Сломанный воин

      Обычный зимний день, но без снега. Дети по-прежнему резвятся на улице. Слышно крики и смех. Баал любила наблюдать за людьми, а ещё больше за птицами. Она бережно брала на руки маленького зяблика и гладила его. Птенчик прикрывал глаза и прижимался к руке женщины. — Госпожа, я пришла попрощаться перед походом, — Сара стояла сзади Сёгуна и дрожала то ли из-за холода, то ли из-за женщины. Кудзё и сама не заметила, как покраснела. — К чему это прощание? Ты вернёшься, — Баал знала, что жизнь её генерала там, на войне, может оборваться, но она выбросила эти мысли. — Мало ли… — девушка сделала шаг вперёд. Глаза всё так же смотрели вниз. Она рассматривала узор на ковре и пыталась не думать о том, как сильно желает женщину напротив. — Сара… — Райдэн сделала шаг навстречу девушке и, взяв её за подбородок, провела большим пальцем по линии скул. — Не говори глупостей. — Но… — Сара посмотрела в глаза Архонта. Такие же спокойные. Нет. Тревога? Показалось… такие же холодные. — В любом случае мне незачем задерживаться здесь.       И сердце Сары горит в огне. И страшен огонь тем, что вечный. Вечная боль.       Птица уже давно улетела. Баал посмотрела на Сару, которая напоследок окинула взглядом балкон своей госпожи. Она улыбнулась, но грустно, и от этого у женщины заныло под рёбрами.       Такое милое и почти детское лицо у Сары, но уже со шрамом на щеке. Баал помнила каждое ранение девушки. Она помнила, как генерала несли на носилках. Тогда они победили, но это не радовало Архонта. Кудзё еле выбралась из объятий смерти.       И хоть смерть Саре не страшна, но она боится за свою госпожу. И если бы могла, то была бы её тенью, птицей, сопровождающей в небе. — Генерал, разведчики нашли лагерь повстанцев на юге острова, — Сара смотрела на костёр, пока её не потревожил самурай. — Генерал? — Ах, да. Я Вас услышала, — Кудзё, чтобы показать, что слушает, посмотрела на воина. — Можете идти.       Ночное небо красивое, завораживающее. Смотря на Луну, молодой генерал надеется, что её госпожа так же смотрит. В ночной тишине слышно крики самураев и звон оружия.       Лагерь Кудзё располагался на двести метров на запад. Холод и сырость. Не лучшая идея зимой идти на войну, но повстанцы не ждут. Холод обжигает лёгкие Сары. Она вздыхает, выпускает пар изо рта. — Скучаешь ли ты? — прозвучало в ночной тишине. Генерал знала, что госпожа её не услышит. — А я вот очень.