяму. — Тобио, — всхлипывая произнес Хината. Тот же посмотрел в глаза рыжего. — Ты мне очень нравишься не как друг. Я хотел бы каждый день обнимать тебя, держать за руку, — Шое резко остановился. Тобио покраснел, он не знал что делать. Из глаз Шое новой волной потекли слезы. — Кагеяма. Ты м-мне нравишься. Д-давай встречаться, — его имя он произнес очень громко. Хината так боялся. Он не знал, что делать. Шое понимал, что если тот его отвергнет, то это будет большим ударом и он точно не сможет сдержаться что бы не закричать от боли. Тобио обнял Хинату. — Давай, — тихо, но с любовью произнес брюнет. Он обнял сильнее Шое и гладил его по волосам. Он хотел дать Хинате выплакаться, высказать все, что было у него на душе. Шое начал плакать еще сильне, то ли от счастья, то ли от чувства вины, он не понимает. Он плакал и говорил, что его бесит в себе, как он ненавидит все в себе, как он устал от всего, он не знает что делать и как любит Тобио. Брюнет просидел с ним до трех часов ночи, потом рыжий ели как уснул. Кагеяма не отходил от Шое, пока тот плакал, он так хотел дать ему всю любовь и заботу, хотел сделать так, что бы Хината больше никогда не думал о таких вещах. Они уснули в обнимку. Они оба получили то чего хотели.